Глава 94. Выше неба, глубже моря.
Это обручальное кольцо не было красивым, даже, можно сказать, выглядело старомодно. Но благодаря изяществу рук Фэн Юня оно не казалось нелепым.
Однако столь простое, ничем не примечательное кольцо, словно выбранное людьми предыдущего поколения, оказалось наполненным таким глубоким смыслом, что невольно вызывало недоумение.
Ведь оно символизировало любовь и привязанность двух любящих сердец, а также их бесконечные мечты и светлые надежды на будущее.
То, что выбирается с такими чувствами, должно быть прекрасным.
Даже люди, предпочитающие скромность, выбирая нечто столь важное, все равно остановятся на чем-то красивом.
Возможно, неброском, но обладающем своей особенной притягательностью...
По крайней мере, символ любви не должен был быть похож на кольцо на руке Фэн Юня.
Фэн Юнь — мужчина высокий, статный, с безупречными манерами, вежливый, но при этом сдержанный, а его улыбка просто очаровательна. Весь его внешний облик состоял из предметов высокой моды, а одни только часы на его запястье стоили как целый дом...
Но кольцо на его пальце было уродливым и выглядело дешево.
Такой разительный контраст пробуждал любопытство, и микрофоны все чаще тянулись в его сторону.
Красивые алые губы коснулись холодного металла кольца, а густые черные ресницы, словно естественный барьер, наполовину скрыли лицо от камер. Это выглядело, словно огонь целовал лед, растворяя его в воде любовью и преданностью, что создавало чувственную, невероятно соблазнительную картину.
В тот момент самое заурядное кольцо на длинных пальцах мужчины засияло.
Благодаря этому трепетному поцелую кольцо мгновенно стало вирусным в интернете.
Поскольку в кадре был виден лишь простой ободок, пользователям было сложно определить бренд.
Эксперты в области ювелирных изделий и аксессуаров отмечали в своих блогах, что подобный дизайн был популярен более десяти лет назад, и тогда похожие модели были почти у каждого бренда.
Просто сейчас, наверное, такое уже почти невозможно найти.
Именно поэтому, хотя Фэн Юнь носил кольцо уже давно, мало кто догадывался, что оно связано с его любовью.
По привычке большинство людей считало, что это просто семейная реликвия, переданная старшим поколением.
Но из-за благоговейного выражения лица Фэн Юня при поцелуе, из-за его искренней, ничем не прикрытой горячей любви, это кольцо приобрело особый смысл.
Пользователи сети прозвали его «Кольцом любви и удачи».
На волну поисковых запросов желающих купить такое же, первой отреагировала корпорация семьи Ли.
Уже через полчаса их официальный блог опубликовал фото почти аналогичного кольца, объявив о возобновлении производства данной модели.
Это вызвало ажиотаж среди пользователей, желающих сделать предзаказ.
Человеком, который так молниеносно уловил возможность и принял решение, был Ли Юаньшу.
Но когда отец похвалил его за деловую хватку, улыбка молодого человека скрывала горечь.
Он так быстро отреагировал, потому что в тот момент, когда губы Фэн Юня коснулись кольца, он сам отчаянно захотел его.
А затем, увидев реакцию в сети, он понял, что это действительно шанс, который нельзя упускать.
Это позволило Ли Юаньшу быстро воспользоваться возможностью и создать небольшой бум для корпорации Ли после удара, нанесенного по их бизнесу Фэн Юнем.
Но, увы, и успех, и поражение исходили от одного и того же человека, что заставило Ли Юаньшу почувствовать горечь иронии.
Нин Ань, прислонившись к изголовью кровати, наблюдал за шумихой в сети, спровоцированной Фэн Юнем.
Смотреть на это со стороны было неловко, но в то же время интересно и очень приятно. Нин Ань опустил ресницы, но его сердце было переполнено счастьем и сладостью.
Настолько переполнено, что больше ничего не могло в него поместиться.
Он снова и снова пересматривал видео, где Фэн Юнь целовал кольцо.
