Жадничать плохо, но я буду
Дерек никак не мог привыкнуть к тому, что теперь ему приходилось жить со своим бывшим подопечным из детского лагеря, где он был вожатым двенадцать лет назад. Как и к тому, что теперь тот периодически обнимал его спереди или со спины, за плечи или за талию; что перебирал пряди светлых кудрявых волос в задумчивости за поправками для книги; что целовал его порой, да так, что Хэппнес просто терял голову, каждый раз охотно отвечая.
Понимание, что он слишком легко привязался, пришло практически довольно скоро, однако не слишком обрадовало. Нужно было сохранять дистанцию, пока Перов не разлюбил бы его, а вместо этого он начал чувствовать что-то в ответ. Хуже сценария просто и быть не могло.
Ещё интереснее ситуация стала, когда блондин уронил случайно шкатулку, и содержимое её рассыпалось по полу. Впрочем, самым плохим для него было даже не это, а то, что Алекс заметил выкатившееся детское игрушечное кольцо. То самое, с которым они с парнем заключили фальшивый брак в лагере.
— Блять, а ведь обещал, что после лагеря наденешь, — обвиняющим тоном заметил Перов, подняв украшение, на что Хэппнес, пожав плечами, пояснил:
— Не хотел втягивать тебя этим в неприятности за пределами лагеря. Не придавай столько значения этой вещице, она...
— И всё же, охуеть, но ты его сохранил, — высказался Алекс, повертев украшение в руке. — Чтобы ты знал, я своё не ношу, только потому что оно пиздецки мне мало. Но тоже храню. Как и то фальшивое свидетельство о браке, знаешь. С нашими подписями.
Не зная, что ответить, юноша коротко кивнул в ответ, принявшись собирать мелочи в шкатулку, пока Перов искал в ящике комода нечто. Как выяснилось в конце его поисков, то самое свидетельство о браке.
— Символ наших дружбы и доверия, — улыбнулся мягко при виде него Дерек, прежде чем услышать от бывшего подопечного:
— Тогда так и было. Но сейчас оно значит для меня намного больше. И кажется пиздецки важным, даже сильнее, чем тогда. Кажется, ты подкалывал меня, что один молодой человек может вырасти и начать отгонять от тебя всяких девчонок, положивших глаз? Ну так вот, блять, вырос. И именно этим займусь при необходимости. Потому что пиздецки хочу большего. Хочу, чтобы ты навсегда остался со мной, подписав настоящее свидетельство.
— Ты действительно жадный, всегда хочешь всё больше и больше, — высказался в тот момент блондин, на что тут же услышал:
— Да, я, блять, знаю, что жадничать плохо, но я буду. Потому что речь идёт о тебе. Иначе не получается. Я надеюсь, ты хочешь того же.
— Я чувствую, что мне всё сильнее и сильнее хочется остаться рядом, я с каждым днём всё больше влюбляюсь в тебя, — признался Хэппнес, отведя взгляд. — Я не могу тебя оттолкнуть теперь, даже если захочу. Даже если понимаю, что наши отношения — это не совсем правильно. Не смотри на меня так, я вовсе не имею в виду то, что мы оба парни: думал, ты это лучше других поймёшь. Просто мы были вожатым и посетителем лагеря с огромной разницей в возрасте.
Тяжело вздохнув, точно имел дело с невероятно сложным случаем, Перов привычно обнял молодого человека и попросил, держа его рядом с собой:
— Обещай, что не сбежишь. Мне, блять, всё равно, что между нами ебучая разница в возрасте, что всё произошло пиздецки странно, но, пожалуйста, обещай не сбегать от меня. Ты очень дорог и важен для меня. Если любишь, будь рядом, будь со мной.
— Я не сбегу, — пообещал Хэппнес, положив голову ему на плечо. — Я буду с тобой. Буду рядом. Я никуда не исчезну.
И Алекс действительно успокоился, позволив себе отпустить тревоги. Потому что так было лучше, правильнее.
Потому что они с вожатым прошли долгий путь, чтобы быть вместе, полюбив друг друга.