Часть 6
Настроение остаток дня было паршивым, так что кусок в горло не лез. Атралис пришел на ужин в так называемую вторую смену, когда собирались дворецкие, советники и другие высокопоставленные лица, работающие на царскую семейку. Из знакомых за столами фаворитов по-прежнему оставался только Мьюм. Тот сидел на полу на большой подушке, приняв позу лотоса, и с огромным аппетитом уплетал за обе щеки мухаллабию - молочный десерт с лепестками миндаля и роз. У Атралиса же от одного лишь представления этой приторности крутило живот.
- А Каан не придет? - попытался отвлечь себя вопросом Подлинный.
Мьюма, кажется, больше интересовало поглощение сладостей, чем собственный подопечный, а потому на вопрос он соизволил ответить не сразу:
- Господин чувствует себя не очень хорошо, поэтому ужин ему принесут в покои. Такое часто случается после уроков колдовства, но все будет хорошо.
- Не думаю, что часто падать в обмороки вообще для кого-то нормально.
Атралис поморщился и, пересилив тошноту, все-таки закинул в рот кусочек баранины. На удивление, мясо оказалось настолько легким и мягким, что буквально таяло на языке, оставляя приятное послевкусие куркумы, от которого наконец-то просыпался голод. Мьюм как-то странно покосился на своего соседа, и Атралис прервал свою трапезу, облизываясь:
- Слушай, я прекрасно знаю, что не нравлюсь тебе, но не обязательно прожигать меня взглядом.
- Раз уж мы теперь живём под одной крышей и служим одному человеку, - Мьюм отвернулся, хлопнув хвостом по подушке, но по голосу было слышно, что говорил он искренне, - мне стоит привыкнуть к твоему обществу, хочу я этого или нет. Однако ж постарайся для начала не чавкать так громко. Это дико.
И словно в пример он осторожно поднес ко рту ложку с ломтиком белоснежного пудинга.
Когда ничем не занимаешься, время тянется невыносимо долго. Атралис бесцельно бродил по дворцу, но записывал на подкорку положение разных комнат и запоминал лица некоторых из слуг. Вон та девчонка, Сава, кажется. Руки в мозолях, колени в ссадинах, волосы в пучок лохматый собраны и заткнуты старой деревянной шпилькой. Но ведь улыбается, дура. Ей и правда настолько щедро платят, что она с таким рвением целыми днями драит полы? Или бедняжке мозги промыли очередной сказкой про бога и службе ему через короля? У паралуманов не было веры в высших существ, поэтому для Атралиса все эти человеческие заморочки казались бессмысленным самообманом. Зачем полагаться на кого-то вымышленного, если в трудные времена все, что у тебя есть - это ты сам и твои близкие? По крайней мере все Подлинные жили верой именно друг в друга.
Он вернулся на третий этаж и на развилке сквозь сумрак посмотрел в сторону покоев Каана. Сознание назойливо рисовало событие этого утра: Каан ему улыбается, а секунду спустя безжизненно свисает с рук своего учителя - такой же загадки, как и сам принц. Можно ли считать это своим первым поражением? Атралиса наняли телохранителем, и в первый же день такой косяк. Хотя кто знал, что реакция на такое, казалось бы, пустяковое заклинание окажется настолько резкой? Сам Атралис научился принимать облик кошки уже в семь лет, а этот шкет в свои... сколько ему там? Взрослый уже совсем, а так раскисает после единственного заклинания!
Но что-то все-таки не давало покоя. Этот Шахрияр, чтоб его... Обычные слуги смотрели на Атралиса удивленно, ведь паралуманы всегда были диковинкой даже во дворце. А этот усатый таракан даже не стал делать вид, что рад знакомству. Да и почему он не позволил Атралису самому отнести Каана? Это временное недоверие? Как бы то ни было, но показывать свою магию при таком человеке опасно. С этого дня стоит быть внимательнее.
Терзаемый совестью и беспокойством, Атралис дошел до комнаты Каана и остановился перед входом. Будить парня не хотелось, однако не помешало бы убедиться, что он в порядке. Петли скрипнули, дверь поддалась. Глаза вдруг заболели от резкой встречи со светом. Неужели Шахрияр не додумался потушить эту чертову люстру?!
Один короткий взмах - свечи под хрустальным обрамлением погасли, погружая комнату в долгожданный мрак. Так-то лучше.
Каан лежал неподвижно, лишь изредка хрипло вздыхая. Атралис подступил ближе и сел рядом. Мальчишку явно тревожили кошмары, но с приходом темноты его лицо немного расслабилось. Какой он все-таки худой... Увидь Каана бабушка Басима, наверное, она бы с ума сошла. Заохала и попыталась бы откормить пирожками да мясом свежепойманной дичи, которую отец обычно приносил под утро.
