Без неё мир был пустым, а я в нём потеряна.
Самое интересное началось со второго дня, когда мы обе всю ночь не спали и долбали друг друга разговорами о похищении. Как только в комнате появлялись мужчины, мы замолкали и лишь дверь закрывалась, мы возвращались к теме разговора. Рана на лбу постоянно ныла, мне сложно было принимать лежачее положение, поэтому это ещё один повод не спать. Обоняние обострялось с каждой минутой, проведённой в голоде и холоде. Мы сидели без света, старались держаться за руки, но мои ладони постоянно потели и я убирала руки, после чего Соня брала обратно мою ладонь и играла пальцами так, будто это приносит ей удовольствие. Хотелось пить. Мы пили воду из под крана, потому что другого выбора у нас не было. Никто из нас больше не собирался плакать, а грызть друг друга приходилось, это оказалось хорошим занятием и долей успокоительного. Я, практически, не поднималась с сидячего положения с кровати, только по потребности. Кровать жёсткая, спина после неё затекает. Шея в неестественном положении постоянно, хочется лишь на груди Сони отдыхать, но и ей иногда не очень удобно меня принимать в такой позе. Поэтому я тусуюсь где-то по разным углам кровати.
Я очень сильно хотела шоколадное печенье с кокосовым молоком. Всегда была равнодушна к вкусностям, а тут прям до дрожи пробирает. Вот настолько я хотела сладкого. Даже просто ложку сахара в рот засунуть и жевать, слышать этот неприятный скрип между зубов, но получать дозу углевода, который так необходим для поднятия настроения, физической составляющей и полноценной работы пищеварения. Именно по-этой причине, я постоянно имела ощущение, что будто внутри меня находится огромный тяжёлый камень. Меня распирало изнутри, я ещё больше пила воду и с каждым разом становилось всё хуже и хуже, пока я не решилась опять вызывать рвоту. Я боялась, что если опустеет мой желудок - станет только больнее и тяжелее это всё переносить. Всё вокруг казалось таким ужасным, давит на психику, а нервы постепенно сдают и ты превращаешься в забитого котёнка, которого волнуют элементарные людские потребности, но никак не сложившиеся обстоятельства.
И так проходит день, а то и два, три, четыре. Мы обе ждали конец и обе были готовы к любому исходу. С таким образом жизни, мы были подготовлены даже к смерти, лишь бы не провести тут больше времени. В последние сроки, мы с Соней отстранились друг от друга и держались подальше. Наши ссоры слишком далеко зашли, вплоть до оскорблений и непонятных претензий, никак не связанных с действительностью. Это уже много, о чём говорило. Пора выбираться, но, ещё не вынесено последнее слово за нашими похитителями. Я примерно знала, что вряд-ли тётя потянет такую крупную сумму, которую запросили и я уже смирилась, но боялась остаться здесь совершенно одна. Пусть у нас с Соней полная лажа в отношениях, но она рядом, а это важно.
Когда попросили собраться лишь одной Соне, я немного запаниковала. Нет, и это также меня не доводило до слёз, я была рада, что сейчас она окажется на свободе и встретится с родными, но.. А как же я? Как долго я здесь времени проведу?
От лица Сони.
Я не знала, как мне реагировать на слова мужчин, поэтому молча собиралась, надевая свою грязную одежду и избавляясь от тех вещей, которые носила целую неделю, не меняя. Мне стыдно даже смотреть в сторону Нэнси, которая безразлично кидала взгляд на меня и также пусто откидывала голову назад, закрывая глаза и думая о чём-то своём.
Я: что будет с Нэнси? За неё внесли деньги?, - я начала задавать вопросы сразу же, как только появились похитители и собирались мне закрывать глаза, - нет, уберите руки.
Н: не сопротивляйся, - послышался голос за моей спиной и я надолго запомню эти слова..
