Дорога к свободе.
Дорога. Длинная, казалось, она не имела конца. По бокам её окружали старые ветхие деревья. Они росли длинным прочным забором, оградой. Кроны и пышная листва не пропускала прохладный ветерок, из-за чего стояла духота. Солнце давно скрылось в ночи, лишь тихий свет луны падал на трассу. Белоснежное, холодное мерцание вселяло ощущение таинственности, некой загадки. Где-то вдалеке послышались раскаты грома. Какой ужасный пейзаж!
Леди была лишь в лёгком белом платье. От любого дуновения ветра ткань разлеталась. Холод безжалостно мучил девушку: её руки и коленки дрожали. Хотя для дрожи был и ещё один повод: страх. Непонятная тревога обуяла леди. Ей хотелось бежать, но куда? На горизонте лишь километры трассы, а деревья вокруг неё росли мощной стеной, не пропускающей никого. Багира почувствовала себя так, будто была приговорена к смерти: хотелось спрятаться где-нибудь, но это было бесполезно: приказ уже подписан. И где же её привычный холодный рассудок? Где разум?
Послышались громкие шаги. Паника росла с каждой секундой, но, как назло, тело леди было словно сковано: невозможно было даже рукой пошевелить! Кошмар! Голос осип настолько, что и слова не могло вырваться изо рта.
На горизонте показался мужчина, на голове которого был надет мешок. Из одежды — белая ситцевая рубашка и брюки. Кто это? Где они? Что происходит? Леди не знала ответов на эти вопросы. Незнакомец приблизился, и расстояние между ними сократилось до метра. Состояние Багиры стабилизировалось: дыхание выровнялось, а дрожь унялась. Как-то само собой её тело пришло в норму, хотя повод для беспокойства оставался. Перед смертью не надышишься. Дрожь сменило желание узнать, кто же прячется под мешком.
Мужчина мучительно медленно начал снимать мешок. Девушка приоткрыла губы, поражённо выдыхая.
Перед ней предстало родное лицо: тонкие губы, чёрные, как смоль, волосы, прямой нос и проницательные изумрудные глаза — такие близкие. На лице леди невольно появилась улыбка. Рука потянулась коснуться лица мужа. Мягкая кожа от невинного прикосновения залилась румянцем. Мужчина закрыл глаза.
— Почему ты так долго не приходил ко мне? — Нежный голос Багиры еле заметно дрогнул.
— Я не мог. Я спасал тебя от смерти.
Его глубокий голос обволакивал, успокаивал. Норман открыл глаза. Его зрачки заметно расширились, и леди улыбнулась: это был признак влюбленности. Брови Нормана дёрнулись, выстраиваясь домиком.
— Опять ты была на волоске. Если бы пуля прошла чуть правее...
— Но я жива. И буду жить.
Мужчина отстранился. Он недовольно поморщился, отвернулся. Стальной леди стало как-то неуютно, и холод вновь охватил её тело. Раздался новый раскат грома: природа словно сочувствовала девушке.
— Разгадай старую загадку. — Норман стал неспешно ходить вокруг Багиры кругами. Подобно двум львам, они изучали настрой друг друга. Атмосфера медленно накалялась. — Вы ждете поезда. Вы знаете, куда и насколько хотите поехать. Но не знаете, куда едет поезд. Но это не важно! — Мужчина резко подошел вплотную к леди. Она ощутила его дыхание на коже. — Скажи... Почему?
Он смотрел ей прямо в глаза, в душу. Муж знал, что это за загадка — загадка их молодости. Они всегда говорили её друг другу и получали один и тот же ответ.
— Потому что вы будете вместе... Какая старая загадка. Она канула в лету.
Сказочно красивые глаза леди невольно наполнились слезами. Мужчина коснулся самого сокровенного — воспоминаний. Он довольно улыбнулся, вновь окутывая жену тёплым дыханием. Прислонил мягкую ладонь к её щеке.
— Десять лет назад или вчера? Ты всё ещё можешь чувствовать. Ты можешь любить. И любишь. Меня не обмануть.
Норман отошёл на приличное расстояние, а затем пристально осмотрел девушку.
— Ты ищешь чёрную кошку в тёмной комнате. Знаешь, почему не можешь найти? Потому что её там нет. Эдриан не виноват в том, что когда-то давно испытало твоё сердце. Не ровняй по себе, душа моя.
