Сейтрия

Кайрос встал перед Астрид, заслоняя её от Зилона. Его голос звучал ровно, но Астрид видела, как напряглись его плечи.

— Уходи. — Он шагнул вперёд, перекрывая Астрид обзор. — Ты не должен быть здесь.

— И всё же я здесь, — отозвался Зилон. Он скрестил руки на груди и шагнул ближе, без всякой спешки. — Хотя, по правде сказать, я ожидал большего. Ты, великий хранитель, даже от падальщика не смог её уберечь.

Астрид уловила перемену без слов — между ними сгустилось ощущение надвигающейся бури. Кайрос не шелохнулся, но взгляд стал резким, как обнажённый клинок.

— Не так, как хотелось бы... Но я её спас.

— После того как позволил ей оказаться на краю гибели? — в голосе Зилона сквозило презрение. — Грандиозно. Твоя подопечная чудом осталась в живых. Может, тебе стоит пересмотреть свои методы?

— Не тебе судить, — Кайрос сделал шаг вперёд, голос его окреп. — Учитывая, что ты вечно появляешься слишком вовремя.

Зилон усмехнулся, приподняв бровь:

— Подозрения? Какая ирония... особенно от того, кто каждый день живёт в страхе быть раскрытым.

Астрид, наблюдая за ними, вдруг заметила странное спокойствие в движениях Кайроса. Он не огрызался, не кричал. Всё в нём оставалось таким, каким она его знала: упрямым, упрятанным за гранями сдержанности. Казалось, даже божественная ярость подчинялась внутреннему порядку.

Это неожиданно её успокоило. Пусть он и не человек, он всё ещё Кайрос.

— Эй, — вмешалась она. — Я здесь, напомню. И мне совсем не хочется слушать, кто из вас круче.

Зилон чуть склонил голову в её сторону и ухмыльнулся:

— Ну конечно. Прости. Ты ведь теперь в курсе всего, милая Сейтрия.
— Замолчи. Её зовут Астрид, — резко оборвал Кайрос, шагнув ещё ближе. Но Зилон лишь отмахнулся от его слов и вперил взгляд прямо в девушку. В тёмных глазах демона промелькнул лукавый огонёк.

— Маленькая ведьмочка... — почти ласково протянул Зилон, смакуя каждое слово. — Как давно я не называл тебя так. — В его голосе неожиданно не было ни яда, ни усмешки — лишь тихая задумчивость.

У Астрид перехватило дыхание: перед её внутренним взором вспыхнула картина другой ночи, далёкой и полузабытой.

Маленькая Астрид, лет семи-восьми, босиком бежала к морю по прохладному песку. Она украдкой ускользнула от семьи Тии, стоило взрослым зазеваться, и теперь радостно плескалась у самой кромки воды. Сумерки уже сгустились над побережьем: небо окрашивалось в тёмно-синий, на нём загорались первые звёзды. Ветер шептал солёными брызгами, волны набегали на берег рваными языками пены и откатывались обратно, оставляя влажный блеск. Девочка улыбалась, слушая этот шёпот прибоя — таинственный и манящий, словно обещание сказки.

Неподалёку, чуть поодаль от мерцающего прибоя, она вдруг заметила чью-то фигуру. У воды стоял мальчик, по росту примерно как она. Астрид заметила, как тускло отсвет звёзд скользнул по его бледному лицу. Она, не чувствуя опасности, сделала пару шагов ближе.
— Привет! — звонко позвала девочка.

Незнакомый мальчик не ответил. Он медленно повернулся к Астрид, и сердце у неё неприятно ёкнуло. Лицо мальчика было слишком бледным, а глаза... В полумраке они казались пустыми, потухшими. Ни искорки жизни, ни отражения звёзд — два мёртвых омута. Он смотрел прямо на неё, и от этого взгляда вдоль спины пробежал холод. Астрид нерешительно остановилась, сжимая кулачки. Ей вдруг расхотелось подходить ближе.

Мальчик тронулся с места, бесшумно шагая по мокрому песку. Он шёл к ней, не отводя пустого взгляда, и с каждым его шагом девочка всё острее ощущала неладное. Её пальцы дрожали, ноги будто приросли к земле. Хотелось позвать на помощь, но горло сдавил страх. Мальчик был уже совсем близко — протяни руку, и коснёшься. На бледном лице мелькнула тень улыбки, от которой Астрид стало по-настоящему страшно.

