Аэрита

Деревня Мордеc была непримечательной. Особого отличия от деревень Японии я не наблюдал, стиль почти полностью копирует нашу страну. Но в первую очередь, прежде чем нападать на стаю голодных псов, мне нужно разузнать, как тихо подобраться к их логову. И ничего логичного, кроме бара в деревне, я не нашёл. К сожалению, а может, и к счастью, в баре не было ни души. Лишь один бармен, который холодным взглядом протирал бокалы из-под вина. Садясь за столик напротив бармена, я спросил:

— Можно немного воды?

Он незамедлительно достал стакан из вывешенной тумбочки и налил мне холодной водички. Бармен, глядя на меня, спросил:

— Трудный день у вас был?

— Не знаю, как ты узнал, но попал в точку, — ответил я, допивая стакан воды.

— По крови на вашей рубашке больно не заметить такую массированную окраску.

— Да, спасибо, мистер бармен, я как будто бы и не заметил... И всё же, тускловато у вас с народом, я смотрю.

— Да, поэтому я последую за своим отцом в лес Яматай для обретения духа.

Как вдруг на улице раздались крики и мольбы о помощи. Моментально выбегая, я вижу вооружённую охрану из двадцати человек на конях и повозку с клеткой. А в клетке сидела получеловек-полудракон (далее дракониха). Бармен, выйдя ко мне, произнёс:

— Ничего необычного для этой деревни. От неё остались лишь руины славы и чести, всё остальное захватила жадность и алчность.

Уйдя обратно в здание, я ещё две минуты стоял в раздумьях, а затем решил зайти снова. Сев за столик, я сказал:

— Я ненавижу работорговцев, они не могут себе позволять делать всё, что хотят.

— К сожалению, это невозможно исправить, здесь кишит злоба. К тому же власть подкуплена и закрывает на всё глаза.

Стукнув стаканом о стол, я резко встал:

— Спасибо, я напился, — и, делая разворот в сторону двери, услышал:

— Держи это.

Оборачиваясь, я увидел, что в моём направлении летит револьвер. С трудом поймав его, бармен произнёс:

— Эти клинки и оружия не ржавеют, не нуждаются в заточке, и их абсолютно невозможно сломать. Таких оружий всего несколько в мире, один я отдаю тебе. Его сделал мастер-кузнец Алегриф. В твоих руках один из 21 экземпляра оружий класса мейто. Ему не нужны настоящие пули, достаточно, чтобы ты питал её магией, и она будет сбалансированно стрелять ею. Не спрашивай, откуда она у меня, зачем я тебе дал её и кто я. Просто спаси эту дракониху и уничтожь то зло, что затаилось здесь.

Осматривая револьвер, я понимал, что он мне ещё пригодится. Закинув его в портфель, я помахал правой рукой бармену, даже не взглянув на него.

Выйдя из здания, я заметил, что местные селяне окружили меня, угрожающе шепча:

— Мы не любим чужаков, надо прогнать всех, они другие, они чужие.

Отступать было некуда. В панике я достал револьвер и, не раздумывая, выстрелил в небо. Пуля разорвала тишину, и селяне, испугавшись, упали на землю. Пробежав мимо них, я вскочил в один из переулков. Канализация! Это был единственный способ спасти как себя, так и местных. Плюс ко всему, по карте канализаций я смогу добраться до здания работорговцев.

Уже два часа ночи, и я всё ещё блуждаю во тьме. Внезапно раздались хрусты и шорохи сзади, и от испуга у меня сердце замерло. Обернувшись, я увидел огромную крысу, размером с человека. Ничего не придумав, я схватил свое новое оружие и, полон решимости, произнёс:

— Тьма.

Из моих рук потекла мана, обвивая револьвер, и тот принял серебристо-серый оттенок. Приняв позу стрелка, я прицелился и сделал первый громкий выстрел. Нога крысы разлетелась на множество кусков, и, к моему ужасу, она, не стесняясь, начала есть свою же конечность, принимая её за кусочек еды. От этого зрелища меня вырвало, и я выпустил водопад зеленой слизи в канализационные воды.

