В честь моего возвращения.
От моего лица.
Я просыпаюсь от тёплой обстановки, которую давно не ощущала. За окнами необычно яркое солнце, слепящее по моим сонным глазам. Даже спрятаться некуда. Но, это одно из тех ощущений, которое я хотела познать за долгое отсутствие дома. Приятно осознавать, что я в родной постели, что я больше не зависима от кого-то, кроме Сони. Кстати, о Соне. Впервые я ощущаю сильную привязанность и смотрю как раньше, влюблённо и растерянно. За время нахождения в одном помещении, я понимала, что не выдерживаю. Мне хотелось её уничтожить, хотелось убить Соню, а следом погубить себя. Настолько я испытывала раздражение, что ни один участок кожи не дрогнул на лице, когда её забирали. Тогда я окончательно смирилась со своей смертью и не имела надежд.
Соня такая круглолицая стала, личико чистое. Видеть её в таком состоянии одно удовольствие. Она сейчас спит, хотя, я прекрасно знала, что она долгое время смотрела на меня сбоку и что-то высматривала, постоянно касаясь моих щёк, которые разгорелись ещё больше.
Я не сдержала свой кашель и тем самым обратила внимание девушки, которая находилась в чутком дрёме.
От лица Сони.
Лишь услышав, как Нэнси начала задыхаться от кашля, я открыла глаза и поняла, что заснула. Девушка согнулась и держалась за грудную клетку, будто пытается откашлять, но не может и делает только хуже горлу, раздражая слизистую.
Н: извини, что разбудила, - упав обратно на спину и накрыв плечи одеялом, она утонула под ним, - так хочется горячих бутербродов и чистой воды, без привкуса хлорки.
Я: проголодалась? Пойдём сейчас умываться, позавтракаем и решим, что делать с твоей болезнью.
Н: это не болезнь, это от сырости.
Я: Нэнси, это болезнь.
Н: больных среди нас нет. Только если психически.
Я: как же без споров, - разводя руками и хлопнув по одеялу, - ты когда-нибудь перестанешь переводить стрелки?
Н: я стрелочница? Это ты стрелки метаешь.
Я: ты даже сейчас это сделала, - улыбнувшись, - но, я этому только рада.
Н: через недельку по-другому заговоришь, - опять у девушки заводится невыносимый кашель, который наводит на мысль, что у неё далеко не от болезни такой гавкающий звук.
Я: мне кажется, или у тебя кашель курильщика.
Н: да, я много курила все дни, проведённые без тебя.
Я: где сигареты брала?
Н: просила, иногда просила пачку мне отдать, чтобы хватило надолго.
Я: и как? Исполняли твои желания?
Н: иногда да, а иногда посылали нахуй за такое развязное поведение, - потянувшись вверх кончиками пальцев и я слышу, как хрустит её спина, - ох, хорошо стало.
Я: пойдём твою тётушку в ступор поставим?
Н: давно пора её обескуражить.
Я иду в ванную комнату, как ни в чём не бывало, но ушами поникла в сторону кухни, куда направилась Нэнси.
От моего лица.
Я совершенно спокойно появляюсь на кухне, продолжая зевать и сразу беру свой любимый стакан, куда наливаю воду по самый край. У меня было желание напугать тётю со спины и обнять с такой силой, чтобы она не смогла обернуться, но решила до последнего делать вид, что это Соня.
: доброе утро. Как спалось? Вести есть?
Я молча присаживаюсь за стол, подгибая ногу под себя и с улыбкой продолжая смотреть, как женщина крутится вокруг плиты и даже боковым зрением не может развидеть меня. Мы настолько похожи с Соней, что даже силуэтами не отличаемся? Всё по-прежнему на своих местах, даже скатерть не изменилась с моей пропажи. Всё те же баночки украшают невесомые полочки, кухонные принадлежности аккуратно расставлены, даже ножи точь в точь, как когда-то. Вся посуда блестит от чистоты, совсем новенькие полотенца красуются в углу столешни. Даже бумажные полотенца бережно и с любовью сложены, что никогда не было прежде, но так приятно видеть сейчас родные мелочи. Занавески прикрывают белоснежное окно, которое скрывает нас от зимней погоды и сохраняет тепло домашней обстановки.
: а знаешь, мне вновь снилась Нэнси и сон был довольно странный. Нэнси вернулась домой, но совсем не в том виде, в котором я бы хотела её видеть. Такая грустная, совсем не рада встрече.
Моя улыбка менялась в серьёзное лицо и я уже нервно заострила взгляд на духовке, которая выпекала совсем свежие кексы с апельсиновой начинкой.
