Глава 4
Шлепая по лужам после дождя и дрожа от холода, Иккинг шел по ночной деревне в сторону дома. Да, пусть сейчас лето, но очень холодное, особенно после того как Сморкала толкнул Иккинга в ледяную воду во время тренировки у моря. Тогда брюнет рассмеялся из-за того, что шатен не мог нормально фехтовать в воде, а потом вообще толкнул, да так сильно, что Иккинг сразу же оказался полностью мокрым до нитки и вообще с головой окунулся в воду.
Одежда уже давно затвердела, покрылась белым морозным налетом и стала похожа на древесную кору. Волосы, которые уже прилипли ко лбу, тоже стали твердыми, как лед и покрылись инеем, меняя цвет на белый. Стуча зубами, Карасик Третий почти бегом бежал к дому.
– Клас-с-сно вообще, – прошипел мальчишка, когда с размаху грохнулся в одну из больших луж. – Да чтоб тебя!
Поднявшись, Иккинг шмыгнул носом, а потом с удвоенной скоростью помчался домой, а то он окочанеет на улице. Дернув тяжелую дверь, шатену пришлось повторить попытку. Еще раз. Еще два раза. Еще десять. Да, дверь открылась! Забежав в дом, мальчишка на цыпочках пробрался в свою комнату и сменил одежду на запасной костюм. Тот тоже стал твердым, но, в отличии от той одежды, в которой Иккинг шлепнулся в воду, теплым. Стуча зубами, паренек юркнул под одеяло и завернулся в него с головой.
Но это не помогло. Одеяло было жутко холодным, да и от морозца не спасало. Дом продувался свежим, но очень продирающим до костей ветром, что заставляло трястись от холода еще больше.
Взяв свечку (да что там свечку, целых десять!), Иккинг достал свою "зажигалку" и зажег фетильки. Маленький огонек плясал в черноте комнаты и почти не давал тепла, поэтому шатен вытянул немного ладони над пламенем и расплылся в легкой улыбке. Если посмотреть на его руки, можно увидеть на них ссадины и царапины. Впринципе, все как у викингов, но есть один факт, по которому можно сказать, что Иккинг - еще не викинг. Эти руки еще никому не причиняли зла, никого не били, ни над кем не издевались.
Все еще стуча зубами, парнишка свернулся калачиком и посильнее укутался в одеяле. Всю ночь он не мог заснуть, ворочась по всей кровати, а на утро его разбудил звук рога, в который трубил Плевака, призывая учеников на тренировки.
– Да иду я! – шикнул Иккинг, выходя из дома и встречаясь с Рыбьеногом. – Привет.
– Привет, – зевнул блондин, а потом, тряхнув головой, состроил недовольное лицо. – Зачем так рано?
Шатен не ответил, а просто двинулся в сторону арены, где и должны собираться ребята. Деревня хоть и маленькая, но над ареной жители работали долго и старательно, чтобы на века.
Из под жилетки Иккинга выглянуло блестящее лезвие, которое блеснуло в солнечных лучах и привлекло внимание Рыбьенога.
– Что это? – спросил он, а шатен сглотнул. На самом деле носить с собой холодное оружие на тренировки было нежелательно, потому что однажды один из ребят себя очень сильно поранил, когда упал прямо на меч во время тренировки. Тогда даже Иккинга еще не было, но этот случай никто не забыл.
– Ножик, – вздохнул Карасик, когда понял, что от Ингермана отвертеться будет нельзя
– Ножик? – переспросил Рыбьеног, удивленно подняв брови. — Ты же знаешь, что его нельзя носить с собой на тренировки.
– Да, знаю, – кивнул шатен, а потом потихоньку откинул край жилетки и достал ножичек. Это был маленький, очень удобный, но очень острый предмет. Его идеально гладкое и острое лезвие блеснуло на солнце, а позолоченная рукоядь стала переливаться. Этот ножик он откопал у Сморчка в доме, когда хотел опять провести осмотр помещения.
– Ого, – присвистнул Рыбьеног, а потом взял в руки "кинжал", крутя его между пальцами. – Откуда он у тебя?
– У Сморчка стащил, – пожал плечами Иккинг, а потом отобрал ножик у друга и убрал его обратно за жилетку.