Вдруг чьи-то сильные руки мягко легли ей на плечи, и тёплая ладонь скользнула к её глазам. Свет звезд исчез — незнакомец за её спиной аккуратно закрыл ей глаза, не дав увидеть самое страшное. Астрид вздрогнула, но эта новая близость не причиняла боли. Наоборот, от тёплого прикосновения по детскому телу разлилось странное спокойствие, словно её укрыли тёмным плащом в ночном холоде. Чужая рука надёжно заслонила её взор, прижимая девочку к чьей-то груди.

За пеленой внезапной тьмы послышался резкий порыв ветра, и что-то тяжело плюхнулось в море — громче обычной волны. Брызги солёной воды коснулись ног Астрид, но через мгновение всё смолкло. Остался лишь ровный шум прибоя. Рука, закрывающая глаза, ещё мгновение удерживала её в темноте, затем мягко убралась.

Астрид моргнула, глядя вокруг. Пляж снова был пуст и спокоен; таинственного мальчика нигде не было видно — только лунная дорожка дрожала на чёрной воде. Девочка обернулась к тому, кто всё это время стоял позади. Перед ней был высокий незнакомец. Он чуть склонился к ней, чтобы она разглядела его лицо при лунном свете. Астрид ожидала увидеть жуткого чудовища, но ошиблась: это был просто молодой мужчина, бледный и красивый. Серебряные пряди волос обрамляли тонкие черты, а в глазах отражался бледный лунный свет. В них не было ни пустоты, ни злобы — лишь холодное спокойствие океанской глубины. Девочка вздохнула, чувствуя, как уходит страх. Ей почему-то казалось, что она под надёжной защитой.
— Ты... ангел? — одними губами прошептала Астрид, подняв на него блестящие от слёз глаза.
Незнакомец не ответил. Вместо этого он только слегка коснулся её подбородка кончиками пальцев и вдруг одним движением погрузил мир вокруг них во тьму. Накатила кромешная мгла — настолько густая, что пропали и лунный свет, и шёпот волн. В этом безмолвном мраке вспыхнули два огня — ярко-белые глаза смотрели на Астрид. Их свет ослепил девочку: он был холоден, как свет далёкой звезды, лишённый человеческого тепла. Астрид застыла, зачарованная этим страшным сиянием.
— Не верь тому, что видишь, — прошелестел в темноте его голос, мягкий и тихий, будто тайна, доверенная ночному ветру.
И сразу после этих слов тьма начала отступать. Девочка моргнула — и вдруг увидела, что снова стоит на ночном берегу, под мерцание звёзд. Шёпот волн вернулся, всё вокруг было как прежде. Таинственный незнакомец по-прежнему был рядом, словно не делал и шага. Он смотрел на неё спокойно, глаза его снова стали обычными, скрыв свои тайны. Лёгкий ночной ветер играл полами его тёмного плаща.

Мужчина чуть наклонил голову, прощаясь.
— Береги себя, маленькая ведьмочка, — негромко произнёс он мягким, почти заботливым тоном.
Где-то вдали послышались голоса – встревоженный крик: «Астрид!». Девочка дёрнулась на звук и обернулась на зов. Тия с родственниками уже бежали по берегу, разыскивая её. Астрид хотела было что-то сказать в ответ своему спасителю, но когда поспешно перевела взгляд обратно, позади себя никого не обнаружила. Ночной рыцарь исчез так же бесшумно, как и появился, словно растворился в лунной тени. Лишь тихий плеск волн свидетельствовал, что он вообще был здесь.

...Астрид вздрогнула, возвращаясь из плена воспоминания. Ей почудилось, будто шёпот прибоя всё ещё звучит в ушах, но это Кайрос тревожно звал её по имени, пытаясь вывести из транса. Сбросив наваждение, она увидела перед собой всё фигуру Зилона напротив. Сердце бешено колотилось где-то в горле.
— Это... был ты, — одними губами выдохнула она, глядя прямо на Зилона. В её расширенных глазах стояла тень пережитого потрясения.

Зилон усмехнулся и чуть приподнял бровь.
— Разумеется, это был я, — негромко подтвердил он, ловя её взгляд. В тёмных глазах демона промелькнуло удовлетворение. — Неужели только сейчас вспомнила, маленькая ведьмочка?

Астрид не ответила. Она не могла отвести глаз от Зилона. Спаситель её далёкого детства и опасный соблазнитель настоящего оказались одним и тем же существом. Сердце болезненно сжалось, разрываясь между тёплым эхом детской веры и леденящим страхом нынешней встречи. В облике Зилона странным образом соединились тьма, которой она страшилась, и та тьма, что однажды её спасла. И Астрид застыла, не в силах решить, бояться ей этой тьмы... или довериться ей снова.

