Глава 11. На зло судьбе
Бан Чан проснулся посреди ночи, чтобы утолить жажду. Чанбин суетился в своей кровати, что-то бормоча во сне. Проходя по коридору мимо комнаты Наби, Бан Чан услышал плач и заглянул в комнату. Наби плакала во сне и кричала.
– Пожалуйста, не уходи! Мама прощу тебя! – Чан подошел к ней, чтобы разбудить и успокоить.
– Наби, проснись, это просто кошмар. – он схватил её за плечи и начал трясти.
– Нет! Мама, он меня убьёт, пожалуйста не бросай меня! – слёзы текли по её щекам, он смахнул их. Наби привстала и схватила его за руки. Она всё ещё была в бреду. По её лбу стекали капли пота, а её тело было холодным из-за судорог.
– Проснись, Наби, это всего лишь сон, с тобой всё хорошо. – девушка всё никак не просыпалась. Минхо и Джисон прибежали, услышав её крики.
– С ней всё хорошо?
– Она в бреду, кажется её мучает кошмар.
Наби схватилась за шею Бан Чана и крепко обняла его, всё ещё бормоча:
– Мама, не оставляй меня больше. – Минхо и Джисон переглянулись и вышли, увидев, что объятия Чана её успокоили. Бан Чан обнимал её в ответ, проводя рукой по её волосам, гладил её по голове. После нескольких минут он заметил её умеренное дыхание, указывающее на покой и решил оставить её, но так и не сумев выбраться из её объятий, уснул.
Групповой шёпот отвлек Наби от сна. Ещё сонные глаза не могли определить кто это и чьи руки обнимают её. Нет, подождите, она сначала должна понять почему сама обнимает этого человека. «А они точно не встречаются?» разобрала она среди этого гула. «Не думаю, они же терпеть друг друга не могут» послышался ответ. Парни были в курсе того, что Чан может уснуть только рядом с нами. Но спать в обнимку – было чем-то новым. Наконец, раскрыв глаза, Наби осознала, что обнимает Бан Чана, а шепот принадлежал парням, которые стояли у двери и наблюдали за ними.
– Какого черта? – она резко вскочила, вырвавшись из его рук. Чан в полусне пытался разобраться что происходит и почему на него орут с утра. – Ты что здесь делаешь?!
– Я пытался тебя успокоить и тебе это так понравилось , что ты не пустила меня обратно в мою комнату.
– Да я.. да я в жизни не обняла бы тебя сама! – она взяла ближайшую подушку и пульнула в него. Тот окончательно проснулся.
– Ладно, это всё прежние они. – раздался голос Сынмина, а следом и Феликса.
– Ребят, может отложите свои разборки на потом и придёте завтракать? – парни вышли, а за ними и Бан Чан. Наби схватилась за голову. Насколько же в бреду она должна быть, чтобы обнять его. Она точно сошла с ума. Наверное, это таблетки на неё так действуют, ведь она приняла за раз аж 3 таблетки вчера вечером после долгих рыданий. Вспомнив о той ночи, глаза Наби наполнились слезами. Да, она успокоилась и смирилась с этим, но осадок всё же остался. Ее мать теперь живёт своей жизнью, жизнью в которой для Наби больше нет места.
Прошла неделя. Наби потребовалось время, чтобы принять реальность. Парни убедили её завтракать с ними, стараясь подольше быть с ней рядом после случившегося. О том вечере никто не спрашивал, все узнали от Чана, что это что-то связанное с семьёй и им лучше не вмешиваться . Ребята выпустили альбом и он сразу начал набирать популярность. Печаль Наби заменилась радостью за парней. Их пригласили на музыкальный фестиваль и они вместе готовились к нему.
– Наби, ты ведь будешь присутствовать на фестивале? Там будет весь Сеул.
– Конечно, Феликс, я же ваш первый фанат. А когда начало?
– Сегодня в 18:00, но мы должны быть там немного раньше, чтобы настроить аппаратуру.
