Сейтрия

Астрид пробудилась в предрассветной тишине, когда холодный свет луны едва заметно освещал её комнату. Она неспешно поднялась с постели, взгляд её скользнул по знакомым вещам, которые хранили её прошлое.

Деревянный стеллаж у окна хранил следы пережитого. Ветхие книги, расставленные в хаотичном порядке, фотографии, слегка поблёкшие от времени, и сувениры, привезённые из её поездок, покрытые тонкой пылью. Но среди них особенно выделялись цветы. Лаванда, фиалки и белые лилии, которые она сажала, когда ещё не думала, что однажды уедет. Теперь, спустя годы, они продолжали цвести, словно не замечая её долгого отсутствия. Она осторожно коснулась лепестков, ощущая их прохладную бархатистость. «Он поливал их, заботился, как будто знал, что я вернусь...» — Астрид слегка сжала пальцы, чувствуя странное, тёплое покалывание где-то в груди.

Перед глазами всплыл вчерашний вечер — тихий голос Кайроса, редкие шутки, воспоминания, растворённые в ночи. Он не говорил лишнего, но перед тем, как разойтись, привычным жестом провёл ладонью по её волосам, слегка взъерошив их, а затем коснулся лба, прикрыв её глаза, и поцеловал через свою руку. Это было их молчаливое «до встречи», уходящее корнями в далёкое детство. Тогда она не придала этому значения, а сейчас, глядя на цветы, понимала — он хранил её присутствие в этих стенах.

Время в этой комнате словно застыло. Простое тёмное покрывало было аккуратно заправлено, кожаная куртка всё так же висела на спинке стула, а старая чашка с отбитой ручкой по-прежнему стояла у изголовья кровати. Ни одной новой вещи, ни одного признака чужого присутствия — будто она ушла всего на пару часов, а не на несколько лет.

Астрид закрыла глаза, позволяя воспоминаниям захватить её. Она помнила, как впервые переступила порог дома Вестмарков. Ей было три, и родители Тии взяли её под свою крышу. Не из любви. Они хотели ребёнка, но не могли его иметь, и девочка с чужой кровью стала временной заменой. Они заботились о ней ровно настолько, чтобы окружающие видели их «доброту».

Но потом родилась Тия. Настоящая дочь. Их гордость, их солнце.

Тия была особенной. Не только для родителей, но и для самой Астрид. Потому что, несмотря на разницу в отношении, Тия никогда не ставила себя выше. Она защищала Астрид, прятала её за спиной, даже когда сама ещё плохо понимала, от чего.

Они встретили Кайроса, когда обе семьи оказались в одной компании. Родители Вестмарк и Флинн были партнёрами по бизнесу, и дети неизменно оказывались в одном пространстве, пока взрослые решали рабочие вопросы.

Кайрос не был похож на остальных детей. Высокий, с холодными синими глазами, он всегда держался отдельно, сдержанный, почти взрослый. Он не играл, не дурачился, но стоило ему заговорить, как даже взрослые начинали его слушать.

Астрид помнила, как не могла отвести от него взгляд.

Но если для неё это было просто любопытство, то для Тии — настоящая привязанность. Она прятала руки за спину, когда он был рядом, краснела, теребила подол платья.

И в конце концов, оказалась единственной, кто смог пробиться сквозь его ледяную броню.

Пожар отнял у Тии дом и родителей, оставив после себя руины. Это случилось, когда Астрид исполнилось восемнадцать. Тогда Тия осталась одна, но Кайрос не дал этой пустоте поглотить её. Он не пытался заменить ей семью, не обещал, что боль исчезнет. Он просто был рядом — сдержанный, как всегда, но неизменно присутствующий.

«Она оказалась смелее меня...» — подумала Астрид, открывая глаза.

Астрид быстро натянула чёрный костюм, одним движением собрала волосы в небрежный пучок и накинула бежевое пальто. Мягкие шаги заглушал ковёр в коридоре, когда она осторожно прошла мимо комнаты Кайроса. Он не проснулся — или просто не подал виду.

За дверью её встретил свежий воздух. Утренний Бостон ещё дремал: капли дождя блестели на подоконниках, узкие улицы были почти пусты, а над крышами домов тянулся лёгкий туман. Ей всегда нравились эти минуты — когда город, ещё не пробуждённый шумом и спешкой, будто бы раскрывал себя лишь тем, кто был готов его слушать.

Она достала телефон и, не раздумывая, коснулась экрана. Гудки не успели прозвучать дважды, как на том конце провода раздался голос — слегка сонный, но всё такой же тёплый и знакомый.

