[BL] А я поцеловал его брата!

Прошло чертовски много времени с тех пор, как мое тело так ужасно болело. Мои кости казались хрупкими, как стекло, а кожа — чертовой бумагой с дурацкой замазкой вместо мышц. Мне сказали не двигаться слишком много, особенно когда в моей руке торчит капельница. Меня все еще немного тошнило, но не настолько, чтобы об этом говорить.

Но мне было все равно, как я себя чувствую физически, потому что, лежа на краю моей кровати, заснул Девин, повернув ко мне лицо и положив руку под голову. Парень чертовски устал. Когда он вошел, я мог бы подумать, что Девин только что пробежал марафон. Хотя тот факт, что он ворвался сюда на такой скорости, заставил мое сердце переполниться радостью. И если бы я не был в такой дрянной форме, то взял его и бросил на кровать в одно мгновение.

Поэтому все, что я мог сделать сейчас, это просто смотреть, как он тихо спит. Это помогло мне наконец расслабиться, теперь я знал, что с ним все в порядке и он со мной. Внутри меня было странное зудящее ощущение, что я не хочу, чтобы он снова оставался один, никогда.

И я тоже не собирался больше расставаться с ним. Хотя меня все еще раздражало, что Алексу удалось сбежать. Это чувство царапало меня изнутри, как мокрый кот, но мысль о Девине, бросившимся на мою защиту, остужала моё горячее желание пойти за ним.

П/п: почему мокрый кот? Может коты не любят мыться и вырываясь из ванны остервенело царапаются...

Нет, я не собирался больше преследовать Алекса, если это означало навредить Девину. К черту все! Я просто замучаю этого ублюдка судебными исками.

Я вздохнул и немного расслабился, бездумно уставившись в потолок, и как раз в это время медсестра заглянула в наш мирок. Она слабо улыбнулась, когда вошла, неся поднос с разными соками и водой.

П/п: если я правильно понимаю, палата большая и в ней ширмами/занавесками отделены кровати с больными.

— Первую неделю после операции тебе разрешено только пить, так что я принесла тебе всякого разного, — она поставила поднос так, чтобы он оказался у меня на коленях, а затем взглянула на Девина, — ты собираешься разбудить его? Время посещений почти закончилось.

Я изогнул бровь.

— Леди, этого парня чуть не убили из-за меня. И он торчит здесь всю чертову ночь, — возразил я.

Она моргнула и уставилась на меня, ее розовые губы сложились в букву «О». Я перевел взгляд на Девина и несколько секунд наблюдал, как он мирно дремлет, прежде чем добавить:

— И я бы чувствовал себя лучше, если бы он просто остался здесь рядом со мной. Это более безопасное место, чем быть там одному, — пробормотал я, беря один из соков.

Медсестра медленно кивнула, слегка прикусив нижнюю губу.

— Ну, мы не должны позволять посетителям оставаться...

— Его ударили по лицу. Тогда поставьте ему кровать рядом со мной. Скажите им, что у него подозрение на сотрясение мозга или еще что-нибудь глупое.

— На самом деле он тебе нравится, не так ли?

— Ну и что? Вы собираетесь прекратить лечение только потому, что мне нравится другой парень? — раздраженно спросила я, ставя стакан обратно на поднос.

Медсестра долго смотрела на меня, потом на ее лице появилась улыбка.

— Дорогой, это кому что больше нравится. Ты по-прежнему человек, и если тебе больно, мы сделаем все возможное, чтобы вылечить тебя, чтобы ты смог встать на ноги рядом с тем, кого любишь. Поверь мне, мы не будем настроены против кого бы то ни было из-за его сексуальных предпочтений,— объяснила она.

Я почувствовал, как расслабились мои нервы, и посмотрел на нее, слабо улыбнувшись.

— Вау! Это шок для меня. Потому что последняя больница, в которую я попал, отказалась проводить медосмотр из-за этого, — ответил я.

Медсестра фыркнула, скрестив руки на груди.

— О, что за фигня. У некоторых людей нет порядочности. Человек есть человек, независимо от сексуальности, расы, пола, чего бы то ни было. Некоторые люди просто...

— Нетерпимые ублюдки, – вмешалась я.

Медсестра мягко усмехнулась.