: соскучилась сильно, - впервые вижу, как тётя плачет, вытирая слёзы не обычным носовичком или салфеткой, а ладонью, будто пытается вернуть жидкость обратно, чтобы не показаться слабой женщиной.
Тут заходит на кухню Соня, метнув ухмылку на меня, ведь тётя так и не заметила моё присутствие. Девушка подходит ко мне, кладя свою руку на мои плечи и продолжает ожидать, когда же женщина обернётся и случится первая встреча за долгое время. Я опустила взгляд вниз, буквально смотря на свои колени, пока Соня гладила моё лицо и наслаждалась поцелуями в мою щеку, так бесшумно касаюсь своими мятными губами, что меня вводило в комфортное состояние любви и покоя.
: Сонь?, - тут женщина поворачивается, уже наполовину закончив с готовкой и стеклянный чайник с заваркой, находящийся в её руке, моментально разбивается.
Тётя так растерянно упирается в стол, прикрывая рот рукой, а я наблюдаю, как её глаза округлились ещё больше и по щекам уже льются слёзы. Она даже не знает, что говорить, да и мы с Соней лишь переглядываемся, но тоже молчим.
: а.., - не понимая, с чего начать разговор, я первая делаю шаг навстречу и поднимаюсь, пока слёзы моей родной души разрастаются в смерч.
Я обнимаю, приподнимаясь на носочках и ощущаю, как мои рёбра безжалостно скрутило. Да, я стала ощущать каждое давление на своём теле и это не приносит приятные ощущение, лишь дискомфорт и боязнь причинить себе вред, но, я полностью понимаю свою тётю и у меня была бы точно такая же реакция, если бы её отобрали у меня на долгий срок. Соня сидит на полу рядом с моим стулом и сама пытается сделать вид, что не плачет, но глаза выдают печаль.
Этот неловкий момент продлился недолго, тётя тут же усадила нас с девушкой и в темпе готовила завтрак, завалив меня вопросами, на которые я не могла дать ответ. На моё предложение помочь, она отмахивалась и делала всё, лишь бы я не прикоснулась ни к чему, а просто отдыхала.
От лица Сони.
Нэнси сидела полубоком ко мне и я следила за профилем её утончённого лица, которое идеально подчёркивалось светом из окна и утренней бледностью. Её тело, маленькое и истощённое, сидело на стуле так раскрепощённо и расслабленно, ни одна эмоция на лице не была напитана той тоской, с которой она заявилась.
Я смотрела на каждую чёрточку её внешнего вида и когда взгляд скатился к рукам, Нэнси тут же перевернула их и спрятала, словно не хотела, чтобы я что-то заметила. Но, было поздно. Я успела увидеть огромный шрам, расположенный вдоль руки, будто пыталась причинить себе увечья, но не доделала начатое. Нэнси вновь изменилась в лице, уже не так дружелюбно смотря на свою заботливую тётушку и стараясь вообще не смотреть в мою сторону, хотя мои глаза всегда искали зрительный контакт.
За завтраком, Нэнси всячески прятала руки под столом и смотрела на меня исподлобья, хотя, я не успела ещё сделать что-то грандиозное, за что получаю столь молчаливые, но безудержно громкие осуждения голубыми глазами. Тётушку переполняли эмоции, поэтому она не переставала болтать с племянницей, которая всячески избегала зрительного контакта и с ней. Меня волновал лишь один вопрос и я не могла выдавить из себя улыбку, потому что предчувствие не из лучших. Неужели Нэнси готова была на самоубийство? Она действительно хотела лишить себя жизни и почему ей не дали завершить? Ведь, такие шрамы остаются лишь при глубоком проникновении острых предметов, разрезая плоть.
Тётя девушки была готова провести весь день вдвоём, даже просто прогуливаясь по любимым окрестностям, а вот Нэнси настоятельно требовала встречу со своей командой. Я была только за эту идею, хотя, немного тётю стало жалко, но, сама женщина не расстроилась и выдвинула идею провести вечер в семейном кругу.
Н: тогда, ты со мной пройдёшься к ребятам?, - невинный взгляд и я была согласна на всё, что предложит эта очаровательная девчонка.
Я: да, можно.
Я заблаговременно созвонилась с тренером и поинтересовалась, занимаются ли ребята сейчас или же нам прийти в вечернее время суток. Я знала, что сейчас сезон соревнований, поэтому команда трудится, не покладая рук, тем более, команда Нэнси и моя команда - сдружились, а значит все будут рады видеть нашу пропажу, возвращение которой ждал весь город.
