Аэрита

— Кто вы? — продолжает один из работорговцев, его голос звучит угрожающе. — Мальчики, если не хотите проблем, то лучше отойдите от неё, иначе получите и вы.

Я, прикрывая Эгрицию, чувствую, как сердце сжимается от отчаяния.
— Мужики, — говорю с холодом в голосе, — работорговля — это дело простое, да, не поспорю, но не слишком ли вы жестоко истязали её своими пытками? Лично я всегда ненавидел работорговлю. У каждого живого существа должны быть права на свободу.

Эгриция, облокотившись на мою спину, трясётся от страха, её слёзы скатываются по щекам, словно искры на тёмном фоне ночи:
— Они меня заберут... И снова будут пытать. Пожалуйста, Иширо-сан, не отдавай меня им!

Я встречаю её взгляд, полон решимости:
— Тебя никто не заберёт, — произношу я, стараясь вложить в эти слова всю свою силу. Обращаясь к работорговцам, говорю: — Вот же ж, мужики, дайте угадать, вы ведь ждёте, не дождётесь, когда вступите в битву?

Моё сердце стучит в ожидании конфликта. Внутри всё кипит, и я ощущаю, как адреналин расплетается по венам.

— Верно, — отвечает один из работорговцев с ненавистной усмешкой, его глаза сверкают жаждой насилия. — Мы твоё лицо смешаем с грязью и кусками будем кормить наших собак.

Он поворачивается, и в моменте я чувствую, как страх Эгриции нарастает. Я не позволю им её забрать. Они не знают, с кем имеют дело.

— Вытаскивай его оттуда, — бросает работорговец, и его фраза звучит, будто последний приговор.

Ломая себя внутри, пытаюсь собрать все свои силы. Не имея права подвести Эгрицию и себя, я готов бороться за её свободу и жизнь. Наша судьба переплелась, и, несмотря на каждое угрожающее слово, я отказываюсь сдаваться.

Сражаясь с охватившей меня яростью, я понимаю, что даже в самой тёмной ситуации всегда есть место надежде. Я не один. Мы вместе, и это придаёт мне сил.

Остальные четверо притащили ящик высотой в 2,5 метра. Я почувствовал, как напряжение в воздухе нарастает, и сердце забилось быстрее.

— Знаешь, что тут? — спросил работорговец, его голос звучал высоким и грубым, словно предвещая беду. — Здесь находится каменный голем размером чуть больше тебя.

— Каменный голем? — удивился я, в голове роились мысли о том, что меня ждет.

— Этот каменный голем разобрался с 15 стражами принцессы, неуязвимый к магии, — сказала Эгриция, упав на колени и закрыв лицо руками.
Я видел, как тело Эгриции дрожит от страха. Всё это внезапно стало очень реальным.

— Верно подмечено, — продолжил работорговец, и в его голосе звучала гордость, — мы сумели сковать его и подчинить себе с помощью очень сложной магии. Ну что ж, открывайте коробку.

Остальные с опасением отпирают одну стенку, и она с грохотом падает на землю, как будто сама судьба предрешала наши дальнейшие действия. Оттуда появляется каменный голем высотой чуть больше меня, весь в мхе, с красными свечениями в глазах и металлическим шипастым ошейником. Древний вид его тела вызывал одновременно ужас и восхищение.

Я незамедлительно встаю в позу обороны, потрясённый масштабом угрозы, и обращаюсь к Курото:

— Ты специализируешься на големах? — голос мой звучал с ноткой тревоги, смешанной с решимостью.

— К сожалению, это проигрыш, Иширо-кун, — ответил он, её лицо отразило смесь беспокойства и сожаления, — но ваша магия...

В ту секунду время как будто замерло. Взгляд голема был полон загадок, а нарастающее напряжение в воздухе заставляло нас ждать неизбежного столкновения. Мы стояли на пороге опасности, и каждый из нас понимал, что от этого момента зависит всё.
-Закрой рот, пока не во время такое говорить. Решено, пятеро этих на тебе, я возьму голема на себя.
Я обращаясь к Курото:
— Закрой рот, пока не время такие вещи говорить. Решено, пятеро этих на тебе, я возьму голема на себя.