Очухавшись от недавних ужасов, я снова прицелился, целясь прямо в голову, и произнёс последний выстрел. Крыса рухнула, исчезнув в стоках канализации.

Восстанавливаясь после пережитого, я наконец добрался до люка, ведущего в склад продовольствия работорговцев. Сердце стучало в груди, и я чувствовал, как волнение переполняет меня. Я знал, что на этом пути меня ждет не только опасность, но и возможность встретить кого-то, кто изменит мою жизнь. Мысли о драконихе не покидали меня, и я понимал, что должен сделать всё возможное, чтобы спасти её.

С каждым шагом я чувствовал, как в моём сердце загорается пламя надежды и решимости. Я знал, что впереди меня ждёт не только бой, но и возможность обрести что-то большее — связь, которая могла бы стать началом чего-то прекрасного в этом мрачном мире.
Немного приоткрыв люк и удостоверившись в том, что никого нет, я вылез и прижался к коробкам. Внезапно, учуяв какую-то беду, в склад вбежала ещё одна эльфийка в одинаковом одеянии. Со слезами на глазах она села на один из деревянных ящиков рядом со мной. Чтобы не выдать себя, я схватил её сзади и прикрыл рот, чтобы она не смогла закричать. Но, к моему удивлению, я понял, что она даже не в состоянии произнести ни слова.

Слыша её тихий, плачущий шёпот, я почувствовал, как моё сердце сжалось от сострадания:

— Мама, папа, я хочу домой... Я хочу увидеть родных, друзей... Спасите меня, кто-нибудь...

Я, убедившись, что вокруг никого нет, решил дать ей возможность говорить. Но вместо этого она, с ужасом в глазах, стала рассматривать меня.

— Эй, глупышка, ты что, плачешь? — попытался я улыбнуться, стараясь подбодрить её своим теплом.

Но в ответ я получил по лицу ладонью.

— А нечего сначала красть, а потом ещё и спрашивать! — нахмурившись, тихо проговорила она про себя.

— Так, расскажи мне, кто ты, как ты, зачем ты здесь и прочее...

— Я Алексия...

— Стоп, что?! — закричал я, в полном недоумении сев на ящик.

В этот момент волнение наполнило воздух вокруг меня, как будто сама тьма реагировала на мои эмоции. Сердце бешено колотилось в груди, а в голове проносились мысли о том, как именно я попал в эту ситуацию. Передо мной сидела не просто эльфийка, а кто-то, кто мог стать моим союзником в этой борьбе. Я чувствовал, как между нами начинает зарождаться связь, и это наполняло меня.

Но мои крики были услышаны, и в тот же миг в склад ворвались двое мечников в тяжёлой броне. Не медля, я моментально достал револьвер и выстрелил в них из-за ящиков. Одного разорвало на куски, другой же лишился головы.

Встав из-под укрытия, я произнёс:

— Так мне это тебя надо спасти? Пошли со мной, быстро, пока за нами не началась охота.

— Не хочу...

— Мда, что за назойливая девочка. В смысле, не хочу? Ты в заточении, вообще-то! Мне сказали вызволить тебя!

— Я бы с радостью сбежала с тобой, но не могу бросить остальных — детей, женщин, мужчин, оставшихся здесь. Они заслуживают такой же жизни, как и я. Если ты готов помочь мне в их освобождении, то я пойду с тобой. И вообще, нет никаких оснований полагать, что ты действительно хочешь меня вызволить, а потом ещё и продать. Я ведь ценный "груз".

Я, закрыв лицо в нервном состоянии, отвёл взгляд:

— Так, давай проясним. Буквально часа 5-6 назад на нашем пути появилась вся растерзанная эльфийка-служанка с мольбой о помощи её хозяйке — тобишь тебе. Мне было бы абсолютно плевать, я бы не рисковал своей жизнью, если бы не уговаривала вся в слезах девушка. Я не могу просто взять и растоптать все её чувства — я не дам ей этого оскорбления.

— Кто это была? — спросила она, задумчиво.

— Эгриция, — ответил я.