Атралис даже соскучился по тем временам, когда они оба были живы.
Он потянулся лапой к лицу юноши, убирая со лба прядь длинных смоляных волос. Стареющая луна оседала последними отраженными лучами на впавших острых скулах. Бедный парень, вынужден играть прилежного сына и ответственного наследника на глазах тысяч людей. Наивно, правда, со стороны Каана было доверять свои душевные терзания малознакомому волку, но Атралиса такое поведение даже чем-то подкупило. Наверное, как раз тем, что из всей толпы, окружающей его каждый день, Каан поделился одиночеством именно с тем, кто максимально далёк от "правильной" дворцовой жизни.
Взгляд отдельно зацепился за пятно, занимающее почти всю правую щеку. Не похоже, что оно было врожденным, но и ожоги от огня выглядят совсем иначе. Здесь же рисунок больше был похож на выжженное в земле место после удара молнии. Темное бесформенное пятно, тянущееся к глазу...
Рука медленно подобралась ко лбу и погладила фалангами переносицу, как бы разглаживая хмурость. Но Атралис вдруг насторожился: что-то обожгло пальцы в момент этого касания. Неужели заклинание? Точно определить суть чужого Намерения он не успел: чуткий слух уловил приближение чьих-то шагов. За секунду до того, как дверь снова открылась, Атралис провалился в тень у кровати. Отсюда мало что можно было рассмотреть, но по особой мягкой поступи и покачиванию хвоста легко угадывался Мьюм. А он-то что забыл здесь?
- Мой Господин, - Мьюм подал голос лишь спустя минут пять полной тишины, - а знаете, ведь этот дикарь беспокоился за Вас...
"Этот дикарь"? Это он так называет Атралиса, лучшего из лучших воинов в своем клане и невероятно талантливого мага?! Что за вздор!
Но стоило вовремя усмирить себя. От ручной мурчалки вряд ли можно ожидать чего-то лестного, Атралис уже это понял. К тому же сейчас рычащая подкроватная тьма вызвала бы слишком много вопросов. Нет, оставаться в такой форме надолго проблематично, да и неизвестно еще, сколько Мьюм будет здесь торчать.
Тень тяжело вздохнула, плоской черной лужицей выползла из-под кровати и шмыгнула в окно, бесшумно скользя по карнизу до своей комнаты.
***
Каан очнулся лишь ближе к полудню следующего дня. Солнце проливало свет сквозь щели между тяжёлыми шторами, пытаясь добраться до принца. Черепная коробка была завалена всяким мысленным хламом и в то же время стерильно пустой. Странное ощущение, будто тебя выдернули из кошмара, но ты не помнишь деталей.
Зато Каан прекрасно осознавал одно - он пропустил вечерние занятия и сейчас наверняка ещё опаздывает на намеченную встречу с министрами. Картинка мира перед глазами еще плавала и покрывалась мутными пятнами, но оставлять обязанности Каан не рисковал. Слушание отчетов и собрания с высокопоставленными чинами входили в постоянные обязанности короля. Отец поручил ему это задание, чтобы Каан постепенно привыкал к своей будущей рабочей, и раз он возлагает на него такие большие надежды, то лучше не давать поводов усомниться в себе на кануне коронации.
Пять минут на укладку и перекрытие остатков сна на помятом лице небольшой Иллюзией. Ещё две - на то, чтобы выхватить из шкафа первый попавшийся халат и найти пару сандалий. Пояс поправлялся прямо по пути, и Каан то и дело спотыкался, пока бежал вниз на первый этаж к залу заседаний. В груди пауками затряслась тревога. Дверь поддалась, и два десятка глаз обратились в сторону вошедшего. Каана обдало холодом: собрание давно началось без него.
- Добрый день, Ваше Величество, - все присутствующие как один склонили головы перед будущим правителем, но принц смог лишь слабо улыбнуться и пройти к своему месту.
Миран, назначенный на это заседание помощником, сидел в позе лотоса на длинной софе, украшенной длинным пестрым покрывалом, и казалось, что даже самые мягкие пуховые подушки, окружившие старшего принца, не могли усмирить закипающее в нем раздражение.
- Ты опоздал, - прошипел Миран сквозь зубы.
- Прости, - Каан сел рядом, и пульсации в висках понемногу стали слабеть.
- Тебе такую безответственность никто и никогда не простит. Остальных заслушаешь сам.
- Да, хорошо, - младший принц наконец прочистил горло и обратился к подданным уже громче. - Кхм, кто следующий?
