Глава 17
По толпе пробежался громкий вздох. Вздох полного удивления, если сказать точнее.
— Как?
— Не может быть.
— Я в это не верю!
Все эти возгласы, перешептывания и нарастающий гул доводили Иккинга до тошноты. В его ушах эхом повторялись слова Стоика: "Сморкала изгоняется из деревни".
Мальчишка почувствовал, как земля уходит из-под ног, голова резко закружилась, как будто шатена усадили на быструю карусель. Дыхание из легких стало вырываться частыми хрипами, как будто Иккинга сейчас душат, сжимая ему шею.
— В смысле? — каким-то непонятным тоном произнесла рядом стоящая Астрид, смотря на вождя. — Я не ослышалась?
Ее светлые брови поднялись, а лоб немного наморщился при этих словах. Но Карасик этого не заметил: он просто уставился на опешевшего Сморкалу.
Йоргенсон стоял посреди площади. Было видно, что заявление вождя очень сильно выбило его из колеи: глаза расширились, тело напряглось и замерло, даже дыхание вырвалось почти бесшумно.
— Это все, — властным голосом продолжил Стоик, а потом сошел с лестницы на пыльную землю. — Выметайся отсюда, Сморкала.
— Но... — уже хотел воспротивиться брюнет, но громоподобный рев остановил его.
— Я СКАЗАЛ, ВЫМЕТАЙСЯ! — рявкнул вождь, заставляя содрогнуться каждого в этой толпе. — ОТНЫНЕ КАЖДЫЙ ЧЛЕН ДЕРЕВНИ, КОТОРЫЙ ВСТРЕТИТ ТЕБЯ ВБЛИЗИ ПОСЕЛЕНИЯ, ДОЛЖЕН ТЕБЯ УБИТЬ! УБИРАЙСЯ!
В такой ярости Стоика Обширного не видел никто. Все затихли, а тишину прерывали только тихие нервные вздохи. Затихли абсолютно все, потому что каждый сейчас понимал, что отец Иккинга разозлится еще больше, а тогда дела будут очень и очень плохи.
А сам Стоик сейчас был похож на самого черта, вышедшего из самых страшных детских кошмаров: он был уже ближе к Сморкале и казался таким высоким по сравнению с брюнетом. Болотные глаза сверкали дикой яростью. Его СЫНА хотел убить этот щенок! Захотели лишить вождя самого дорого в жизни!
— Сейчас соберешься самые необходимые вещи, а потом наши викинги отведут тебя подальше от этой деревни. И ЧТОБЫ НЕ ПОЯВЛЯЛСЯ ЗДЕСЬ!
Последние слова Стоик в прямом смысле слова проревел, а потом, тяжело вздохнув, выпрямился и кивнул стоящим в толпе Свенну и Финну. Те двое, подчиняясь приказу, подошли к опешевшему Сморкале и подтолкнули его в сторону его дома, где брюнет и должен был собрать вещи.
***
Потемнело очень быстро. Всего за пятнадцать минут вся земля уже была погребена в темноту, да в такую густую, что в этой черноте ничего не видно. Все жители деревни столпились у выхода, перешептываясь и достаточно громко выкрикивая самые разные предположения причин всего происходящего.
Но в этой толпе, не учитывая тех викингов, которые сейчас на страже дальнего склада, не присутствует только один человек. Даже Астрид явилась, чтобы посмотреть на надоевшего ей Йоргенсона в последний раз в своей жизни. Почти никто и не заметил отсутствия Иккинга, что очень даже удивительно. Этого мальчишку сегодня чуть не убили, но то, что никто и не заметил его отсутствия, доказывает о его "высоком" положении в обществе.
Сам же шатен сейчас сидел совсем недалеко, возле большой бочки. Его совсем никто не видел, мальчишка забился в уголок, прижавшись к стенке рядом стоящего дома, уставившись перед собой и прикрыв глаза. Его каштановые волосы сейчас казались угольно–черными, как будто всю жизнь такими и были.