Слова сильно задели Стальную леди. «Не ровняй по себе»... Как много это значит! Стыд захлестнул девушку с головой. Муж знает и о Викторе, и об измене. Она почувствовала себя прилежной показательной ученицей, которой удалось нагло списать на глазах учителя.
— Я исполнил свою миссию. Прости за всё.
Раздался новый раскат грома. Молния ударила в месте, находившемся недалеко от Нормана. Началось что-то невероятное: от его кожи словно начали откалываться куски, оставляя после себя пустое место! Будто он — полая внутри статуя, от которой откалывают осколки, унося их прочь! Руки начали медленно исчезать, превращаясь в мраморный пепел, который, поднимаясь к небесам, вызывал новую грозу.
— Стой! Не уходи, Норман!!!
Девушка, осознав, что происходит, начала кричать. Тело не слушалось её, словно в этот миг существовало отдельно от хозяйки.
Наконец, на том месте, где совсем недавно стоял её муж, осталась лишь горка белого пепла. И только тогда леди смогла подбежать к ней.
***
Леди было плохо. После проклятого сна случился припадок, рана нарывала. Душа девушки разрывалась.
Днём она искала хоть какую-то информацию о таинственной Джесси. Слова Нормана не повлияли на неё так, как он хотел: леди начала рыскать лишь с большей страстью. Но никто, даже Феликс не мог сказать что-то корректное. Этот факт подливал масло в огонь: ревность окончательно захватила разум леди. Голову словно бы окольцевал металлический обруч, а на горло кто-то наступил. Багира считала это собственной слабостью, уязвимым местом, за что трижды себя возненавидела. Смотря в зеркало, она видела обычную женщину, которая изнемогала от желания узнать всё о любимом мужчине. С ней раньше никогда такого не было, да и после смерти Нормана девушка словно бы приняла обет безбрачия. Последней каплей стала больница. Белые стены, масса врачей и оборудования давили на неё с необыкновенной силой. Ей казалось, что сейчас будто весь мир восстал против.
Кошмарную тишину нарушил телефонный звонок. Обычно этот звук выбешивал девушку как по щелчку пальцев, но сейчас она уцепилась за возможность поговорить хоть с кем-нибудь, как утопающий за соломинку.
— Багира, приветствую! Как ты? Как здравие?
— О, Василий Григорьевич! Как я рада вас слышать! Отлично! — Леди оживилась: звонок генерала послужил глотком свежего воздуха.
— Слушай, раз всё так прекрасно, то могу я к тебе приехать? Есть компромат на змеев.
Сердце леди приятно замерло. Радость росла с каждой минутой! Для неё именно работа — это утешение и лекарство от любой болезни в одном флаконе.
— А могу я к вам приехать? В ФСБ.
По ту сторону повисло молчание. Генерал напрягся. Любой нормальный человек немедленно отказал бы, но мужчина знал любовь Багиры к миссиям. Из самых сложных положений девушка находила выход только посредством работы.
— А твоё состояние...
— Да! Да! Выезжаю!
Девушка бросила трубку. Пора уже надеть привычную ледяную маску — без неё Стальная леди не Стальная леди. Давненько она не производила впечатление в офисе, давненько не смотрела на всех с безразличием, давненько не была той, кем она является. Пора воскреснуть. «И пусть мужики идут лесом», как любил говорить Зафар сестре.
Перед тем, как собраться, леди хотела проверить электронную почту. Конечно, на ноутбуке это было бы гораздо удобнее, но сейчас под рукой его не оказалось. Девушка разблокировала телефон, наведя камеру на лицо. Сканер оказался на редкость удобным: в памяти всплывал кнопочный «нокиа», где вообще не было технологий защиты. И до чего, однако, дошла наука! Леди начала безжалостно отправлять рекламу различных магазинов в папку «спам». От большого количества цифр со знаком процента после них начало рябить в глазах. И, тем не менее, среди тонны коммерческой рекламы дама заметила какое-то крайне необычное письмо. В качестве заголовка была фраза «открой вопреки страхам». Чтобы это могло значить? Как странно. Палец невольно нажал на письмо, словно бы существовал отдельно.
Итак, что же первым бросилось в глаза? Не было видно электронной почты отправителя. Отсутствовала информация о письме, которая обычно записана в конце. Подобное леди видела впервые.
«Аплодирую стоя! Просто браво! Романтичная схватка, приводящая к ранению леди и заключению предателя. Блестяще! Как фильм посмотрел!
Только помни: за двумя зайцами не уследить. Пока ты решила, что делать с одним, второй только набирает силу. Найди и убей».
