Глава 13
Наконец-то я закончила эту главу. Для меня она была очень тяжёлой, но я старалась. Поэтому, надеюсь, она оправдает ваши ожидания.
***
Али находился в своих покоях совершенно один. Эмине уже давно ушла, оставив парня наедине со своими мыслями. Тень на стене медленно ползла вверх, а солнце приближалось к горизонту. Молодой Падишах сидел на своём ложе и смотрел куда-то в стену. Вокруг него не происходило абсолютно ничего. Тишина, которая стояла в комнате, начинала давить. Она уже звенела, как маленькие колокольчики, которыми играются дети. А он всё сидел и думал. Рассуждал. Пытался думать о предстоящем празднике, но не мог. От всего его отвлекала Айгюль. Она занимала все его мысли. Перед глазами стоял её образ. Она отдалялась от него, парень чувствовал это. В видениях, девушка расплывалась, как мягкий туман и исчезала. Безмерно быстро испарялась, становясь прозрачной.
- Никто не знает, куда она ушла, - сказал он сам себе и прикрыл глаза. - Она ушла, - вновь повторил Али и глубоко вздохнул.
"Она уйдёт!" - неожиданно и громко прозвучал знакомый голос в мыслях юноши. Султан вздрогнул от неожиданности, а затем обернулся. Никого рядом не было.
"Она уйдёт!" - вновь повторил до боли знакомый голос. Внутри всё сжалось.
- Мурат, - тихо проговорил Падишах. Он узнал. Он вспомнил.
Голос его брата снова и снова повторял эти два слова. Али вспомнил их последнюю встречу.
Какое-то время назад.
Двери со скрипом распахнулись и в дверях появилась фигура. Молодой парень стоял ровно, впрочем, как и всегда. Глаза его смотрели прямо на брата. Он был хмур, но вместе с тем, его лицо не выражало абсолютно ничего. Он просто смотрел, на сидящего напротив него Шехзаде. Руки Али держал за спиной. Он медленно прошагал вглубь комнаты и остановился возле брата. Двери за ним со скрипом закрылись. Мурат сидел на полу подогнув под себя одну ногу. В руках у него была книга в толстом переплёте с желтыми страницами. Одежда парня была обыкновенной, как у любого другого служащего дворца, коим он никогда не являлся. Теперь он носил обычные вещи, а не такие как прежде. Свой красивый кожаный кафтан Мурат уже не видел очень давно. Сейчас он был одет как обычный слуга. Не как Шехзаде, а как ага. И еду ему приносили совершенно обычную. Холодную. Никаких шикарных вкусных блюд, как было раньше. Али избавил его от всех привилегий и благ, дабы никто не заподозрил о скрывающимся во дворце Шехзаде. Теперь Мурат был ни сыном Падишаха, ни его братом и даже не наследником, а только пленником. Узником этого дворца, своего положения и собственного брата.
- Здравствуй, брат, - проговорил Али.
В ответ молчание.
- Мурат?
Юноша отложил книгу и поднял глаза на старшего брата. Он смотрел на него с яростью и Али это заметил. Он отшатнулся.
- Что ты хочешь? Что тебе ещё нужно?! - парень резко вскочил. - Ты держишь меня здесь уже который день. Я сбился со счёта. Ты лишил меня всего. Нет ни нормальной одежды, ни еды. Я не вижу ни матери, ни кого бы то ни было другого. Я один. Совершенно один и тебе этого не достаточно? Что ты ещё хочешь со мной сделать? - подойдя к брату говорил Мурат. - Скоро всё изменится, - неожиданно он отошёл. - Ты не сможешь держать меня здесь вечно, Али.
- Смогу.
- Рано или поздно я выйду отсюда и тогда...
- Не выйдешь.
- Я верну себе всё то, что ты отобрал!
- Ты не сможешь ничего сделать, брат, - Султан был спокоен, в отличии от Мурата.