— Великие умы думают одинаково, — она подмигнула мне, а затем указала на соки, — это все, что я смогла найти на данный момент, но утром я сделаю все, что в моих силах, чтобы найти больше.

— Я так понимаю, Бадлайт запрещен? — спросил я. /его любимое пиво/

Медсестра погрозила мне пальцем и щелкнула меня по носу, что удивило меня, Я уставился на нее с недоверием. Она была действительно необычной.

— Тебе лучше не пить алкоголь, приятель. Эта штука вредит твоей печени, а у тебя и так уже достаточно повреждений. Лучше переключи свое внимание на Juicy Juices и H20 или даже попробуй полюбить чай. Только не кофе. Не уверена, что весь этот кофеин хорошо влияет на тебя, — объяснила она, проводя рукой по своим коротким темным волосам и отводя взгляд своих блестящих шоколадных глаз.

У меня возникло странно ощущение, что она винит меня в том, что случилось с кофе.

— Хорошо, — вздохнул я, поднимая еще один стакан сока, чтобы понюхать его, — значит, мне не придется оставаться здесь долго, не так ли?

Медсестра медленно покачала головой, с задумчивым видом.

— Не то, чтобы я в курсе. Но скорее всего это будет еще один день после сегодняшнего вечера, чтобы мы могли быть уверены, что переливание прошло успешно. Пока твой организм замечательно реагирует, продолжай в том же духе. Ладно, мне уже пора идти. У меня еще один пациент на очереди, который ноет, чтобы получить моё внимания, — фыркнула она, собираясь уйти.

— Ой, подожди. Я не расслышал твоего имени, — попросил я.

Медсестра улыбнулась и отсалютовала мне двумя пальцами.

— Сабель. Приятно познакомиться, Рик Паттерсон.

— И тебе того же.

Я наблюдал за тем, как она уходит, а потом с отвращением посмотрел на сок. Я едва мог вспомнить, когда в последний раз не пил пива. Я вздохнул и сделал глоток какого-то лилового виноградного сока, но закашлялся от вкуса.

— Вот же... — я поставил его обратно и взял следующий.

Почти все они были на вкус как дерьмо. Виноград, ананас, яблоко, вишня, груша, персик. Ад! Как дети терпят этот мусор? Я хочу свое пиво.

— Просто выпей один, — пробормотал голос, и я посмотрел на Девина, который, казалось, только наполовину проснулся.

Наверное, звук моего разговора с Сабель потревожил его сон.

— Я не люблю сок. Я хочу свое пиво, — ответил я фырканьем.

Девину удалось закатить даже полузакрытые глаза, и он, кажется, сделал попытку сесть. Но, видимо, ему стало слишком лень, потому что он рухнул обратно на кровать, сонно глядя на меня.

— Спи давай, — сказал я ему и потянулся за водой.

По крайней мере, это не было дерьмом в бутылке. Девин сонно хмыкнул, его веки снова отяжелели от сна.

— Мм мм... Уже закончилось время приема гостей...?

— О чем ты? Думаешь, я позволю тебе бросить меня?

— Мм мм... Я просто собирался спрятаться под твоей кроватью.

— Тупица. Ты остаешься там, где я могу тебя видеть, — я сделал паузу и, протянув руку, осторожно коснулся большого синяка, который уже сформировался на его щеке, что заставило меня поморщиться, — это больно? Я могу дать тебе болеутоляющее, чтобы облегчить это.

Девин фыркнул, пытаясь, вероятно, ударить меня по руке, но в итоге просто накрыл мою руку своей. Его пальцы были мягкими и гладкими, и они очень естественно переплелись с моими.

— Э-э-э... Все в порядке... Типа... Ударился головой о машину...

— Хм?

Я немного приподнялся и хмуро наблюдал, как веки Девина, казалось, становятся все тяжелее и тяжелее, пока в конце концов снова полностью не сомкнулись, а его рука безвольно обмякла на моей. В мгновение ока он снова заснул, и его ровное дыхание согревало мою руку.

Ударился головой о машину? Как, черт возьми, ты это сделал?

Я закатил глаза.

Наверное, это просто странный сон.

