Адвокат дьяволов

Прошло уже несколько дней с фатального проигрыша суда Коханой, но её мысли по прежнему были прикованы и к делу, связанному с Канто, и адвокату Хайтани, который был костью поперёк её горла и единственным поводом для злости и негодования за последние годы.

Прокурор с самого утра сидела в своём кабинете и перебирала все возможные и невозможные архивы, изучая биографию Риндо чуть ли не с рождения, и хмурилась каждый раз, когда не могла найти хоть что-то, что могло бы помочь узнать, как он мастерски выиграл заведомо проигрышное дело.

— Да как у него не может быть ни одного пятнышка на репутации?! Даже крошечного, — сокрушалась Кохана, закрывая очередную вкладку и откидываясь на спинку кресла. — И как он, будучи адвокатом, решился сделать татуировку на половину тела?.. Это, конечно, дело каждого, но с ней он явно не выглядит как порядочный гражданин, тем более с такой-то профессией.

Размышления были прерваны телефонным звонком, а имя, высвитившееся на экране, выбило из лёгких отчаянный вздох.

— Алло. Что такое, Ичиго?

— Кохана-а, ты не поверишь! — раздался изрядно пьяный голос из динамика, что совсем не было удивительно — старший брат Иори стал пить не в себя ещё со времён его смерти, запивая горе и начавшуюся депрессию, а последние несколько лет на фоне попадания в какую-то компанию фриков это переросло в алкоголизм, из-за чего даже родная мать выгнала его из дома, ведь начали пропадать ценные вещи. Кохана же несмотря на всё это, не могла так просто вычеркнуть Ичиго из жизни — всё же старший брат её покойного парня, по которому она тоже тоскует, но не падает на дно и держит себя в руках. — Я по своим новым связям кое-что раздобыл, и совсем скоро узнаю, кто конкретно из Канто убил братишку!

Хаттори закатила глаза, прекрасно понимая, что источники Ичиго не стоит даже слушать, не то что доверять — уж слишком много в его окружении наркоманов, сумасшедших или других фриков, бегающих голыми по парку или бьющих тату с вызывающими надписями прямо на лице.

— Хорошо. Скажешь, когда узнаешь, ладно? — постаралась сказать она как можно более добродушно, лишь бы разговор побыстрее закончился.

— Конечно, ты же прокурор, сможешь сразу же посадить этого ублюдка, — заплетающимся языком произнёс парень, после чего повисла тишина, которой Хаттори уже хотела воспользоваться, чтобы повесить трубку, но… — Я скучаю по нему.

— Я тоже, — ответила девушка сдавленным голосом, но, наверное, впервые почувствовала, что разговор про Иори вызывает не такую сильную тоску, как обычно. А было это хорошо или плохо, она ещё не знала.

Попрощавшись, Кохана завершила телефонный разговор и, продолжив листать файлы, вернулась мыслями к другому человеку, практически сразу задвинув Иори на задний план, возмущаясь уже не тому, каким чистым в глазах закона был Риндо, а тому, как глубоко он проник в её мысли. И как мастерски выводил на эмоции, хотя даже сам этого не подозревал, ведь стоило ещё одной его фотографии всплыть на экране, руки сами собой сжались в кулаки, а зубы прикусили щёку изнутри. Но взгляд оторвать было так же тяжело, как и добраться до хоть какого-то пятна на его репутации. Его чистота в глазах закона уже начинала казаться подозрительной.

Листая очередной файл с ранней биографией, Хаттори, заметив несостыковку, выпрямилась за столом и подалась ближе к экрану, рассматривая текст с датами.

— Не может быть такая несостыковка, тем более в средней школе. Будто два года его жизни куда-то исчезли.., — бормотала она себе под нос, мысленно отметив, что в потерю табелей уж точно не поверит. — Что с ним случилось, когда ему было двенадцать?..

От размышлений опять отвлёк телефонный звонок, но теперь уже с горящим на дисплее именем «Ран», из-за чего Кохану на мгновение передёрнуло, и она даже подумала сбросить, но интерес взял верх.

— Чего тебе?

— Как грубо, — с другого конца провода донёсся бархатистый смех, пока его владелец выходил из машины с целью направиться в свои апартаменты. — Соскучилась?

— Ещё чего, — прыснула Кохана в недовольстве, чем только порадовала Риндо. — Что хотел?

— Я, вроде бы, говорил, что позвоню. Как насчёт встретится в ресторане завтра вечером и поужинать? Но если ты всё так же придерживаешься своих правил, то можно сразу ко мне.

Он ухмыльнулся, и его смех заставил зародится ком в горле девушки, а её щеки покраснеть то ли от злости, то ли стыда.

— Ты серьёзно думаешь, что я захочу встретиться с тобой?

— А что не так? Ну, узнала ты обо мне чуть больше, чем планировала. Это ничего не меняет. Или так обиделась, что я дело выиграл? — спросил он с наигранным удивлением, предвкушая реакцию собеседницы.

