Глава 5. Великая месть: кишечный реверс и триумф ведьминой справедливости
---
Порча была не просто порчей. Она была искусством.
Евушка вываривала её неделю. В составе:
- шерсть фазана,
- капля слёз самого первого ученика Теренция (нашла его в трактире, он не возражал),
- и зелье с нежным названием «Буря в животе».
Произнесла заклятие ночью, в полнолуние, с такой интонацией, что даже сова в лесу сплюнула и улетела.
Через три дня по городу поползли слухи.
- Магистр Ливий не выходит из сортира.
- Кричит, что его атаковали духи канализации.
- Писал жалобу в Ассоциацию Медиумов, но... нечем было дописать.
Евушка просто пила чай. С мёдом. И без сахара - сладость ей теперь давала жизнь.
Через неделю Теренций пришёл к ведьмам. Просил снять проклятие. Ему предлагали клизму и моральный рост. Он отказался от обоих. В итоге начал искать её.
Он нашёл её спустя месяц. Поджидая у её лавки зелий, с лицом цвета простокваши, с глазами, в которых плескался и стыд, и острое жжение.
- Это ты, - прошипел он, - ты меня прокляла!
- А ты меня обесценил, использовал и ел свечи, - спокойно ответила Евушка. - Кажется, мы квиты.
- Ты ведьма! Ты не имеешь права!
- Я ведьма. Я имею **всё**.
Он попытался заклинание. Что-то крикнул, руками помахал. А она просто взяла кирпич, который валялся рядом для строительства новой теплицы, и...
**бах**.
Никакой магии. Только физика. Массив, ускорение, гравитация и немного обиды.
Он рухнул. Красивая метафора. Пала маска. И голова. В грязь. Достойно.
Она посмотрела на него сверху вниз - впервые не с восхищением, а с оценкой.
- Даже магия не лечит дерьмовый характер, Теренций, - сказала она и пошла прочь.
Он заорал что-то о карме. Но, как известно, она бывает с эффектом слабительного.