Покачав головой, я свободной рукой взял стакан и допил оставшуюся воду, а потом откинулся на подушки, удобнее устраиваясь на кровати. Продолжая держать свою руку вместе с накрывшей её рукой Девина, я снова погрузиться в сон.

На самом деле мне не хотелось спать, но если я буду дремать, то время пойдет быстрее. А это значит, прежде чем я замечу, смогу выбраться отсюда и вернуться домой с Девином. Я хотел, чтобы время просто поторопилось...

И в конце концов это произошло. Следующий день прошел намного быстрее, чем я думал, со всеми чертовыми тестами, которые они проводили на мне. Меня просто разозлило, что они прогнали Девина, так что я сидел там один с вставленными иглами и выходящими трубками. Холодные руки касались моего тела, отчего рана возле живота слегка пощипывала.

Я возблагодарил Бога после того, как они дали мне наконец одежду, которую прислал мой дядя Вик. Хотя это были всего лишь пара спортивных штанов и майка, но, черт возьми, меня устраивало все, что не было больничным халатом. Однако ходить было намного труднее, чем просто стоять. Каждый шаг вызывал у меня острую боль, и медсестры не могли не заметить этого.

— Пожалуйста, дорогой, давай мы лучше посадим тебя в инвалидное кресло, — призвала одна из них, но я нахмурился, качая головой.

— Мне оно не нужно. Я в порядке, поэтому могу сам.

— Вот упрямый, — сказала мне Сабель с фырканьем, и я тоже фыркнул ей в ответ, так как она все же кинулась помогать мне добраться до двери.

Чем дольше я шел, тем больше притуплялось ощущение боли, и я действительно уже мог сделать несколько шагов, не постанывая и не ругаясь. В приемной Девин вскочил на ноги, увидев меня.

— Ты не в инвалидной коляске? — спросил он, удивленно глядя на меня.

— Большой парень думает, что он крутой, если сам ходит с огнестрельным ранением, — возразила Сабель, заставив Девина сердито взглянуть на меня.

Я пожал плечами, немного поморщившись, а потом сделал пару шагов.

— Видишь? Все в порядке. Больше никакой боли, — сказал я.

Сабель погрозила мне пальцем.

— Отныне веди себя хорошо. Я больше не хочу видеть тебя здесь в качестве пациента, слышишь? — попросила она, и я закатил глаза, ухмыляясь ей.

— Не могу этого обещать.

— Я могу, — вставил Девин, кивнув Сабель, которая улыбнулась ему, — я надеру ему задницу, прежде чем он окажется здесь снова.

— Как обнадеживает, — протянул я.

Девин выглядел так, будто собирался ударить меня, но передумал и проверил время. Сабель похлопала меня по щеке, одарив очаровательной улыбкой.

— Не забывай побольше отдыхать и никакого алкоголя, — добавила она, подмигнув.

— Ты меня убиваешь, — ответил я сухо, но Сабель просто поцеловала меня в щеку, а затем помчалась, чтобы помочь другим медсестрам убраться на моем месте, подготовив кровать для следующего пациента.

Я посмотрел на Девина, который немного покраснел, наблюдая как уходит Сабель.

— Только не говори мне, что ты ревнуешь, — предупредил я невозмутимым тоном.

Он покраснел еще больше, и стал совсем хмурый.

— Кто ревнует? Я не ревную. Ты что, дурак. Пошли давай.

Он взял меня за руку, и его пальцы переплелись с моими. Это успокоило меня, и я просто ухмылялся ему, пока он помогал мне пройти по коридору. Я уже не чувствовал так много боли, когда шел с Девином, а его рука согревала мою.

Конечно, мы получили несколько косых взглядов от других людей, но мне было плевать. Я был рад, что Девину не было стыдно вот так держать меня. Я был рад, что он хотел, чтобы об этом узнал весь мир, и ему было все равно, что думают другие. Это заставило что-то внутри меня набухнуть.

Мы направились к машине, оставив позади прохладный кондиционер, теперь нас обдувал поток горячего, душного воздуха. Это заставило меня сморщить нос от отвращения, а Девин тут же фыркнул.

— Тьфу, я ненавижу лето. На улице чертовски жарко и противно.

— Не знаю, я люблю валяться под кондиционером. И в моем доме их предостаточно. Пожалуйста, скажите мне, куда мы направляемся?