Я, обращаясь к Курото, сжимал кулаки:
— Зетра, доверила тебя мне, Курото. Так вот, ты сможешь справиться один против пятерых вооружённых людей в доспехах?

Курото, глядя на меня с решимостью в глазах, ответил:
— Сэр, Иширо, проще парной репы! Доверьте их мне, — начал тренировку всего тела, отчаянно пыхтя и подбадривая себя.

— Как ты собираешься разобраться с големом? — ощущая притяжение страха и давления, спросила Эгриция. — Он же неуязвим к магии и физическим атакам.

— Эгриция, — безмолвно проговорил я, подбадривая себя.

— Ахахахах! Если бы ты только знала, кто меня призвал, поняла бы, что беспокоиться не нужно! — воскликнул я, чувствуя, как уверенность проникает в каждую клеточку моего тела.

— Верно, моя госпожа, призвала Иширо куна! — с блеском в глазах заявил Курото. — И я не намерен подвести госпожу Ведьмы Алчности Зетру!

Алчности... ЗЕТРА? – с ужасом прошептала Эгриция, её голос дрожал от страха, словно она почувствовала, как холод пробегает по её спине. – Ведьма Алчности? – переспросил работорговец, его усмешка выглядела насмешливо и дерзко, но в глазах, полных горечи, мелькал страх.

– Не шутите так, тупые ублюдки! Эта старая карга заточена в крепости уже как 900 лет! О ней все уже забыли! Думаю, она раз сто успела дойти до края! – его слова срывались с губ с отчаянием, в жестах читалось нервное напряжение.

В его голосе звучала самоуверенность, но в глазах проблескивал страх, как если бы он смотрел в бездну, из которой нет возвращения. Он быстро отмахивался от своих собственных мыслей, стараясь убедить себя в том, что всё это просто бред.