На пару секунд воцарилась тишина. Они смотрели друг на друга и молчали. Вдруг, Шехзаде вновь приблизился к брату. Он встал возле него и заговорил:
- Это же всё из-за Айгюль, да? - прошептал он в лицо Али. - Ты сомневаешься в ней, не так ли? - неожиданно он улыбнулся. - Ты не доверяешь ей.
- Не правда.
- Гюль была моей! Была! - Мурат начал повышать голос. - И чтобы не случилось она вновь будет моей! Ты это знаешь, я это знаю, она тоже знает и все люди в этом падшем дворце тоже это знают, - процедил он шёпотом каждое слово.
Али впал в ступор. Его младший брат выплёвывал эти слова так, будто ему надоело их повторять. Хоть он и держал Мурата в заперти, прятал его долгое время, но страх не пропал. Все те слова, что он сказал ему только что, разбудили в Али страх... и ненависть. То, что он так долго и старательно сдерживал внутри себя проснулось и готовилось выйти наружу с новой силой.
- Она всегда любила и будет любить лишь меня одного! Ты ей нужен был только для того чтобы отомстить мне. И всё. Только это.
Огонь сжигал его изнутри. Слова младшего брата выворачивали Али наизнанку. Он не мог больше быть спокоен.
- Ты хвастался, хвалился вашей с ней любовью! - неожиданно закричал молодой Падишах. - Выставлял всё на показ. Гордился. И вот ты потерял её, - уже шёпотом закончил он. - Приди в себя. Смирись ты, наконец. Опомнись, Мурат! - Али положил руки на плечи брата. Тот незамедлительно скинул их и отвернулся.
- У тебя целая империя, - вдруг сказал он спокойно. - Ты хочешь чтобы целый мир был твоим. Чтобы всё было твоим. Хочешь чтобы всё принадлежало одному тебе. Я могу всё тебе отдать, всё! - он вновь повернулся к Али лицом. - Лишай меня титула, забирай все мои богатства, всех моих слуг, выгоняй из дворца. Я всё отдам тебе. И только Гюль верни...
- Ты не в себе.
- Ты слишком глуп, чтобы понять меня, - усмехнулся Мурат.
- Не смей так со мной разговаривать!
- Она вернётся ко мне, вот увидишь. Она уйдёт от тебя и вернётся ко мне! - кричал Мурат.
Али развернулся. Молодой Султан быстро пошёл в сторону дверей. Он не хотел больше этого слушать. Он больше не мог. Не смог терпеть.
- Она уйдёт! - он слышал позади голос брата.
Двери в скрытые покои закрылись. Теперь Али и Мурата разделяла тонкая деревянная стенка. Крики закончились и тишина вновь опустилась на это место. Молодой Падишах облокотился на двери и опустил голову. Полумрак не позволял никому увидеть лица Али. Можно было услышать лишь его дыхание, быстрое и прерывистое. Будто он от кого-то бежал. Глаза юноши метались. Султан не мог остановить на чём-то свой взгляд. Не мог успокоиться. На лбу выступили капельки пота.
В один миг что-то изменилось. Он за секунду успокоился. Он остановил взгляд, а дыхание стало ровным. Парень выпрямился, лицо его стало сосредоточенным. Что-то пришло в его голову. Какая-то мысль расставила всё на свои места.
- Стража! - неожиданно прокричал Али.
Сейчас.
- Повелитель, - мягко проговорил евнух, зашедший в покои. Он резко прервал поток воспоминаний своего господина.
- Чего ты хотел?
- Мы выяснили куда поехала Хасеки Султан.
