28. Конец
* Через боль, через страх, через страх сделай шаг, пусть он немыслим. Белый плен, белый ад. Белый ад, но в тебе есть воля к жизни. Через крик, через боль право жить за тобой.
В. Кипелов - Белый ад
Они сбежали с телестанции, им все-таки удалось. Ян знал, что никогда не забудет этой погони: им вслед доносились выстрелы, они бежали зигзагами, иногда поворачиваясь для ответной очереди. Парень спотыкался, хватался за Армаро, тот поддерживал его за локоть, и они продолжали нестись все быстрее, все дальше от своих преследователей. Когда они наконец остановились, Ян почти забыл, что такое дышать.
- А мы... молодцы... - Армаро махнул рукой куда-то в сторону, и Ян поднял глаза.
Между домами виднелась главная площадь, где располагалось здание Советов, откуда правил сам Император. Место неуютное и темное, обычно все, у кого осталась хоть капля здравого смысла, здесь по своей воле не появлялись, но сейчас все изменилось. Шум многоголосой толпы доносился даже до них, площадь превратилась в гудящий человеческий улей, полный агрессивно настроенных пчел. Люди стояли плотными рядами, и парни почти почувствовали, как нарастает напряжение, готовясь вот-вот взорваться волной неудержимой агрессии. Ян почувствовал, как по лицу расползается глупая улыбка.
- Да... - у него не было слов.
- Я хочу туда. – на лице Армаро была непоколебимая решимость. – Я хочу посмотреть на плод своих стараний. Мы так долго шли к этому, что в какой-то момент я даже перестал верить... - он, казалось, не замечал ничего вокруг. – Ян, пожалуйста... - он повернулся к парню. – Отпусти меня.
Ян оглядел площадь, место, которое Армаро саморучно поднял на уши, толпу людей, только подтягивающуюся к центру событий, прислушался к гулу разъяренной толпы. Кто-то вставал на одну сторону, кто-то на другую, и Ян понял: Армаро и правда там самое место. Он – дух Свободы, призрак, который поднимет людей и поведет их за собой. Да что там, он уже ведет.
- Встретимся, если все пройдет хорошо.
Ему тяжело далась эта фраза, но он уже принял решение.
Ян повернулся, чтобы уйти, но Армаро в последнюю секунду ухватил его за рукав и развернул обратно.
- Из тебя вышел замечательный агент. Я верю, что только ты сможешь сделать это. До встречи.
Армаро сделал жест рукой, будто хотел обнять Яна, но в последний момент сжал руку в кулак и отстранился. Медленно отвернулся от парня и побежал в сторону площади, откуда кто-то из людей уже узнал его по длинным белым волосам.
...
Ян пробрался в здание. Это было легко, большинство людей ушли на площадь подавлять бунт, и парню было проще простого проскользнуть в здание незамеченным. В голове стучала фраза Армаро. «Только ты сможешь сделать это»
- Только я...
Сомнений не осталось. Совсем. Ни капли сомнения в том, что он все делает правильно. В самом конце пути он наконец-то осознал полностью и во всем объеме то, что они делают. Они поворачивают эпоху. Больше не будет Империи, и даже если они проиграют, что-нибудь все равно изменится. Люди здесь больше никогда не будут рабами. И даже если все они умрут здесь, их след останется в сердцах людей и если не они, то кто-нибудь другой приведет эту землю к новому будущему. Если не они, то кто-нибудь другой.
«Это будем мы.»
Пустой первый этаж, широкая лестница без пролетов, застеленная ковровой дорожкой. Ян, перепрыгивая через три ступеньки, поднялся наверх и застыл перед дверью. Собрался с духом, вспомнил все, что должен был сделать - "только я могу сделать это" - открыл дверь, и обмер от великолепия.
Все то, чего так не хватало в Империи, в достатке было здесь. Самые смелые его представления о роскоши воплощались в этом зале: огромные гобелены, высокие окна, канделябры на стенах, оружие вдоль длинных галерей, мягкие поверхности, расписанные ширмы по углам, а в середине зала – огромный дубовый стол с длинными рядами стульев.
Ян стоял и тупо смотрел вокруг, совсем забыв о том, где именно находится. Понял свою ошибку он только тогда, когда услышал голос за спиной.
- Молодой человек, вы, кажется, что-то перепутали.
