22. Канаста
Дверь распахивается.
В квартиру быстрым шагом влетает Валера. Лицо светится.
— Девочки мои... птичечки.
Собирайтесь. Поехали.
Света выглядывает из гостиной:
— Валера!! — восклицает она, бросается к нему в объятия.
Он обнимает её на секунду, потом мягко отстраняет.
Снимает её куртку с крючка в прихожей.
Света:
— Куда? А я же тебя к футболу ждала.
Валера:
— Бейсбол, Светунчик-щелкунчик мой. К бейсболу.
Она задумчиво хмурится.
— Надевай. И Злату зови.
Он подаёт ей куртку, помогает надеть, задерживает руки на её плечах.
— Сегодня я вывел нас из режима временных обстоятельств.
Света разворачивается и смотрит на него внимательно, с улыбкой спрашивает:
— Что ты задумал?
— Увидишь, — говорит он, сдерживая улыбку. — Хватит вопросов. Я жду вас на улице.
Он выходит.
Света остаётся стоять слегка растерянная, затем одевает Лизу.
Злата, выйдя из комнаты, жестом спрашивает Свету: «Что происходит?»
Света показывает: «Быстрее».
Та задерживает взгляд на Лизе и нехотя набрасывает пуховик.
Выйдя, все садятся в машину. Город скользит за окнами.
Валера ведёт одной рукой и говорит:
— Помнишь, мне цыганка Рада нагадала?
Света с интересом поворачивается к нему:
— Что?..
— Женщина с Востока, — улыбается. Это ты.
— Валера!
Он кладёт руку ей на колено, она кладёт свою сверху, отворачивается к окну, но улыбается.
Валера:
— И успех. Ус-пех! Жизнь любит быстрых. Надо двигаться по ней вот так.
Он щёлкает пальцами.
— Пока другие решаются сделать шаг — ты уже там.
Света в умилении качает головой.
Он вдруг начинает тихо напевать, поглядывая на неё:
— Дельфин и русалка... они, если честно, не пара...
Она улыбается и произносит одними губами:
— Не пара, не пара, не пара...
— Помнишь? Лиза, найди нам эту песню в своём смартфоне.
Лиза:
— В планшете!
Валера:
— В планшете...
Злата пытается угадать, что бы значило направление, куда они едут, вставляет наушники и с досадой замечает — сели.
Смотрит на Лизу.
Та растягивает жвачку хуба-буба и включает Apple Music:
— Сан оф э... сан оф э бич... Заново, заново жить научись...
Валера смеётся.
— А эта тоже хорошая.
— Заново, заново жить научись... — вторит он.
Лиза смущённо смотрит на Злату.
Та тихо смеётся. Лиза смеётся тоже.
Они заходят в красивый жилой дом, лифт поднимается на двенадцатый этаж.
Валера вставляет ключ, открывает дверь.
Перед ними гулкое пространство. Пахнет краской. Они проходят вглубь, он включает свет.
Большие окна, белые кожаные диваны, мебель в стиле хай-тек.
Злата остаётся у двери.
Валера проходит мимо неё.
— Вот!
Он открывает коробку и ставит в центр комнаты покерный стол.
Отходит на шаг.
Всматривается, чуть двигает его.
Теперь идеально.
Поворачивается к ним:
Злата всё-таки проходит
— На, разверни, — даёт он ей карты
Света проходит вдоль стены, ничего не трогает.
— Валера, это?..
Он смотрит на неё.
— Наша.
Злата распечатывает карты и озирается, пытаясь прикинуть стоимость.
Света:
— В смысле... наша?
Он кивает.
— В прямом.
Купил.
Он проходит к дивану, медленно проводит рукой по спинке.
Света смотрит на него, оторопев.
— Ты шутишь?
Он забирает у Златы колоду.
Лиза:
— Пап... ты правда выиграл машину, когда был на обучениях на Кубе?
Он смотрит на неё.
— А ты как думаешь?
— Не знаю.
— Правильно. Сомнение — признак ума.
...
— Первый взнос уже закрыл.
Света, почти шёпотом:
— Как?..
Он поднимает взгляд.
— Я служил...
Государство иногда помнит, кому оно обязано.
Глянь в окно. Видишь соседний дом справа?
Видишь его? Он вырос на 70% за год.
Здесь больше строить негде. Это последние. Роскошь, Света. Дефицит.
Главное — войти раньше других.
Он подходит к окну, смотрит вниз, кивает.