– Тогда я помогу вам собраться, но сначала быстренько сбегаю к Наыль, её выписали из больницы, хочу побыть с ней немного. – на самом деле она хотела ещё раз увидеть свою мать, но не мало волновалась и о своей сестре. Какая же не лёгкая судьба у этой Хван Сэ Ры. Обе её дочери больны и одна из них – неизлечимо. Ей и вправду суждено было остаться одной?
Наби стояла на крыльце дома, на том же крыльце, на котором стояла 10 лет назад, когда услышала новость, которая перевернула её жизнь с ног на голову. Дом и двор совсем не изменились. Слева от дома всё также стоял огромный дуб, под которым когда-то Наби каталась на качелях, в ожидании любуясь куклами бабочек. Теперь на дереве не было кукол и качели убрали, как и воспоминания её матери. «Я вернусь, когда появятся бабочки» , она вернулась, как и обещала, только не к ней. Сейчас она была невесткой чеболя Ким Чон Чоля, вдовой с больной дочерью, женщиной, которая потеряла пол своей жизни.
Наби позвонила в дверь и через несколько минут ей открыли. Она стояла неподвижно, не в силах промолвить и слова.
– Здравствуйте, а вы к кому? – перед ней стояла её мать и обращалась к ней на «вы», что парализовало.
–А.. я.. я бы п-пришла к вашей д-дочери. – еле проговорила она.
– А! Так ты Наби? Наыль столько рассказывала о тебе. Проходи скорее, она будет очень рада видеть тебя.
– Да, м-мэм. – она зашла в знакомую гостиную, в которой когда-то играла.
– Я Хван Сэ Ра, мать Наыль, можешь звать меня Сэ Рой или тётей, как тебе удобно. – она будет звать собственную мать тётей, разве это не забавно? Нет, скорее печально. Женщина протянула руку и Наби с дрожью в собственной руке пожала её. Прикосновение отдалось болью в сердце. Наби всё ещё не могла поверить в то, что она наконец нашла её и принять то, что её больше не существует в её воспоминаниях.
– Присаживайся, я сообщу Наыль. – женщина удалилась в коридоре, а Наби пыталась бороться с поступившим к горлу комом и слезами, готовыми стечь по щекам. Дальние крики в коридоре принадлежали бегущей по коридору Наыль .
– Ураааа! Набиии! – девочка рухнула в объятия крепко сжала её. – Я соскучилась.
– Я пожалуй оставлю вас, у меня дела. – женщина вышла из комнаты, оставив девочек.
– Как же быстро ты успела соскучиться.
– Конечно успела, тебя же не было неделю. Я уж думала ты меня бросила или уже успела умереть.
– Не говори глупостей, у меня просто.. было много дел поэтому не успевала заглянуть к тебе. Да и ты теперь дома и я не смогу тебя навещать так часто.
– Почему? – действительно, почему? Потому что этот дом напоминает о больном.
– Я должна буду проводить много времени в больнице, когда начну лечение.
– А разве это лечится?
– Да, это не последняя стадия. Так что я буду жить. – соврала она, чтобы утешить её или утешить себя.
– Ура! Тогда ты вылечишься, а мне найдут донора и мы проживём долго, путешествуя по всему миру втроём – я, ты и моя мама. – «наша мама» захотелось сказать Наби.
– А как же я? – позади послышался знакомый голос.
– Дедушка, ты вернулся! – Наыль встала и обняла его. – Дедушка, помнишь я рассказывала тебе о Наби? Это она – моя лучшая подруга.
– Да, я помню. – он посмотрел в знакомые глаза. Мистер Ким сразу узнал девушку, ему доложили о том, что она вернулась и он был намерен огородить её от своей семьи. – Наыль, можешь принести дедушке воды? А мы тут пока познакомимся с твоей подругой. – девочка поспешно вышла из комнаты. – Так ты вернулась. – от этих слов по телу Наби пробежала дрожь. Он узнал её или же это дядя Квон сообщил ему. – С какой целью ты ошиваешься вокруг моей внучки?
– Что? У меня должна быть какая-то цель?
– Тебе рассказали о состоянии твоей матери. Тебя больше не существует в нашей жизни и не должно существовать в жизни моей внучки. – Наби опешила от услышанного. – Уезжай из этого города. Нужны деньги? Я дам тебе их, только держись подальше от моей внучки. Клянусь, если ты ещё раз приблизишься к моей внучке и к моей невестке, я отправлю их заграницу и ты никогда больше их не увидишь.