— Никакого дерьма. Ты никуда больше не поедешь в течение долгого времени, — возразил Девин, помогая мне сесть в машину.

Когда он сел на водительское сиденье и обернулся, я заметил, что на виске его волосы немного короче и обнажают что-то похожее на швы. Это открытие заставило меня нахмуриться.

— У тебя швы? — сразу спросил я.

Девин явно замер на секунду, а потом нервно рассмеялся, заводя машину.

— Это со вчерашнего дня, помнишь?

— Он ударил тебя в челюсть, а не в лоб.

— Я тоже так думал.

Он продолжал лгать, и это вызвало во мне волну раздражения, а также чужеродное тянущее ощущение беспокойства. Почему он мне лжет? Что случилось, пока я был в отделении неотложной помощи?

— Это сделал твой отец? — спросил я.

Девин рассмеялся, выезжая с парковки, его глаза бегали, когда он притворялся, что отвлекся на вождение.

— Моя мать застрелила бы его, если бы он ударил меня.

— Тогда что случилось?

— Я же говорил тебе, Алекс ударил меня...

— Я не дурак, Дейв. А теперь либо ты скажешь мне чертову правду, либо я вырву это колесо из твоих рук, отправив нас обоих в канаву, — ледяным тоном предсказал я.

Девин застонал и немного сполз в своем сиденье, ведя машину так осторожно, как только мог.

— Слушай, перестань закатывать истерику. Ты навредишь себе. Я скажу тебе, если ты обещай не злиться.

— Ты же знаешь, что я не могу этого обещать.

— Угу, — Девин сделал небольшую паузу, сбавив скорость и внимательно разглядывая дорогу, — это не имеет большого значения. Я остановился в магазине рядом с больницей, чтобы купить нам кое-что, э-э, важное. И там я наткнулся на Дэмиена. Он просто слетел с катушек, когда узнал о нас. Но тебе не нужно из-за этого лезть в бутылку и связываться с ним. Я уже врезал ему по яйцам так, что они чуть не вылетели изо рта.

Я почувствовал, как напрягаюсь, но стоило мне это сделать, боль пронзила мой живот и грудь так, что я задохнулся, хватаясь руками за живот. Девин немедленно рванул машину на обочину.

— Рик? Рик, с тобой все в порядке? Прости, я же говорил, что не хочу тебе говорить! — запротестовал он.

Беспокойство на его лице сразу же расслабило меня, и я спокойно позволил ему убрать руки от моей раны. Он задрал мою рубашку и уставился на чистую повязку, а потом удовлетворенно откинуться на спинку сиденья, глубоко вздохнув.

— Боже! Ты доведешь меня до сердечного приступа, — выпустил пар Девин.

Я слегка нахмурился, глубоко вздохнул и начал спокойно объяснять:

— Ты должен был сказать мне, Дейв...

— Я бы так и сделал, если бы у тебя не было стервозного нрава, но у тебя он есть. Слушай, в этом нет ничего страшного, как я уже сказал раньше. Дэмиен понял мой намёк и ушел. Чао, бай-бай, адиос! Понял? Больше никаких проблем, — Девин закончил свое объяснение, продолжая аккуратно двигаться по дороге.

Часть меня не хотела отпускать подонка. Я автоматически возненавидел этого ублюдка Дэмиена намного больше, чем раньше. Никто не мог ударить Девина и остаться безнаказанным. Это то, почему я собирался подать в суд на Алекса за то, что он ударил Девина по лицу.

Я злился каждый раз, когда замечал багровый синяк, расцветший на скуле Девина, и то, как распухла его щека. Это снова заставило мой живот выворачиваться от боли. И это было не только из-за моего огнестрельного ранения. Дело в том, что это я втянул его. И теперь я ненавидел себя за это! Мне, наверное, следовало тогда соврать и не рассказывать ту историю, но что-то внутри меня подсказывало мне, что я должен доверять ему.

У меня начала болеть голова, потому что я размышлял обо всем этом дерьме, и, слава Богу, Девин остановился на подъездной дорожке моего дома уже через пятнадцать минут.

Он помог мне выбраться и провел меня внутрь, где ждали Вик, Дэнни и Блейк.