Оборачивается к ним:
— Садитесь.
Лиза аккуратно садится на край дивана.
Валера выравнивает колоду в руках.
Света:
— Валер, где тут розетка?
Он смотрит на неё.
Проходит время.
Света идёт вдоль стены.
Проводит пальцами за мебелью. Не находит.
Он говорит:
— Тебе идёт красивая жизнь.
Покажу вам «Канасту». Меня на Кубе научили.
Тасует — ловко, щёлкая колодой. Раздаёт.
Света садится. Все тянутся к своим картам.
— Не сейчас, — говорит Валера.
Они замирают.
Берёт пульт. Включает плазму.
На экране вспыхивает бейсбол. Комментатор возбуждённо орёт по-английски.
Лиза:
— Ого, какой телек!!
Валера убавляет звук.
— Бейсбол!
Он кладёт пульт.
Кивает.
— Теперь можно.
Все берут карты.
Он кладёт одну в центр.
— Канаста — это игра не про удачу.
Она про смекалку.
Это вам не линейная механика случайностей.
Тут думать надо. На этой игре люди состояния поднимают.
Он расправляет веер карт.
Смотрит на них.
— Играем парами. Я с Лизой. Света — со Златой.
Улыбается Злате:
— Посмотрим, на что ты способна, стратег.
Суть простая. Собираешь одинаковые карты. Семёрки к семёркам. Дамы к дамам.
Чем больше собрал — тем сильнее позиция. Выложил на стол — играешь.
— Напарник может докладывать. Когда есть семь одинаковых — это канаста.
...
— Джокеры и двойки — универсальные. Они как деньги. Заменяют что угодно.
Он выкладывает свои на стол, аккуратно выравнивает.
Лиза смотрит на его комбинацию.
— Пап... а у тебя козырный туз?
Он смотрит на неё.
— Тут нет козырей. Но если сел за стол — должен быть только такой.
Кивает на центр стола.
— Когда ходишь — сбрасываешь ненужную карту. Но думать надо, что сбрасываешь. Потому что другой может её забрать и на твоих же костях себе игру построить.
— Поняли идею?
Давай, Злата. Начинай. Женщины вперёд.
Она берёт карту.
Смотрит на Валеру.
Потом в карты, медлит.
Света:
— Злата. Не тяни.
Света мельком бросает взгляд на Валеру.
Тот смотрит в свои карты.
Злата сбрасывает десятку.
Валера кивает.
— Нормально. Уже не позор.
Света берёт карту. Замирает.
Валера наклоняется к ней.
— Ну что ты зависла? О жизни думаешь? Покажи.
Смотрит в её карты.
Тычет пальцем.
— Вот. Девятка лишняя. Она тебе ничего не даст. Сбрасывай смело. Балласт за борт. И без сантиментов
Света сбрасывает девятку.
— Вот. Учишься.
Лиза берёт карту. Быстро сбрасывает пятёрку.
Валера кивает.
— Вот это я понимаю.
Он заглядывает в её карты.
— Единственный человек за столом, у которого мозг работает.
Лиза довольно улыбается.
Валера тянется за картой — и вдруг замирает.
На экране бейсболист делает замах.
Валера подаётся вперёд.
— О-о-о... Ты смотри, что делает...
Игрок бьёт. Мяч летит.
Валера вскакивает.
— Давай! Давай! Ну! Ну!
Мяч уходит за поле.
Валера ударяет кулаком о ладонь.
— Вот! Вот так играют!
Садится обратно.
Берёт карту.
Всё ещё смотрит на экран. Мяч упал у самой линии. Спорный момент, но судья засчитывает.
— Я бы лучше пробил.
Он наконец смотрит на карту. Улыбается.
— Ну всё. Теперь пошла игра.
Сбрасывает её.
— Светлана... Светлана... ходи, не спи! Нет, вот зачем тройку? Я же объяснял. Ты сейчас колоду загребёшь, оно тебе надо?
Лиза тихо трогает обивку дивана.
— Пап... а мы теперь здесь будем жить?
Валера не сразу отвечает. Он смотрит бейсбол.
Потом кивает.
— Будем.
Лиза:
— Навсегда?
Не отрывая глаз от экрана:
— Навсегда — это долго. Но год-два точно.
...
— Дальше видно будет, кто останется.
Он поворачивается к ним.
— Всё, не отвлекаемся. Играем. Концентрация.
Злата сбрасывает тройку.