Прочитав письмо, леди смачно выругалась. Такого трехэтажного мата она сама от себя не ожидала. Сердце билось неровно, отрывисто, а коленки дрожали. Что это вообще за чёрт? Откуда ОН знал о деталях схватки? Откуда знал о заключении Виктора? Кто второй предатель? Почему леди должна его убить? У девушки появился сто и один вопрос, но она и не надеялась найти на них ответы. В голове всплыли слова Феликса: «Тот мужчина обладает хорошими компьютерными навыками и может обхитрить любую систему. Программы выдают ошибку, когда видят номер. Будто это какой-то код смерти». Впрочем, время всё расставит... И как весь этот сыр-бор надоел...
Пребывая в ужасном расположении духа, Багира собиралась на встречу с генералом. День обещал выдаться ужасным. Мало ли что скажет Василий Григорьевич. Если это — компромат на змеев, то хорошего мало.
Леди с трудом накрасилась — руки тряслись. Тем не менее, получилось довольно красиво и ярко. Румянами удалось скрыть болезненную худобу, а легкие кошачьи стрелки привлекали внимание.
Настоящей проблемой стал выбор одежды. Вот здесь девушка действительно ломала голову. Каждый её визит в офис должен производить впечатление на всех без исключения! А предусмотрительные мужчины, зная о привычке леди покидать больницы в неположенное время, не оставили ничего из пиджаков и брючных костюмов. От этой несправедливости хотелось кричать. Леди перетаскивала вешалки по железной трубе туда-сюда, надеясь найти хоть что-то подходящее.
Наконец, не выдержав, она вытащила всё содержимое и бросила на кровать. Немного успокоившись, леди вспомнила об аналитике. Итак, что она видит в зеркале? Какие плюсы и какие минусы пребывания в больнице? Первое — ужасная болезненная худоба. Казалось, живот касался позвоночника. Значит, это надо скрыть чем-то объёмным. Второе — ноги. Они выглядели очень даже стройно, будто бы леди на протяжении месяца упорно тренировалась в зале. Это подчеркнём. Девушка выудила пышный мягкий золотой свитер. То, что нужно! Он изящно скрыл слои бинтов в районе плеча, а также убрал ощущение мертвенной худобы. Брюки девушка взяла самые обычные: чёрные, с высокой посадкой и со строчкой. И удобные ботильоны. Образ получился очень даже неплохим, особенно если учесть макияж и цену обуви. Взяв сумку, девушка пошла прочь из палаты.
Стоит отметить, что больница была престижной и, ясное дело, платной. Вместо скудных коридоров с обшарпанными скамьями, здесь была хорошая краска на стенах, телевизоры, кресла, качественное оборудование и потрясающий персонал. Каждый сотрудник считался профессионалом — это факт.
— Мадам, куда это вы?! Вам ещё рано уезжать!
Миловидная медсестра сразу же узнала Стальную леди и, оставив капельницу, подбежала к пациентке.
— Лариса, поверьте, я не надолго. Вернусь примерно через два часа.
— Но в вашем состоянии... — Лариса заметно занервничала. Её предупреждали о характере девушки.
— Не бойтесь, дорогая. Я прекрасно себя чувствую и взяла с собой обезболивающее.
При этих словах у медсестры чуть не выкатились глаза из орбит. Обезболивающее подставляли исключительно в шприцах, и колоть самому их было мало что сложно, так ещё и опасно! Особенно обычному человеку, не имеющему практики!
Увидев состояние Ларисы, леди беспардонно добавила:
— У меня хороший опыт. Знаю кое-что о медицине.
— Но я обязана сообщить об этом мистеру Джордану... — Лариса нарочито тихо произнесла имя, опасаясь излишнего внимания пациентов.
— Не стоит. Я позвоню сама.
Багира несколько грубо убрала медсестру с дороги и спешно направилась к выходу. Вернётся она обязательно, но только за вещами.
На трассе девушке почти сразу удалось поймать такси. Это был обычный солярис, но сейчас он казался ей очень даже уютным, если учесть факт, что на нём девушка ехала на любимую работу. От госпиталя до центра Москвы было очень и очень далеко, однако долгий путь как никогда воодушевлял.
Багира наслаждалась городскими пейзажами. Высотки, магазины, парки — кипящая жизнь приносила ей сумасшедшее удовольствие. Открыв окно, девушка наполнила лёгкие запахом озона, оставшемся после дождя. На сердце стало тепло: леди вернулась в привычный ей ритм жизни. Нет любовных проблем на первом плане, нет больниц и страданий. Только воодушевляющий круговорот встреч и деловых поездок госслужащего. Из колонок играла приятная музыка, которая словно бы поддерживала дыхание города. Кровь девушки наполнил привычный адреналин: она освободилась от противный оков больницы, от ловушки влюбленности!
