Глава 12
Марина вышла из столовой раньше Даниэля и направилась к кабинету Марселя. Её всё ещё мучили мысли насчёт побега, но на севере были люди, которые нуждались в помощи. «Это их война, мы уйдём как можно дальше» – сказал бы Ник, но она не Ник, и она хочет помогать. А ещё её обещание Даниэлю. Он наверняка знал, что она думает о побеге, но ничего не сказал ей об этом. Марина не сбежит, не сейчас. Она пробудет здесь до седьмого мая и спасёт семью Даниэля, а только потом сбежит. Марсель пообещал ей защиту, но она не собирается становится обузой ещё для кого-то.
Она постучала, и услышала голос Марселя:
– Войдите.
Марина зашла в его кабинет. Он сидел за столом и разглядывал карты. Отсюда не было видно его перевязанную ногу, но Марина по его лицу видела, что у него что-то болит. На ужине его не было, поэтому Марина принесла ему кусочек пирога. «Отдай Марселю, ему нужно поесть и отдохнуть» – хмуро сказала ей Джил. На лице девушки даже не было улыбки, через несколько дней их ждало сражение, и Джил вовсю обдумывала это.
– Я принесла тебе пирог, – сказала Марина, заходя в кабинет.
Марсель поднял на неё взгляд и немного улыбнулся. Он встал и, немного хромая, подошёл к ней.
– Спасибо, – на лице снова появилась улыбка, и он взял пирог. – Тебя, наверное, интересует, зачем я тебя сюда позвал, – он положил пирог на стол и сел на один из свободных стульев. Марина тоже села, и тогда он продолжил: – Мне хочется, чтобы ты сегодня поупражнялась. Нужно ещё кое-чему научиться.
Марина кивнула и спросила:
– Прямо здесь?
– Нет, перед этим я хотел кое-что ещё. Сейчас, – он встал и пошёл к столу, правильнее сказать похромал.
– Что с твоей ногой? – спросила она.
– На нас напали, когда мы выходили из города. Двух моих соратников убили, а я еле улизнул.
– Сочувствую, – это было единственным, что она придумала в качестве ответа.
Марсель пострадал, она тоже. Последние дни стали ужасающим опытом боли для них обоих. Хотя Марсель в Сопротивлении уже давно, может это не первое его ранение.
– Они знали, на что шли, – сказал он, доставая что-то из-под стола. – Но всё равно спасибо. У меня для тебя кое-что есть.
Марина встала, а Марсель подошёл ближе к ней. Он протянул ей что-то обмотанное в чёрную ткань. Марина открыла и увидела там два длинных кинжала. Их лезвия поблескивали от света свечи, стоящей на столе, а рукояти были обтянуты коричневой кожей, они были покрыты позолотой и на лезвие одного была гравировка: «Марине, никому не известной, но великой девушке». Марина подняла взгляд на Марселя, он немного улыбнулся.
– Попробуй, как они лежат в руках. Я старался сделать их как можно легче, чтобы было удобнее.
Марина осторожно пожила ткань на стол и взяла кинжалы в руки. Девушка взмахнула одним кинжалом, он бесшумно разрезал воздух. Лёгкий как пёрышко, смертоносный как её собственное пламя. Марина снова взглянула на Марселя и сказала:
– Они потрясающие, я... – она запнулась. – Спасибо! – она обняла Марселя, не убирая кинжалы из рук.
Ник всегда дарил ей что-то на день рождения, на новый год тоже, но никто не делал ей подарков просто так. Тем более таких подарков. Марина была безумна рада кинжалам. Теперь она уберёт свой меч и пойдёт в битву с ножами. Два меча ведь лучше одного, тем более, когда они были сделаны специально для неё.
– Я просто подумал, что они тебе пригодятся, – он сжал её в объятьях, улыбаясь.
Марина отстранилась от него и снова посмотрела на кинжалы в своих руках. Они были роскошными. Даже королевскими. Она не заслуживала этого.