В комнате девушки, после утренних процедур и времяпровождения под душем, от неё исходил изумительный аромат, даже не знаю, что больше кружило мне голову: её присутствие рядом или же прежний запах, который я ощущала от каждой вещицы, когда сильно грустила за девушкой и часто обкладывалась её одеждой.
Я: что за шрам?
Н: он был до этого, ты просто не замечала, - уже спланированная речь прозвучала довольно быстро и можно даже поверить, но я знаю её тело, поэтому не верю.
Нэнси оголяется, предпочитая сменить одежду с домашней на уличную. Я всё больше ужасаюсь её худобе, она никогда такой стручкоподобной не была, да и не нужен ей маленький вес, если планирует вернуться в спорт.
Я: я не буду ругаться с тобой, если скажешь мне правду.
Девушка нехотя оборачивается с улыбкой, надевая при этом растянутую футболку и вытягивая свои волосы, которые уменьшились в густоте.
Н: иногда не страшно навредить себе, лишь бы спасти свою жизнь.
Таким загадочным высказыванием она заставила меня долго думать, пока сама Нэнси не приблизилась, поставив свои ладони на мои колени и наклонившись к лицу, произнесла:
Н: стратегический ход. Слышала о таком?
Я: если бы ты убила себя самостоятельно, они лишились бы денег и попали под влияние полиции?
Н: они и не собирались нас убивать, открою тебе секрет большинства преступников: они нацелены на деньги, но никак не готовы тебя убивать, да и содержать - такая себе идея.
Я: ты до кости порезала себе руку, - схватив, - посмотри, что ты наделала. Это же бросается в глаза.
Н: а ты не приделяй столько внимания моей руке. Всякое в жизни бывает, может, я случайно разбила стекло и так неудачно поранилась, - продолжая улыбаться, она тянется для поцелуя, но я не была готова к нему, поэтому отодвинула голову назад, - как знаешь, - не видно было, что Нэнси огорчена, но точно можно развидеть, что она не сожалеет о содеяном.
Быть может, это действительно был хороший план, который сработал для похитителей, как "невыгодная позиция".
Собравшись, мы выдвинулись прямиком в наш спортивный комплекс, дорогу к которому Нэнси помнила до деталей. Я думала, что девушка обязательно несколько дней проведёт в кровати, потому что испытав величайший стресс, её организм не будет доволен походам по улицам, уж тем более видеть лица счастливых людей. Именно такая ситуация сложилась у меня вначале, когда я только оказалась в городе. Я не понимала, за что браться и как справляться, а Нэнси будто за ночь реабилитировалась и не планирует проводить дни в унынии. Она всё время, весь путь, держалась за мою руку и не мелькал в её глазах страх, что кто-то за нами опять ведётся наблюдение. Девушка сыта и довольна, радуется солнечной погоде и много улыбается, а от её улыбки и я заряжаюсь на хорошее настроение, пусть даже часто вспоминаю неприятные фрагменты, но Нэнси возвращает обратно.
Когда мы появились на пороге спортзала, мы слышали, что ведётся игра и никого в раздевалках нет.
Н: тихо зайдём и сядем в углу, чтобы меня никто не заметил, - подмигнув мне, голубоглазая первая вырвалась вперёд.
Она выбрала самое невзрачное место, где с вдохновением вздохнула, услышав звук клюшки и звук коньков, которые режут лёд своим острым основанием. Глаза горят желанием выйти на лёд и преподать мастер-класс для новичков, которые отсиживались на трибуне. Навыки, которыми владела девушка, очень трудно преобрести за короткий промежуток времени. Поэтому, не смотря на все наши конфликты, я с восхищением играла с Нэнси. Мне действительно было интересно, этот интерес не был проявлён к кому-то другому и дело даже не в симпатии. Всегда приятно иметь дело с умными и ловкими ребятами, которых я не встречала на жизненном пути. Даже себя к таким людям отнести не могу, а хочется.
В один момент, Нэнси кладёт свою голову мне на плечо и так томно дышит, что я напряглась. Я волновалась о её самочувствии, вдруг, стало плохо, а она всего лишь ощутила усталость и таким образом снимала тяжесть, но, её организм быстро отключился и уже через минуту Нэнси закрыла глаза. Она заснула и её сон всё казался мне тревожным, но лицо не выдавало беспокойство. Лишь гладкие веки, ровное дыхание и припухлые от холода губы. Такая милая и такая тихая, что мне приходилось каждые пять минут проверять, в сознании ли она.