— Какой же ты надутый индюк, — выдохнула Кохана, закатывая глаза, и услышала ещё один смешок в трубке.

— Так что насчёт моего предложения?

Хотелось сразу отказать и продолжить искать о нём информацию, но, раз за столько времени Кохана так ничего и не нашла, сам Риндо был неплохим, а даже отличным источником. Да и она всё ещё не поняла, как и когда он узнал её настоящее имя, и при встрече у неё мог выдаться реальный шанс разговорить его, хоть это явно было бы непросто.

— Хорошо, я согласна, — тон её голоса приобрёл былую твёрдость и оттенок холода, возвращая маску, которую Хайтани так удачно ломал и вообще планировал разрушить до основания.

— Отлично. Ресторан или сразу ко мне?

***

Машина припарковалась у многоэтажного здания, в котором жил Риндо, и Кохана тяжело выдохнула, осознавая, что наступает на свою гордость, приезжая сюда после того, как сама себе пообещала вычеркнуть Хайтани из области своей личной жизни. Но жажда заполучить хоть какую-то информацию и уличить его в связи с группировкой «Канто», с которой, она не сомневалась, адвокат дьяволов точно был как-то связан, была больше, чем её желание забыть любовника.

Поездка в лифте не продлилась больше нескольких минут, но показалась вечностью, а всё вокруг — совершенно незнакомым, хоть Кохана и проводила здесь достаточно времени.

После звонка в дверь девушка глубоко вздохнула и поправила волосы, борясь с подступающей бурей, которая могла разорвать не только её изнутри, а и окружающих. Эту бурю мог вызвать только Риндо, и стоило ему открыть дверь и пройтись по Кохане голодным взглядом, как терпение начало трещать по швам.

— Рад, что ты согласилась приехать, жаль только, что перенесла встречу с вечера на обед, а то я не выспался, — усмехнулся он, впуская Хаттори в квартиру. — И раз отказались от ресторана, то у меня для тебя сюрприз.

Кохана посмотрела на мужчину с ноткой удивления и последовала следом, выйдя на кухню, где уже был накрыт стол.

— Где заказал?

— Сам приготовил.

Взгляд тёмных глаз прошёлся по аппетитным стейкам и гарниру, останавливаясь на бутылке красного полусладкого.

— Не знала, что ты умеешь готовить, — специально ответила она как можно холоднее, но внутри действительно была впечатлена.

— Ты многого обо мне не знала, — сказал Риндо, не зная, какой укол наносит Кохане, ведь приехала она сюда как раз для того, чтобы это исправить.

Но ужин проходил слишком натянуто, не располагая к дружеской или романтической атмосфере, где нашлось бы место искренним разговорам и возможности что-то узнать. Это злило Кохану, но будто вовсе не тревожило Риндо.

— Долго будешь молчать? Ты ведь явно с какой-то целью приехала, — буднично констатировал Хайтани, не поднимая на девушку взгляд, и взял в руку бокал.

— Такой внимательный, — прыснула она, отправляя кусок мяса в рот, лишь мысленно подмечая, что Риндо и правда хорош в готовке. — Кто ты такой?

На лице Хайтани промелькнула улыбка.

— Вопрос слишком не конкретный.

Он встал из-за стола, направляясь к Кохане, которая и с места не сдвинулась и продолжала тупить о него взгляд.

— Ты понял, что я имела ввиду.

— И думаешь, я так просто отвечу? — он приблизился непозволительно близко, заправляя чёрную прядь волос за ухо — всё же ей слишком сильно шли распущенные волосы. — Спроси хотя бы конкретнее.

Кохана хотела, но понимала, что ответа не получит, да и он уже явно догадался, что под него копают, но тем не менее вёл какую-то свою игру. И был уверен в своей победе, считая прокурора заведомо проигравшей.

— Тогда другой вопрос. Что ты хочешь от меня?

В фиалковых глазах мелькнула искра, и их обладатель облизнул губы.

— Ответ я лучше покажу.

В следующую секунду вся посуда посыпалась на пол, разбиваясь на осколки, а на столе вместо неё оказалась Кохана, над которой нависал Риндо, сразу впившись в губы жадным поцелуем и выбил не только воздух из лёгких, но и все мысли из головы. Только спустя несколько секунд она осмыслила, что происходит, и постаралась оттолкнуть его от себя, но напор, с которым Хайтани давил, не оставлял и шанса, чтобы не поддаться соблазну и скрытому желанию ответить взаимностью.

Риндо терзал её губы, а горячие ладони проникли под блузку, оглаживая изгибы талии и сжав грудь, пуская мурашки, из-за чего Кохана простонала ему в губы, ещё не поняв, что сама прекратила сопротивление и отвечала уж слишком охотно, будто не была настроена на другой исход помимо этого, когда пришла к нему домой.