— Ах, понятно, так хоть кто-то из нас сумела выбраться, — сказала Алексия, продолжая, — тогда у меня просьба, мистер: помогите сбежать и остальным заточённым людям.

— Чёрт, — вздохнул я, — я и чувствовал, что выбраться отсюда будет очень сложно. Ладно, куда мы направляемся дальше?

Как вдруг она прижалась ко мне и прошептала:

— Спасибо.

В этот момент, когда наши взгляды встретились, в воздухе повисло что-то большее, чем просто благодарность. Это была искра надежды, соединяющая наши судьбы в этом мрачном мире, где каждый шаг мог стать последним.

Я просто стою в шоке. Минуту назад эта особа делала мне мозги, а сейчас обнимает меня. Не сумев выбраться из её крепких объятий, я продолжаю её слушать:

— Нам надо выбираться, я покажу, где остальные заключённые.

— Э... хорошо... — в ответ я тоже обнял её, от чего она покраснела, но не хотела отпускать. Я продолжил: — А принцесса из дворянской семьи не такая уж и зануда, ахахаха.

— Дурак, — тихонько сказала она, но объятия не ослабели.

Спустя минуту пятую, я уже бегу за руку с Алексией, стараясь найти дверь в тюремной клетке. И, наконец, она появляется перед нами. Не медля, открывая дверь, мы спускаемся по лестнице и видим перед собой множество клеток, полных украденных людей и полулюдей. Да, живой рабский труд явно почитается в этом мире...

Сделав ещё шаг, я слышу:

— Смотрите-ка, кто у нас здесь появился, — раздался насмешливый голос сзади, — служанка, которая сбежала, а потом ещё и вернулась. И мальчик, который решил поиграть в героя.
Оборачиваясь, я вижу толстого, жирного богача, и все мы знаем, как он заработал свое состояние. За его спиной стоят двадцать человек, вооружённых до зубов. «Будет нелёгкая битва», — подумал я, сердце забилось быстрее.

— Зачем вы торгуете людьми? — спрашиваю я, стараясь звучать уверенно.

— Раз ты смог пробраться сюда, думаю, могу тебе рассказать, — с ухмылкой отвечает толстяк. — Пацан, это чистый бизнес, зародившийся уже как тысячу лет назад. Мы захватываем и продаём, это наша работа. Главный работорговец в этих краях — граф Мильберг, верно, принцесса Алексия?

Она прячется за моей спиной, её страх ощутим, но в то же время я вижу, как в её глазах вспыхивает огонь.

— Так значит, этот ублюдок заплатил вам, чтобы вы схватили меня? — продолжает она, и я чувствую, как её решимость растёт.

— Ну теперь всё встаёт на свои места, — говорю я, сжимая кулаки. — Но почему вы сразу не отправили её к нему?

— Видишь ли, — начинает жирный, словно наслаждаясь своим превосходством, — если бы я её отправил сейчас, то не смог бы вдоволь понасладиться ею. Но, увы, не успев даже дотронуться до неё, как заявился ты! И я понятия не имею, почему человек так дорожит этой тупой дочкой затерянного королевства.

В этот момент я чувствую, как напряжение нарастает. Взгляд толстяка полон презрения, а его охранники, готовые к действию, словно собаки, ожидающие команды. Алексия, хотя и напугана, прижимается ко мне, и это придаёт мне сил.

— Ты ошибаешься, — произносит она, её голос звучит твёрдо, как сталь. — Я не просто «тупая дворянская дочка». Я — дочь королевства, и за мной стоит моя история, которую ты не сможешь уничтожить!
-Это не имеет значения, и я намереваюсь её спасти, ведь я дал слово её спутнице, — произнес я, чувствуя, как в груди загорается пламя решимости.

— А, ты про ту жалкую эльфийку, которая ни за что не хотела рассказывать о принцессе? — насмехался жирный мужик, его глаза блестели от жадности.

— Она не жалкая! — возразила Алексия, сжимая мои плечи, словно искала в них защиту.

— В любом случае, ты расскажешь нам, как попасть в мир эльфов! — его голос звучал угрожающе, словно предвестие беды.

