Глава 95. Человек из прошлого Ван Жуна.
На это мероприятие были приглашены ведущие специалисты из различных отраслей, обладающие определенным влиянием и способностью привлекать внимание общественности.
Цель заключалась в том, чтобы через различные произведения и творческие идеи донести до мира идеи защиты окружающей среды, пробудить в людях осознание важности заботы об окружающей среде в повседневной жизни.
Помимо Ван Жуна в мероприятии участвовали такие дизайнеры одежды, как Берг из Великобритании и Курахаси из Японии — оба признанные мастера мирового уровня,
Все трое были старыми друзьями и часто пересекались.
Ассистент Курахаси, Хиросуэ, даже спросил, почему на этот раз приехала не Чжан Ло, которую обычно видели с Ван Жуном.
Английское произношение японцев было очень своеобразным, и общение давалось с трудом, но мать Хиросуэ была из Китая, поэтому он знал китайский. Хотя Хиросуэ говорил не очень бегло, но базовое общение не представляло проблемы. Когда Нин Ань общался с ним, это выглядело довольно забавно: смесь китайского и английского, иногда с добавлением жестов.
Поскольку каждая профессиональная группа могла представить только один экспонат, а мнения дизайнеров одежды разошлись, первые два дня работы были посвящены обсуждению концепции и предварительным исследованиям.
Хотя многим могли помочь сотрудники организаторов, более специализированные вопросы требовали личного участия Нин Аня, Хиросуэ и ассистента Берга, Саймона.
Они изучили множество материалов, фотографий, соответствующих выставок и осознали, что вопросы загрязнения и разрушения окружающей среды гораздо серьезнее, чем известно общественности, а ситуация намного сложнее.
Один из организаторов мероприятия отметил, что, по прогнозам ученых, через двести лет Земля станет непригодной для жизни человека. Но на самом деле, учитывая скорость развития технологий, возможно, что Земля перестанет быть пригодной для жизни гораздо раньше.
Технологии, принесшие человечеству огромные удобства, также привели к экологическим проблемам.
Группа дизайнеров одежды в итоге решила сосредоточиться на материалах.
В последние годы многие международные бренды перестали использовать натуральный мех для производства меховой одежды. Вместо этого, под лозунгом защиты окружающей среды, они начали использовать искусственный мех. Однако большинство потребителей не знает, что синтетические волокна в искусственном мехе крайне трудно разлагаются. Если их выбросить или закопать в землю, на их разложение уйдут тысячи лет, что нанесет серьезный ущерб почве и воде.
Аналогичные проблемы с разложением существуют и с другими искусственными материалами. Не говоря уже о загрязнении, возникающем на различных этапах производства тканей и одежды.
Более того, ежегодно выбрасываемая старая одежда уже стала одним из значительных источников загрязнения.
В связи с этим у Курахаси возникла прекрасная идея. Реализуя ее, Нин Ань и Хиросуэ отправились в австралийский исследовательский институт, который занимался разработкой новых типов тканей и уже добился в этом определенных успехов.
Один из исследователей ранее сотрудничал с господином Курахаси, поэтому они хотели попробовать, можно ли использовать наиболее перспективную из их наработок.
Молодые дизайнеры какое-то время ожидали в холле исследовательского института, после чего друг господина Курахаси проводил их наверх.
В лаборатории были представлены некоторые данные об этой новой ткани.
Этот материал можно было перерабатывать и повторно использовать, а также он легко разлагался. Он был очень легким, по текстуре напоминал шелк, приятный на ощупь и мягкий.
Если бы его удалось успешно вывести на рынок, это означало бы, что в будущем можно почти полностью решить проблему загрязнения от старой одежды.
Пока что материал не соответствовал стандартам для выхода на рынок в основном из-за высокой себестоимости производства.
Нин Ань и Хиросуэ, изучив материалы, поняли, что высокая стоимость означала не только финансовые затраты, но и экологические.
Хотя производство новой ткани в каком-то смысле решало проблему части загрязнений, сам процесс производства создавал другой вид загрязнения — преимущества и недостатки почти уравновешивали друг друга.
К тому же, исследовательский институт пока не нашел способа решить эту проблему.
Вечером группа дизайнеров одежды провела собрание.