Смотря на стоящую толпу из-под длинных ресниц, Иккинг думал, почему же именно ОН постоянно попадает в такие водовороты событий, что нарочно и не придумаешь. И это происходит постоянно. Он лишился ноги, он чуть не лишился жизни, по его вине из деревни выгоняют Сморкалу, что же будет дальше?
Рука дотронулась до холодного протеза, немного пошатав железную вещицу. Как же неприятно, когда эта исскуственная нога трёт колено, заставляя шатена постоянно морщиться. Когда он уже свыкнется с этой правдой, что он должен прожить с вот этим творением Плеваки всю жизнь.
— Везунчик по жизни, — прошипел Иккинг и швырнул попавшийся под руку камушек в стену противоположного дома.
Тяжело вздохнув, выпуская белый теплый пар в морозный воздух через рот, мальчишка зажмурил до боли глаза, потом открыл их снова и устремил свой взор в толпу народа. На секунду среди людей промелькнула светленькая макушка Астрид, что привлекло внимание шатена. Но белобрысая голова буквально через секунду вновь скрылась среди жителей деревни, а Иккинг, решив, что смотреть уже не на что, отвернул голову и уставился зеленым взором вперед.
— О, вышел! — вдруг выкрикнул кто-то из толпы, а все остальные поддержали его дружным говором, заставляя шатена посмотреть в сторону сборища.
А там, тяжело, но уверенно ступая, шел Сморкала. Иккингу был виден только его массивный шлем с закругленными бараньими рогами, поэтому мальчишка встал, отряхивая свою жилетку, а потом слился с толпой, подбираясь все ближе к Йоргенсону.
Встав на одной ноге на цыпочки, Карасик взглянул на брюнета, который сейчас стоял и холодным взглядом обводил всех присутствующих.
Иккинг невольно сглотнул и подошел ближе, уже находясь на самом виду у Сморкалы, который не упустил возможности испепелить мальчишку взглядом своих серых глаз. В этом взгляде читалась такая угроза, что по шатену пробежались мурашки от макушки и до пяток. Ну, до пятки, если точнее...
— Сморкала, — позвал брюнета Стоик властным голосом, заставляя Йоргенсона перевести свой жуткий взгляд с Иккинга на вождя. — Теперь ты не наш соплеменник. Каждый, кто встретит тебя вблизи деревни, должен будет убить тебя. Надеюсь, ты уяснил, Сморкала. Отныне тебя могут называть Отбросом.
— Понял, — прошипел брюнет, взглянув на вождя исподлобья, а потом вновь посмотрел на шатена. — Не беспокойтесь, не потревожу!
Иккинг просто уставился на своего бывшего соплеменника своими округленными глазами. И именно они уловили, как Сморкала зашевелил губами. И брюнет прошептал только одно слово: "Поплатишься".
Хмыкнув, Йоргенсон поправил свой лук на плече, закинул за спину меч и колчан со стрелами и, гордо подняв голову, переступил границу деревни.
А Карасик просто стоял и смотрел, как этот большой силуэт отдаляется от деревни... Неужели, его мучения кончились?
***
— Беззубик? — тихо пискнул Иккинг, выглядывая той же ночью из кустов. Признаться честно — он жутко боялся этой ночью вообще высовываться из дома не то что из деревни бежать в лес. Но какое-то странное чувство его подтолкнуло отправиться сюда.
Он не видел этого волка уже больше недели.
— Беззуб? — промямлил шатен, оглядываясь и выходя на поляну. Где же это волчара? Мальчишка, значит, летел сюда, сломя голову и как заяц вздрагивая от каждого шороха, а тут... Облом.
— Да где ж ты? — уже теряя терпение шикнул Иккинг, более внимательно осматривая кусты и деревья в надежде, что где-то блеснут эти яркие зеленые волчьи глаза.