***
Айгюль медленно шла по коридорам, казалось бы, давно забытого дворца. Счастье давным-давно покинуло это место и больше никогда сюда не возвращалось. Теперь лишь слёзы, горе и скорбь находились в этом месте и пропитывали собой воздух. Старый Дворец. Дворец Слёз. Снаружи он был также прекрасен как и все подобные ему дворцы, но внутри тьма поглотила всё вокруг. Ни смеха, ни улыбок, никакой радости. Даже птицы вблизи этого места не пели, а лёгкие тёплые ветра становились сухими и холодными. Стены были ледяными и эхо, отскакивающее от них, разбегалось по всему дворцу. Пусто. Никто тут не гордился, не радовался, не хвастался и ничего не скрывал. Все друг о друге всё знали. Бедные женщины! Никакого утешенья. Гуманней только смерть. Но они вынуждены доживать свой век здесь, в бедности и печали. Женщины проносили свою скорбь сквозь года в этом месте и тишина стала ярким напоминанием о ней.
Хёнэ подошла к одной из дверей, ведущей в какие-то покои. Возле них стоял один ага. Она подошла поближе и кивнула ему. Через секунду слуга скрылся за дверьми. Но Султанша не ждала долго. Буквально через какое-то мгновение он вышел и проговорил:
- Прошу, заходите, - евнух поклонился и распахнул двери.
Гюль медленно вошла в покои.
- Я не побеспокоила вас, Султанша? - проговорила она тихо.
- Да какая я Султанша? - усмехнулась женщина. - А вот ты, та самая молодая Хасеки? Неужели? Ты и впрямь так красива, как о тебе говорят, а я уж думала чушь несут. Думала, преувеличивают. И вот теперь убедилась. Действительно, красавица.
На Айгюль с улыбкой на лице смотрела старая женщина. Она сидела на огромных подушках и глядела на девушку снизу вверх. Всё её лицо, шею и руки покрывали глубокие морщины. На лице их было больше всего. Через них уже не разглядеть отголоски былой красоты старухи. Женщина сидела вся укутанная в чёрные ткани. По виду и не скажешь, что Госпожа.
- Да как же? Вы Султанша.
- Я была ею 40 лет назад, - с хрипотой в голосе ответила женщина. - Как поживает правнук моего покойного мужа?
- Повелитель в добром здравии, хвала Аллаху. Он ещё очень молод...
- Я никогда не видела ни его, ни его отца, - с ноткой грусти произнесла она. - Ведь то, что сделал его дед убило меня, - старуха вытерла слезинку. - А ведь так давно это было, но до сих пор больно. Ты знаешь, что сделал дед твоего господина? - Гюль отрицательно покачала головой. Она присела рядом. - В тот ужасный день, когда умер мой муж-Повелитель, этот ребёнок, Баязет, казавшийся мне ангелочком, убил всех моих детей, - женщина снова вытерла слёзы. - Дед твоего мужа был не первым сыном, но и последним тоже не являлся. Зато я была последней фавориткой его отца, стала его женой. Получила всё, чего желала. Невиданную миру любовь, все возможные богатства, власть... У меня было 8 Шехзаде, - голос старой женщины задрожал. - 8 моих мальчиков. Они были невинны! Осман, Селим, Сулейман, Мустафа, Энгин, Юсуф, Мурат и маленький Юнал, - после каждого произнесённого имени, по телу Гюль пробегала ледяная дрожь. - Они обожали своего старшего брата, - неожиданно, с твёрдостью в голосе произнесла женщина. - А он, он предал их. Пока мой муж, мой Орхан, был при смерти, этот ребёнок отравил своих старших братьев. А как только мой господин скончался, тут же приказал задушить и всех моих детей. В тот страшный день я за секунду потеряла всё. Будто ничего и не было, - старуха ненадолго прикрыла глаза и замолчала. - Баязет, дед нынешнего повелителя, - вновь заговорила она, - приказал прийти мне на площадь, обещал дать мне и моим сыновьям уйти. Но вместо этого, - глаза старухи наполнились слезами, крупными, словно камни. - Поставил передо мной 8 раскрытых гробов...
Гюль впала в ступор. Она не могла даже пошевелится. То, что рассказывала ей эта женщина было ужасом. Эта история была тьмой, поглощающей свет. Это было самым страшным кошмаром Гюль. Смерть детей. Она даже представлять это боялась. Одни лишь слова старой Нигер Султан заставили содрогнуться Хёнэ.