Я в последний раз видела Нэнси, чьи глаза не искрились, а лишь спокойно моргали время от времени, безнадёжно смотря в стену. Эти руки, которые были ярко выражены в худобе, эти ключицы, мерцающие тонкой линией. Брови, нависшие на огромные светлые глаза. Волосы, превратившиеся во что-то непонятное, но по-прежнему отражающие всё изящиство девушки. Эти губы, которые когда-то казались для меня чем-то особенным, сейчас казались недоступными и чёрствыми. Скулы, придающие Нэнси ещё более грубый, неотёсанный вид. Такой она отложилась в моей памяти, к сожалению, в последний раз. Я не хочу даже думать, что с девушкой будет дальше. У меня огромные планы, чтобы закончить срок её нахождения там и наконец-то забрать к себе, помочь тёте с деньгами и вернуть то, с чего мы начинали. Это не тот человек, которого нужно так просто отпускать из своей жизни. Нэнси слишком много добра принесла в мою угрюмую рутину, я обязана ей всем, что имею.
Так тянулись недели с помощью психолога, с которым я проговаривала все проблемы. Тётю Нэнси я поддерживала, как никто другой, вплоть оставалась с ночёвкой, обрисовывала все ситуации и ложилась на кровать своей девушки, крепко обнимая вместо неё подушку. Я не пошла сразу в школу, это был травматичный случай, который требует вмешательство посторонних людей. Я не могла выдать даже малейшую информацию о местонахождении Нэнси. Меня с завязанными глазами вывезли в родной город и бросили, а добиралась я уже пешком, по памяти. Благо, вернули телефон и всю оставшуюся дорогу я пыталась избавиться от слёз, стирая их с щёк и продолжая смотреть на совместные фотографии с девушкой. Вся наша спортивная команда в замешательстве, почему меня одну вернули и что сейчас с Нэнси? А я не могу ответить, лишь молча беру последнюю сигарету в пачке и ухожу в тень. Что если сейчас её тело где-то в лесной местности разлагается? Что если она выжила? Что если она умрёт от переохлождения? Что если она всё ещё находится в той комнате и ждёт спасение, а его нет?
Я: вы можете набрать по тому номеру, с которого вам звонили?, - я сидела глубокой ночью с тётей Нэнси и обсуждала все возможные варианты, как нам вытащить девушку, быть может, мы её найдём, только не в том виде, в котором ожидаем?
: я уже пыталась, нет ответа, - впервые вижу женщину с тонкой сигаретой между пальцев и сидящую не в роскошном одеянии, а в обычной футболке и шортах, уточню, это одежда самой Нэнси, которую тётя не снимает, - моя девочка, что ей предстоит пережить.
Эти пальцы. Такие хрупкие, с выражеными венами. Кажется, женщина постарела на лет десять, испытав вместе с нами весь ужас. У неё нет таких денег, она влазит в кредиты, но не может собрать всю сумму, но и девушку так просто отдавать никто не согласен.
Я: у вас есть знакомые, друзья, родственники?
: нет, у нас никого нет и я всегда радовалась, что мы ни от кого не зависим, но сейчас понимаю, как важно иметь близких людей, - она так жалко берёт меня за руку и услышав следующие слова, у меня застыла кровь в жилах, - спасибо, что любила мою племянницу. Благодаря тебе, она стала очень нежной девочкой.
Я: она всегда такой была.
: ты дала ей повод раскрыться.
Я: откуда вы знаете, что я люблю Нэнси?
: ваши телефонные разговоры, поздние прогулки и плотное общение указывала на одно, и это меня не устраивало. Если бы ты знала, как я не хотела принимать тебя в нашу семью, как я не хотела осознавать, что Нэнси не с парнем, а с девушкой. Это было так стыдно, но сейчас я отпустила. Я уж точно не могу ей навязать то, чего сама не имею. Пусть хоть она познает счастье, пусть и не с парнем.
Я: а знаете, я всегда понимала, что вы меня ненавидите, - решив немного посмеяться, - судя по тому, как вы не пускали меня в квартиру и Нэнси уходила вместе со мной.