– Что у тебя там только лежит? – спросил блондин, поглядывая на меховую одежку, где только что исчез ножик, а Иккинг хмыкнул.
– Много чего, – только и ответил он, а потом перешел порог арены. – Никому ни слова.
– Могила, – кивнул Ингерман, а потом вздохнул, когда увидел Плеваку с огромным мечом.
Этот кузнец, так сказать, учит Иккинга еще с пеленок, но шатен пока никаких надежд не подает. Стоик тоже постоянно вздыхает, когда его друг рассказывает об ужасных успехах его сына. Сам вождь постоянно любил припоминать Иккингу все его шалости. Например, когда парнишке было шесть лет, Стоик повел его рыбачить. Пока отец рыбачил и ругался на каждую лягушку, которая сидела и квакала на берегу, сынок решил провести время с пользой. Он стащил хлеб, которым вождь подкармливал рыб, и стал ловить троллей. В итоге хлеба не стало, Иккинг был полностью в грязи и опечаленный тем, что тролля он не поймал, а у Стоика было куча проблем.
– Вот кто тебя тогда понес охотиться на этих гномов? – постоянно вспоминал вождь, сидя перед очагом и вырезая какую-то ерунду из дерева.
– Пап! – шипел на него Иккинг, уже в который раз сидевший на стуле и вымывающий до блеска меч отца в наказание за то, что в который раз продул Сморкале на тренировке. – Во-первых - это не гномы, а тролли. А во-вторых – с того момента прошло девять лет! Мне тогда Старый Сморчок рассказывал, как тролля поймал, вот я и решил попробовать!
– Меньше слушай этого старого индюка, – фыркал вождь, а потом бросал недоделанную деревянную игрушку в огонь.
Вот так. И каждый раз Иккинг краснел от гнева и стыда на глазах. Никто со Старым Сморчком не разговаривает, все считают, что он - давно вышедший из ума старикан.
– СЕГОДНЯ МЫ ИДЕМ ОСМАТРИВАТЬ ЛЕС! – взревел Плевака, когда все мальчишки (и девчонки) собрались на арене. – МЫ ИДЕМ К ВОЛЧЬЕМУ ПРОВАЛУ!
– Опять, – хмыкнул Сморкала, крутя в руках деревянный меч, который лежал недалеко от него.
– МОЛЧАТЬ! – продолжал орать кузнец, размахивая своим крюком. – ВСТАТЬ В СТРОЙ!
Группа ребят, которые стали тяжело вздыхать, расступилась и построилась в колонну. Как всегда впереди шел Сморкала, а позади — Иккинг с Рыбьеногом.
– А Плевака сам-то знает, где этот Волчий Провал? – хмыкнул блондин, выглядывая из строя.
– Без понятий, – пожал плечами Иккинг, а потом отдернул край жилетки и достал оттуда сложенный лист бумаги. Это была карта всего близлежащего к деревне леса, которую шатен прихватил с собой. Ее он нашел, когда читал некоторые записи из "Тайн Великой Империи" Старого Сморчка. Не знал же мальчишка, что таит в себе эта книга, но она определенно приносит пользу.
– Откуда это у тебя? – удивленно спросил Рыбьеног, заглядывая в бумажонку, которую только что развернул Иккинг и стал с интересом разглядывать. – Карта леса?
– У Старого Сморчка откопал, – ответил ему друг, даже не отрываясь от рассматривания карты, а потом он чуть не полетел носом в грязь, так как не видел, куда идет. – Да чтоб тебя!
– Здесь все есть? – удивился Рыбьеног, рассматривая карту и бегая по ней глазами.
– Все, - с уверенностью ответил Иккинг. – Нашел!
Волчий Провал находится к северу от деревни, между Жутким Туманом и Костяным Берегом. Короче говоря, это такой овраг, где однажды нашли кучу волчьих следов. Да, дорогие читатели, вы узнали страшную тайну происхождения названия Волчьего Провала! Теперь бойтесь, ибо теперь вас могут в любой мамент убить! Да ладно, это же полный бред! Но у викингов такие названия — норма.
– Там кто-нибудь был вообще? – присвиснул Рыбьеног, тыкая пальцем в карту. – Этот Волчий Провал сидит у черта на куличках!