— Так, я хочу перебить ваш разговор, — произнес я, стараясь сохранить спокойствие, даже когда внутри все кипело. — Мне настолько похрен, что у вас тут творится, но я ухожу отсюда, со всеми этими затощенными людьми и полулюдьми.

Алексия прижалась к моей спине, её дыхание стало учащенным.

— Ты же не оставишь меня здесь? — в её голосе звучала паника.

— Нет, конечно, глупышка, но сначала, блин, отпусти меня, — ответил я, продолжая в мыслях: — Вашу ж мать, я пришёл в этот мир и моментально попадаю в проблемы. Зетра, прости, пожалуйста.

Вдруг в моих мыслях раздался голос Зетры, как гром среди ясного неба.

— Ты жалок, Иширо, почему ты просишь у меня прощения? Ты делаешь верные действия. Я горжусь тобой, хоть ты и тупой эгоист, но душа у тебя добрая. Спаси этих людей и полулюдей!
Мне дали согласие на расчистку этого здания, так что нападайте, — произнес я вслух, открыв глаза и чувствуя, как прилив адреналина наполняет моё тело.

Как только я это сказал, работорговцы начали двигаться в мою сторону. Внезапно дверь отлетела на два метра, и в зал ввалился мужик средних лет с накаченным телом и боевым молотом в руках.

— А вот и я! — закричал он, его голос звучал как гром среди ясного неба.

Я остолбенел, не в силах произнести ни слова, в то время как он продолжал:

— Вы украли мою жену, а потом убили её. Я намереваюсь очистить зло по всему континенту!

Едва успев прийти в себя от его внезапного появления, он метнул молот, и всего за несколько мгновений расправился с пятью работорговцами. Затем, остановившись рядом с нами, он обратился ко мне:

— Господин Иширо, верно же?

Я кивнул, не в силах отвести взгляда от его мощного тела и уверенности в движениях.

— Я возьму на себя кучу мелких сошек, — продолжил он. — А тебе предстоит разобраться с этим жирным ублюдком.

Я посмотрел на противников: два человека против пятнадцати работорговцев и одного босса в виде жирного мужика. Этот подонок достал из кармана кинжал длиной сантиметров 15, который начал светиться ярко-желто-красным оттенком.

— Бэн, — произнес я, обращаясь к своему новому союзнику, — что это за артефакт?

— Это артефакт, изготовленный легендарным кузнецом, — объяснил он, — один из 21 оружия мейто класса.

В моей памяти всплыли слова бармена: «Крест изготовит оружия, которые не требуют заточки, не умеют повреждаться и не ржавеют».

— Это третье оружие по счету, Кинжал Чинцына, знаменитого полководца старых времён, — продолжал Бэн. — Говорят, что с этим кинжалом он завоевал два больших города. Но все мейто-оружия кажутся простыми, если их обладатели не знают, как ими управлять. В руках опытного мага и бойца они становятся грозным оружием.

Я, доставая свой револьвер, не мог не заметить, как Бэн с восторгом смотрел на меня.

— Я и не знал, что шестое мейто-оружие является вашей собственностью! — воскликнул он. — Единственное оружие с быстрой перезарядкой и дальностью, ни один револьвер сейчас не сможет сравниться с магией. Вы хорошо вооружены!

Я растерянно ответил ему, прося сосредоточиться на истреблении противников. Бэн кивнул и бросился в бой с пятнадцатью вооруженными мечниками, в то время как я направился к жирному мужику.

— Ты думаешь, что шестое оружие по классу сможет одолеть третье по счету? — насмехался он, его голос звучал, как будто он уже победил. — Знаешь, почему их распределили по счету? Из-за их убойной мощи. Твоё оружие по своему существу расположено ниже моего клинка, а значит, и слабее. Этот клинок может впитывать ману и магию нападающего и с той же силой отклонять её в нападающего. Ты против меня просто не можешь пойти, ахахаха!

Сравнение его оружия с моим разозлило меня.

— Ты уверен? — произнес я, прицеливаясь и делая выстрел. Пуля разорвала его левую ногу, и он упал, изумленно глядя на меня.

