Невеста дьявола

Адель сидела в гостиной Гриффидора, обсуждая с Гермионой домашнее задание по трансфигурации.

Вдруг в гостиную ворвался запыхавшийся Гарри.

— Поняли, что все это значит? — выдохнул он, закончив рассказ о том, что видел в учительской раненую ногу Снейпа. — Он пытался пройти мимо того трехголового пса, и это случилось в Хэллоуин! Он ищет то, что охраняет пес! И готов поспорить, что это он впустил в замок тролля, чтобы отвлечь внимание, а самому спокойно похитить то, за чем он охотится! — на одном дыхании выпалил Гарри.

«Дьявольщина, профессор, нельзя быть таким неаккуратным», — подумала Адель и лживо рассмеялась.

— Гарри, ты серьезно? Снейп впустил тролля? Я тебя умоляю. Если бы он хотел что-либо украсть, то придумал бы что-нибудь поизящнее. К тому же, если ты не забыл, весь вечер он был на ужине, в отличие, например, от Квирелла.

— Но он ругался на собаку! Он говорил...

Адель, махнув рукой, прервала его:

— Гарри, ты определенно переволновался из-за завтрашнего матча. Право, не думаю, что здесь кроется что-то серьезное. Не делай из мухи слона.

— Что ты Снейпа выгораживаешь? — встрял Рон. — Он и не на такое способен.

— Я ведь слизеринка, Уизли. Кажется, так ты вчера говорил? — прошипела Адель. С ним она особенно не ладила.

Рон смутился и немного покраснел.

— Адель права, Гарри. Снейп может и не очень приятный человек, но вряд ли он стал бы пытаться украсть то, что прячет Дамблдор. Ты преувеличиваешь.

— Вот именно. Шел бы ты спать. Уже почти двенадцать ночи, а тебе завтра матч со слизеринцами предстоит, ты ведь не хочешь, чтобы факультет Снейпа победил?

Гарри энергично покачал головой и отправился в свою комнату. Рон, не взглянув на девочек, тоже удалился.

«Да уж, что было бы, если бы они знали, что Снейп — Пожиратель Смерти, пусть и бывший», — про себя усмехнулась Адель и решила, что ей необходимо сегодня побывать на Астрономической башне, чтобы без свидетелей поговорить с зельеваром и, как следствие, получить очередное взыскание. Это стало уже традицией.

***

Рано утром Адель проснулась от громкого стука в дверь. Волшебница быстро натянула на метку повязку и открыла.

— Ты еще не встала? — Гермиона возмущенно глядела на подругу. — Давай скорее на завтрак, а то на матч опоздаем.

Адель сонно кивнула головой, потерла переносицу и пошла приводить себя в порядок.

На завтраке Гарри был бледен и ничего не ел. Рон с Гермионой пытались его подбодрить, но у них плохо получалось.

В одиннадцать часов гриффиндорцы пришли на забитый стадион. Кое-как им удалось пробиться на пустые места на трибуне их факультета. На стадионе, кажется, собралась вся школа. В руках многие держали бинокли.

Адель, Рон, Гермиона, Невилл, Симус и Дин сели на самом верхнем ряду. Чтобы сделать Гарри приятный сюрприз, они (все, кроме Адель) развернули огромное знамя, сделанное из простыни. «Поттера в президенты» — было написано на знамени, и под надписью был изображен лев. Все полотно переливалось разными цветами.

«Как оригинально», — Адель считала это знамя полнейшей глупостью. Гриффиндорка ненавидела такое скопление народа, поэтому она чувствовала себя очень некомфортно.

Наконец, на поле под общие аплодисменты вышли игроки. Матч судила мадам Трюк. Она, сказав что-то игрокам, дунула в свой свисток. Ребята взмыли в воздух. Матч начался.

Сначала все шло вполне хорошо. Через несколько минут после свистка к гриффиндорцам присоединился Хагрид, потеснив всех ребят.

Игра продолжалась под забавные комментарии Ли Джордана, и ни Гарри, ни ловец команды Слизерина не видели снитча.

Все произошло почти мгновенно. Когда Гарри уворачивался от бладжера, его метла резко накренилась вниз, пытаясь сбросить мальчика. Тот еле удержался. Метла явно вышла из-под контроля.