- А я слышала, что твой муж тоже брата своего убил, - неожиданно сменила тему женщина. - Во дворце у нас мать его живёт. Я самая старая здесь, уже никуда из покоев не выхожу. Не видела её. Жалко, жалко.
Неожиданно старуха посмотрела на ожерелье девушки. Она медленно потянулась к нему морщинистой рукой и легонько коснулась.
- На тебе такие украшения красивые. Я тоже когда-то такие носила. Даже лучше. И больше их на мне было во много раз, - старуха заулыбалась. - Мой господин часто дарил мне подарки. Кольца рубиновые, диадемы с изумрудами, тиары из золота и алмазов, серебряные пояса, ожерелья и подвески с фианитами и жемчугом, янтарные серьги. Но вот видишь, что со мной сейчас, дочка? - Нигер указала на себя рукой. - Баязет всё у меня забрал. Ничего не оставил. Ни слуг, ни одежды красивой с украшениями, ни детей. И отправил гнить сюда.
Айгюль не знала, что ответить. Она почти забыла зачем прибыла в этот дворец. Все эти рассказы старой женщины поразили Хасеки. Она не понимала или не хотела понимать, как можно потерять всё в миг. Ведь всё это могло произойти и с ней, если не станет Али. Вдруг что-то случится, на трон сядет Орхан, а его мать Нииса тут же прикажет задушить маленького Аячи и Османа, да и саму Гюль тоже. Это заставляло Айгюль бояться. Бояться за Али и за себя.
- И зачем ты пожаловала в это Аллахом забытое место, маленькая Хасеки? - неожиданно спросила старуха.
- Я... Я пришла просить у вас совета, Султанша.
- Говори.
- У вас было много детей. Скажите, как мне забеременеть и выносить дитя до конца срока?
- Так у тебя нет Шехзаде? - вскрикнула Нигер. - Как же так? А Хасеки как стала? Не понимаю...
- Прошу вас...
Старуха замолчала. Она отвела глаза и долго-долго смотрела куда-то в сторону.
- А действительно ли ты хочешь знать это, дочка? - Нигер Султан смотрела на неё с жалостью. - Ведь у твоего господина уже есть Шехзаде и не один. Родишь мальчика и казнён он будет рано или поздно. Не нужно тебе этого, дочка, - старуха взяла Хёнэ за руку. - Не нужно.
- Госпожа... - Гюль посмотрела на неё глазами, полными слёз, и старуха отвернулась.
- Дай подумать, девочка.
И старая Султанша замолчала. И сидели они так в полной тишине. Айгюль не смела мешать ей, она лишь покорно ждала, пока госпожа ответить на её просьбу.
- Нагнись-ка, поближе, - поманила пальцем старуха. - Я тебе скажу кое-что.
Гюль послушалась и наклонилась поближе к Нигер. Старуха около минуты что-то говорила ей шёпотом, а затем резко отстранилась и замолчала.
- Но как же? - резко спросила Айгюль. Голос её был тревожным. Также в нём хорошо были слышны нотки неуверенности.
- Сделай всё как я сказала. Ты умная, дочка, - сказала старая Султанша с улыбкой на лице. - У тебя всё получится. А теперь - возвращайся. И больше не приезжай сюда.