Ян похолодел. Он слышал этот голос всего несколько раз, и чаще всего во сне, но сразу понял, кто именно говорит. Он медленно обернулся и всего одного взгляда на человека перед ним хватило, чтобы осознать одновременно и свою правоту и всю чудовищность своего положения.
Перед ним стоял человек в маске с белыми полосами. Тот самый, с которым они сражались в лесу и которого бросили там на съедение диким животным.
- Ну раз уж ты пришел, давай хоть поговорим. Или так и будешь молчать?
Ян очнулся.
- Нет. Я больше не буду молчать, раз уж вы спросили.
- Да? А что же изменилось? – голос человека звучал глухо, но насмешливые нотки были очень хорошо различимы даже сквозь маску. - Ты все такой же раб, я все такой же хозяин. Стоит мне махнуть рукой и ты падешь передо мной на колени, моля о пощаде, разве нет?
Ян почувствовал, как в глубине его сознания начинает вскипать злость.
- Нет. Я сказал, что так больше не будет. Достаточно я и подобные мне терпели рабство, настали новые времена. И ты уже ничего не сможешь сделать, тебе осталось только умереть. – он впервые в жизни назвал Императора на ты, и от этого будто стало легче стоять перед ним и смотреть ему прямо в прорези маски.
- Ты серьёзно так ничего и не понял? До сих пор? Какая скука. - человек повторил, специально или нет, слова лжеФреда, и поднял руки к горлу. - Сейчас я покажу тебе Императора, такого, какого заслуживает эта земля, и до тебя дойдет наконец.
Щелкнула застежка плаща, и Ян будто в замедленной съемке увидел, как чёрная ткань падает на землю, окутывая ноги Императора темной тенью. Затем он снял маску, и волна страха, уже было отступившая назад, накрыла Яна с новой силой.
Человек, который стоял теперь перед ним, был его ровестником. Черные волосы, спадающие на плечи, хищный взгляд тёмных глаз, самоуверенное выражение в четких, будто вытесанных искусным скульптором чертах лица. Тот, кто был перед Яном, будто принадлежал другому, мрачному и жестокому миру.
Ян смотрел на Императора и пазл у него в голове никак не хотел складываться. Император выступал по телевидению, и выглядел он совсем по-другому. Он был старым. А этому ещё не было даже двадцати лет.
- Кто ты? - Ян знал, что ответ очевиден, но не смог удержаться от вопроса.
- Я тот, кто нужен этой земле. Тот, кто сможет справиться с ней, с ее внутренней силой и направить ее туда, куда необходимо. Я – Император. Ты не меня ожидал увидеть, верно? С тем Императором, которого ты знаешь, давно покончено.
Детали начали постепенно складываться у него в голове, но кое-чего по-прежнему не хватало.
- Ты подменил старого Императора после его смерти, или, может, сам убил его. Но почему никто не заметил? Как ты продолжал играть его роль, выступать на телевидении? Это же просто невозможно.
Он хотел потянуть время, заставить этого человека говорить, чтобы он стал чуть более расслабленным и дал Яну возможность атаковать.
- Так уж и быть, малец, я расскажу тебе все с самого начала, раз уж тебе так это интересно. Нельзя же допустить, чтобы ты умер в неведении, во что впутался. – Жуткий парень сел за стол и небрежно вытянул ноги в сторону Яна. – Лет десять назад этой землей правил Император, который был до того, которого знаешь ты. Ты, наверно, не помнишь, но он был не очень хорошим монархом. Я терпел долго. Очень долго. Я стерпел проигрыш в войне с дикими землями, я стерпел упадок экономики, такой сильный, что людям было нечего есть, я стерпел... Да мало ли что я стерпел. Я рос в очень плохом месте, ты даже не представляшь, в каком аду мне пришлось побывать, и все ошибки Императора били по мне с невообразимой силой. Я почти сломался под натиском проблем, и в один момент меня будто осенило. В ту же ночь я пришел сюда подобно тебе и убил, убил, убил моего мучителя, человека, который причинил мне так много боли, что невозможно измерить. – парень ударил кулаком по столу, он больше не казался невозмутимым. – Я сам встал на его место. Но у моего плана, безупречно простого, была одна маленькая деталь – никто бы не стал подчиняться подростку на троне. Мне было шестнадцать, и я не мог сам выходить на связь с людьми. А делать это все-таки было нужно, поэтому я нашел человека, который выглядел достаточно убедительно, заставил его записать несколько кассет с указаниями и убил и его тоже. Мне не нужны были люди, которые знали бы, что Император – самозванец.