Поначалу болельщики этого не замечали, пока кто-то громким криком не привлек внимание к Гарри, и все взгляды устремились на него.

Гермиона выхватила у Хагрида бинокль и стала всматриваться в толпу зрителей.

— Ты что делаешь? — простонал Рон.

— Точно. Так я и знала, — произнесла гриффиндорка. — Снейп — смотри, — она хотела передать бинокль Рону, но Адель первая выхватила его у нее из рук.

Снейп пристально смотрел на Поттера, бормоча что-то себе под нос. Девочка, осмотрев всю трибуну, не заметила там Квирелла.

— Дай мне, — Рон тоже посмотрел на трибуну преподавателей.

— Это точно он заколдовывает метлу, — быстро сказала Гермиона.

— Глупости. Стал бы Снейп на глазах у всех преподавателей пытаться убить Гарри? Нет, конечно. Меня больше смущает отсутствие Квирелла, — медленно произнесла Адель.

— Опять ты за свое! — возмущенно воскликнул Рон. — Лучше бы сказала, что нам делать!

— Предоставь это мне, — Гермиона собралась улизнуть с трибуны, но Адель схватила ее за руку.

— Что ты хочешь сделать?

— Поджечь его мантию, — тихо призналась гриффиндорка.

— Я с тобой.

«Знали бы вы, профессор, от чего я вас спасаю».

Девочки юркнули в подтрибунное помещение и побежали в сторону преподавателей.

Внезапно Адель резко дернула Гермиону за рукав, та упала, больно ударившись.

— Ты что? — возмущенно спросила она.

Адель, не ответив, подняла подругу и затащила ее за какую-то балку.

— Т-с-с, смотри, — она предложила Гермионе осторожно выглянуть.

Чуть дальше, под трибунами Пуффендуя, стоял Квирелл. На него сквозь маленькую прорезь в ткани, прикрывавшей деревянный каркас поля, падал солнечный свет. Чуть раздвинув полотно, мужчина не отрывал взгляда от поля и не замечал волшебниц.

— Что ты на это скажешь? — прошипела Адель, когда подруга увидела профессора.

Гермиона была в недоумении.

— Он может произносить контрзаклятие, — неуверенно сказала она.

— Да, конечно, — язвительно ответила Адель. — Ладно, послушай. Попробуй отвлечь его разговором, пока я не вернусь.

— Куда ты?

— У меня есть одна идея, как проверить, кто виноват в том, что метла Гарри взбесилась, — легко соврала волшебница, или почти соврала.

— Но что мне ему сказать?

— Скажи, что ты заблудилась, а потом заведи разговор об уроках, — Адель невидимой тенью проскользнула к другой стороне подтрибунных помещений, затем осторожно разрезала заклинанием ткань, вылезла наружу и вновь зашила полотнище. Яркий свет ослепил ее. Она почувствовала холодные дуновения ветра. До нее доносился рев болельщиков.

Чтобы Квирелл ее не заметил, волшебница решила пройти по улице до трибуны, где должен был сидеть Снейп.

«Наверное, где-то здесь», — она остановилась.

Вновь сделав разрез, гриффиндорка опять скользнула в подтрибунные помещения, где было темно и жутко холодно. На этот раз волшебница не торопилась скрывать дыру в ткани. Она пошла дальше и наконец-то достигла преподавательской трибуны. Увидев сквозь прорези между рядами черную мантию зельевара, она поднялась так, что ее голова находилась немного выше головы мужчины.

Извернувшись, она положила руку на плечо Снейпа и несильно сжала его. От неожиданности зельевар вздрогнул.

— Профессор... — она почувствовала, что он напрягся.

Снейп сразу узнал голос Адель.

— Мисс, — одними губами прошипел он.

— Квирелл под трибунами Пуффендуя. Если хотите застать его, поторопитесь, — рука девочки исчезла с плеча зельевара.

Когда он повернул голову, Адель и след простыл.

Метла Поттера вела себя уже вполне вменяемо. Гарри вновь закружил по полю, выискивая снитч.

