●Глава 7●
До меня не сразу дошел смысл слов врача: «Все хорошо. Истощение организма». Это у кого? «Что делать с беременностью?» С чьей беременностью?
— Мы ждем вашего решения. Но, если вам интересно услышать мое мнение, то я посоветовал бы вам повременить с детьми. У вас ведь наверняка они уже есть, — между тем продолжил медик.
— Дети?.. — на мои глаза сразу навернулись слезы. — У… меня… нет… — дальше я не смогла договорить, а в голове крутилась фраза: «Зато Джихе родит ему наследника».
— Вы еще не рожали? — удивился врач. Я отрицательно замотала головой, еле сдерживая рвущиеся наружу рыдания. Пустоцвет. Бесплодная старуха. — Тогда что же мне с вами делать?
Я непонимающе на него посмотрела. О чем он говорит?
— Вы хотите оставить ребенка или нет?
Ребенка? Врач намекает на то, что я беременна? Это шутка? У меня даже в голове не укладывалось то, о чем говорит мужчина в белом халате. Это же невозможно!
— Я не успела сделать ЭКО, — хлюпнула носом я, сдерживая комок слез в горле.
— Но вы беременны. У вас очень высокий ХГЧ в крови.
— Нет… У меня ничего не приживается… Это какая-то ошибка… Доктор… — не поверила я и зарыдала, боясь очередного разочарования.
— Хорошо. Мы отправим вас на УЗИ. А уже после этого будем решать, что делать с вашей беременностью, — вздохнул врач. — Она сейчас очень некстати.
Когда он вышел, до меня дошло, что это не шутка! Неужели я и впрямь забеременела⁈ Этого не может быть!
Чувство тревоги, смешанное с надеждой, взбодрило меня. Теперь все мои мысли переключились на один вопрос: есть ли ошибка в анализе крови или нет. А еще: когда я могла забеременеть? Посчитав, я поняла, что идеально подходят первые дни нашего примирения. А затем я вспомнила симптомы, которые списывала на отравление, стресс, авитаминоз и побочку гормональной терапии. Но все равно я боялась поверить в чудо.
Ближе к обеду медсестра повела меня в кабинет УЗИ. Молодая и симпатичная гинеколог с улыбкой стала меня осматривать, и я видела, как менялось выражение ее лица.
— Да. Тут нет никакой ошибки, — наконец, сказала она и нажала на сканер, чтобы распечатать фото, за которым появилось еще одно. — У вас два эмбриона.
— Близнецы? — удивилась я.
— Нет, у вас двойня. Два самостоятельных эмбриона. Есть сердцебиение. Беременность протекает вполне нормально. Если вы хотите ее сохранить, то с точки зрения гинекологии проблем быть не должно. Надеюсь, у вас нет хронических заболеваний, препятствующих вынашиванию детей?
От счастья я не могла говорить и со слезами на глазах отрицательно замотала головой. Я выношу хоть четверых! Лишь бы они были здоровы!
— Отлично. Единственное, вам не разрешат рожать естественным образом. Для вас будет безопаснее сделать кесарево сечение.
— Хорошо.
Я беременна! Я не пустоцвет! У меня получилось! У меня будет аж два ребенка!
Но какая ирония. Все произошло именно тогда, когда муж меня бросил и ушел к той, которая тоже ему родит.
Не расскажу! Ни за что не расскажу Гуку о своей беременности! Пусть рожает ему Джихе! Это счастье только мое!
Дальше ко мне пришло осознание того, что я чуть не лишила жизни трех людей сразу, включая и себя. Конечно, мысленно я сильно сожалела, но затем решила, что это для меня урок на всю жизнь. Иногда нам кажется, что все кончено и хуже уже не может быть. Мол, жить незачем, но это не так. Мы иногда не видим за туманом маяк, который нам указывает на путь к нашему раю, то есть к выходу из ситуации.
Мою радость немного омрачил врач:
— Вы точно хотите сохранить беременность? — уточнил он после моего обследования.
— Разумеется. Я семнадцать лет не беременела. Двенадцать лет лечила бесплодие, проходя через все муки ада. Я сделаю все, чтобы родить, — уверенно ответила я.