– Она моя сестра!
– Она тебе не сестра. Она дочь моего покойного сына и я намерен во что бы то не стало уберечь её от прошлого твоей матери. А теперь убирайся из этого дома и больше не попадайся мне на глаза. – Наби встала в тот момент, когда в комнату вошла Наыль.
– Уже уходишь?
– Наби, мама приготовила равиоли, пойдем покушаем?
– Наыль, я.. я пойду, у меня появилось срочное дело. – она поспешно взяла сумку и вышла. Поступившие слёзы жгли глаза. Наби пыталась совладать с чувствами, но слова мистера Кима ударили по больному. Ей хотелось забыть всё это, у нее бывали провалы в памяти из-за опухоли и она надеялась на то, что это затронет и то, что случилось сегодня. Во дворе она встретила свою мать, потеряв на минуту рассудок Наби кинулась к ней в объятия и начала плакать.
– Прощу, позвольте мне побыть так немного. – женщина ничего не сказала, лишь удивлённо смотрела на неё, пока та не отпустила и не выбежала на улицу. Острая боль в висках сбила её с ног, у Наби кружилась голова и она вот вот готова была готова встретить лицом асфальт, но её прихватили прежде чем она упала. Что случилось дальше она не помнила потому что вырубилась.
Наби открыла глаза уже в больнице. Яркий белый цвет больницы бил в глаза и запах натрия отдавался остротой в носу. Это была та самая больница, в которой она навещала Наыль. Больничная койка была результатом её похождений с обезболивающими. В палату зашёл врач в результатами анализов в руках.
– Мисс Ким, как вы себя чувствуете?
– В целом нормально, если не считать замешательства вызванные этим местом.
– Вы потеряли сознание на улице и вас привезли в больницу. Вы уже знаете о своих результатах? Судя по тому, что вы принимали сильнодействующие обезболивающие скорее всего знаете.
– У меня третья стадия опухоли головного мозга и я умру через год если не сделать лечение , которое продлит мою жизнь всего лишь на жалкие 3-4 года и я должна начать лечение прямо сейчас. Я всё это знаю, повторять не обязательно.
– Боюсь вас огорчить, мисс Ким, но лечение вам не поможет. У вас осталось лишь несколько месяцев. 7 или 8. Опухоль быстро распространяется на большинство клеток из-за чего у вас случаются головные боли и провалы в памяти. Мы выписали вам лекарства для того, чтобы вы могли нормализовать свою ежедневную деятельность устранив боли, но провалы в памяти увы мы не можем устранить. Вы можете идти. – врач вышел из палаты, кинув её в обрыв, у которого не была дна. Несколько месяцев. Истерический смех вырвался из её груди. Она смеялась со своей судьбы, со своей жизни, которая сложилась таким образом. Кажется она сошла с ума. Ей даже не хотелось плакать. Она просто смеялась пока слёзы не выступили из глаза и не разболелся живот.
– Не могу поверить. Я приехала в Корею, только-только нашла свою мать, которая меня и вовсе не помнит, узнала, что у меня есть сестра, а теперь выясняется, что мне осталось лишь несколько месяцев. Кажется если я окажусь в больнице ещё раз, они скажут что я умру завтра же. – она снова засмеялась. Забрав сумку и телефон она вышла из больницы и направилась к мосту рядом с больницей. Пыталась ли она спрыгнуть? Она сама не знала. Время близилось к вечеру и она должна была быть сейчас с парнями, но не могла пойти к ним в таком состоянии. Наби забралась на перила моста, глубоко вдохнула побольше воздуха и крикнула освобождая свои лёгкие от воздуха и сердце от горя.
– К чёрту эту жизнь! К чёрту всё что со мной случается! К чёрту тебя, мать твою! Обещаю! Я обещаю тебе, я проживу оставшуюся жизнь делая всё что только вздумается, назло тебе, судьба, я проживу свою оставшуюся жизнь на максимум и умру с улыбкой на лице! К чёрту тебя!