– Что с твоей рукой? – неожиданно спросил Марсель.
Марина положила кинжалы на стол и взглянула на четыре шрама на правой руке. Марсель осторожно взял её руку, рассматривая эти белые полосы, и она заговорила:
– Мы с Даниэлем ходили на охоту, и на нас напал медведь. Я своей магией создала щит, но он полоснул меня по руке. Я не жалею об этом, и мне было не больно.
Их лица были совсем близко, и Марина слышала его дыхание. Он поднял на неё взгляд. Его глаза светились зелёным, они внимательно рассматривали Марину, как будто проникая в самую суть девушки. Марина замерла.
– Не ври, – он был прав. Марина очень много лгала. О том, кто она, о том, что умеет и о своих чувствах. О последнем почти всегда.
– Я не жалею об этом. Это правда, – Марина с трудом выдавила эти слова.
Кадык Марселя дёрнулся, он чуть сжал её руку, а потом опустил и сделал шаг назад. Это было правильно, и это было нужно. Марина всё ещё не могла понять, почему такое простое прикосновение так её взбудоражило. Возможно, она врала и самой себе.
– Мне жаль, что меня не было рядом, – сказал он, отводя от неё взгляд.
А ей не жаль. Она не жалела об этой боли и о шраме. Ей это было нужно. Подтверждение того, что помимо убийств она спасает людей.
– Ты не помог бы мне. Я спасла наши жизни и не жалею об этом. Шрам – это просто шрам, – она сглотнула. Это тоже было враньём. Шрам значил много. Она жалела, что у неё всего один шрам. Хотелось, чтобы на теле было подтверждение гибели Ника. Шрам в сердце. Шрам убивший её. Ей хотелось отдать себя взамен на Ника, но это невозможно, поэтому она живёт ради него, ради памяти о нём, потому что кто-то должен его помнить.
– Возьми кинжалы, и пойдём в тренировочный зал, – Марсель направился к выходу из кабинета. Чувствовалось, что он не хочет продолжать этот разговор. Марина пыталась убедить его, что это пустяк, но он знал о её душевной боли, хоть и не задавал вопросов, за что она была благодарна ему больше всего.
Может Марсель тоже скрывает от кого-то свои шрамы, не обязательно телесные. Это вряд ли кто-либо узнает, но Марина надеялась, что у парня в жизни было не так много «приключений».
***
– Мне нужны не полосы огня, а вихри. Раздуй его по воздуху и ударяй, – Марсель стоял где-то сбоку, пока она пыталась отправить вихрь огня в стену.
Всё что пока у неё получалась это короткие лучики, которые отскакивали от стены и летели обратно. Она с трудом гасила их или отбивала. У неё ничего не получалось, и от этого она злилась.
– Неужели ты не видишь, я пытаюсь! – Марина снова собрала всю силу и выплеснула её наружу. На этот раз лучик огня разбился на множество отдельных лучей и, отскочив от стены, они как кинжалы чуть не ударили Марину. Перед ней возник тонкий щит из земли и тут же растворился.
– Уже лучше, но ты можешь растворять магию, как только она коснулась стены, – Марсель стоял, опираясь на стену, и внимательно следил за её действиями.
– Мне сложно концентрироваться одновременно на ударе и на защите себя, - она повернулась к нему и скрестила руки на груди.
– Марина, это будет бойня и тебе придётся совмещать всё это, – Марсель продолжал стоять и смотреть на неё.
– Я знаю это, но помимо огня у меня есть меч и кинжалы, я не обязана пользоваться только магией.
– Магия твоё главное оружие, тебе нужно научиться хотя бы этому, чтобы остаться живой. Ни я, ни Даниэль, ни уж тем более Джил не будем защищать тебя от всего, что там будет.
– Я это знаю, и я готова сама за себя постоять, – Марина буквально пылала внутри. Своеобразным гневом и собственным пламенем, которое сейчас пыталась держать в узде.