В центр зала вышел пожилой мужчина в выгоревшем от солнца желто-зеленом тюрбане и такого же цвета халате. Лицо этого деда было похоже на сморщенный инжир, а сам он мелко трясся, отчего кольца в растянутых мочках ушей постоянно звенели.
- Мой Господин, - начал дед, в поклоне придерживая падающий тюрбан дрожащей рукой, - я, Зураб, министр сельского хозяйства, пришел к вам с печальными известиями. Близится засуха, жара плохо сказывается на посевах, а пресной воды уже не хватает, чтобы поддерживать растущие культуры. Только за последнюю неделю мы потеряли два квадратных километра поля, и мы обеспокоены тем, что...
Каан устало потирал глаза. Монотонная речь министра вводила его в транс, и недавний обморок лишь больше давил на голову. Безумно хотелось спать, даже несмотря на то, что Каан и так провалялся без сознания больше суток. А еще неплохо было бы поесть нормально. Попросить что ли поваров подать мансаф* на обед?
Но все же он забывается. Собрание министров в самом разгаре, а Каан позволяет себе думать о чем угодно, но только не о вопросах государства. Попытавшись сфокусироваться хотя бы на одной проблеме, принц вдруг понял, что в помещении повисла странная тишина:
- Какой был вопрос?..
Неизвестно, каким чудом Миран еще держался, чтобы не разразиться гневной тирадой: на багровом от злости лице в районе лба нервно тряслась вена. Каан ощутил угрызение совести, ведь единственное, что он смог прочитать по губам старшего брата, было слово "бесполезный".
- Э... Ваше Виссьво, - от волнения Зураб проглатывал слова, так что понимать его становилось еще сложнее, - я хотел просить у Вас разрьшення на раскопку новых водных источньков.
- Да, - Каан отмахнулся, - разрешаю.
Миран очень вовремя остановил писаря, и резкий громкий голос ударил по ушам.
- Никаких новых источников! - удивительно, что у старшего принца еще хватало сил не пуститься в прямые оскорбления. - Наша почва не предназначена для раскопок, от этого ближайшие здания могут обвалиться! Запишите: выделить два мешка золота на модернизацию очистки воды и системы полива. Срок исполнения две недели, а до тех пор постарайтесь сократить потребление до терпимого минимума.
Перо с особой скоростью заскрипело по пергаменту, фиксируя каждое слово. К сожалению или к счастью, Каан не смог найти аргументов против, а потому молча согласился с таким решением.
- Следующий!
Министры шли один за одним, и Каан все чаще ловил себя на мысли, что он не просто не решает проблемы, но и не может даже полноценно вникнуть в суть разговоров. Зато Миран на каждый отчет и просьбу реагировал оперативно и настолько четко давал указы, что все заседание удалось закончить за час.
- Спасибо, - только и смог пробормотать Каан, когда посетители разошлись.
- И почему это Я должен быть твоим помощником? - вслух подумал Миран, сцепляя пальцы за спиной. - Ты такими темпами развалишь страну быстрее, чем корону напялишь. Бездарь.
И, чтобы не доводить себя окончательно, он поспешил удалиться. Каан остался один посреди пустого зала.
- Как будто я горю желанием напяливать эту корону, - прошептал он вслед ускользающей тени брата.
Атралис бесшумной рысцой миновал два поворота и, чуть не сбив с ног кого-то из уходящих министров, влетел в зал заседаний. Он упустил Каана из виду. А ведь с момента его возвращения в реальность прошло уже больше двух часов! Если так продолжится и дальше, то Атралису точно не позволят задержаться во дворце надолго.
Каан замер посреди пустого зала подобно статуе, пустым взглядом упираясь куда-то в окно. Заметил своего фаворита он не сразу: настолько сильно сознание топилось в усталости.
- Мой Господин, - Атралис подошел чуть ближе, и обращение вырвалось само по себе, - Вы в порядке?
Плечи принца вздрогнули словно от испуга. Золотые глаза недоуменно уставились на паралумана. Иллюзия рассеялась - веки стали тяжелее, и смотрел Каан уже не так резво как старался. Наверное, юношу и правда оскорбляло появление перед фаворитом в таком виде, но Атралис, заметив, как спали все чары, вздохнул с облегчением.
- Благодарю за беспокойство, - Каан ответил ему шаблонно. Пальцы потирали переносицу. - У меня к тебе просьба. Ближайшее время сопровождай меня на всех заседаниях. Кажется, болезнь берет надо мной верх.
* Ма́нсаф - блюдо из баранины в соусе из ферментированного сушеного йогурта с рисом или булгуром.