— Северус, ты куда? — удивленно спросила сидящая рядом профессор Стебль, когда мужчина резко поднялся и направился к выходу с трибуны.

— Кажется, у Гермионы получилось. Смотри — Снейп уходит! — воскликнул довольный Рон.

Адель тем временем повторила тот же маневр и оказалась с другой стороны от разговаривающих профессора Квирелла и Гермионы, с той стороны, с которой пришли девочки. «Молодец, Гермиона, — подумала Адель. — А теперь нам пора убираться отсюда. По крайней мере, тебе пора. Я не упущу возможности видеть беседу Снейпа с Квиреллом».

— Гермиона! Гермиона, вот ты где! — Адель сделала вид, будто она задыхается после долгого бега. — Слава Богу, а то мы уже испугались!

Грейнджер непонимающе смотрела на подругу.

— Здравствуйте, сэр, — поприветствовала она Квирелла.

— З-здравстуйте, м-мисс Ансо. Хорошо, что вы нашли свою подругу, — он был рад избавиться от Гермионы.

— Да, профессор. Мы пойдем досматривать матч. Идем, Гермиона, — волшебница потянула подругу за руку.

Когда они отошли на достаточное расстояние, Адель остановилась.

— Гермиона, ты иди, мне нужно кое-что проверить.

— Ну уж нет! — возмущенно воскликнула гриффиндорка.

— Почему?

— Ты мне не хочешь объяснить, что ты сделала? — кажется, недовольству Грейнджер не было предела.

После долгих препирательств Адель была вынуждена отступить, хотя она так и не сказала, что же все-таки она сделала. Обе девочки вернулись на трибуну.

— Тебе удалось, Гермиона! — восхитился Рон, когда они уселись на трибуну. Он принципиально игнорировал Адель.

— Но что ты сделала, чтобы он ушел?

«Ушел все-таки», — довольно подумала Адель.

— Я... я, ну... — Гермиона замялась.

— Она подожгла ему мантию, — быстро сказала за подругу гриффиндорка.

— Да? А мы не видели, — озадаченно сказал Рон.

— Значит плохо смотрели, — бросила Адель.

— Ты просто умница, Гермиона! — похвалил Рон подругу, и та вся зарделась, решив пока не говорить правды.

***

Вечером все собрались в гостиной Гриффиндора праздновать победу в матче со Слизерином и воздавать почести отличившемуся Гарри.

Адель, посидев чуть-чуть вместе с однокурсниками, отправилась сначала на занятия к мадам Помфри, на которых она помогала ей лечить ушиб средней тяжести, а затем на отработку к Снейпу.

Адель как обычно немного опоздала. Три коротких удара в дверь, и голос Снейпа коротко произнес:

— Входите.

— Добрый вечер, сэр, — поздоровалась девочка и уже привычным движением кинула сумку на парту.

Снейп поднял глаза от работ учеников, которые он проверял.

— Ансо, вы опять опоздали, — коротко констатировал он.

— Увы, — волшебница пожала плечами и подошла к его столу. Она ждала от него обычных распоряжений, но зельевар молчал.

— Что мне делать, сэр?

— Ансо, вы второй раз за неделю умудряетесь озадачить меня.

Адель от такого заявления Снейпа просто онемела. Мужчина усмехнулся, видя ее удивление.

— Чем же, позвольте спросить? — наконец произнесла волшебница.

— Вашими действиями.

Гриффиндорка не знала, что и сказать, Снейп впервые вел себя так.

— Вы самоуверенная и наглая девушка, и ваши намеки меня просто восхищают.

И нельзя было понять, говорит он правду или язвит. «Что ж, почту за комплимент», — подумала Адель и выразила на своем лице недоумение.

— Чем вы объясните ваши слова на матче по квиддичу, Ансо?

Гриффиндорка еле сдержала улыбку.

Потом, оперевшись на парту, рассказала профессору, как все было. Тот внимательно ее слушал, хотя и делал вид, что ему абсолютно все равно.

— Профессор, если бы не мое своевременное вмешательство, горела бы ваша мантия синим, а может быть черным, пламенем, потому что Грейнджер собиралась ее поджечь, — закончила свой рассказ волшебница.