– На твою магию рассчитывают люди. И уж будь добра не подведи их. А теперь продолжаем.
Марина больше ничего ему не сказала, она развернулась обратно к стене и снова попыталась сосредоточиться на своей магии. На неё рассчитывали люди. Она не хотела подвести этих людей, но своя жизнь для неё намного дороже других. Глупо жертвовать собой ради спасения кого-то кого она даже не знает. Марина глубоко вздохнула и закрыла глаза. Выдох и глаза уже открыты. Струя огня летит в стену, а потом превращается в вихрь и разбивается о стену. Марина снова вздохнула. Ещё один удар. Огонь снова превратился в вихрь. Она сделала ещё удар. Марсель молчал, и она снова ударила.
Потом руки опустились, и она села на пол, обхватив колени. Ей было страшно. Страшно, что магия может подвести её, как уже случилось однажды. Страшно, потому что Даниэль или Марсель могут погибнуть. Они ей друзья и их она защищать будет. Её силы дают надежду людям, но не ей. Она не станет полагаться только на магию. Оружие куда более надёжно, хотя и оно её подводило.
Марсель, молча, сел рядом с ней. Она так устала от этого. Устала от надежд, от планов, от магии. Хотелось сбежать от всего. Ник был прав, ей не нужно участвовать в этой войне. Сейчас она могла бы сидеть вместе с Ником в их лесном домике и есть только что пойманного зайца. Но её магия подвела её. Страх и усталость – единственное что она чувствовала сейчас. Она положила голову на плечо Марселя и продолжила так сидеть. Марсель снова ничего не сказал.
***
Когда он впервые её встретил, она была пугливой, но уже тогда он знал, что она станет королевой. Сейчас она сидела, положив голову ему на плечо, и её терзали сомнения. Только сегодня он понял, какой груз свалился на её плечи. Она была забытой всеми королевой, и это спасло ей жизнь. Она была последней обладательницей огня, и ей было страшно из-за этого. На неё надеялись люди, а она боялась и этого. Она не трусиха, по крайней мере, она может запросто броситься на медведя, зная, что магия может ей не помочь, но она всё равно будет пытаться спасать других. Марсель не мог ей помочь, потому что не знал каково быть такой одинокой, но он готов быть рядом с ней, если это ей понадобится.
Она заслужила своё королевство, а он не заслуживал своего. Он убивал сотни людей, когда впервые вышел на поле бое четыре года назад. Он был убийцей, и её он скоро сделает убийцей. «Это война, так должно быть» – сказала ему когда-то Джил. Но так не должно быть. Воздух не должен был уничтожить Огонь. Вода не должна была поддаться. А Земля, его стихия, не должна была сидеть в стороне и ждать пока их настигнет та же учесть.
В тот день его родители сидели в замке. Новости о захвате Королевства Огня разлетелись с огромной скоростью. Уже через три дня его родители узнали, что их ждёт. Десятого мая они сидели в стороне. Они собирали армию возле дворца, чтобы оборонять его. Пятнадцатого мая войска ордена захватили Шернелл. Его родители всё также прятались в замке. Джил бегала и подслушивала их разговоры, пока он, Марсель, продолжал сидеть и заниматься. Двадцать первого мая пал Данленд - огромнейший город Королевства Земли. А его родители всё также сидели в своём замке и обсуждали битву.
Они отдавали Ордену один город за другим, даже не пытаясь бороться. Они сдались ещё до начала войны, позволив Королевству Воздуха напасть на своих соседей. Тридцатое мая – Грунд пал без битвы. Последнее, что осталось – королевский замок, находившийся на севере от Грунда.
Марсель хорошо помнил тот день. Стало очень холодно. Они с Джил уже целый месяц спали в одной комнате, потому что им обоим было страшно. Но в тот день страшно было намного больше. Марсель увидел своего отца лишь на секунду, а потом его советник понёс его дальше по коридору. Джил бежала следом. Их затолкали в подземный проход и указали путь. Они убегали вместе со слугами и придворными дворца. А там, на поверхности, начиналась битва.