Нин Ань знал вкус этих губ — тёплых, мягких, которые могли быть нежными, но могли быть и сильными, лишающими дыхания...
Этот предельный соблазн и щемящее чувство поднимались из самых глубин его существа, прогоняя сонливость.
Нин Ань непроизвольно стал соблазнительным и чувственным, словно созревший плод — румяный, сладкий, готовый выпустить сок при малейшем нажатии.
Только сам он этого не видел и не осознавал.
Находясь за тысячи километров, он был очарован и возбужден публичным поцелуем Фэн Юня.
Юноша бессознательно провёл пальцем по ободку кольца на своём безымянном пальце.
Раньше оно действительно казалось ему уродливым. Но то ли он привык, то ли просто его чувства к Фэн Юню изменились, и теперь это кольцо уже нельзя было оценивать просто как красивое или некрасивое.
Потому что оно стало для него важным.
Нин Ань больше не пытался украдкой снять и спрятать его, чтобы никто не увидел.
Сейчас он тоже не акцентировал на этом украшении внимание, скрывая его среди других колец, но когда кто-то замечал его, он испытывал странное чувство удовлетворения.
Они с Фэн Юнем заключили союз в отчаянных обстоятельствах. Оба действовали неохотно, с недовольством в сердце, но оба не стали возражать против нелепой детской помолвки, просто чтобы избежать невыносимого бремени жизни, спрятавшись вдвоем в одной раковине.
Как два ощетинившихся дикобраза, они долго искали подходящую дистанцию для совместного существования, отчаянно желая поскорее выбраться из тесного укрытия.
Это кольцо ярчайшим образом символизировало их тогдашнее отношение к этому браку.
Но после трудных и болезненных испытаний их раны зарубцевались, и они, тесно прижатые друг к другу, незаметно срослись плотью и кровью.
Они стали одним целым.
И это кольцо стало свидетелем их счастья и удачи.
Телефон на подушке завибрировал, вырвав Нин Аня из хаотичных мыслей.
Поступил запрос на видеозвонок от Фэн Юня.
Юноша схватил телефон, на мгновение задержав взгляд на нике звонившего, прежде чем нажать кнопку ответа.
Фэн Юнь, казалось, тоже только что вышел из душа: мягкая чёлка спадала на лоб, а губы были такими же алыми, как когда он целовал кольцо.
Нин Ань смотрел на него, завороженный. Его сердце бешено билось, и он не знал, что сказать.
— Что случилось? — Фэн Юнь наклонился ближе, словно хотел сократить расстояние между ними. — Кто-то обидел тебя?
— Нет, — тихо ответил Нин Ань, отводя взгляд от его губ и встряхивая головой.
Фэн Юнь отклонился назад, задумчиво рассматривая мужа.
Кончики волос Нин Аня были мокрыми, уголки глаз слегка покраснели, влажный взгляд затуманился, припухшие губы чувственно блестели. Его тело излучало сексуальное желание и страсть.
Фэн Юнь сидел на балконе спальни, а телефон, вероятно, стоял на подставке.
Мужчина долго молча смотрел на Нин Аня, затем опустил глаза и тихо рассмеялся, хрипло спросив:
— Ты знаешь, как сейчас выглядишь?...
— М-м? — Нин Ань ещё не полностью вышел из своего эмоционального состояния и отреагировал медленно. — Как я выгляжу?
— Ты сейчас, — голос Фэн Юня стал глубже, а взгляд — темнее, — выглядишь так, будто я только что переспал с тобой... или будто ты сам собираешься прийти в мою комнату, желая заняться сексом...
Нин Ань моргнул, и его лицо мгновенно вспыхнуло. Он поспешно попытался остановить его:
— О чём... о чём ты? Ты же представитель нового социалистического поколения!
Его томно поблескивающие глаза округлились, щёки нежно-розового оттенка надулись, влажные губы распахнулись.
Никакой угрозы, только соблазн...
Фэн Юнь смотрел на него молча. В его взгляде бурлило штормовое море.
— Нин Ань, я скучаю по тебе, — кадык дрогнул. Фэн Юнь прикусил нижнюю губу, и, сглотнув, хрипло продолжил: — Хочу тебя.