Ян невольно вздрогнул от того, как обыденно прозвучали слова об убийстве из уст этого чудовища. Он мысленно одернул себя и задал вопрос.
- Но как ты мог знать, какие именно кассеты тебе понадобятся? Откуда ты знал, что будет происходить на этой земле?
- Вот мы и подошли к самому интересному. Все шло по плану. По моему плану. С самого начала, каждое мгновение было прописано мной. Я знаю все, что было, и все, что будет. Например, для тебя у меня тоже есть кассета. Хочешь посмотреть?
Парень легко вскочил на ноги и подошел к массивному стулу во главе стола. Достал оттуда коробку с отверстием для кассеты, и Ян застыл как завороженный. Сейчас этот человек вставит дорожку и вся страна увидит то, что он захочет ему показать. И Ян был уверен, что ничего хорошего за этим не последует.
- Стой! Я верю тебе. Не включай. Пожалуйста. – его хватало только на короткие, рубленые фразы, он хотел вытереть ладони о штаны, но не мог показывать волнения.
- Прости, я бы, конечно, хотел сделать тебе приятно, но уже поздно. Я хочу включить эту кассету. – слово «хочу» грохнуло об пол, мигом напоминая Яну с кем он говорит. Этот человек всегда делает только то, что хочет, и никто другой ему не указ.
Ян не осознавал, что делает. Он подскочил к Императору и одним движением смел проигрыватель на пол. Тот разлетелся на куски, в стороны брызнули мелкие детальки.
- У тебя был шанс, ребенок. Теперь его нет. – парень воздел руки к потолку и со своистом рассек воздух. У Яна из-под ребер будто вынули все, что там было, он упал на колени, хватая ртом воздух. – Ты всего лишь мелкая сошка, ненужный кусок мусора, который я с легкостью сломаю. С чего ты вообще взял, что можешь противостоять мне? Мне, великому Императору этой земли? – он расхохотался. – Какая глупость. И, кстати, жаль, что ты так и не узнаешь продолжения этой истории. Как не узнает его и твоя сумасшедшая идея. Очень жаль. Безумно.
Злость, которая, казалось, бы уже заполнила его с головой, поднялась еще выше, полностью затапливая сознание, подобно цунами оставляя после себя лишь ничто. Он встал на колени, потом с силой поднялся и сжал в руке нож.
- Посмотрим. – произнес он, скрипя зубами. В глазах его, должно быть, горел сейчас огонь, напугавший бы кого угодно, но только не монстра, что был сейчас перед ним.
«Когда мы встретимся снова, это будет твой последний день.»
«Клянусь, что буду бороться за свободу, чего бы мне это не стоило»
«Мы – его пешки, но даже пешки могут изменить ход истории»
«А стоит ли Свобода того, чтобы за нее умереть? – Да, стоит»
- Простите меня.
В голове – лишь пустота. В руках – лишь нож. На кону – лишь Свобода.
Он напал первым, подобно раненому зверю, что, будучи загнанным в угол, уносит за грань жизни как можно больше врагов. Сейчас враг был только один – человек, что сломал ему жизнь и сейчас собирается отнять ее навсегда. Но обмен будет равноценен, уж Ян об этом позаботится. Удары проходили мимо него, не задевая звенящей пустоты в сознании. Страха не было, лишь пульсирующая мысль: он сейчас умрет. Перестанет существовать. У него нет ни единого шанса против Императора, но он все равно наносил удар за ударом, с каждым разом все сильнее приближаясь к своей цели.
Император превратился в Яна, и того прошиб холодный пот. В голове у него теперь стучала такая жажда крови, что парню чуть не стало плохо. Ян стал Армаро, того уже видели в Империи, потому ничего страшного, и вытащил из-за пояса револьвер. У Армаро глаза точнее, целиться будет удобнее. Император усмехнулся, и отступил за ширму.
- Тебе меня не победить, слышишь?
Ян выстрелил по тени, виднеющейся через ширму. С той стороны находился источник света, дверь или окно, и силуэт Императора размыто вырисовывался на ткани.
- Тебе. Меня. Не. Победить! У тебя всего один патрон, а я еще даже не начал играть.
У Яна было два револьвера, поэтому патронов оставалось три.