Всего день. Ровно день и Королевство Земли окончательно пало. Марсель и Джил тогда прятались в горах, вместе с сотнями других людей. Никто из них не плакал, потому что они ещё ничего не знали. Их родители собирали армию, но она оказалась слишком слаба. Никто не пытался бороться за их дом. Они просто прятались как трусы, ожидавшие собственной гибели.
Марсель возродит своё королевство. Он поможет Марине восстановить её королевство. И он сделает всё, чтобы спасти людей, которые ещё живы и ждут спасения. Он никогда не будет сидеть в стороне. Может уйдут годы, но он будет бороться.
***
Они просидели так несколько минут, и Марсель почувствовал, как Марина заснула на его плече. Он слегка улыбнулся и осторожно, так чтобы не разбудить её, поднялся и подхватил её на руки. С его больной ногой было очень сложно идти быстро, поэтому пришёл он в комнату Марины и Даниэля только спустя пару минут, длились эти минуты как будто часы, но не оставлять же девушку спать на холодном полу.
Даниэль не спал. Он полулежал на кровати и читал какую-то книгу. Когда дверь открылась, он поднял глаза на Марселя и внимательно осмотрел девушку у него на руках.
– С ней всё в порядке, – ответил на его взгляд Марсель.
Даниэль кивнул и снова углубился в книгу. Марсель прошёл к её кровати и уложил туда Марину. Девушка что-то пробормотала во сне и повернулась на другой бок. Марсель ушёл, продолжая думать об ужасной участи их мира.
Родители Марины пожертвовали собой, чтобы попытаться спасти своё королевство, а его родители как трусы ждали дня своей смерти. Не так всё должно было быть. Если бы у Королевства Огня было время подготовится к битве, они бы одержали верх. Спасли бы себя и весь этот мир.
***
Утром Марина проснулась в своей кровати. Она не помнила, как сюда попала, видимо Марсель принёс её сюда после тренировки. Боги, она ведь не закончила тренировку. Марина поднялась и села на постель. Даниэля в комнате уже не было. Марина посмотрела на часы, и осознала, что она уже опаздывает на завтрак. Так как уснула она в своей обычной одежде, прямо так она пошла и в столовую. Даниэль как обычно сидел за столом один. Марина заняла место напротив него.
– Что вчера произошло? – спросил он, не поднимая взгляд.
– В смысле, о чем ты? – Марина принялась за еду.
– О чём я? Марсель принёс спящую тебя на руках в комнату, – парень, наконец, поднял на неё взгляд.
– Мы с ним тренировались, а потом я... А вообще, зачем ты спрашиваешь? Ревнуешь меня к нему? – Марина сощурилась, смотря на него.
Она как могла старалась поддерживать хоть какие-то эмоции у Даниэля. Когда он узнал о дне казни родителей, то совсем закрылся в себе и перестал с ней разговаривать. Марине хотелось хоть как-то его поддержать.
– Что? Ты совсем. Чтобы я? Тебя? Никогда! – Даниэль даже ужаснулся.
– Ладно-ладно, верю, – девушка звонко рассмеялась. – Просто я вчера очень устала и не выдержала всего этого.
– Марина, ты уверена, что справишься с силой?
Магия подводила её, но сейчас не подведёт. Это было её обещание самой себе, которое она обязана сдержать.
– Да, я уверена в этом. Можешь не беспокоиться, – Марина улыбнулась одними губами.
Оставшееся время они просидели молча. Марину больше не терзали сомнения, потому что с неё хватит сомнений. Она должна действовать. Это будет её первое и последнее сражение. (Нападение на крепость, которое скоро произойдёт не в счёт, потому что её задача просто спасти семью Даниэля.)