— С возвращением, детка, — Вик крепко, но нежно обнял меня, мягко похлопав по затылку, прежде чем отступить назад, чтобы внимательно изучить меня, — а с виду и не скажешь, что ты ранен. Давай же, проходи, я приготовил ужин для тебя.

— Нормальный ужин или ужин-смузи? — спросил я сухо.

Вик закатил глаза.

— Ты сам знаешь, что сказал доктор.

— Можно мне хотя бы пива? – проворчал я.

Вик какое-то время изучал меня, а затем взглянул на Блейка, словно нуждаясь в другом мнении. Блейк поднял руки, сдаваясь, и покачал головой.

— Не надейся на меня. Ты знаешь, что я скажу, — фыркнул он и нахмурился.

Вик вздохнул.

— Хорошо, но только одну бутылку. Если почувствуешь боль, дай мне знать, и я срочно отправлю тебя обратно в больницу.

— К черту это. Я скорее умру, чем вернусь туда. Все на вкус как дерьмо, медсестра пыталась залезть мне в штаны, и это было чертовски стерильно, — возмущался я, заставляя Вика закатить глаза и уйти на кухню, чтобы избежать моего скверного характера.

Я ухмыльнулся ему вслед, затем взглянула на Блейка, который молча качал головой.

— Эй, мне нужно с тобой поговорить, — заявил я.

Блейк нахмурился, но ничего не сказал, просто кивнул, прежде чем посмотреть на Дэнни, который что-то бормотал Девину.

— Нам нужно ненадолго уединиться, — попросил он.

Дэнни надулся, но, казалось, почувствовав ауру в комнате, потащил за собой Девина, который продолжал оглядываться на меня с любопытством. Я подождал, пока они не исчезли с глаз, прежде чем в упор посмотреть на Блейка.

— Мне нужно, чтобы ты позаботился о Девине, — сказал я.

Блейк недоуменно моргнул, а затем непонимающе тряхнул голова.

— О чем ты говоришь?

— Это тот подонок, Дэмиен. Парень напал на него прошлой ночью, но Девин только что рассказал мне. И я не думаю, что парень сдался. Мне нужно, чтобы ты проводил Девина домой, убедившись, что он добрался туда в целости и сохранности, — тупо объяснил я, потянувшись к вискам, чтобы облегчить головную боль.

Это не особо помогло, особенно когда Блейк недовольно нахмурился.

— Ты серьезно думаешь, что парень вернется?

— Без сомнения. Я знаю, что требую многого, и мы не в самых лучших отношениях. Но я не могу быть рядом с Девином, пока в таком состоянии, и меня это чертовски бесит. Поэтому я прошу тебя, просто проследи за ним, чтобы убедиться, что он вернулся домой целым и невредимым, — снова сказал я.

Блейк какое-то время изучал мое лицо, затем его выражение смягчилось.

— Он тебе на самом деле серьезно нравится, — постановил он.

Я усмехнулся.

— Не то слово. Я бы умер за него.

— Очевидно, — Блейк сделал паузу на некоторое время, прислушиваясь к звукам голосов Девина и Дэнни, разносящихся по коридору, что звучало как очередной их глупый спор по поводу чего-то, не имевшего никакого смысла. — Хорошо... я делаю это только потому, что защищаю то, что тебе действительно небезразлично. И, не пойми меня неправильно, я не пытаюсь сделать так, чтобы это звучало как в каком-то сентиментальном любовном романе, но мне нравится видеть тебя счастливым. Этого действительно не было уже очень давно.

Я нахмурился, взглянув на Блейка, который со спокойным выражением умиротворения на лице смотрел в коридор, ведущий на кухню. Да, не было никаких сомнений, что наши отношения развалились после того инцидента с Алексом. Конечно, я никогда не рассказывал эту историю Блейку, потому что он был слишком мал, чтобы понять. К тому же, я не хотел, чтобы он насмехался надо мной. Вместо этого я просто заставил его ненавидеть меня, потому что я постоянно приставал к его бывшим бойфрендам, заставляя их расстаться.

— Спасибо, — сказал я наконец.

Блейк небрежно пожал плечами и пошел по коридору на кухню, чтобы присоединиться к разговору близнецов. Я немного отстал. Все казалось таким ненормально правильным, что было почти страшно, и это заставляло меня нервничать. Внутри меня росло чувство, что что-то должно произойти, но я все же надеялся на благословение Бога, что больше ничего не случиться. Этого было бы достаточно для меня.