– Не знаю, – ответил шатен, а потом сложил карту и спрятал под жилетку.
– НЕ ОТСТАЕМ, РЕБЯТА! – вдруг взревел Плевака, гордо шевствуя впереди всей колонны детей. Иккингу с Рыбьеногом пришлось прибавить шаг.
Вот так, не зная, куда идти, экспедиция "Веселый Викинг"(Да, согласен, название — просто блеск!) шла через кусты, через заболоченные места. За это время Иккинг уже успел тысячу раз пожалеть, что вообще сегодня высунул нос за порог, потому что этот день — явно не его лучший в жизни.
За все это время он успел посадить себе на веснутчатое лицо уже три царапины, потому что напоролся на колючие кусты. Еще два раза упал, потому что нога соскользнула с кочки, а потом еще и чуть ножик не потерял. Вобщем, у Иккинга новый рекорд по числу ругательст и недовольст за тридцать минут.
– Так, – как-то тихо проговорил Плевака и, остановившись, стал оглядываться. – Где это мы?
– Приплыли, – прошипел Иккинг, осматривая лес, посреди которого они остановились, а Рыбьеног громко вздохнул.
– Мы потерялись? – ужаснулся блондин, хватаясь за голову, а потом посмотрел на стоящего в ступоре Плеваку. – Ведь так?
– Ну, типо того, – кивнул кузнец, а по колонне прошелся удивленный вздох.
– Класс, теперь мы тут и подохнем, – фыркнул Сморкала, операясь спиной о дерево. Рядом с ним расположился и Густав, тоже громко фыркнув.
– Хм... – протянул Иккинг, еще раз осматривая местность. Он такое уже видел. Глянув на близлежащую поляну, потом на груду камней и достаточно большой ручей на удивление чистой воды, шатен вдруг радостно воскликнул, а потом засунул руку за жилетку и вытащил карту. Развернув ее, он стал осматривать корявые рисунки.
– Нашел? – с надеждой в голосе спросил Рыбьеног, а Иккинг нахмурил густые брови.
– Нашел, – протянул он, а потом тыкнул пальцем на маленький кружок на карте. – Мы здесь.
Да, именно в карте он уже видел это место. Оглянувшись, шатен увидел размышляющего Плеваку. Непривычно видеть его "думающим", прямо было видно, как в его голове судорожно крутятся колесики.
– Тренер, – подошел к нему Иккинг, заранее спрятав карту в желетку. – А не туда ли нам?
Он указал рукой на просвет между деревьями, вспоминая прорисовку карты. Плевака перевел взгляд на то место, куда показывал ученик, а его брови сошлись на переносице.
– Может и туда, – задумчиво протянул он, а потом взревел, как медведь гризли. – РЕБЯТА! ИДЕМ!
Иккингу пришлось зажать уши, при этом поморщившись, а ребята, недовольно бурча себе под нос ругательства, сошлись возле кузнеца.
– НАМ ТУДА! – рявкнул он, а потом проворно зашагал по кочкам. Его проворности можно удивляться без конца, ведь у него нет правой ноги, а вместо нее торчит какой-то деревянный обрубок, но кузнец так уверенно чешет через лес по кочкам, что очень удивляет.
Вздохнув, Иккинг поплелся за ним, постоянно спотыкаясь, а потом его догнал Рыбьеног.
– Мда, – протянул блондин, перепрыгивая с одной кочки на другую. – Хоть бы твоя карта правдивой оказалась.
– Надеюсь, – ответил шатен, опять увязая по щикалотку в грязи. Его ботинки уже покрылись толстым слоем жидкой земли и песка, по приходу придется их чистить.
И вот они вышли на возвышенность, а мальчишки спокойно вздохнули. Это Волчий Провал, они не потерялись. Но то, что предстало перед ними, заставило всю колонну замолкнуть, а Плеваку - сильно напрячься.
– Вот это поворот, – прошептал Рыбьеног, не в силах пошевельнуться.
Прямо на дне Волчьего Провала стояла добрая дюжина волков, которые, громко рыча, скалили на мальчишек и их учителя зубы.
"Все, братва, — пронеслось у Иккинга в голове, а парнишка сглотнул. – Нам кранты."...