Нин Ань смущённо прикрыл глаза рукой.
Он почувствовал, как под этим диким, глубоким взглядом Фэн Юня всё его тело нагревается, и его накрывает волна возбуждения.
Фэн Юнь тихо рассмеялся. Его смех был словно шелест листьев на ветру, щекочущий и вызывающий мурашки, заставляющий невольно поднять взгляд.
Нин Ань взглянул на экран сквозь пальцы — Фэн Юнь напоминал хищника, увидевшего свою добычу.
Юноша неуклюже попытался сменить тему:
— Как прошёл банкет в честь дня рождения дяди?
Хотя накануне он позвонил Чу Юньхэ с поздравлениями, ему всё равно было неловко:
— Я не смог приехать... Как ты думаешь, они не обиделся?
— Ты же не развлекался, — Фэн Юнь тихо вздохнул, ткнув в экран в районе его щеки. — Ты работал, так устал... Они с Лю Цин скорее переживают за тебя, зачем им обижаться?
Нин Ань поджал уголки губ в улыбке, отбрасывая тревогу.
Фэн Юнь тоже улыбнулся:
— К тому же, семья Чу Юньхэ не настолько неразумная, чтобы цепляться к формальностям.
Даже признав семью отца, Фэн Юнь всё равно подсознательно считал, что дом Чу Юньхэ — это только его дом.
Точнее, дом Чу Юньхэ, Лю Цин и Чу Яянь, и это не имеет к нему особого отношения.
Даже если в семье все тепло его принимали, даже если он знал, что Чу Юньхэ не виноват перед Фэн Жань, годы разлуки между ними не могли исчезнуть просто так.
К счастью, теперь его семьей стал Нин Ань, а домом – то место, где они с Нин Анем жили.
Ему этого было достаточно.
Фэн Юню очень хотелось продолжить дразнить мужа, но он боялся, что тот снова закроет лицо, поэтому он сдержался и просто продолжил болтать о всякой всячине.
Иногда Нин Ань сам любил его поддразнивать и флиртовать, но если Фэн Юнь начинал дразнить его в ответ, юноша легко смущался.
Помолчав, Фэн Юнь снова заговорил о банкете:
— Чу Юньхэ пригласил Ло Сюдяня с отцом, а также... семью Нин Шицю.
Нин Ань кивнул, показывая, что понял.
Раньше Фэн Юнь не любил семью Нин, особенно Нин Шицю, потому что тот плохо обращался с Нин Анем. Но поскольку он был отцом Нин Аня, Фэн Юнь терпел. В конце концов, они виделись всего раз в месяц-два, и он мог просто защищать Нин Аня, чтобы тот не страдал.
Но после того, как он узнал правду о происхождении своего супруга, семья Нин перестала его волновать.
Однако Чу Юньхэ не знал этих подробностей и, учитывая чувства Нин Аня, всё равно отправил им приглашения на свой день рождения.
К счастью, Нин Шицю проявил скромность и не пришёл, но Ло Сюдянь с отцом на мероприятии активно заводили связи и раздавали визитки, что вызывало у Фэн Юня смешанные чувства.
Бизнес семьи Ло был немаленьким, но сильно не дотягивал до бизнесов гостей, приглашённых Чу Юньхэ.
Люди, к которым в обычное время трудно было даже попасть на приём, теперь стояли рядом с ними.
Отец и сын сдерживались почти до конца банкета, после чего начали активно налаживать связи.
Это не было позорно, но всё же немного неуместно на чужом дне рождения.
Нин Ань представил эту картину и сказал:
— В будущем, если будут какие-то события, не приглашай их.
Фэн Юнь кивнул.
Было уже поздно. Они смотрели друг на друга, не в силах насмотреться, но больше не говорили.
Им так не хотелось разрывать связь...
— Спи, уже поздно, — наконец улыбнулся Фэн Юнь, потирая виски. — Сегодня я тоже не буду работать, устал.