Император выступил наружу, теперь в облике какой-то девушки. В руках у него был излучатель. Пять зарядов, датчик движения, попадает по цели с расстояния 500 метров. Не так много, но в небольшом зале то, что надо.
Ян лихорадочно озирался. Нужно найти место, с которого по нему будет сложнее попасть. Лучше всего к двери, конечно, поэтому сейчас лучше... Нет, не думать об этом, не думать! Сейчас главное – Император. Ян снова стал им и кинулся к проходу. Тот в один прыжок оказался около Яна, теперь их двоих разделял проход сбоку. Если Ян сделает хоть шаг в сторону двери, Император бросится на него. Ян выставил вперед револьвер. Император прищурился и стал Яном.
- Ты же не станешь стрелять в себя, верно? Тебе не хватит силы. А мне хватит. – и это чудовище в обличье Яна прицелилось из излучателя.
Два удара сердца. Ян метнулся в сторону, на ходу превращаясь, но понимая, что это бесполезно. Его взяли на прицел. Из излучателя. Он уже опоздал.
Еще два удара. Ничего не происходило, Император просто стоял и смотрел на Яна. Ян прицелился. Он выстрелит в себя. Это не он, с ним ничего не случится. А вдруг нет? Черт, он никогда не пробовал, так с какой стати... Ян сжал рукоять револьвера. «Простите».
Ян прицелился точнее и выстрелил. Доля секунды, а Император-Ян все стоял. Пуля летела медленно, будто в замедленной съемке, но, когда она все же долетела, мир будто раскололся. Императора отбросило назад с оглушительным грохотом. Он налетел на стену, и пол содрогнулся. Ян больше не мог поддерживать чужой облик и снова стал собой. Силы его были на исходе, они уходили теперь даже на то, чтобы держать глаза открытыми. Он видел словно в тумане, как Император стал собой и закрыл глаза. Больше Ян не мог на него смотреть.
Ян уже почти потерял сознание, когда услышал голоса. До боли знакомые голоса.
- Я слышал грохот. Они где-то здесь, точно тебе говорю. И я найду Яна, даже если ты меня бросишь тут одного, ясно?
- Фред... - еле слышно простонал Ян и со спокойной душой закрыл глаза. Теперь все будет нормально.
...
Он очнулся от того, что кто-то ударил его. Не сильно, просто чтобы он открыл глаза. Яну было паршиво, теперь он понимал, каково было Армаро тратить все силы на воскрешение. Даже открыть глаза было тяжело.
Ян посмотрел наверх, на того, кто бил его. Перед глазами плавал Фред, бледный, растерянный, с рассеченной до крови щекой.
- Фред... - голос был тихий и какой-то охрипший. – Со мной... все нормально... Я просто потратил слишком много... Я...
Ян снова закрыл глаза.
- Тебя не ранили? Ян, скажи мне быстро, потом я оставлю тебя в покое. – быстрые фразы, полные испуга.
- Вроде нет... Я стрелял в Императора ... когда он был в моем теле. Может... я попал и в него, и в себя тогда...
Фред дернул на Яне форму и быстро его осмотрел. Судя по всему, дело было плохо.
- Черт, Армаро, сюда быстро. Я не знаю, что с этим делать, выглядит страшно. Эй, Ян, когда в тебя попали? – отчаяние в голосе.
Ян не помнил. Он не чувствовал боли до сих пор, но что-то начало прорезываться. Настойчивое жжение где-то в животе.
- Не помню... Он целился в меня и успел... Может, уже потом... И еще я... сам...
Фред встал, не дослушав, и подошел к Императору. Около него валялся излучатель.
- Одного заряда не хватает. Этот... это чудище и правда попало, когда еще было в состоянии. Как можно такого не заметить, я не знаю, но это очень-очень плохо.
- Фред, не время. Иди сюда и помоги мне. Нужно передать его Ленни, сейчас же. Иначе будет поздно.
Фред поднял Яна в одиночку и понес куда-то. Пресловутая лестница, первый этаж с подсвечниками и пыльными коврами, теперь пустой. Двери. Улица.
Улица была полна пыли и шума. Люди били окна, что-то ломали, революция шла полным ходом. Но Яну не было дела. Боль наконец дошла до его сознания, и теперь он сжимал зубы, чтобы не заорать.