Так я её и разбудила, но Нэнси не была зла, она наоборот поблагодарила меня за это и была готова зайти к своей команде, ведь, так быстро наступил конец тренировки. Девушка шла немного сонной и тянула свои ноги, шатаясь на каждом шагу и каждый раз зевая всё громче. Первый, кого мы встретили, был тренер, который готов расплакаться от увиденного и непонятно: то-ли радость, то-ли горечь. Такую хрупкую Нэнси он не видел никогда и во время объятий старался не причинить боль, хотя, девушка сама его чуть на удушение не взяла.
С таким же боевым настроением она появилась в раздевалке и большинство не узнало Нэнси, пока она не сказала:
Н: какого хрена расселись? Подъём, вторую треню проведём в честь моего возвращения.
У всех одновременно включился мозг, поэтому все подскочили к девушке. Кира была первой, кто обнял Нэнси, а следом и остальные, даже те, кто был привередлив к закалённому характеру девушки. Всё же, она заслуживает уважения.
В: как ты?, - обратилась Вика, стоящая неподалёку и нервно ломающая пальцы.
Н: а ты пирсинг губы сделала?, - заметив деталь внешности и подруга тут же расплылась в улыбке, - выглядит ультра сексуально.
Как-то тема сменилась на обсуждение команды и Нэнси умело находила новые темы для обсуждения, но никому на вопросы не отвечала, лишь радовалась за каждого.
К: на перекур со мной выйдешь или не куришь?, - заманчиво произнесла Кира и девушка поднялась, пока остальные разговорились между собой.
Нэнси прошла мимо меня, хотя, я стояла в надежде, что она возьмёт с собой, но в последний момент, пока дверь не закрылась, она кивнула с ухмылкой, чтобы я шла за ней. Мы выходим на перекур втроём, только я не особо хотела курить, а учуяв запах, захотела сделать пару затяжек и отобрала сигарету у Нэнси.
К: так, говоришь, навсегда вернулась к нам?, - садится на перила Кира, смотря так странно на девушку, будто влюблённым взглядом.
Длительный зрительный контакт между ними, подозрительное расширение зрачков, мягкий блеск в глазах, синхронизация движений, частое опускание глаз от стеснения - после этих признаков я начала всё больше прижиматься к Нэнси, от ревности, буквально, дрожа. Девушка лишь потирала моё плечо, согревая своим теплом, но всё её внимание было пределено Кире. Я всё пыталась встрять в их разговор, вставить свои пять копеек и понимала, что начинаю позориться, поэтому молча следила за ними. Будто симпатия исходила от Киры, а Нэнси в знак дружбы поддерживала общение. Я уже сама замёрзла, пальцы дубовые, потеряли чувствительность.
Я: может, пойдём к ребятам?, - ненавязчиво перебивая.
Н: сильно замёрзла?, - докуривая свою уже вторую сигарету, Нэнси ломает её и в обнимку со мной заходит, в то время, как Кира идёт позади нас и она явно недовольна нашему воссоединению.
К: Сонь, ты пока заходи, я хочу ещё с Нэнси поговорить.
Тут я уже возмутилась. Что за секретность? Почему от меня избавиться пытаются? Голубоглазая лишь с этого посмеялась, когда я вопросительно подняла бровь.
Н: я сейчас вернусь, - всё же, отправив меня к остальным.
Я понятия не имею, о чём они общались, но когда вернулись, Кира была чересчур улыбчива, а Нэнси тут же оказалась рядом со мной, нежно чмокнув в макушку.
Н: заждалась?
Я: о чём вы разговаривали?, - совершенно спокойно задав вопрос, но девушка слишком хорошо меня знает, поэтому просекла ревность в моём тоне.
Н: сразу с вопросов начала, - облегчённо вздохнув, - Кира пригласила меня к себе домой, фильм посмотреть. Я сказала, что приду только с тобой. Ну что, я искупила вину?
Я: она согласилась?
Н: да, она не против. Ты сомневаешься во мне?
Я: нет, конечно нет.
Н: звучало неубедительно.
Я: Аня расспрашивала за тебя.
Н: а ты что?, - присев на колени и обхватив шею, Нэнси мило коснулась губами кончика моего носа, оставляя лёгкий поцелуй.
Я: а я ничего. Сказала, чтобы она исчезла.
Н: правда?
Я: нет. Ладно, я сказала, что ты впорядке, - прикладывая голову к её груди.
Н: ты же не грубиянка у меня.
Я: да, всего лишь начинаю ненавидеть твоих поклонников.