— Астрид?! — голос Тии задрожал от неожиданности.

— Привет, Ти, — мягко сказала Астрид, чувствуя, как в груди что-то сжимается.

На другом конце повисла пауза, затем раздался быстрый вдох.

— Это... это правда ты? — едва слышно прошептала Тия.

— Да, — тихо ответила она, чуть улыбнувшись. — Я вернулась.

— Семь лет... — Тия выдохнула, словно не могла поверить. — Ты правда здесь? В Бостоне?

— Да, Ти. И очень хочу тебя увидеть.

— Конечно! Конечно, да! — её голос стал взволнованным, радостным. — Когда? Где?

— В нашем кафе. Через сорок минут.

— Я буду там, — горячо пообещала Тия. — Просто... просто не исчезай снова, ладно?

Астрид сжала телефон в руке, её губы дрогнули.

— Я постараюсь.

В кафе пахло корицей и только что испечёнными булочками. За окнами утренний свет играл бликами на поверхности реки, в которой отражались покачивающиеся жёлтые листья. В дальнем углу мужчина читал газету, а у стойки пожилая официантка улыбнулась Астрид, словно узнала её, но не подала виду. Всё было таким же, каким она его запомнила, и от этого сердце сжалось в странной смеси ностальгии и радости.

Тия вошла, чуть замедлив шаг у порога, прежде чем её взгляд нашёл Астрид. Маленькая, с рыжеватыми волосами, заплетёнными в небрежную косу, она выглядела так, будто совсем не изменилась. Те же ясные зелёные глаза, наполненные добротой, и веснушки, рассыпанные по щекам. Она носила светло-коричневое пальто, а из-под него выглядывал уютный свитер нежного кремового оттенка, подчёркивающий её мягкость и простоту.

— Ты всё такая же пунктуальная, — заметила Астрид с тёплой усмешкой.

— А ты всё такая же внезапная, — мягко отозвалась Тия, опуская руки на стол. — Где ты остановилась?

— У Кайроса, — просто ответила Астрид.

Тия замерла. На мгновение её пальцы сжались, а взгляд метнулся в сторону. Она тут же опустила глаза и нервно заправила за ухо выбившуюся прядь волос.

— Может, ты... поживёшь у нас? — её голос был тихим, почти робким. — Дедушкин дом всё ещё ждёт тебя...

Астрид уловила тонкий оттенок в её голосе. Не просто заботу. Лёгкую тревогу. Может, даже ревность.

— Нет, Ти. Мне так лучше, правда, — спокойно ответила она, чуть накрыв ладонь сестры своей рукой.

— Просто... — Тия поколебалась, сжав губы, но всё-таки продолжила: — Мне было бы легче, если бы ты жила рядом.

Астрид внимательно посмотрела на неё и внезапно улыбнулась:

— Ты не ревнуешь, случаем?

Тия вспыхнула.

— Что? Нет! Просто... я...

— Расслабься, — хихикнула Астрид. — Кайрос мне уже всё рассказал.

Тия, кажется, действительно выдохнула с облегчением, её плечи опустились.

— Я долго не решалась признаться ему. Когда устроилась к нему лаборанткой... оно как-то само сложилось.

— Должно быть, это было забавно, — с любопытством заметила Астрид.

— Не совсем, — смущённо улыбнулась Тия. — Но теперь это уже не важно.

Астрид задумалась. Она не собиралась рассказывать об этом, но, заметив, как Тия снова нервно теребит рукав пальто, вдруг сказала:

— Знаешь... водитель, который привёз меня в Бостон, оказался очень интересным. И, кстати, весьма симпатичным.

Тия тут же оживилась, глаза её загорелись:

— Правда?

— Правда, — хмыкнула Астрид, делая вид, что говорит об этом легко.

— Может, он и есть тот самый? — отозвалась Тия, весело постукивая ложкой по чашке.

— Он даже имени мне не назвал, — рассмеялась Астрид.

— Ну, значит, будет повод встретиться снова, — подмигнула Тия.

И в этот момент Астрид впервые поймала себя на мысли, что ей бы действительно хотелось встретить этого таинственного незнакомца ещё раз.

Они ещё долго разговаривали, будто наверстывая упущенное за эти годы, делясь мыслями, улыбками и воспоминаниями. Чай в их чашках давно остыл, но ни одна из них не торопилась уходить. Однако день звал их вперёд, и, поднявшись из-за стола, они вместе отправились в университет.