Фред сбежал по ступенькам и что-то отрывисто сказал Армаро. Тот без лишних слов кивнул и отбежал в сторону. Фред же пошел по улице аккуратно, стараясь сильно не трясти Яна. Дойдя до какого-то дома с разбитыми стеклами и сорванной с петель дверью, он вошел внутрь, нашел кровать и положил туда Яна. Ян скрипел зубами, нельзя орать, сил и так нет, пожалуйста...
Фред ушел, через минуту вернувшись с водой и какой-то тряпкой, в которой Ян узнал запасную униформу. Видимо, валялась где-то в этом разрушенном доме.
Мокрая тряпка упала на рану, и стало чуть полегче. Фред сел рядом с Яном на кровать, взял его за руку и что-то сказал. Ян напряг слух и понял, что лучше бы этого не делал.
- Ян, не умирай тут, пожалуйста, пожалуйста, ты нужен мне, я не смогу без тебя. Как я буду жить с осознанием того, что ты умер у меня на руках? Если бы я мог сделать хоть что-нибудь... Ну почему, почему я такой беспомощный, почему я не могу спасти тех, кого люблю? Зачем я тогда здесь? Зачем мне вообще жить?.. О боги, пусть он выживет, прошу вас, я отдам все что угодно, только не забирайте его у меня, только не его. Хватит смертей на сегодня, только не Ян, нет, я молю вас... Пожалуйста...
Фред закрыл глаза, продолжая что-то бормотать, но уже про себя, лишь губы двигались.
Ян закрыл глаза. Он не мог думать.
...
Ленни вбежал в комнату, стягивая на ходу куртку и высвобождая руки. Фред поднял на него глаза. Наконец-то.
Ленни упал около кровати, посмотрел на бледное лицо, которое так пугало Фреда.
- Что с ним? – сухой, отрывистый голос, ни капли эмоций.
- Какая-то сволочь излучателем попала. И еще от пули след вроде бы, не знаю точно. Там, под тряпкой.
Ленни аккуратным движением снял тряпку и кинул ее на пол. Фред отвернулся, он не мог смотреть на Яна, на его лицо, на его белые губы.
Ленни охнул и, судя по звуку, передал Яну силы. Ему это вряд ли поможет. Если он уже... Нет.
- Фред, поищи здесь бинты, где-то должны быть. Быстрее, иначе будет поздно. Не сиди, делай что-нибудь! – в голосе лишь нетерпение. Как ему вообще удается быть таким спокойным?
Руки у Фреда дрожали, когда он выдергивал ящики из комодов и раскрывал шкафы и коробки. Быстрее, хоть что-нибудь, ну не может же здесь ничего не быть! В одном из дальних шкафов нашлись бинты, совсем немного, но должно, обязано хватить.
Когда Фред вернулся обратно, поднимая пыль подошвами ботинок, Ленни уже ждал его.
- Чего так долго? Я сделал все, что смог, и, если смерть заберет его, это будет не наша вина. Почти прямое попадание из излучателя – это рана, как от пули, и сильнейшие ожоги. Очень жестокое оружие, хочу я тебе сказать.
Ленни перевязал рану, но бинта больше не осталось.
- Черт, повязку нужно менять. Я схожу поищу везде, а ты посиди пока с ним. Кажется, ты сейчас нужен ему сильнее меня.
Фред сел на кровать и осторожно глянул на Яна. Он все еще был очень бледным, но уже не так пугающе.
- Живи, пожалуйста. Ты нужен мне, слышишь? Пожалуйста...
Фред вглядывался в черты лица Яна, пытаясь найти в них хоть что-то, что зацепит его, отвлечет от мыслей о смерти. Ничего не помогало.
Вдруг он почувствовал, что ему не хватает воздуха. Что-то щекотало ему нос и сжималось тугим комом в груди. Слеза скатилась по щеке, упала на покрывало, украсив его мокрым следом. Одна, другая, третья... Он уперся головой в бортик кровати и прижал ладонь к глазам. Его трясло от холода и от слез, тишина комнаты нарушалась лишь еле слышными всхлипами, за которые он ненавидел себя все больше и больше. Ненавидел – и ничего не мог сделать.
Холод пронизывал его, убивал изнутри, но он продолжал сидеть, не замечая этого, задыхаясь от сдерживаемых слез.
- Пожалуйста... живи для меня...
Холодно. Бесконечно, невыносимо холодно.