Хасеки поклонилась и вышла из покоев. Деревянные двери закрылись и образ старухи скрылся. Хёнэ громко выдохнула. С минуту она стояла и совсем не шевелилась, обдумывая слова Нигер Султан. Всё, что говорила эта женщина, казалось Айгюль странным и страшным. Чем-то невообразимым и невозможным. Такого горя Гюль не пожелала бы никому и никогда. Ей было жаль Нигер, но она ничего не могла для неё сделать. Старой Султанше уже никак не помочь, не заглушить её смертельную боль. Хасеки прикрыла глаза и перед ней тут же появились три маленьких белых гроба, в каждом из которых лежали Шехзаде. Сначала Орхан, потом Осман, а затем Аячи. В грудь что-то сильно кольнуло и девушка с ужасом распахнула глаза. Дети. Они невинные дети, смерть который она не сможет вынести. Гюль старалась не думать об этом. Наконец, она двинулась с места. Хасеки Султан шла по коридорам забытого дворца и почти никого не слышала. Будто Дворец Слёз совсем опустел. Неожиданно она вышла в сад. И он был таким де прекрасным, как и в Топкапы. Но вот только птицы здесь не пели, а цветы не пахли.
Вдруг Айгюль заметила Мелек Султан, которая сидела на одной из маленьких лавочек. Женщина постарела за несколько месяцев. Кожа её побледнела, а лицо опухло от нескончаемого потока слёз. Волосы были растрёпаны, виднелась седина. На женщине не было никаких украшений. Лишь чёрное, траурное платье рассказывало о её горе. Она сидела, опустив вниз голову. Глаза её были закрыты. Гюль слышала тихие всхлипы Мелек. Некогда прекрасная, величественная, любимая и счастливая женщина превратилась в жалкое подобие человека. Уже ничего в ней не говорило о былом величии. Не было ни той огромной силы, что крылась в этой Хасеки. Лишь горе и скорбь. Хёнэ вдруг поняла - Мелек это точная копия Нигер Султан, только моложе. А её любимый Али, точно Баязет, растоптал всё, что было у Султанши. Губы маленькой Хасеки задрожали, а на глазах выступили слёзы. Она поднесла ладони к губам и плотно зажала их, дабы сдержать свои всхлипы. Девушка резко сдвинулась и побежала прочь из этого места.
***
Алие-хатун всё бегала по покоям своей госпожи. Сестра Султана сегодня была не в настроении. С самого утра ходила хмурая, к обеду поутихла, ну, а к вечеру на лице стала проскакивать улыбка. Айнишах сидела на одной из своих огромных подушек. Волосы её были, как обычно, распущены. Лишь небольшая шпилька из цветных камней, больше похожая на заколку, придерживала один из её локонов. Перед девчонкой стояло несколько подносов со сладостями, а Алие бегала туда-сюда, то принося, то убирая их.
- Нет! Ну надо же! - неожиданно завозмущалась девочка.
- Что-то не так, госпожа?
- Не так! - голос её был каким-то рассеянным. - Этот мальчишка, знаешь что он вчера выкинул? - Алие отрицательно покачала головой. - Я провожала его до библиотеки моего брата-Повелителя. Он молчал. А потом, вдруг, неожиданно заговорил. И знаешь что сказал? - служанка снова покачала головой. - Сказал: "тётушка", - Айнишах немного вскрикнула. - А затем ещё и усмехнулся. Как мерзко! Фу, как мерзко, это прозвучало, Алие, - девчонка потянулась за сладостью. - Наверняка, он нарочно таким тоном говорил. Как вспоминаю, тут же аппетит пропадает, - Айнишах опустила голову и смотрела в пол.
Алие наблюдала за ней и удивлялась. Только что она злилась и чуть ли не кричала, а сейчас тихая, спокойная. Эта маленькая госпожа не обладала таким умом, которые имели её старшие братья или Хасеки. Она была далеко не так умна. Не на столько. Но что-то в этой девчонке было такого. Айнишах могла понять истинные намерения человека из одного разговора, только, конечно, если это касалось её саму. Только в отношении себя девушка что-то видела, а к остальным - совсем не замечала.
Неожиданно лицо Айнишах расцвело, как бутон розы. Она вскочила и вся засветилась. На лице сияла улыбка. Девушка быстро направилась к дверям.
- Куда вы, Султанша, - Алие не поспевала за ней.
- Сиди здесь. Не ходи за мной. Это приказ. А я к другу пойду.