: она такая маленькая в моих глазах, что сложно доверить кому-то этого ребёнка. Пусть и самостоятельная, но Нэнси для меня самый настоящий ребёнок, который в глаза тебе кивает, а потом сделает по своему и не будет испытывать чувство вины.
Я: упёртости в ней, хоть отбавляй, это правда.
: утро вечера мудренее. Нужно отдохнуть. Оставайся, мне нужно чьё-то присутствие в этой квартире.
Я: останусь, только сообщу об этом родителям, чтобы не волновались.
Я не хотела притрагиваться к алкоголю, но очень тянуло на что-то крепкое. Я всё больше ощущаю потерю Нэнси и не готова смириться, поэтому набираю ещё больше плохих привычек, чтобы избавиться от реальной трагедии.
Пока тётя Нэнси действительно закрылась в спальне и наступила гробовая тишина с долей цокающих часов, указывающих на пугающее число три, я взяла стакан и сполоснув чистой водой, облегчённо наливала туда горькую жидкость. Я даже не почувствовала, как по горлу лилась эта ядерная смесь, просто пила, как обычную воду. Я всё думала, почему не получаю нужный эффект и лишь слёзно сижу под батареей. Боль тише не становится, кажется, моё сердце бьёт в такт с сердцем Нэнси. И так будет до самого конца. Такая беспомощность, что я ни на что не способна. Что я зря тогда уехала и что это моя вина. Чувство тоски ещё больше усиливается. На фоне одиночества возникают навязчивые мысли о воспоминаниях, связанных с девушкой. Что я не была с ней настолько добра, насколько она со мной. Что я не вложилась в неё так, как делала это она, откладывая все проблемы на второй план и держа в авторитете меня. Эмоциональный упадок воспроизводит всё больше слёз. Я всё ещё контролирую свои действия, но необдуманные поступки так и кружат мою голову.
Вкус напитка давно потерял значение. Алкоголь не приносил сладкое облегчение - только обнажал каждую рану. Каждая мысль возвращалась к Нэнси. Теперь эти воспоминания казались крошечными островками тепла в безкрайнем холодном море одиночества. Спиртное, вместо того, чтобы помочь, лишь делало тоску живее. Я всё держу этот телефон в руках, печатаю сообщение и стираю его, зная, что не получу ответ от девушки. Всё так бессмысленно, как и мои попытки убежать от гнетущей пустоты.
Мой взгляд упал на полупустую бутылку, стоящую рядом. Она была немым укором в то, что я очень слабый морально человек. Лёгкий хмель меняется тяжёлой вязкостью мыслей и теперь я чувствую себя пленником не только чувств, но и бессилия. Всё упиралось в напоминание о Нэнси: мокрые капли на чистом окне - её кристальные слёзы, мерцающий свет лампы - её улыбка и шутки в самые трудные моменты.
Алкоголь забирал у меня остатки сил, оставляя только правду - противную, как эта ночь. Я скучаю по ней. Без неё мир был пустым, а я в нём потеряна.
Я слышу лёгкое постукивание в дверь и уже свернула на то, что мне причудилось. Пора завязывать с алкоголем, поэтому я закрываю пробкой и ставлю обратно в холодильник, и вновь слышу звук. Не может же мне дважды показаться. Я уже не мечтаю о том, что за дверью окажется чудным образом Нэнси, поэтому решаю, что это просто какой-то идиот или тупые малолетки, которым не сидится дома за компьютером. Я ещё на гневе быстрым шагом добираюсь двери, быстро открываю все замки и только когда дверь распахнулась.. Только тогда я поняла, что меня моментально отпустил алкоголь. Передо мной стояла Нэнси, взгляд цепляется за неё, но мозг ещё не совсем осознал, что она здесь. Её ясная фигура вспыхнула в хаосе моего сознания. Кажется, всё, что я выпила, вдруг подступило к горлу терпким комом. Моё сердце билось настолько сильно, будто отбивает ритм в последний раз. Щемящая тоска, которую я лелеяла так долго, смешалась с головокружительным облегчением: она рядом, настоящая.. Но, вместе с этим вспыхнул страх - страх, что это мираж, иллюзия, которую мой измученный мозг нарисовал под воздействием алкоголя. Мои глаза смотрят прямиком в её и в груди всё переворачивается.
