15. добровольное рабство
Обычно курильщики пытаются перестать курить, выдвигая основными причинамиздоровье, деньги и социальное неодобрение этой пагубной привычки.В прошлом столетии люди упорно боролись за отмену рабства, и все же курильщикживет, по доброй воле продав себя под ярмо. Кажется, он даже не осознает, что в те моменты,когда ему разрешено курить, хотел бы быть некурящим. Для большинства сигарет, выкуренныхнами в течение жизни, справедливо утверждение, что мы не только не получаем от нихникакого удовольствия, но даже не осознаем, что курим их. И только после некоторого периодавоздержания мы начинаем обманывать самих себя, считая, что сигарета доставляет намудовольствие (например, первая утренняя, послеобеденная и т.д.).Сигарета только тогда приобретает для нас огромную ценность, когда мы пытаемсякурить меньше или перестать курить совсем, или тогда, когда общество силой принуждает наск этому (например, в церкви, больнице, супермаркете, театре и т.п.). Заядлый курильщикдолжен учитывать, что подобная тенденция все усиливается. Сегодня она коснулась вагоновметро. Завтра - всех общественных мест.Ушли те времена, когда курильщик мог зайти к другу или незнакомому человеку испросить: «Не возражаете, если я закурю?» Сегодня бедный курильщик, приходя в домнезнакомого человека, судорожно оглядывается вокруг в поисках пепельницы в надеждеувидеть в ней окурки. Если пепельницы не видно, он пытается продержаться, а если не может,то просит разрешения закурить и, вероятнее всего, слышит в ответ: «Курите, если это вамнеобходимо», или «Ну, мы предпочли бы, чтобы вы не курили. Знаете, запах табака потомдолго не выветривается».Бедняга и так уже чувствует себя ничтожеством, а тут и вовсе молит, чтобы земляразверзлась и поглотила его.Помню, что когда я был курильщиком, каждое посещение церкви становилось для менясуровым испытанием. Даже во время свадьбы дочери, выступая в роли гордого отца, я стоял идумал: «Хоть бы все это побыстрее закончилась тогда мы сможем выйти на улицу и устроитьперекур».Вам поможет наблюдение за курильщиками во время подобных церемоний. Они толпятсявместе, и у них обязательно много сигарет. Пачек двадцать ходит по кругу, а разговор всегдаодин и тот же:- Вы курите?- Да, хотите сигаретку?- Спасибо, я угощусь попозже.Они прикуривают и глубоко затягиваются, думая про себя: «Какие же мы счастливые! Мыполучили свою маленькую награду. А беднягам некурящим ничего не досталось».Но «бедняге» некурящему такая награда и не нужна. Мы были созданы не для того, чтобыжить, постоянно отравляя собственный организм. Грустно, что даже в тот момент, когдакурильщик курит сигарету, он не ощущает тех чувств покоя, уверенности в себе и спокойствия,которые некурящий испытывает всю свою свободную от курения жизнь. Сидя в церкви,некурящий не чувствует беспокойства и не хочет, чтобы происходящее поскорее закончилась.Он может полностью наслаждаться каждым моментом жизни.Я помню, как зимой, во время перестрелки снежками, я притворялся, что у меня слабыймочевой пузырь, чтобы смыться и перекурить. Увы, я не был четырнадцатилетнимшкольником, - но сорокалетним бухгалтером. Грустно... И даже когда я вновь присоединялся кигре, то не получал от нее удовольствия. Я вновь с нетерпением ждал ее окончания, когда сновамог бы покурить, хотя и предполагалось, что курение - способ расслабиться и получитьудовольствие от любимого занятия.Для меня самой потрясающей радостью бытия некурящего стала свобода от этого рабства,возможность жить на «полную катушку», а не проводить большую часть времени, страдая отнеоборимого желания закурить, а потом закурив, думать, что лучше бы я этого не делал!