Приятную тишину нарушил звонок. На экране телефона высветилось имя Зафара.
«Лариса-Лариса, подставила меня, чертовка. Ну спасибо, что хоть не Эдриан», — пронеслось в голове леди.
— Здравствуй, принцесса! Почему ты не в госпитале? — голос брата звучал тревожно.
— Я прекрасно себя чувствую! Мне нужно кое-куда съездить.
— Ты понимаешь, что в твоём состоянии...
— В каком моём состоянии?! Я сказала, что прекрасно себя чувствую! Зафар, позвоню позже. Дела. Прости.
Леди нервно бросила трубку. Только ей удалось вырваться из больницы, как её опять пытаются «затащить».
В окно машины проник лёгкий запах ароматных пышек. В голове моментально всплыла картинка: пухлые руки пекаря спешно достают изделие из печи с помощью лопатки. Выпечка, которую уже положили на белоснежную салфетку, пыхтит, шкварчит и слегка стреляет маслом. Она румяная, свежая, готовая отправится в рот и принести человеку сумасшедшее удовольствие! И вот детские ручки тянутся за пышкой. От такой картинки Багира одновременно почувствовала урчание в животе и тёплую ностальгию. Не выдержав, она громко произнесла:
— Простите, пожалуйста, а вы не могли бы остановиться у пекарни на три секунды? Я просто куплю кое-что.
— Да, конечно. Закажите себе кофе и посидите спокойно. Я подожду. — Водитель тепло улыбнулся.
Как странно, однако, вышло. Если человека попросить от души, вежливо, то он сделает даже больше, чем нужно. Но стоит только подчеркнуть свой социальный статус, стоит приказать, как человек тут же делает всё спустя рукава. Интересная, но такая простая закономерность показалась леди открытием. Этот факт порадовал её. Довольная, Багира вышла из машины. Свежий воздух чуть не сбил девушку с ног, от чего она слегка пошатнулась.
Внутри пекарни кипела жизнь: официанты спешно бегали в поисках чего-то, дети довольно прыгали, бизнесмены шумно беседовали за столиками. А картину увенчивал запах свежего кофе и выпечки. И как только в маленьком помещении умещалась такая бурная жизнедеятельность? Спокойная и медлительная, леди казалась пришельцем в этом водовороте. Обычно она — его часть, но только не сегодня. Немного потупившись, дама прошла к кассе.
За стойкой стояла миловидная пухлая женщина. Излишний вес вовсе не портил её, даже наоборот, добавлял некий уют. Сотрудница тепло и, как оказалось, заразительно улыбнулась — леди тут же поддержала её настрой.
— Милая, что вам?
— О, здравствуйте. Мне одну пышку и кофе!
Вспомнив случай с водителем, дама спешно добавила «пожалуйста». Пекари указали на ближний столик.
Место оказалось отличным: с него открывался обзор и на городские пейзажи, и на происходящее близ кассы. Леди, сложив руки замком на столе, принялась ждать. Её внимание зацепил ребёнок: маленький, пухленький и добрый с виду мальчик. Он дарил улыбки всем проходящим мимо людям (и леди не стала исключением). Его ладошка сжимала несколько монет. Этот ребёнок был таким маленьким, что, казалось, при малейшем дуновении ветра его унесёт вдаль. Леди загляделась на ребенка, и в голове невольно начали появляться мысли о семье. О своей собственной семье. Тёплый домашний очаг, смех детей, умилительное ворчание мужа, который сейчас в работе... И всё это так просто, так невинно, но так недоступно! Леди почувствовала ностальгию по прошлому и необоснованную жажду быта в настоящем. Но сохранится ли желание спустя годы? Сможет ли она с таким же трепетом окунуться в мир, полный рутины? Конечно нет. Истинную сущность скрыть невозможно, а маска рано или поздно спадет, открывая вид на истинное лицо. Девушка поёжилась от мысли, что ей никогда не будет комфортно в простой семье. С ранних лет Багира прививала себе жажду свободы, приключений, но... Но эта свобода стала самыми сильными оковами.
Леди вдоволь насладилась завтраком и вернулась в машину. И вновь перед её сказочно красивыми изумрудными глазами замелькали городские пейзажи.