Я просто надеялся, что Дэмиен поймет, что все серьезно, и впредь будет держаться на расстоянии. Иначе меня бы чертовски напрягало, каждый раз задаваясь вопросами и беспокоиться о том, не причинил ли он боль Девину снова.

Я энергично вытряхнул эти мысли из головы.

Стоп. Ничего не будет. Давай, Рик, успокой свою задницу! Ты только что вышел из больницы, и твой парень ждет тебя, чтобы поужинать вместе.

Черт, я никогда в жизни не думал, что скажу такое.

Ужин проходил довольно спокойно, и я мог точно сказать, что это лишь потому, что никто не хотел меня «разозлить». Меня это немного раздражало, но я думаю, что они все же были правы. Каждый раз, когда я чувствовал приступ гнева, меня одолевала вспышка боли, и мне приходилось мгновенно успокаиваться. Это было отстойно, потому что это было почти как электрошоковый ошейник.

Но это было лучше, чем вечные ссоры за общим столом, и я на самом деле получил удовольствие от совместной трапезы. В основном я просто слушал то дерьмо, которое Дэнни и Девин решили извергнуть на нас. Они наперебой рассказывали о том, какими глупыми были в детстве. И позвольте мне сказать вам, что они были довольно-таки глупыми. А так же мы услышали, как они собирались закончить свой последний год в старшей школе.

А вот Блейк, совсем другое дело, он останется без аттестата об окончании старшей школы. Вот и все! Он слишком сильно отстал, поэтому просто сдался и решил окончательно забросить учебу.

Это жутко разозлило меня, когда он только сказал мне об этом, и я даже игнорировал его в течение нескольких недель, прежде чем, наконец, понемногу смирился с решением Блейка. Хотя не то чтобы он был совсем бездельником. Со следующего года брат собирался работать со мной и Виком в магазине, что, я полагаю, будет неплохо для всех нас. Хотя я не хотел бы провести там остаток своей жизни. У меня за плечами был колледж, и я мог найти другую работу. Просто я не хотел думать об этом сейчас.

В данный момент все мои мысли были о Девине. Он хотел играть в баскетбол в этом году, хорошо завершить выпускной класс, закончив школу в один год со своим близнецом, чтобы они могли выйти вместе к трибуне и получить свои аттестаты. Он остановил свой выбор на местном колледже и собирался задержаться там на год или два, прежде чем перейти в высшую лигу. Я был согласен с его планом только до той части, где шло о высшей лиге. Я не хотел, чтобы Девин уходил...

— Чувак, я совсем разбит, — зевнул Девин, когда помог мне подняться по лестнице в мою комнату, усадив меня на кровать спиной к изголовью, где я сомг расслабленно откинуть голову назад, — ты не возражаешь, если я воспользуюсь твоим душем?

— Ты остаешься на ночь? — недоуменно спросила я, наблюдая, как он поднимается на ноги у изножья кровати и мило хмуриться.

— Да. А почему ты думаешь, я поехал сюда? У меня даже есть моя одежда и всякое необходимое дерьмо в машина.

— А твой папа?

— Он знает.

— Он знает о нас?

— Ага. Все, что он сказал, — Девин драматично откашлялся и, понизив свой голос на несколько октав, все еще очень плохо пародировал отца, — «но потом сразу домой, и тебе лучше спать в отдельной комнате, иначе ты примитивный молодой человек». Я думаю, что это глупо. Я же не могу забеременеть или что-то в этом роде, так какого черта?

Он пожал плечами и направился к двери. Я слегка рассмеялся, пока смотрел, как он исчезает. Затем я снова откинул голову назад, теперь уже расслабляясь по полной.

Может быть, теперь все будет спокойнее... Никаких больше драм. Ни Алекса, ни Дэмиена, ни других проблем и суеты... Только я и Девин. Я, Девин и моя спальня.

Да-а!

Вот, дерьмо... Придется ждать. Мне не разрешалось делать какие-либо быстрые или грубые движения. О, Боже! Серьезно? Я выхожу из больницы после огнестрельного ранения, возвращаюсь домой со своим парнем в обнимку, а они говорят никакого секса? Это просто вздор. Чертовски не смешно.