— Что??? Да не может такого быть! — его голос дрожал от шока.

Я знал, что это только начало. Бой только разгорелся, и я был готов идти до конца, чтобы очистить этот мир от зла.
— Бесполезный клинок, ты должен был питать магию!!! — воскликнул жирный.
Я же подходя ближе к жирному мужику:
— Перед тем как махать лучшим оружием, надо сначала его изучить, неуч. А не биться, даже не зная его преимуществ.

Я стоял напротив него, в метрах от него, прицеливаясь прямо в голову.

— Покушай говна, жирный ублюдок! — крикнул я, и раздался выстрел. Его голова разлетелась на мелкие кусочки, кровь и мозги обрызгали стену.

— А вот это мы заберём, — произнес я, подходя к кинжалу, который он оставил. Подняв его, я начал рассматривать. Ничем не примечательный обычный кинжал. — Ну что ж, ты будешь теперь жить у меня в рюкзаке.

После этих слов я огляделся и заметил, что остальные работорговцы тоже перебиты. Бэн с довольным лицом продолжал сражаться, его мускулы работали, как машина, а глаза сверкали азартом.

Алексия сидела на полу, закрыв глаза, её лицо было покрыто слезами. Я подошел к ней и наклонился, чтобы заглянуть ей в глаза.

— Ты чего ревешь? Всё уже закончилось, пора выбираться отсюда, — сказал я, стараясь придать голосу уверенность.

— Я... я... Из-за меня вы подвергали себя опасности, — всхлипывала она, её голос был полон печали.

— Если честно, я даже не знал, кто здесь заточён, поэтому я сам себя подвергал опасности, — вставил Бэн, его лицо выражало искреннее сожаление.

— Да, Бэн, куда ты теперь? — спросил я, обращаясь к нему.

— Пока не знаю. А есть предложение? — его глаза блестели от интереса.

— Что скажешь, если ты пойдёшь со мной? К тому же, сможешь отомстить за свою жену, — предложил я, надеясь, что он примет это предложение.

— Вполне разумно. Я готов следовать за вами, но ни к чему подчиняться не буду, — ответил он, его голос звучал уверенно.

— Дело твоё, — сказал я, переводя взгляд на Алексию. — А ты что собираешься делать? Эгриция будет очень рада, если вы объединитесь. Но разгуливать вам вдвоём на территории кишачей — опасностью лучше не стоит.

Она покачала головой, и в её глазах заблестели слёзы, но на этот раз это были слёзы облегчения.

— Я не знаю, что делать, — ответила она, — но если вы будете рядом, мне будет легче.

Я почувствовал, как в груди разливается тепло.

— Мы справимся, — произнес я, уверенно взглянув ей в глаза. — Вместе мы сильнее, и я не позволю, чтобы что-то случилось с тобой.

Бэн кивнул, и, казалось, в его глазах тоже появилось понимание. Мы стояли в окружении разрушений, но в этот момент, несмотря на хаос, я ощутил, что у нас есть друг друга.

Подойдя к клеткам, я начал освобождать людей и полулюдей. Алексия, стоя рядом, спросила:

— А у меня есть выбор?

— Всегда и у всех есть выбор, — ответил я, продолжая открывать клетки. — Но в твоём случае за тобой начнётся охота, а твой ненасытный суженный граф Мильберг не сможет найти себе место.

— Не надо вспоминать этого ублюдка! — воскликнула Алексия, её голос дрожал от гнева. — Он хочет только моё тело и ничего более!

— А как вообще так получилось, что он твой будущий муж? — спросил я, подходя к драконихе, которую освобождал. Алексия вздохнула, её глаза наполнились грустью.

— Он заключил союз с Королевством эльфов на защиту нашей территории, заколдовал моего отца, короля Ангарда, чтобы тот дал согласие на наш политический брак. Но, как я поняла, он хочет заключить союз, чтобы полностью взять под контроль эльфийский мир и тем самым захватить Королевство. А мой отец вообще слеп и не видит всех козней с его стороны.

Я освободил дракониху и, обернувшись к Алексии, спросил:

— И что ты собираешься делать, Алексия?