Курахаси изначально знал только, что институт разрабатывает разлагаемую и перерабатываемую ткань, но не был в курсе деталей.
Узнав правду, он не мог не разочароваться.
А другие материалы трудно было признать по-настоящему экологичными.
Даже полностью натуральные хлопок и лен в процессе выращивания и производства неизбежно создают загрязнение.
Пестициды, удобрения, крашение при производстве...
Каждый этап наносил природе урон.
Дизайнеры долго обсуждали проблему, их мнения разделились, но времени на работу оставалось уже мало.
Говорили, что куратор выставки уже приехал в Австралию, и через пару дней начнется монтаж экспозиции. Некоторые работы уже готовы и постепенно доставляются.
После нескольких дней обсуждений и размышлений группа в итоге отказалась от первоначальной концепции.
Вместо этого они быстро разработали несколько новых идей и выбрали две из них.
Они создали две работы и передали их организаторам, чтобы те решили, какую из них выставить.
Первая работа — плащ с изображениями животных и растений, находящихся на грани исчезновения.
На плаще было использовано много ткани, и когда он развевался, то напоминал яркий флаг. На нем были изображены виды, стоящие перед угрозой вымирания — их было так много, что это вызывало шок.
Вторая работа — костюм из соломы, который демонстрировался на живой модели.
С помощью макияжа и движений модель изображала жизненный цикл природы.
Сверху вниз — сочная, полная силы зелень постепенно переходила в желтый, серый, а к щиколоткам уже превращалась в грязную труху.
Этот образец высокой моды производил очень яркое впечатление, и организаторы в итоге выбрали именно эту работу.
Будь то Ван Жун, Курахаси или Берг, каким бы непререкаемым ни был их статус в мире моды, за эти короткие десять с лишним дней сотрудничества каждый из них показал себя с лучшей стороны, проявив ответственность, готовность выслушать чужое мнение и приложить усилия ради благого дела, причем даже без оплаты.
Хотя у них и были некоторые разногласия в работе, эти дни сблизили их еще больше.
В день, когда работы были отправлены на выставку, настал и день их расставания.
Дизайнеры сидели в углу бара, сожалея, что из-за первоначальной ошибки в направлении не смогли создать что-то лучшее.
Они обсуждали наиболее интересные и шокирующие произведения искусства и фотографии на выставке.
Затем разговор перешел на их рабочие планы на вторую половину года.
Курахаси был самым оживленным среди них — за эти десять с лишним дней он успел сдружиться со всеми. А Ван Жун был самым спокойным и сдержанным в этой группе. Кроме как по работе, он вообще редко куда-то выходил.
Пока они разговаривали, Курахаси вдруг присвистнул, обратив внимание на кого-то у барной стойки. Все оглянулись.
На высоких стульях спиной к залу сидели двое, прижавшись друг к другу. Но даже по спинам было заметно, что между ними царила какая-то романтическая неопределенность.
Курахаси, не обращая внимания на неловкость, крикнул:
— G!
Старший из двоих обернулся.
Он был азиатской внешности, лет двадцати семи-двадцати восьми, в светло-серой водолазке. Черты лица приятные, манеры - элегантные, а когда он улыбнулся, на щеках появились ямочки.
Молодой парень, точнее. Юноша, державший его за руку, тоже с любопытством оглянулся.
Юноша отличался яркими алыми губами и белоснежной кожей. Стрельнув глазами, он что-то шепнул на ухо тому, кого назвали «G», и тот рассмеялся.
Курахаси представил их на английском:
— G — куратор нашей выставки, организаторы специально пригласили его из Италии.
Затем он понизил голос и шутливо добавил:
— Он большой ловелас, вечно цепляет новых партнеров, так что не влюбляйтесь в него.
Курахаси, видимо, хотел пригласить G присоединиться к ним, но тот лишь улыбнулся, помахал им рукой и снова отвернулся.
Компания продолжила пить, но Нин Ань заметил, что с Ван Жуном что-то не так.
Мужчина больше не улыбался, его обычно мягкий взгляд стал мрачным и давящим. Он то и дело бросал непонятные взгляды в сторону бара.
Нин Ань перебрал в уме имеющиеся данные: из Италии, G, куратор выставки...
Неужели это Чэн Цянь?