Я увидел, что Девин вернулся в комнату со спортивной сумкой, уронив ее возле двери в ванную. Затем он потянулся, чтобы схватить полотенце с ближайшей полки и я не мог больше молчать.

— Знаешь, после того, как я выздоровею, мы займемся сексом, — заявил я.

Девин на секунду напрягся, и я почувствовал, как по мне проходит волна удовольствия, когда увидел, как его уши порозовели. Он резко повернулся и посмотрел на меня.

— О, заткнись... Я в курсе.

— Это хорошо. Просто я не был уверен, что ты сможешь продержаться так долго без меня. Так что приготовься терпеть, потому что это может занять как минимум несколько недель.

— Рик!

— Ты, наверное, будешь скучать по тому, как я целую твою шею, не так ли? Лижу твое ушко? Тебе ведь так нравится, когда я целую твое ухо, я знаю, потому что ты каждый раз стонешь и извиваешься подо мной, умоляя о большем. Да, и я собираюсь купить те взбитые сливки, о которых мы уже договорились. Сначала я выдавлю немного на твои милые твердые соски, а потом нарисую путь прямо к твоему...

— Стой, стой, — закричал Девин, и теперь его лицо пылало красным. Он крепко вцепился в полотенце, держа его перед собой и, вероятно, пытаясь заблокировать палатку в своих штанах, хах. — О, Боже! Ты ужасен! Ты когда-нибудь думал о том, чтобы сниматься в порно или что-то в этом роде? Клянусь богом, ты ужасен!

— Я не стану сниматься в порно, если это будет не с тобой, и мы единственные, кто сможет его посмотреть. Мне не нравится мысль, что жуткие старики смотрят на тебя. Да в прочем и любые другие мужчины, если уж на то пошло.

— Просто заткнись. Я собираюсь принять душ, а когда выйду, тебе лучше быть готовым ко сну.

— Хорошо, мамочка. Что-нибудь еще? Ты будешь читать мне сказку на ночь?

— Сказка на ночь, моя задница, — ворчал Девин, неуклюже проследовав в ванную и захлопнув за собой дверь, которую тут же запер.

Я ухмыльнулся и подвинулся ближе к краю кровати, чтобы сбросить свои ботинки вместе с курткой, прежде чем снова откинуться на спинку кровати, устраиваясь поудобнее. Как раз в этот момент зазвонил мобильник Девина.

Я сел и некоторое время нерешительно смотрел на него. Не поймите меня неправильно, я доверяю Девину. И я люблю его. Я знаю, что он не стал бы обманывать, но... Что-то внутри меня подсказывало мне взять трубку. Я потянулся, поморщившись от боли в животе, и взял его, приняв наконец входящий вызов. Затем я поднес его к уху.

— Привет?

— Кто это, черт возьми? — раздраженно и недоверчиво спросил голос парня на другом конце провода.

Я фыркнул, прислонившись спиной к изголовью кровати и прислушиваясь к звукам в ванной, так как раз включился душ.

— Твой худший кошмар. А ты, что за хрень? — спросил я. На другом конце послышалось какое-то шарканье, прежде чем голос вернулся.

— Где Девин?

— Сначала ответь на мой вопрос.

— Это Дэмиен. Дэмиен Райанс.

Моя кровь похолодела, и я крепче сжал сотовый телефон. О, так теперь у него есть номер Девина? Обалдеть, как круто!

— О, это тот парень, который напал на него прошлой ночью?

— ...Рик.

— Единственный и неповторимый. А теперь, почему бы тебе не послушать меня, ебанутый сукин сын?

— Я не боюсь тебя, Паттерсон. Я просто не верю тебе. Если кто-то и причинит вред Девину, так это ты.

— О, пожалуйста. Ты так полон дерьма, что, я думаю, оно вот-вот просочится через телефон.

— Закрой свой проклятый рот...

— О-о-о, так ты осмелел достаточно, чтобы разговаривать со мной так жестко, пока мы общаемся по телефону, а не лицом к лицу. Как глупо с твоей стороны.

— Перестань издеваться надо мной! Просто подожди, скоро Девин увидит, каким бесполезным ублюдком ты являешься. И когда он это сделает, я буду ждать рядом, чтобы принять его!