— Спасибо, что помогли мне, — сказала дракониха, кланяясь с благодарностью.

Я взволнованно поднял руки, чтобы остановить её.

— Не надо меня благодарить, хехе, — попытался я шутить. — Лучше поблагодарите Алексию.

Алексия посмотрела на меня с лёгкой улыбкой, но её глаза всё ещё отражали тревогу.

- Я не хочу возвращаться в Королевство, потому что мой народ ополчится против меня и силой отправит к этому графу. Не могли бы вы приютить на время двух эльфиек? — произнесла Алексия, её глаза искрились надеждой и страхом.

- Конечно, но стоит ли тебе доверять, обычным путникам? У меня сейчас совсем другие задачи, и отправка с тобой в мир эльфов не входит в мои планы, — ответил я, отпирая последнюю клетку, чувствуя, как холодный ветер проникает в сердце.

- Я понимаю и не хочу быть обузой. Если вы поможете мне избавиться от графа Мильберга, я готова отдать всю себя вам в ваше попечительство, — Алексия покраснела, её голос дрожал от волнения.

- Да не нужна мне какая-то эльфийка в качестве невесты. Моя единственная задача сейчас — вытащить бедную ведьму Зетру, — произнес я, стараясь скрыть растерянность.

- Зетра? — удивилась дракониха, её глаза расширились от недоумения. — Почему вы хотите вытащить из заточения ужасную ведьму, которая могла уничтожать города?

- На самом деле, она изучала тёмную магию не из своей прихоти. Её подвели, а когда ей нужна была помощь, все отвернулись, — продолжил я, чувствуя, как в груди нарастает чувство сострадания. — Я не могу просто так забить на тёмную эльфийку, которая спасла меня от гибели.

- Ты чуть не умер? — Бэн остановился от своей качалки, его голос был полон удивления и обеспокоенности.

- Да, можно сказать, что меня сбила карета, а она чудом исцелила меня, — ответил я, глядя на Бэна, и внутри меня боролись противоречивые мысли. — Простите, друзья, но пока я не могу рассказать о том, что меня призвали в этот мир.

Я чувствовал, как напряжение в воздухе сгущается, и в этот момент, взглянув на Алексию, заметил, как её глаза полны надежды и страха. Мы все оказались в плену своих судеб, и, может быть, именно в этом переплетении судеб и заключалась та самая искра, что могла зажечь пламя перемен.

- Сожалею, Иширо-кун, я хотела бы присоединиться к вам, чтобы избавить этот мир от зла. Меня зовут Изуми Ильгарс, - произнесла я, чувствуя, как сердце бьется быстрее от волнения.

- Конечно, но перед этим мне хотелось бы спросить, что вас сподвигло вступить ко мне в команду? - спросил я, приподняв бровь в ожидании ответа.

Бэн, подойдя ко мне с серьезным лицом, начал рассказывать свою историю, и в его голосе звучала горечь:

- Так уж и быть, слушай. В юном возрасте я начал тренироваться, качая бицепсы и трицепсы, мечтая стать отличным лесником. В 20 лет я встретил девушку, которая была удивительной, красивой и жизнерадостной. Она стала моей женой, и вскоре у нас родился сын. Но однажды, в самый темный момент нашей жизни, работорговцы убили мою жену. Их было слишком много, и, не сумев спасти её, я, как последний трус, сбежал с нашим двухлетним ребенком в горы Арела, что севернее нашего города. Мой путь был полон опасностей, ведь горы населяли чудовища, о которых я и не догадывался. Но, несмотря на страх, я покорил гору. На её вершине, в одной из пещер, жил старик, мудрость которого не имела равных. Под гнетом утраты я не видел жизни без своей жены. Тогда старик предложил мне обучиться мастерству владения любым оружием, укреплению духа и железной кожи, благодаря чему я мог остановить кровообращение на короткое время, чтобы кровь не сочилась из раны. Я принял это испытание и погрузился в изнурительные тренировки. Пять лет спустя я понял, что освоил все, что мог у старика. Однажды ночью я покинул гору, оставив сына под его заботой, чтобы тот обучился всем тем знаниям, что я сам приобрел. И вот, провозгласив себя мясником работорговцев, я очистил город Арел от этой напасти. Но жажда мести не утихла, и я направился на юг. Там, в деревне Мордес, я узнал, что работорговцы продолжают свою нечестивую деятельность. Я чувствовал, что моя месть еще не завершена, и в сердце зреет гнев. Романтика жизни, которую я потерял, превратилась в алчность к справедливости, и теперь я готов был сразиться с любым злом, которое встанет у меня на пути.