— Не думаете же вы, Ансо, что этот факт заставит меня смягчить ваше взыскание? — ухмыльнулся Снейп.

— Ну, сэр, может хоть раз? Пожалуйста. Всего один разок.

Зельевар указал рукой на еще неподготовленные ингредиенты.

— Изверг, — себе под нос пробубнила Адель и направилась к столику, тихо ругая Снейпа.

— Мисс, а почему именно я был удостоен честью выслушивать ваши скользкие намеки? — через некоторое время спросил Снейп.

— Потому что вы единственный, кто воспринимает это всерьез. Да и к тому же, вы единственный, кто может сразу принять какие-то меры. Все остальные первым делом доложат Дамблдору, начнутся расспросы, что да как. А время будет потеряно, — не отрываясь от нарезания маленьких летучих тварей, просто ответила волшебница.

Надо сказать, ее слова и тон, которым они были сказаны — такой обыденный, как будто она говорила о чем-то само собой разумеющемся — несколько польстили зельевару.

— Сэр, так вы все-таки застали Квирелла? — гриффиндорка лукаво взглянула на учителя.

Тот приподнял уголок губ, как бы отвечая: «Да».

— И что он? — полюбопытствовала Адель.

— Трясся, как осиновый лист на ветру, — не смог сдержаться зельевар. Иногда он позволял себе говорить, пожалуй, более откровенно, чем следует, но он прекрасно понимал: все, что будет сказано между ними, никто не узнает.

— Сэр, но зачем Квиреллу убивать Поттера?

— Мне бы тоже хотелось это знать, — задумчиво проговорил Снейп.

В последнее время он заметил, что с этой девочкой он разговаривает больше, чем с кем бы то ни было. Мужчине было комфортно в обществе гриффиндорки, наверное, потому что они слишком часто виделись, слишком много времени проводили вместе и успели привыкнуть друг к другу. Так он объяснял это сам себе.

— Черти полосатые, — выругалась Адель, когда порезала ножичком палец. — Профессор, можно... — она не успела закончить, как возле нее уже парила баночка с нужной мазью. Она также слишком часто резалась, и Снейп всегда держал наготове лекарство.

— Вы истратили весь мой запас заживляющей мази, — недовольно произнес он.

Адель присела на стул и принялась обрабатывать ранку.

— Я новую могу приготовить. Мадам Помфри меня недавно научила, как это делается, — гордо произнесла гриффиндорка.

— О, мисс, чтобы вы разнесли мою лабораторию? Нет, благодарю, — Снейп встал и подошел к шкафу со множеством пергаментов.

— Неправда. Я же не Финниган, чтобы все поджигать, и не Долгопупс, чтобы все громить, — обижено сказала девочка.

— Конечно, нет, Ансо. Вы хуже, — достав необходимые бумаги, усмехнулся зельевар и вернулся на свое место.

— Да ну вас, — пробурчала чисто по-детски Адель.

Когда она собиралась вернуться к подготовке ингредиентов, Снейп сказал:

— Достаточно, мисс. Расставите эти зелья в шкафы и можете быть свободны.

«Неужели решил помиловать?»

Быстро выполнив задание, Адель подхватила сумку, но прежде, чем она успела покинуть помещение, она услышала слова зельевара:

— Верхние этажи сегодня проверяет профессор МакГонагалл.

Обернувшись, гриффиндорка с удивлением посмотрела на мужчину, который, склонившись над столом, составлял отчет. Черные волосы закрывали его лицо.

«Он меня предупреждает?»

Волшебница улыбнулась.

«Все-таки не чужда ему благодарность».

— До свидания, профессор, — попрощалась девочка и вышла из класса.

***

Адель медленно шла по коридорам подземелья, обдумывая события сегодняшнего дня.

И вновь ее внимание привлекла эта черная дверь с гербом Слизерина.

«Что ж, если Снейп меня сегодня отпустил пораньше, у меня есть время, чтобы наконец-то узнать, что же там все-таки скрыто».

Однажды она спросила об этом близнецов Уизли, которые знали все тайные ходы Хогвартса.

«— О, мы туда ни разу не ходили. Да, водится за нами такой грешок. Знаешь, говорят, там Снейп устроил свою пыточную камеру.