— Хорошо, — Нин Ань немного поёрзал и быстро смущённо проговорил: — Я так по тебе скучаю, Фэн Юнь.
Он хотел сразу же повесить трубку, но Фэн Юнь быстро задал вопрос, и юноша замер.
— Насколько сильно? — уголки губ Фэн Юня приподнялись, ему резко расхотелось спать.
В конце концов, он ещё не наигрался.
— Выше неба, глубже моря, — Нин Ань сразу же выдал сладкие слова с очень серьёзным выражением лица.
Но Фэн Юнь счел это милым.
Подперев щёку, мужчина смеялся какое-то время, затем сказал:
— Ты только и умеешь, что говорить приятное.
И добавил:
— Но даже этого достаточно, чтобы я был счастлив.
Нин Ань рассмеялся, его глаза сияли.
Фэн Юнь не смог сдержаться:
— Нин Ань, подвинься ближе.
Нин Ань снова закрыл глаза и приблизился, камера сфокусировалась на его розовых губах. Фэн Юнь смотрел некоторое время, затем серьёзно поцеловал экран.
Для взрослых такое поведение может казаться детским и смешным, но они оба были увлечены игрой и каждый раз делали это очень искренне.
После поцелуя Фэн Юнь провёл пальцем по экрану, очерчивая контур его губ, затем позвал:
— Нин Ань?
— М-м? — Нин Ань отодвинулся, глядя на супруга с улыбкой в глазах.
— Я тоже скучаю по тебе, — сказал Фэн Юнь, поджав губы. Его дыхание участилось. — Ты задолжал мне много ночей. Отдай, когда вернёшься.
Нин Ань моргнул, закусив нижнюю губу. Сердце бешено колотилось в груди.
Он услышал, как Фэн Юнь продолжил говорить, голосом хриплым до неузнаваемости, медленным и соблазнительным:
— Я хочу... поиметь тебя... хочу жёстко трахнуть... хочу восполнить всё, что пропустил за это время. В разных позах, разными способами... Хочешь?
Нин Ань опустил голову, его уши и щёки запылали, длинная шея порозовела, и этот розовый оттенок терялся под воротом пижамы.
Фэн Юнь смотрел на любимого, а в глазах его плясало тёмное пламя.
Он ждал долго, и уже думал, что не дождётся ответа, как из динамика раздался едва слышный ответ:
— Да...
Сердце Фэн Юня замерло, дыхание остановилось, и лишь спустя несколько секунд он тихо рассмеялся.
Нин Ань не дал ему продолжить слишком уж откровенный разговор, поспешно отключил видео и зарылся в одеяло.
Но он действительно безумно скучал по Фэн Юню.
По его губам, целующим кольцо, по его дикому, глубокому взгляду, по ресницам, влажным от пота, по тому, как он целовал его слёзы и спрашивал: «Тебе нравится, когда я вхожу в тебя? Почему плачешь? Попробуем пожёстче, а?»
Нин Ань скучал по его низкому, хриплому голосу, звучащему в ушах: «Так хорошо? Нравится?»
Юноша несколько раз перевернулся на кровати, чувствуя, как твердеет в паху. Затем он встал и снова пошёл в душ.
Немного разрядившись и успокоившись, он вернулся в кровать.
Телефон по-прежнему лежал на подушке.
Нин Ань дотронулся до него, экран загорелся, показывая два сообщения от Фэн Юня:
- Не дурачок ли ты? Всё, что я скажу, ты принимаешь всерьез?
А затем:
- Спи. Спокойной ночи. Я люблю тебя.
Нин Ань прижал телефон к груди и закрыл глаза, не отвечая.
Потому что с Фэн Юнем он и правда становился немного глуповатым.
Так же, как Фэн Юнь, видя лишь в нем единственном свой любовный интерес, по-детски капризничал, так и Нин Ань только с Фэн Юнем становился по-настоящему глупым, болтливым, похожим на легкомысленного девятнадцатилетнего парня.
................................
От автора:
Я правда хотела развивать сюжет, но эти двое настояли на любовных сценах, и я не смогла их остановить *прячет лицо в ладонях.jpg*