-Сочувствую, Бэн, — сказал я, глотнув слюны.
Бэн продолжал уходить дальше, его тело слегка покачивалось от усталости. — Надеюсь, ты мне поможешь очистить южные регионы от этих полуумных придурков.

— Конечно, я сам хотел тебе это предложить, — ответил я, глядя на него с решительностью. Затем мой взгляд переместился на Изуми. — А ты, Изуми, как ты сюда вообще попала?

— Сэр Иширо, у меня не все так просто, — начала она, ее голос дрожал от воспоминаний. — Я с детства была озорной девочкой, мечтавшей вырваться из долины драконов. Но старейшины постоянно твердили мне, что, покинув это место, я окажусь в еще большей опасности. Походы и путешествия разрешались лишь через сто лет после дня рождения. Но когда мне исполнилось 67 лет, в нашу деревню напали демоны. Они убивали, насиловали, захватывали…

Ее голос задрожал, и я почувствовал, как в воздухе повисло напряжение.

— Моя мама была смышленой, она знала, что делать. Мы скрылись в южных регионах, прятались почти год. Но, как ты знаешь, мир, в котором мы живем, полон ужасов. Когда мы, наконец, осмелились переехать в новое место, близкое к городу Шашинэ, нас арестовали. Мою маму отправили к солдатам, а меня — к ужасным работорговцам. Я оказалась в деревне Мордеc, где жизнь не стоила и гроша.

Слезы катились по ее щекам, но я видел в ее глазах огонь, неподдающийся угнетению.

— Мне нужно вернуть маму, — произнесла она с решимостью, — и я сделаю это, даже если мне придется пересечь все южные регионы и сразиться с каждым демоном на своем пути.

Бэн сжал кулаки, и я почувствовал, как его решимость наполняет воздух.

— Мы сделаем это вместе, Изуми. Мы не позволим этим тварям забрать у нас то, что нам дорого.
Изуми упала на колени, заливаясь слезами. Алексия подбежала к ней и крепко обняла, защитительно прижав к себе. Затем, обернувшись ко мне, она произнесла с упреком:

— Придурок, ты заставил девушку плакать!

— Всё, всё, прости меня, — поспешил я сказать. — Больше не буду упоминать твоё прошлое.

— Мне нужно лишь одно, — начала Изуми, её голос все еще дрожал от эмоций. — Убить лордов тьмы и главного министра работорговцев, который сидит в городе Марэни.

— Понятно, значит, всё зло с работорговлей исходит оттуда, — сказал я, осознавая масштабы задачи.

— Верно, — подтвердила она с огнем в глазах. — Я вместе с вами разберусь с этими ублюдками. Я сама буду ломать им кости по одному.

Бэн кивнул, сжимаем кулаки, его решимость была заразительной.

— Хорошо, — сказал я, поднимая голос, чтобы все услышали. — Люди и полулюди, вы теперь свободны! Больше не попадайтесь в руки работорговцев!

Освобожденные начали выходить из клеток, их лица были полны надежды, но также и страха. В их глазах читалась благодарность, но и решимость отомстить за все, что они пережили. Я знал, что сейчас мы не просто освобождаем их — мы объединяем их в борьбе против тьмы.

— Мы не просто будем мстить, — продолжил я, обращаясь к толпе. — Мы создадим новый мир, где ни один человек не будет подвержен насилию и страданиям. Вместе мы победим!

Толпа заревела в ответ, и я почувствовал, как в воздухе закипает энергия. Бэн и Алексия стояли рядом, готовые сразиться с любой угрозой. Мы были готовы к действию, и тьма больше не могла нас остановить.