– Кроме того, она не может призывать людей из-за ограничений движений и магии. И уж точно не за 10 000 км от неё! – продолжал он, пытаясь говорить уверенно, но в этом холодном рационализме слышалась нотка нервозности. Его руки дрожали, а когда он встретил взгляд Эгриции, в его сердце возникла щемящая мысль: что если они наделали ошибок, от которых уже не спасутся?
Но в этот момент Коруто, не желая слушать пустые угрозы, шагнул вперёд; его глаза горели решимостью, словно пламя, готовое вспыхнуть. 
— Ты в этом уверен? — с вызовом бросил он, его голос звучал как грозовой раскат, моментально закончив тренировку и, словно молния, метнувшись к одному из работорговцев. В его движениях чувствовалась ярость и защита своих друзей, словно каждый мускул был наполнен неистовым желанием отстоять справедливость. В воздухе повисло напряжение — в ожидании столкновения, как перед бурей. 
Даже секунды не прошло, как между ним и работорговцем дистанция в 10 метров снизилась до 1 метра. Он, улыбнувшись ему прямо в лицо — эта улыбка была полна презрения и уверенности, берёт его за шею и с лёгкостью поднимает, держа перед собой, как будто демонстрируя свою мощь. И швыряет его в первый попавшийся дуб, от чего через всё его тело под давлением начинает сочиться кровь, словно жизнь уходит, а он падает на землю, оставляя за собой след боли и страха. Остальные настороженно бегут к нему с криками: 
— Ах, ты ж тварь. Их голоса были полны гнева и ярости, искры мести уже зажигались в их глазах.
Ладно, пора разобраться с големом, раз магия тебя обычная не берет, а физические атаки и подавно. Тогда, — вытягиваю руку и продолжаю, — черная магия, третья классификация Пустоты, магия Тьмы. 
Голем остановился; по его характеру можно было понять, что он взволнован, а в его глазах читалось нечто большее — страх. 
Тем временем ситуация с Коруто накалялась: 
Вооружившись клинками и мечами, они приближаются к Коруто, как стая голодных волков к своей жертве. Но ему абсолютно плевать, ведь он в мгновение движениями просто отрубает голову одному из них, даже без меча. Эгриция моментально закрывает глаза, но в душе её сжимает паника. 
Осталось трое, и, увидев, что ему не по зубам, они достают из-под доспехов красную конфету и глотают ее. В этот момент их тела начинают резко увеличиваться, мутируя в чудовищные создания, и я чувствую, как адреналин начинает бурлить в венах. Один из них с ревущим голосом говорит, его слова полны ненависти: 
— Да, мы явно недооценили вас, но сейчас-то вам уж точно не поздоровится! 
— Вот это уже становится интереснее, Иширо-кун, — говорит Коруто, его голос полон уверенности, но в глазах я читаю напряжение — мы в этом мире даже дня не пробыли, а нас уже хотят убить. 
Перед ним появились три мутанта мясного происхождения, мускулистые, с жуткими, изогнутыми конечностями. Из их тел сочилась непонятная, зияющая жидкость, как будто они были порождением самого ада. 
Я, заволновавшись, восклицаю: 
— Коруто, ты справишься? 
Он, посмотрев на меня с решимостью, улыбается, но в его улыбке я вижу и ярость: 
— Еще спрашиваете, ахахахах! 
И битва началась. 
В это время я уже начинаю контролировать тьму, которая начинает собираться в правой вытянутой руке. Моя энергия накапливается, и я чувствую, как она наполняет меня силой. 
Коруто уворачивается сначала от одного удара, потом от другого, его движения стремительны, как у ловкого кошки. Эти массивные мутанты бьют по области, и я осознаю, что одна их рука — это три меня. С этой рукой они способны разнести даже здание! Но Коруто, не поддаваясь панике, молниеносно отрубает одному конечность, и тот, замахнувшись, падает на колени, горько крича от боли. 
Коруто, не теряя возможности, пинает по здоровой голове, и с треском отрубает её, тело замертво падает на спину. Один готов! Я чувствую прилив радости, но не успеваю расслабиться — как тут же ему прилетает сильный удар, от чего он отлетает на метров три с круговыми вращениями. 
Эти чудовища начинают атаковать вместе, и я вижу, как Коруто вновь и вновь уворачивается от их ударов, его тело движется с невероятной грацией и скоростью. В этот момент я активирую свою магию, и тьма начинает обвивать меня, готовясь к следующему шагу. 
Несмотря на опасность, я не могу не восхищаться Коруто, его бесстрашие и решимость вдохновляют меня. В этот миг я понимаю, что мы не просто боремся за выживание — мы сражаемся за свою судьбу, и это только начало!
— Коруто! С тобой всё в порядке? — спрашиваю я, чувствуя, как сердце стучит в груди от волнения. 
Весь в крови, с покалыванием в сердце, он встаёт снова, но его взгляд полон решимости. Однако в следующую секунду ему прилетает очередной удар, и он падает на колени. 
Закончив концентрацию магии тьмы, я со всей мощи швыряю сгусток большого скопления тьмы в голема. Черная энергия сверкает, оставляя за собой зловещий след, и в нем образуется дыра диаметром в метр. Голем разваливается на мелкие камни, как хрупкий стеклянный сосуд, разбитый об пол. 