- К какому другу, госпожа? - спросила служанка, но её уже не услышали. Двери за маленькой Султаншей закрылись. - У вас же нет друзей, - выдыхая произнесла Алие, и шумно уселась на пол.
Айнишах быстро шла по коридорам, рассматривая стены и будто бы вспоминая дорогу. На удивление никого из стражников или слуг она не встретила. Хотя девушка тут же поняла почему. Все они были занятыми поисками какой-то рабыни. Маленькая госпожа мельком слышала, как Алие кто-то рассказывал о пропавшей наложнице.
"Видимо слухи дошли до главного евнуха и хазнедар," - подумала про себя Айнишах.
Кто-то говорил, что девушка попросту сбежала из дворца, кто-то же утверждал, будто бы её убили прямо за дверьми гарема, а кто-то думал, что несчастная прячется от кого-то и по ночам слышен её плачь. Султанша же, не предавала пропавшей никакого значения. Дворец был огромен и в нём постоянно что-то происходило и могли исчезать люди. Для неё это было настолько обыденным и настолько нормальным, что это уже не казалось чем-то ужасным либо интересным...
Неожиданно из-за поворота вышел сын Эмине Султан. Айнишах тут же заулыбалась и быстрее пошла ему навстречу.
- Султанзаде, - поприветствовала его девушка и поклонилась, но парень прошёл мимо, будто не видел её.
Корай проигнорировал её и это разозлило девушку. Султанша резко развернулась и посмотрела ему в спину. Она хотела что-то крикнуть ему в спину, но тут же передумала. А юноша шёл всё так же ровно и обыденно, совершенно спокойно и безмятежно. Будто ничего и не произошло.
- Вот помянешь же чёрта, - прошипела девчонка себе под нос и скривилась.
Ещё с минуту она стояла и злилась, но затем сделав пару вздохов, успокоилась. Она снова сдвинулась с места, но шла уже гораздо медленнее. Девушка шла и не могла перестать думать о Корае. Что-то в нём ей совершенно не нравилось. Мысленно, Айнишах долго сравнивала мальчишку и юношу, хотя это был один и тот же человек. Корай тогда - при первой их встрече, и Корай сейчас. Вот только одного она видела шесть лет назад. Тогда он был такой же маленький как и она. В восемь лет он был пухловат, молчалив и неуклюж. А юноша, которого она видела сейчас был совсем другим человеком. Высокий, стройный, сильный физически парень походил на её старшего брата, но больше похож был на её любимого отца - покойного Падишаха. Такое же умное и слегка хмурое лицо с выразительными глазами. Копия Султана Эрдогана, а точнее, копия своей матери, которая была отражением своего отца. Парень вырос, выпрямился, исхудал и возмужал. Настоящий красавец, если вообще не эталон мужской красоты. Айнишах признавала, все мужчины, что рождались в её семье были красивы, а также росли они все очень быстро и выглядели старше своих лет. Её брат Али и её брат Мурат были завидными мужчинами всей империи. Каждая женщина, начиная от рабыни и заканчивая знатной дамой, мечтала об одном разговоре с ними, об одном их взгляде в её сторону. И теперь с приездом Энисе Султан к ним присоединился и Султанзаде Корай. Конечно, с ними он не шёл ни в какое сравнение. Он младше на несколько лет и имеет совершенно другой статус. Но, несомненно, Айнишах была уверена, что когда Кораю исполнится семнадцать или восемнадцать лет, за звание самого красивого мужчины дворца уже её братья будут с ним бороться, а не он с ними.
Наконец, Султанша дошла до места. Мысли о Султанзаде тут же вылетели из её головы. Девчонка подошла к железным прутьям и почти пропела:
- Здравствуй, Тео.
***
Асудэ медленно шла по коридорам Топкапы. Почему-то ускорить шаг ей совсем не удавалось. То ли не было сил, то ли сама она глубоко в душе не хотела идти быстро.
"Довольно тихо, для такого времени," - заметила девушка.
Она шла, а тьма вокруг окутывала её.