Валера:
— Большие вещи начинаются с мелких решений. Жизнь вообще простая штука. Есть те, кто сдаёт карты. И есть те, кому их сдают.
Света ходит.
— Не думай долго. Долго думают те, кто боится проиграть.
Она бросила десятку.
Он кивнул.
— Нормально.
...
Было у нас дело по одному. Директору.
Он взял карту, покрутил в пальцах.
До этого рэкетом занимался. Трогал только перекупов, разного рода торгашей, словом тех, кто с наличкой работает.
Приходил с оружием и забирал.
И адрес им оставлял на бумажке.
Света подняла глаза.
— Свой?
Валера:
— Свой, реальный адрес.
Света качает головой.
— Надо же.
Валера усмехнулся.
— И ни один к нему не наведался.
Света:
— Вы его взяли?
Смотрит на него с любопытством.
Валера:
— Деньги были не задекларированные... с таким в полицию не идут.
Света тихо:
— Но зачем он давал им адрес?
Валера:
— Я о том же.
...
Он сказал: «Я не люблю быть неблагодарным»
Света качает головой.
— Он потом фирму открыл. Кабинет. Сотрудники. Всё как положено.
Показал пальцем на пол...
И мелом рисовал фигуры на полу. Квадраты. Круги.
Говорил не наступать.
И никто не наступал.
— Зачем? — спросила Лиза.
— Просто так.
Он посмотрел на них.
— Уборщица и та обходила...
Потом взял предоплату у инвесторов под строительство торгового центра. Большие деньги.
И исчез.
Он положил карту.
— Его пять лет не могли зацепить.
Показал пальцами — пять.
Работал чисто, но все знали, что он есть.
Света:
— Нашли?
Валера посмотрел на экран. Игрок бежал к базе.
— Нашли.
Я с ним разговаривал.
Девочки замерли.
Он постучал по колоде.
— Лиза. Тяни.
Когда его взяли — никто не мог разговорить.
Два отдела его бомбили за эти деньги. Ни угрозы. Ни давление. Ничего не помогало.
Он просто сидел.
День молчал. Неделю молчал.
Крепкий был.
Он проводит пальцем по столу — от колоды к телефону.
— В итоге передали нам.
Я зашёл. Сел напротив.
И тут по рациям кипиш начался. Кто-то говорит:
— Один из наших в люк провалился... достать не могут.
Там глубоко, не видно ничерта...
Валера слегка усмехается.
Я беру рацию и говорю:
— Ну и хер с ним.
И добавил:
Каждый где-то живёт.
Валера на секунду смотрит в одну точку.
Он тогда впервые на меня посмотрел и говорит:
— В люке...
Валера чуть кивает.
— Потом говорю: пусть живёт там.
Он смотрит на меня и говорит:
— Живи в люке, черепашка-ниндзя.
Валера пожимает плечами.
— После этого он начал говорить.
...
Злата хмыкает.
— Герой, да...
Валера медленно поднимает на неё глаза.
Смотрит в карты, делает ход.
На экране бейсболист бежит к базе. Комментатор кричит, захлёбываясь.
Валера тихо усмехается.
Лиза выкладывает канасту.
Он тянется.
Аккуратно выравнивает её карты.
— Так лучше.
...
Здесь на крыше шестнадцатого терраса есть.
Света смотрит на него.
— Большая. С качелями, диванами.
Под Новый год гирлянды повешу. Чтоб всё светилось.
...
А летом бассейн поставлю.
Лиза слушает, затаив дыхание.
Злата считает, во сколько это им обойдётся.
Валера поднимается, ставит кальян у окна.
Пододвигает туда стул.
Набивает, поджигает угли, раскуривает.
Потом спрашивает:
— Ты свою комнату ещё не видела?
— Нет, — отвечает Злата.
Он кивает.
— Потом посмотри.
Выдыхает дым в сторону окон.
Проходит ещё минута.
Он встаёт. Идет к духовке, открывает.
Пряный запах наполняет комнату.
Подходит с тяжёлой формой. Ставит на стол.
Все откладывают карты.
Несёт тарелки, ставит. Накладывает плов.
Свете. Лизе. Злате.
— Рецепт грузинский. Это вам не суп с потрохами.
Злата смотрит на тарелку.
Берёт вилку.
Пробует.
Валера Садится у окна, смотрит на город.
Огни отражаются в стекле.
Густой серый дым заполняет пространство.
— Хорошо здесь, — говорит он.