Два мутанта в шоке смотрят на меня: 
— Он смог покончить с големом... Черная магия? Ты хоть понимаешь, что эта классификация запрещена во всех королевствах? 
— Я прекрасно понимаю это, именно поэтому мне придётся убить вас всех. К тому же вы ранили моего лучшего и единственного друга. 
— Сначала я покончу с твоим другом, — говорит один из мутантов, его глаза сверкают жадностью к крови. 
Я не выдерживаю и выпрыгиваю вперед, крича: 
— Стой! — мой голос разносится по пустынной местности, как гром среди ясного неба. 
Мутант с разъезженным голосом отвечает с презрением: 
— О, ну раз так, то ладно, сначала ты. 
— Согласен, сначала разберитесь со мной, — поднимая Коруто, продолжаю, — Эгриция, подлатай его. 
— Хорошо, Иширо, — отвечает она, её голос дрожит от волнения, но в её глазах горит решимость. 
Передав Коруто Эгриции, я направляюсь в сторону двух мутантов-работорговцев, чувствуя, как магия тьмы начинает бурлить в моих венах. Я сосредотачиваюсь, ощущая, как вокруг меня сгущается воздух, и тьма начинает обвивать мои руки, готовясь к атаке. 
— И что же мы имеем? — произношу я, сжимая кулаки. — Вы настолько растоптали моего телохранителя духа в щепки, что я не могу это оставить безнаказанно. Что мне с вами делать? 
Словно ответ на мой вопрос, мутанты бросаются ко мне, их лица искажены ненавистью. Я прыгаю в сторону, уклоняясь от первого удара, и остаюсь на ногах, когда второй мутант пытается схватить меня за горло. 
В этот момент я вызываю из глубин своей души магию, и тьма принимает форму острых лезвий, которые начинают свистеть в воздухе. Я атакую, выпуская сгустки энергии прямо в мутантов, и они взрываются, как поджаренные существа, оставляя за собой лишь темные обрывки плоти. 
— Это только начало! — восклицаю я, охваченный яростью и восторгом от битвы. 
Сражение разгорается, и я чувствую, как вокруг меня собирается магическая энергия, готовая к новым атакам. Я не позволю им одержать верх — ни за что!
— Ахахахах, ты серьёзно думаешь, что справишься с нами? — произносят работорговцы, продолжая: — Мы вам предлагали мирно разойтись, но с одним условием: та девка будет нашей. Эльфы — очень ценный товар; сейчас их просто так не увидеть. 
Я в мыслях: "Если бы так просто их не увидеть, то почему спустя пять минут после нашего прибытия в этот мир нам встречается эльфийка?" 
— Тьма, — чётко и ясно произношу я вслух. 
Вокруг рук начинает кружиться тёмное змеевидное облако, центриующее основную энергию в ладонях. Чувствую, как адреналин начинает бурлить в крови, поднимая уровень тревоги до предела. Работорговцы смеются, но в их смехе слышится тревога: 
— Твою силу узнав, тебя не оставят так просто. А так как она почти не изучена, то смысл нам бояться? 
Перенаправляя энергию в сторону работорговцев, снова произношу "тьма", и вместо того, чтобы выпустить магическую энергию, она превращается в меч. Я удивлённо и нервно рассматриваю его: "Ну и так сойдёт". Становлюсь в оборонительную позу, и работорговцы шутят: 
— Ух ты, какой миленький меч, сможет ли она удержать прямой удар, который может разрушить стены? 
Сердце стучит в груди, когда один из мутантов, замахнувшись своей массивной рукой, хочет ударить. Я, волнуясь, что он опрокинет меня, держу оборонительную стойку, но в этот момент осознаю, что всё зависит только от меня. 
Собравшись с духом, я произношу про себя: "Я не позволю им меня сломать". Меч, выцветающий в тьме, разрезает его руку тончайше, как лист бумаги. Шок и удивление отражаются на лицах других мутантов. 
Второй мутант, охваченный паникой, пытается убежать, но, предвидев это заранее, я хватаю меч за рукоятку и бросаю его в спину. Меч разрезает мутанта на двое, и его тело пролетает дальше, срубая ещё несколько деревьев. 
В итоге — пять трупов работорговцев, полностью побитый Коруто, смазливая эльфийка, бесполезная, и мой меч, который способен разрезать абсолютно всё. 
Сев на траву, я начинаю думать, что делать дальше. Эмоции накатывают на меня волной: от радости до страха. Я переживаю за Коруто, его состояние вызывает у меня тревогу. Посмотрев в сторону этой парочки, удостоверяюсь, что моего компаньона забинтовали, как мумию в египетских пирамидах. Велел им оставаться здесь, а сам, полон решимости, ухожу в деревню один, чтобы выхвалять принцессу эльфийку, не желая подвергать опасности и так побитых тех двоих. 
Я беру свой меч и материализую его, чувствуя, как тьма проникает в каждую клеточку моего тела. Я:
- Эгриция, в твоих руках жизнь этого молодого человека, не подведи меня. А ты... - обращаясь к Коруто, я продолжаю, - даже не вздумай идти за мной следом. Если я не вернусь до утра, то уходите отсюда. Спасти принцессу мне не удалось, и, скорее всего, меня даже убили. Я попытаюсь вытащить её из этой задницы. Эти люди мне совершенно не нравятся.

Выйдя из леса, я топал ещё минут 20-30 до деревни. И, наконец, я стою напротив деревни Mordes.