"Странно, почему не горят факелы".
И факелы действительно не горели. А ещё ни одной души вокруг. Будто бы все куда-то исчезли, испарились, как капельки воды. Тишина начинала нервировать девушку, а точнее пугать. Принцесса всё шла и шла, а коридоры никак не кончались.
- Да где же этот гарем?! - выругалась она и продолжила свой путь.
Казалось, с каждым её шагом стены становились только темнее, а пол совсем исчезал из под ног. Звенящая тишина резала слух и собственное дыхание стало раздражать девушку. Оно казалось ей слишком громким. Асу перестала слышать свои шаги. Теперь только несуразное и сбивчивое дыхание, а также противный шелест подола платья, который преследовал её, где бы она не была. Служанки принцессы рядом тоже не было. Асудэ искала её, но так и не смогла найти, поэтому задумала позже отругать её и пошла в гарем одна. Теперь она жалела. Ей становилось страшновато.
Неожиданно из-за угла вышла какая-то служанка. Асу несколько секунд всматривалась в её лицо, но так и не узнала эту рабыню.
"Видно, новенькая," - подумала она.
Служанка подходила всё ближе и будто не видела саму принцессу.
- Нашли. Нашли, - шла и повторяла себе под нос женщина. - Нашли, - она повторяла постоянно, без конца, совершенно непрерывно, пока не исчезла за поворотом.
В мыслях Асудэ - Мурат. Неужели нашли? Она ускорила свой шаг. Почти бежала. На лице незаметно расплылась улыбка. Принцесса вся расцвела. Девушка была так рада, так счастлива. Казалось, ничего на свете лучше быть не может. Сердце её стучало так громко и так быстро, тем самым заглушая всё вокруг. Наконец Асу добралась до гарема. Там было много народу. Все столпились в одном месте. Она зашла внутрь. По мере приближения девушки, всё больше наложниц расступалось. Асуде наконец заметила знакомую мужскую фигуру.
- Мурат! - крикнула она.
И он обернулся.
Асу испугалась. Лицо Шехзаде было мёртвенно бледным. Под глазами круги. Волосы растрёпаны. Он выглядел злым. Нет. Скорее рассерженным. Юноша смотрел на принцессу с ненавистью. Ярость его горела в глазах и почти испепеляла Асудэ. Он никогда так раньше на неё не смотрел. Никто так раньше на неё не смотрел. Злоба Шехзаде казалась какой-то странной, страшной и не обоснованной. Мурат смотрел твёрдым сжигающим взглядом, от которого у девушки побежали мурашки. Вдруг, из-за его спины вышла девушка. Сердце Асудэ перестало биться. Она тут же узнала её. На её шее были видны ужасные синяки, а сама она подняла руку и указала пальцем на Асу.
- Вот, мой Мурат, - громко начала Фатмагюль. - Это она! Она убила меня! Она убила меня, Мурат! - голос её казался каким-то диким, животным.
Принцесса тут же подбежала к принцу и упала ему в ноги. Она рыдала и целовала подол его кафтана. Девушка умоляла Шехзаде, просила простить, но он молчал.
- Я уже наказал тебя, моя принцесса, - томным голосом сказал Мурат и указал на что-то за спиной девушки.
Она обернулась и потеряла дар речи. Ноги её подкосились, а руки задрожали. Казалось, волосы на её голове поседели. Перед Асу на деревянной перекладине висела вся её семья. Все близкие ей люди. Её отец, которого она безмерно любила. Её мать, умнейшая женщина своей страны. Её брат, наследник и часть души самой принцессы. Рядом с ними весела и Мирьем, холодная и бледная. Её глаза были открыты, а на лице запечатлена маска ужаса. Асу сорвалась на крик, который не был похож на человеческий. В ушах всё зазвенело и она... Проснулась. Лицо её было мокрым от слёз, а сама она до сих пор дрожала.
***
Последний зачёт сдан, да здравствует карнавал!