II. Монолог со стеной
"Судьба моя, ты здесь еще ль?
Я нынче жалок, словно моль,
и метки ставлю на стене,
залил бы боль свою в вине,
но нет его, лишь стол, кровать,
царапин проклятая рать,
и холод толстых белых стен.
Все думают, что это тлен,
но явно для меня барьер,
без окон объявился всем,
как щит от острых языков,
где дверь закрыта на засов.
А я здесь был и здесь останусь,
не натяну на мачту парус,
вперед пойти уж не смогу,
я мощь сменил на прямоту,
на сталь кинжала на лету,
пронзая к черту паранджу.
Какой тогда я был дурак!
Сейчас я в стенах словно Снъяк,
один сижу, мне думать вольно,
хоть мысли могут делать больно,
но лучше чем загнить живьем,
не быть мне мертвых королем.
И снова проведу гвоздем,
в надежде, что дверной проем
откроют руки тех людей,
искавших в обществе зверей,
волчат, что скалить не пытались
клыки свои, но вряд ли сдались.
И знаешь что? Я жду гостей
из города, деревни и степей,
они все там, идут куда-то,
у них есть цель и плечи брата,
что сил придаст в одно мгновенье.
Идут они, пришло виденье. "