Кайрос молчал, удерживая взгляд на Астрид. Его лицо было каменным, он не поднимал руки, не угрожал, но весь его силуэт будто застыл в пределе: ещё миг — и он сорвётся. И всё же в этой стойкости сквозила трещина. Астральная. Личностная.

Зилан это чувствовал.

Он шагнул ближе, на полтона понизив голос — почти с усмешкой:

— А ты перестань притворяться, что всё ещё контролируешь ситуацию. Всё уже началось. И ты её не удержишь, Кайрос. Как не удержал себя, когда впервые увидел её.
— Увидимся, Кайрос. — Он бросил последний взгляд и шагнул в пустоту обрыва.

Астрид дёрнулась было вперёд, но Кай тут же перехватил её руку, не дав ей броситься следом.

— Хотел бы я сказать, что это его конец... но нет. Он снова объявится.

Наверху послышались голоса — кто-то начал спускаться по склону. Сирены завывали всё ближе.

— Нам надо уходить, — торопливо сказал он. — Сейчас.

Он едва коснулся её пальцев, и пространство задохнулось, смявшись в точку света.

Мир раскололся вспышкой, столь яркой, что цвета поблекли. Пространство изогнулось, треща по невидимой линии — и без предупреждения унесло их... в иную грань.

Астрид застыла от изумления.

Вокруг раскинулась галерея, тонущая в мягком мерцании — пространство, сотканное из зыбких отблесков и теней. Воздух вибрировал тишиной, полной затаённых смыслов. Вдоль стен тянулись порталы: одни — массивные, покрытые витиеватой резьбой; другие — простые, окрашенные в пастельные тона; третьи — призрачные, почти невесомые. Каждая из них хранила частицу чужой правды: дыхание чужого времени, аромат далёкого дня, эхо забытых голосов.

Сквозь приоткрытую вдалеке створку пробивался золотистый отблеск. Астрид сделала несколько шагов, притягиваемая им, как зовом. И вдруг — картинка, ожившая без звука. Маленький мальчик, босоногий, с глазами цвета чистого летнего неба, наблюдал из-за колонны. Он смотрел на неё — маленькую, бойкую, с растрёпанной причёской, в белом платье с запятнанным подолом. Её глаза сияли янтарным светом, а в руке она сжимала вилку, словно меч. Взрослые вокруг были заняты смехом, вином, разговорами, но девочка не выглядела потерянной — в ней жила непоколебимая отвага.

Она носилась между столами, пока не зацепила ногой тяжёлую портьеру. Ткань поддалась, и девочка, споткнувшись, полетела вперёд — вилка в её руке устремилась опасным остриём к лицу. В синих глазах мальчика мелькнула сосредоточенность — спокойная, уверенная, словно он знал исход заранее. Но падения не случилось. Мальчик вышел из тени — в застывшем мире — и, не торопясь, бережно вынул вилку из её ладошки, заменив её на бархатную подушку с диванчика. Затем он вернулся на исходную позицию и позволил времени течь вновь.

Девочка мягко приземлилась, удивлённо моргнула и тут же вскочила на ноги, как ни в чём не бывало.

Взрослая Астрид, наблюдая эту сцену, невольно обернулась. За её спиной стоял Кайрос, только что прикрывший ту самую дверь.

— Не стоит заглядывать туда, — спокойно сказал он. — Некоторые воспоминания не для чужих глаз. То, что важно для тебя, я расскажу сам.

Она медленно выдохнула, но взгляд всё ещё оставался прикован к ряду таинственных дверей. Теперь она поняла: за каждой из них скрывался фрагмент его прошлого.

— Что это за место?.. — спросила она, тише, чем собиралась.

— Перепутье. Перелом между мирами.

Она позволила себе краткий жест понимания, сдерживая наплыв вопросов. В ней вспыхнуло любопытство — острое, почти жадное. Казалось, стоит ей распахнуть ещё одну дверь — и она увидит, каким он был в миг первой лжи и первой настоящей утраты. Но она понимала — не ей открывать эти двери.

Он медленно провёл ладонью вдоль стены. Одна из створок отозвалась тёплым светом, вспыхнув мягким янтарным сиянием. Дерево было гладким; узоры на нём, казалось, дышали в такт чьим-то воспоминаниям.

Вход раскрылся беззвучно. За ним — полумрак, тишина, запах сандала и книг с потёртыми переплётами. Пространство, где порядок ощущался почти физически. Его кабинет.

— Пойдём, — произнёс он негромко, устало, словно каждое слово держалось на последней ниточке терпения.

Астрид шагнула за порог — и в тот же миг шум исчез, словно весь мир за пределами этого места разом отключился. Остались только они. И новая тишина.