После завтрака они с Даниэлем вернулись в свою комнату. Марина надела свои доспехи. На самом деле, они не были похожи на доспехи других воинов или Даниэля. У их доспехов была железная защита для груди, для рук, да вообще для всего, а её доспехи были просто невыносимыми. Это была просто кожа. Марина чувствовала, что там есть защитные подкладки, но по сравнению с доспехами Даниэля, эти были просто одеждой. Они не сковывали движения и позволяли Марине работать обеими руками достаточно быстро. Она предположила, что они не горят, но проверять не решила. Её доспехи, хотя скорее можно называть это просто костюмом. Её костюм был зеленоватого оттенка, чтобы можно было сливаться с зеленью. Марина надела все подкладки, которые прилагались к костюму и начала прикреплять кинжалы.
К поясному ремню она прикрепила два удлинённых кинжала, подаренные вчера Марселем. И последний, кинжал от Ника, она прикрепила к бедру. Даниэль взял с собой всего один кинжал, полностью полагаясь на меч, но Марина не могла полагаться ни на что. Она накинула на себя плащ такого же цвета, как и костюм. Плащ скрывал всё её оружие и делал её совсем незаметной и непримечательной. Даниэль тоже накинул на плечи плащ и немного размялся, перед тем как попробовал быстро скинуть его и достать меч. Это была проверка на скорость, и, убедившись, что плащ не мешает ему действовать, он кивнул сам себе.
Когда они полностью собрались, то вместе с другими воинам вышли из базы. Все двигались достаточно тихо, но тут было нечего опасаться. Через какое-то время Марсель нашёл их в толпе и вывел вперёд.
– У нас есть всего один свободный конь, так что кому-то из вас придётся ехать с кем-то другим.
Марина немного задумалась и повернулась к Даниэлю:
– Можешь забирать лошадь, я найду с кем поехать. Может меня пустят в целительскую повозку.
– Спасибо, – только и ответил Даниэль, а потом Джил отвела его куда-то в сторону.
– Ты можешь ехать со мной на лошади, – обратился к ней Марсель.
– Только если это не принесёт тебе неудобства.
– Нет, всё в порядке. Пошли со мной, – Марсель осмотрел её с лёгкой ухмылкой и протянул руку.
Лошадь Марселя стояла рядом с Джил, в самом начале всего войска. Парень легко кивнул Джил и позволил Марине залезть первой. Лошадь Марселя звали Буря. Таких лошадей она ещё не видела.
Буря была полностью чёрной. У неё была кудрявая грива и немного кудрявый хвост. Она была заметно крупнее других лошадей, с плотной шерстью и массивным мускулистым телом. Лошадь двигалась крайне элегантно и с интересом наблюдала за Мариной. У бури были довольно большие копыта. Над копытами немного гуще росла шерсть. Когда Буря стояла прямо складывалось впечатление, что её копыта обросли шерстью так же, как и всё остальное тело.
Марина забралась на неё и легонько провела рукой по длинной шее. Марсель сел позади неё, и его руки по бокам от неё сжали поводья.
– В этом костюме ты выглядишь как настоящая королева, – прошептал он и пришпорил лошадь.
Джил шла впереди всех, а Даниэль где-то позади. Марина не могла его увидеть, потому что сзади неё сидел Марсель, который загораживал ей весь обзор. Ехали они молча, хотя где-то позади в войсках слышались перешёптывания людей. Марине было очень скучно сидеть просто так, и смотреть по сторонам, поэтому она спросила:
– Почему Джил едет впереди, а не ты? – она немного обернулась и приподняла голову, потому что даже сидя Марсель был выше её.
– Потому что Джил командует этим войском, а значит, и походом должна руководить она. А почему ты решила уступить Даниэлю коня? – она чувствовала у себя на щеке его дыхание.
– Потому что не хотела, чтобы он ехал с кем-то. Последнее время он стал более отстранённым, вот я и решила уж лучше пусть побудет один.