— О, приятель, тогда тебе лучше надеяться, что этого не произойдет. Потому что боюсь, иначе ты больше не сможешь называть себя мужчиной.

— Поцелуй меня в задницу, Паттерсон.

— Я скорее умру.

— Девин мой, слышишь? Я сделаю все, чтобы заполучить его... Кстати говоря, он рассказал тебе, что я его целовал? — в голосе Дэмиена чувствовалась самодовольная улыбка, которую я хорошо представлял на его уродливом лице.

Я почувствовал, как меня накрывает еще одной волной ярости, мгновенно заглушая боль в животе, от того, что я резко сел.

— Заткнись, — отрезал я.

— Да, да. Я так понимаю, он забыл сказать тебе об этом. Вероятно, он не хотел признавать, насколько это было здорово. Видишь ли, ты целуешь Девина слишком нежно. А Девину нравится делать это жёстко, до крови. О, его кровь такая сладкая. Это не вкус боли или металла. Он стонал, когда я мял и прикусывал его губы.

— К черту! Теперь молись Богу и надейся, что больше никогда меня не увидишь, Дэмиен Райанс. Потому что, когда мы снова встретимся, я буду последним, что ты увидишь за время своего короткого жалкого существования.

После этого, я резко прервал звонок, потому что, стоило последнему слову сорваться с моих губ, как звук льющейся в душе воды прекратился. Я переключил звук телефона на вибрацию и швырнул его обратно на комод, где он его и оставил, прежде чем пойти в душ. Затем я торопливо плюхнулся обратно на кровать.

Это была плохая идея!

Я задохнулся от боли и прижал руку к животу, запрокинув голову назад и крепко зажмурив глаза. Я глубоко вздохнул сквозь стиснутые зубы, услышав, как распахнулась дверь ванной.

ВОУ, ВОУ, ВОУ! Прощай, боль, здравствуй, голый Девин.

Ну, почти голый. Он лишь держал полотенце перед собой, но его тело все еще было мокрым, и влажные волосы торчали хаотично, в разные стороны от лица.

— С тобой все в порядке? Я могу поклясться, что слышал твой возглас...

Его голос оборвался, потому что я покачал головой.

— Просто неудачно двинулся, — ответил я, поджав губы.

Девин слегка нахмурился, но вскоре медленно кивнул.

— Ладно... Но серьезно, если что-то болит, просто дай мне знать, и я мигом верну тебя в больницу. И не смей терпеть только потому, что тебе там не понравилось. Ты все равно должен будешь вернуться позже для того, чтобы пройти заново все тесты, — добавил он, фыркнув, и снова исчез в ванной.

Я вздохнул и немного расслабился, затем медленно убрал руку с живота и, опустив её на кровать, схватил одеяло, а потом натянул его на грудь.

Я не знал, получиться ли у меня теперь уснуть. Тот факт, что у Дэмиена был номер сотового Девина, был достаточным для того, чтобы я начал паниковать. Я мог только надеяться, что Блейк будет хорошо наблюдать за Девином, и окажется рядом в нужное время, чтобы с ним ничего не случилось. Но у меня все равно болело сердце.

Мне удалось успокоиться только после того, как Девин вышел в футболке Red Wings и паре черных шелковых боксеров. Он подошел к выключателю и погасил свет, а затем направился к кровати, сонно зевая. Кровать слегка прогнулась под его весом, прежде чем он перекатился, устраиваясь удобнее, рядом со мной.

— Так чертовски устал, — пробормотал Девин в подушку, и его голос был около моего уха, — не буди меня утром, если только ты не умираешь, ладно?

Он зарылся глубже под одеяло сбоку от меня, и я почувствовал его горячее дыхание на моём теле. Я перевернулся на бок, чтобы обнять его, и он неловко пошевелился.

— Я же не сделаю тебе больно во сне, не так ли? — спросил Девин.

— Нет... Просто спи, Дейв.

— Ммммуа... Спокойной ночи, Рик.

— Спокойной ночи, Дейв.

Я подождал, пока не услышу его легкое ровное дыхание, прежде чем самому погрузиться в тиски глубокого сна. Но даже тогда я все еще чертовски волновался.