Он повернулся и увидел, как Чэн Цянь, с пальто на руке, обняв парня за талию, выходит из бара.
Рядом раздался резкий скрип стула — Ван Жун встал и с крайне неприятным выражением лица направился к выходу.
Нин Ань поспешно схватил пальто своего учителя и бросился за ним, жестом показывая остальным, чтобы они оставались на месте.
На выходе он столкнулся с парой пьяных, и чуть не упал, отстав.
Когда Нин Ань выбежал за дверь, разноцветные огни бара отражались в снегу, а холодный ветер обжигал лицо. На парковке впереди Ван Жун схватил Чэн Цяня за руку, не давая ему уйти.
Чэн Цянь был одет в пальто, а Ван Жун — лишь в тонкий свитер. Они застыли в противостоянии на ледяном ветру.
Нин Ань поспешил к ним. Было морозно. Дыхание превращалось в клубы белого пара.
— Учитель! — позвал Нин Ань, пытаясь помочь ему надеть пальто.
Но Ван Жун, сжав губы, крепко держал Чэн Цяня за запястье, не отпуская. Нин Ань сумел лишь накинул пальто ему на плечи.
Чэн Цянь же оставался на редкость невозмутим. Взглянув на внешность Нин Аня с легким удивлением, он усмехнулся:
— Твои вкусы не изменились, да?
Затем он тихо, низко рассмеялся:
— Жаль только, что я уже не тот, что раньше.
Нин Ань хотел уйти, не смея мешать разговору, но, посмотрев на бледное лицо Ван Жуна и его посиневшие от холода губы, остался, молча встав рядом.
Из машины раздался стук — молодой парень внутри начал терять терпение.
Чэн Цянь наклонился к двери и мягко сказал:
— Потерпи немного, вечером я тебе это компенсирую, ладно?
Выпрямившись, он снова улыбнулся, но теперь его улыбка стала легкомысленной.
Свободной рукой достав из кармана визитку, он протянул ее Ван Жуну.
Тот потянулся за ней, но Чэн Цянь отпустил карточку раньше, чем их пальцы соприкоснулись.
Визитка плавно опустилась на землю, кружась в воздухе.
— Может, отпустишь руку? Меня ждут, — усмехнулся Чэн Цянь. — Если захочешь связаться, звони по номеру на визитке. Договаривайся с моим ассистентом. Если будет время, возможно, я тебя приму.
Ван Жун разжал пальцы. Чэн Цянь сел в машину, и черный Мерседес резко развернулся, исчезнув в ночи.
Ван Жун присел, поднял грязную визитку, тщательно протер ее рукавом и положил в карман.
Нин Ань молча помог ему надеть пальто, застегнул пуговицы и повязал на его шею свой шарф.
Руки Ван Жуна были ледяными.
Нин Ань сжал их в своих ладонях и с тревогой окликнул:
— Учитель?
Ван Жун, словно вернувшись из забытья, медленно моргнул и улыбнулся:
— Все хорошо. Просто встретил старого знакомого.
Нин Ань кивнул, ни о чем не расспрашивая, и проводил его в отель.
На следующий день они полетели домой.
Самолет приземлился около пяти вечера. Лето подходило к концу, но палящее солнце все еще слепило глаза.
Ван Жун уже взял себя в руки и, спрятав глаза за темными очками, казался совершенно спокойным.
Они вышли из аэропорта вместе, и Чжан Ло, приехавшая за ними на машине, удивилась, почему Нин Ань вдруг отстал и начал оглядываться.
Она взяла часть багажа у Ван Жуна и обернулась посмотреть, куда направится Нин Ань.
Тот уже шел к другому выходу: его багаж нес человек, похожий на ассистента или водителя, а самого его крепко обнимал высокий мужчина.
Незнакомец был на полголовы выше Нин Аня. Спрятавшись за очками и кепкой, он, тем не менее держался очень прямо. Наклонившись к Нин Аню, незнакомец почти касался губами его уха, а рука на талии сжимала юношу так сильно, будто мужчина вел его под конвоем.
Чжан Ло заметила в этом жесте невероятную собственническую страсть.
Прежде чем девушка успела разглядеть их получше, Нин Ань и тот человек свернули за угол, исчезнув в потоке людей.
— Его встретили родные, — услышала она спокойный голос Ван Жуна.