Все тщетно. Никто не появлялся, никто не откликался, не было ни звука, ни намека. Совсем ничего. Карасик был на этой поляне совсем один, хотя так надеялся, что встретится с этим загадочным существом.
Вздохнув, мальчишка подавил дрожь из-за мороза, который очень быстро надвигался вместе со скорой зимой. Тихо ступая и стараясь не скрипеть своим протезом, шатен подошел к высоченной темной сосне и уселся на сухие иголки возле древесного ствола.
— Где же ты? — тихо прошептал Иккинг, подняв свои изумрудные глаза к полной луне, глубоко вздохнув. — Не прячься... Пожалуйста.
Откинув голову назад, мальчишка прикрыл глаза и закрыл лицо рукой. Его сейчас буквально трясет от мысли, что где-то здесь рыскает волчья стая... Или Сморкала.
Вдруг чуткий слух уловил, как зашелестела трава, хотя ветра давно не было. И потом, к великому удивлению мальчишки, он почувствовал на своей щеке что-то мокрое и холодное. С громким криком шатен распахнул глаза и отлетел немного назад, больно ударяясь затылком о жесткую сосновую кору.
И сразу же зеленые глаза уставились в такие же очи, такие же зеленые, такие же понимающие. Прямо перед лицом Иккинга была волчья черная морда, а изумрудные яркие глаза зверя смотрели прямо в душу.
— П-привет, Б-беззубик, — еле выдавил из себя мальчишка, стараясь выровнить частое дыхание. — Давно не виделись...
Волк же, подождав примерно минуту, вдруг опустил глаза на железный протез вместо ноги Карасика и поднял уши в вопросительном жесте.
— Ноги лишился за это время, — кашлянув, ответил Иккинг, поднимая взгляд с ноги на Беззубика.
Тот же, вдруг отчего-то заскулив, ткнул своим влажным черным носом железную вещицу. Фыркнув, он попробовал металл на зуб, немного прикусив, а потом и вовсе схватил и потянул назад, заставляя шатена вскрикнуть от страха.
— Ты что творишь?! — вскричал мальчишка хватаясь руками за сосновый ствол и стал дергать ногами, стараясь высвободиться из этой железной волчьей хватки. — Отпусти мою ногу!
Беззуб выпустил из пасти протез и прижал уши к голове. Иккинг, шлепнувшись о землю, быстро поджал свои ноги и отполз обратно к стволу.
— Что только на тебя нашло? — вопросил мальчишка, смотря на зверя, который сейчас пригнулся к земле и зарычал. И это шатена очень сильно напугало.
Волк поднял верхнюю губу, показывая свои белоснежные зубы, а его черная шерсть на загривке встала дыбом, отчего он стал гораздо больше. Своими яркими глазами он метал молнии, постоянно крутя головой, а его достаточно пушистый хвост дернулся, а потом вообще прижался к черному пузу. Это — боевая стойка, и Иккинг это очень хорошо знает и понимает, что сейчас может случиться.
— Ты чего? — заикаясь, спросил мальчишка, вжимаясь в дерево и стараясь подавить приступ паники. Если проявление звериной агрессии и есть Иккинг, то это будет очень плачевно.
Но волк повернул голову в сторону кустов на другом конце поляны, где сейчас шевельнулась листва. Там определенно кто-то есть, и Красик очень сильно надеется, что это — не Сморкала.
Прищурив глаза, мальчишка уставился вдаль, куда сейчас смотрел Беззубик, очень устрашающе скаля свои клыки. А там, в кустах, сейчас промелькнул чей-то силуэт, и он определенно принадлежал человеку...
В следующую секунду волк сорвался с места и в одно мгновение преодолел расстояние, сиганув с жутким рыком в эти кусты, и в тот же самый момент в уши Иккингу ударил до боли знакомый голос:
— НЕ НАДО!