– Довольно странно. Как по мне этому нахалу нужно больше общаться с людьми, которые могли бы его перевоспитать.
Марина немного усмехнулась и покачала головой:
– Он лишь кажется нахалом. Я жила с ним шесть лет, и всё это время тоже так думала, но сейчас я открываю его по-новому. Вы с ним могли бы стать хорошими друзьями.
– Не сомневаюсь, – Марина почувствовала его улыбку и обернулась.
– Вообще-то я серьёзно. Он лучше, чем кажется.
– Я верю тебе, Марина, – Марсель кивнул, и она отвернулась.
Они снова замолчали и продолжали ехать за Джил. Марина периодически легонько поглаживала Бурю, потому что лошадь казалась ей просто удивительной. Она даже подумала, что, когда сбежит отсюда, заведёт такую же. Правда есть одна проблема: денег у неё нет совершенно, хотя ничего не мешает ей украсть лошадь.
– Ты попала в семью Даниэля, когда тебе было десять? – Марсель неожиданно прервал её размышления.
– Двенадцать, – ответила она.
– Что произошло? Ну то есть, из-за чего ты угодила в рабство?
Ей меньше всего на свете хотелось говорить об этом, но Марселю она доверяла. Доверяла, настолько, насколько Марина Уилсон вообще могла доверять.
– Был август, – начала она. – Ник – человек, который растил меня всё это время, погиб совсем недавно, а я сбежала. Мы жили в каком-то доме в лесу, это было с другой стороны гор, недалеко от Грунда. Я не хотела бежать в Грунд, потому что там меня искали, поэтому я шла на восток, в сторону Данленда. Я не знала, что мне делать. Главной целью было просто идти, чтобы меня не поймали. Тогда я ещё мало осознавала, что Ник мёртв, но я понимала, как сильно изменится моя жизнь. Прошло несколько недель. Я ела только ягоды, которые находила в лесу. Каким-то удивительном образом я поймала зайца, но его я не съела, потому что боялась зажечь огонь. Потом я пришла в Данлэнд и там меня поймали работорговцы. Не помню, может я дёшево стоила или ещё что-то, но через несколько дней меня купила семья Даниэля. Я не знала, что мне ещё делать, поэтому больше не сопротивлялась. Ещё через неделю мы все поехали в Грунд. Все уже забыли о маленькой рыжеволосой девочке, и поэтому я смогла нормально там жить.
Всё это время Марсель слушал её очень внимательно, а когда она закончила, он дал ей несколько минут, чтобы осознать сказанное и просто прийти в себя.
– Мне было пять, когда моих родителей убили, – он решил рассказать свою историю, взамен. – Джил увела меня в горы на востоке, а потом в подземный недостроенный замок. Тут скрылись все воины, которым удалось спастись. Они думали, что мы простые дети из замка, но, когда мне исполнилось пятнадцать, мы с Джил открыли всем правду. Тогда она стала главой Сопротивления, а через год передала это звание мне. Тогда мы ещё не знали, как будем воевать, но знали, что освободим наше королевство. Сейчас мы к этому ближе всего. Может через год я уже стану королём, если мы сможем всё сделать как нужно.
– Ты будешь потрясающим королём, – Марина немного улыбнулась.
– Если ты захочешь этого, я могу помочь освободить и твоё королевство.
Хотела ли она? Нет. Она не хотела быть королевой. Она хотела спокойной жизни, и как только они освободят семью Даниэля, она убежит, и будет жить спокойно. Как самый обычный человек, и вовсе никакая не королева. Она не стала говорить об этом Марселю, а сказала только простое:
– Нет.
На этом их разговор закончился, и они снова ехали молча. Марина всё думала над историей Марселя, и над своей собственной. Их жизни были ужасными, но, если у Марселя всё действительно получится, она с радостью будет жить в его королевстве под его правлением, надеясь, что о ней никто и никогда больше не узнает.