Только тогда она поняла, что ещё одной причиной, почему Хаттори не хотела с ним видеться, было как раз то, что она знала, что не сможет сдержаться, учуди Хайтани что-то подобное. И не ошиблась, ведь Риндо пьянил её не только в тот момент, а и вообще, медленно, но верно привязывая к себе, к тому же так, что Кохана даже не сразу это понимала.

Хотя в глубине души всё же понимала, раз ещё до суда планировала разорвать эти «отношения», ведь начинала ощущать к Риндо что-то иное помимо обычного влечения и желания, которые он вызывал одним взглядом или касанием. Она всё чаще думала о нём, вспоминала, а будучи рядом, испытывала удовольствие не только от близости.

Кохана понимала, что начинала привязываться, а потому и решила разорвать всё, но несколько раз откладывала, пока не проснулась в его постели утром, что ранее никогда себе не позволяла, и разозлилась, поняв, что не хочет уходить, и это нежелание приходилось маскировать безразличием.

Но после суда она думала, что всё станет лучше и она остынет к нему в этом плане, но всё наоборот обострилось, и как бы она не хотела отрицать, в палитре чувств кроме ненависти и злости на Риндо было и нечто иное.

В реальность, от которой Кохана отдалилась мыслями о том, как докатилась до такого, вернули ощущение приятной наполненности и руки, сжимающие бёдра, которые заставили замереть и сжаться, подавившись вздохом. Девушка сжала пальцами мужские плечи, впиваясь ногтями сквозь белую ткань, и выгнулась в спине, подстраиваясь под привычно грубые жадные движения, которые прямо кричали, как сильно её хотят, жаждут обладать и присвоить себе. И как бы она не отрицала, ей это нравилось. Нравилось чувствовать себя желанной и нужной. Нравилось, когда Риндо смотрел на неё словно хищник, как его руки бродили по её телу, и как он прижимался к ней кожа к коже, даря и получая удовольствие.

Руки Хаттори зарылись в светлые шелковистые волосы, распуская привычный пучок и сжимая у корней, и она притянула Риндо к себе, уже самой впившись в его губы, в которых давила стон с каждым его глубоким чувственным толчком, которым он не только выбивал из неё пошлые звуки, а и отрицание её истинных желаний. Выбивал он их и из себя, осознавая, что уйди эта девушка из его жизни окончательно, он бы просто так не забыл, хотя и не думал вовсе, что может привязаться к Кохане.

Тело пробила мелкая дрожь, и по нему разлилась волна удовольствия, накрывая с головой. Кохана прижилась к груди Риндо, забыв обо всём на свете и просто пытаясь быть ближе, и обвила руками его торс с расстёгнутой нараспашку рубашкой, которую в порыве страсти не просто расстегнула, а практически разорвала, рассыпав по полу пуговицы.

— Теперь ты поняла, чего я хочу?

Хаттори подняла голову и встретилась с внимательным взглядом, блестевшим как никогда ранее. Но она не хотела слышать ответ и посчитала нужным вместо этого сделать так называемый «открытый финал», и, ничего более не сказав, спрыгнула со стола и поплелась в сторону душа, поправляя рубашку и находящуюся на талии, а не бёдрах, как было положено, юбку.

— Тебе так сложно просто признать, что чувствуешь? — крикнул Риндо ей вслед, застёгивая брюки и собираясь догнать.

— Зачем тебе выбивать из меня признание? Я говорила, что мне не нужны отношения, и ты согласился и сказал, что тебе тоже. Так что изменилось сейчас?

«После разговора с Раном, видимо, многое» — пронеслось в мыслях Риндо, вспоминая слова брата, после которых он почти целую ночь не спал, а на утро понял, что Кохана всё же ему небезразлична, хоть он пока и не знал, что планирует делать.

Но что-то ответить он не успел, хоть за время его раздумий Кохана успела принять душ и снова одеться, после чего вернулась в коридор, чтобы обуться и уйти.

Входная дверь бесцеремонно открылась и порог переступил ещё один Хайтани, заставивший Кохану одёрнуться и смутиться.

— Риндо, я тут..,— нейтральный взгляд зацепился сначала за голый торс брата, а затем спустился на девушку со слегка взлахмаченными и влажными волосами, и вид на неё породил ком в горле и укол где-то в области сердца. — Видимо, я вам помешал.

— Ран, — цыкнул младший Хайтани, надавливая на переносицу.

Кохана подняла взгляд, всего секунду всматриваясь в незнакомца и даже не обратив внимание, что это он на самом деле владелец имени «Ран», а затем её осенило, и она практически выпрыгнула в его сторону, когда он развернулся, чтобы уйти.

— Я помню тебя! — крикнула Кохана, и в уголках её глаз скопились непозволительные слёзы.

Рука Рана замерла в нескольких сантиметрах от ручки двери, и он неодобрительно сощурился, прежде чем обернуться и вновь встретиться с таким знакомым лицом, напоминавшим горькое прошлое.

— Это же ты… Ты встречался с Томико!