— У вас истощение. Я категорически советую вам повременить с рождением ребенка. Тем более двойни. У вас катастрофически низкий гемоглобин. Вы понимаете, что ваш организм может не справиться? Тем более после сильнейшего отравления?
— Я справлюсь, — заявила я. — Теперь я со всем справлюсь.
* * *
Консилиум врачей долго спорил, есть ли у меня показания к принудительному прерыванию беременности. В итоге все вышло именно так, как я предложила. То есть я взяла на себя письменную ответственность за исход моей беременности.
Некоторое время спустя моему брату и Дженни разрешили навестить меня.
— Это называется —ты осчастливила себя⁈ Чуть на тот свет не ушла! — от эмоций голос Дженни заметно дрожал. — Ты понимаешь, что ты сделала⁈
— Простите. Мне, правда, жаль, — ответила я.
Тэхён молчал, а Дженни продолжила и дальше меня ругать за то, что я не позвонила ей и не доложила о том, что произошло.
— Но ты же сказала, что моя депрессия тебя, как тренера, не интересует, — удивилась я.
— Здрасьте! А договор ты читала⁈ Там же прописано, что, если резко меняется ситуация в семье, карьере или что-то, что может повлиять на тренинг, то ты должна немедленно доложить мне об этом! Моя обязанность корректировать обучение, исходя из твоих возможностей и вообще ситуации в целом!
Подруга еще долго и нудно причитала, пока ее до этого времени молчавший Лешка не остановил:
— Ты когда-нибудь заткнешься?
— Не тебе тут командовать! — огрызнулась Дженни.
— И не тебе. Будь ты настоящей подругой…
— Ах! Нашелся братец! Уголовник и нахлебник! — не унималась моя подруга.
— Нет, лучше быть такой крысой, как ты! — ехидно заметил Тэха.
— Лиса, пусть он уйдет! Или уйду я!
— Да иди уже! Нужна ты больно! Психологиня недоделанная! — завелся Тэха.
Мне пришлось притормозить своего брата и попросить его ненадолго выйти из палаты.
— Ты давала ему деньги? — спросила Дженни.
— Только за бульон, — ответила я. — Уж очень вкусный сделал.
— Отлично. Будем спасать твоего брата.
— Я за него платить не буду. Ты сама говорила, что спасать человека против его воли —невозможно.
— Лиса, но ты же слышала, что он сейчас сказал, — возразила подруга.
— Что?
— Ты мне очень нужна, психологиня!
Тут я уже прыснула:
— А не наоборот?
— Поверь мне, все прозвучало именно так! И я помогу ему сполна!
Давно я так не смеялась. Потом Дженни что-то вспомнила и спросила:
— Я для тебя все еще тренер? Или мы переходим на другой уровень отношений?
— Тренер. На самом деле ты мне очень помогла. Как только я поняла свое счастье, то сразу забеременела. Сама. Представляешь?
— Твои дальнейшие действия?
— Продолжать обучение.
— Я имею в виду твои семейные отношения. Что ты теперь собираешься делать?
— Ничего. Пусть разводят. Я справлюсь.
— Понятно. А про детей ты решила умолчать? Алименты нам не нужны, мы очень обидчивые и гордые. Так?
— Так, — улыбнулась я. — У Гука будет свой наследник. Пусть радуется.
— Угу, — выражение лица Дженни было красноречивым, и я уже знала, что она скажет. — Твое новое задание: поговорить с мужем и обсудить раздел имущества с учетом рождения ваших будущих детей.
— Но…
— Без «но». Мы думаем о судьбе детей и об их будущем. А свою гордость засунь куда-нибудь подальше. Понятно? Ну, на этом все. Поздравляю. Очень хорошая новость. Где-то там подруга радуется до слез и верит, что у тебя все получится Дети — счастье, а не помеха.
* * *
Две недели мне поднимали гемоглобин и подтягивали иммунитет. Все это время я настраивалась на серьезный разговор с Гуком. Уже заходя в дом, я ничего не подозревала, только в спальне меня смутила интимная подсветка. А когда мое зрение прорезалось, то на мятой кровати я увидела своего мужа, спящего в обнимку с Алисой.