Я: любимая, - даже не обратив внимание на то, что она стоит совсем слабо и совсем без тёплой одежды, я рвусь обнять.
От неё исходит этот запах свежего снега и холода, но она вяло протягивает свои руки и так мягко расслабляет моё кипящее тело.
Н: соскучилась?, - её пальцы ласково гладят мои волосы, закапываясь в них всё глубже, прижимая всё сильнее к себе, - почему от тебя пахнет алкоголем?
Тут же меня опять накрыло пьяное состояние и я реву в её плечо, будто Нэнси опять сейчас исчезнет.
Н: перестань, - заводит меня в квартиру и я опускаюсь перед ней на колени, сама того не понимая, начинаю просто просить прощения за то, что бросила.
Она лишь ухмыляется, продолжая гладить мою голову, кончиками пальцев касаясь к каждой волосине. Я, буквально, склоняю свою голову на её колени и только сейчас понимаю, что это не сон, не мои домыслы и даже не алкоголь.
Н: тётя уже спит?, - я послушно киваю головой, - не будем ей мешать, хорошо?, - снизив тон голоса, - давай я тебя спать отведу?
Я: а ты?
Н: а я приведу себя в нормальный вид и лягу рядышком, - заправляя пряди волос за мои уши и старательно поглаживая моё лицо, - хочу немного отогреться под душем.
От моего лица.
Я так не хотела расстраивать Соню и была на грани срыва, потому что вытерпела очень многое, находясь одна среди группы неизвестных лиц. Пьяную девушку я уложила быстро, ещё пол часа сидела рядом с кроватью и просто держала её за руку, чтобы она скорее заснула. Соня так вцепилась в меня, что я долго не решалась уйти, но, потом избавилась от пальцев и тихо ушла в ванную комнату, где провела время аж до самого утра, переваривая всё случившееся со мной.
От лица Сони.
Я проснулась от пристального взгляда Нэнси, которая сидела в кресле напротив кровати и просто смотрела на меня, хотя, по глазам было видно, что она вот-вот и уснёт. За окнами ещё совсем темно, поэтому мне стало жутко от этой картины, казалось бы, это моя девушка, но выглядело это настолько нелицеприятно..
Я: ты обещала лечь рядом, - подвинувшись к стене, уступая ей больше места, вдруг, я во сне на всю кровать развалилась, поэтому она не смогла прилечь.
Нэнси молчит, продолжая сосредоточенно держать глаза на мне, а потом будто выходит из состояния концентрации.
Н: привычка осталась.
Я: какая привычка?, - я вижу, что она беззвучно забирается ко мне под одеяло и клонит голову на плечо.
Н: я старалась не спать лёжа, часто просто сидела и дремала.
Я: можешь больше не беспокоиться, - целуя её губы, которые были по ощущениям, как кубик льда, и не скажу, что это приятный поцелуй.
Я будто поцеловала что-то неживое. Спихнув на то, что она сильно продрогла и не может отогреться, я ещё больше укутываю её и ладони запускаю под футболку, чтобы согреть хрупкую спину.
Н: можешь дождаться, пока я засну? Не хочу оставаться одна со своими мыслями в темноте.
Я: конечно, - широко открыв глаза, чтобы не провалиться в сон.
В течении часа, Нэнси постепенно засыпала и тело её преобрело здоровое тепло, даже немного щёки порозовели. Не могу передать словами, насколько её запах особенный. Аромат сладковатый, невесомый такой, едва ощутимый, но я погружаюсь в него с головой. Я очень люблю, когда она засыпает в моих руках. Это ощущается так, будто её сон зависит от меня, от моих объятий и атмосферы, которую я создаю. Я решила больше не засыпать и всё это время посвятить на заботу о девушке. Мне вполне хватило несколько часов сна, чтобы чувствовать себя сбалансированно.