— А еще ходят слухи, что там спрятаны огромные сокровища...»

В общем, всяких баек она наслушалась предостаточно, но толкового ничего не узнала.

Зато когда она поинтересовалась об этом у сэра Николаса, тот сказал, что призраки не могут попасть туда. Та стена и дверь будто заколдованы, и приведения упираются в них, как простые смертные. Это было очень странно.

И этот факт еще больше раззадорил любопытство Адель.

Она приблизилась к двери и внимательно осмотрела ее, провела рукой по металлическому гербу, но ничего необычного не нашла. Тогда волшебница достала палочку и тихо прошептала: «Алохомора».

Щелкнул, открывшись, замок.

«Вот так просто?»

Гриффиндорка осторожно дотронулась до посеребренной ручки, чуть нажала, и тяжелая дверь со скрипом поддалась. Адель огляделась — не заметил ли кто-нибудь — и зашла в помещение, закрыв за собой дверь.

— Люмос, — она осветила палочкой помещение, которое было очень небольшим, но потолок его оказался необычайно высоким для подземелий.

На стенах висели два факела. Адель зажгла их и зажмурилась от яркого света.

Когда она открыла глаза, то увидела, что комната была жутко захламлена. В ней было очень много старых сундуков, покрытых пылью, старых коробок, каких-то бумаг, тряпок, ламп — в общем, всякого барахла было навалом, словно волшебница попала в какой-то чулан; чувствовалось, что сюда давно никто не ходил.

Вскоре Адель удалось сквозь толщу пыли и грязи разглядеть помещение получше. Оказалось, что вся комната увешана знаками Слизерина: зеленые гобелены, вышитые серебряными нитями, обвивали каменные змейки, на полу тоже была выложена цветными камнями змея в виде буквы «S», около стены стояла небольшая лавочка, на которой была изображена все та же змейка. Но самое главное, что привлекало внимание девочки — это огромный герб Хогвартса напротив двери и два металлических рыцаря в благородных доспехах, будто охранявшие его. Левый рыцарь, уперев в пол длинный меч, держал в правой руке, чуть приподняв, кубок, словно готовясь произнести тост. Другой рыцарь в левой руке держал открытую книгу.

Адель подобралась к рыцарю с чашей и внимательно осмотрела его. По ободу кубка, который он держал в руке шла надпись:

Mors immortalis.

Больше ничего интересного гриффиндорка не увидела. Тогда она пошла к другому рыцарю с книгой. Когда девочка заглянула в раскрытый фолиант, то на железных страницах стали прорисовываться буквы, складываясь в слова:

Лишь тот один дверь отопрет,

Кто знает язык змий,

В ком кровь течет

Всех четырех стихий.

Но чтобы эту дверь открыть,

Ему необходимо дар ссудить

Друзьям змеи.

Дар он сумеет в башне отыскать,

Тот синей птицы голову венчает,

Взлетевшей над огнем

Под звезды, в небеса.

«Даже так», — Адель провела рукой по надписи. Затем достала пергамент, выудила из сумки перышко и маленькую чернильницу.

«Черт, вот почему волшебники не могут пользоваться ручками, это же намного удобнее», — думала она, пока переписывала строчки. И как только она поставила последнюю точку, все то, что она написала, исчезло.

«Что за черт?» — волшебница оглядела пергамент. Он был девственно чист.

«Так, это становится все интереснее и интереснее».

Поняв, что записать загадку она не сможет, гриффиндорка быстро выучила ее.

Затем она внимательно осмотрела герб и заметила в центре его маленькое круглое отверстие, диаметром около десяти сантиметров. Кроме того, вместо обычного девиза Хогвартса под гербом значилось:

Magna est veritas et praevalebit.

Дальше гриффиндорка решила обшарить всю комнату. Но перевернув все вверх дном, она, увы, не нашла более ничего интересного, кроме старого барахла.

«Завтра приведу сюда Гермиону, а то что-то меня смущают эти послания», — Адель еще раз оглядела помещение, потушила факелы и вышла в коридор.

«Завтра и над загадкой подумаю», — подумала волшебница и отправилась в гостиную Гриффиндора.