3.Intermediate
***
Никогда Ким Тэхён не думал, что пол в коридорах его кампуса может быть столь разнообразным и интересным.
Да и в принципе о многом Ким никогда не думал. Например о том, что две с половиной недели своей жизни он сможет прожить без секса. Или, например, что плетение косичек может быть столь мотивированным. Или что от поцелуев может сносить башню вместе с основаниями в виде железобетонных аргументов, что ему не нужны отношения.
До сих пор не нужны были.
Сейчас он, похоже, без этих отношений попросту не проживёт.
Задумчивый взгляд опустился на браслет на руке, пока ноги шагали непонятно куда. Парный красный браслетик, подаренный ему Чонгуком две недели назад. Тот день он помнит особенно ясно.
Альфы, которые перед этим прислали Чону интим-видео, чуть ли не на коленях приползли к Тэхёну с извинениями и мольбами о прощении.
Избитые, в синяках на лице и со сломанными носами — они раз сто извинялись, предварительно поклявшись, что удалили все видео со своего телефона, а воспоминания — из памяти.
Вообще всё, блять, видео.
И интим, и обычные.
Кто-то даже удалил видео с рождением своего брата.
Позже, уже через несколько дней, Чимин поделится, что узнал от Юнги кто же стоял за этим. Чонгук.
Это он вместе с Мином и Хосоком побеседовали с надоедливыми альфами на языке боли, предварительно аккуратно намекнув им больше не приближаться и не связываться с Кимом.
Тэхён в тот день старался докопаться до правды, спрашивая об этой ситуации у Чона напрямую, но тот упрямо избегал ответов. Зато подарил парный браслет, приговаривая, мол: "Не забивай свою волшебную головушку всякой ерундой".
Омега глубоко вздохнул, поворачивая за угол. Студенты куда-то торопились, разговаривали и шумели. Но мысли в голове гудели громче.
Взгляд зацепился за очаровательный брелок на сумке. Ещё один подарок от Чонгука. Украшение в виде цветочка жасмина, сделанное собственноручно из простого ДВП, склеенное и покрашенное уже после обычным акрилом. Тэхён мало что помнит с того дня.
Выразительно только то, как пришёл в университет, наткнулся на Чонгука и после... воспоминания будто затуманены.
Невероятный аромат ладана и терпкого апельсина в лёгких, чужие руки, блуждающие под одеждой и первый засос на бледной шее. Чонгук тогда нашёл тихое тёмное место, где без конца целовал и касался всех разрешённых мест, а Тэхён только и мог изгибаться да постанывать от удовольствия. Слишком приятно.
В тот момент Ким как никогда хотел альфу, на Чон лишь убирал чужие руки со словами: "Всему своё время, малыш".
И в качестве извинений подарил этот брелок.
Тэхён прикусил губу от воспоминаний и двинулся дальше по коридору. Тело возбуждалось уже не от поцелуев — нет. Слишком просто. От одной мысли о Чон Чонгуке бросало в жар, а внизу живота разворачивалось пламя. Или бабочки. Ким уже ничего не понимал.
На всякий случай застегнул молнию на большом бомбере посильнее — не хватало ещё простудиться. Бомбер был тоже не его — тоже Чонгука. Уже как неделю законно принадлежащий Тэхёну.
Просто неделю назад стало особенно холодно — вот Чон и укутал младшего сначала в свою одежду, а потом уже в свои объятия. Накормил вкусными круассанами и горячим шоколадом, а потом в добавок ко всему ещё за руку водил по всему универу, выискивая самые тёплые места.
Сам же потом заболел, дебил.
Шмыгал носом и сидел дома с температурой дня три не меньше, пока Ким приходил к нему с самым дорогим лекарством от простуды которое только мог найти, и искренне не понимал, почему Чон над этим смеётся.
А Тэхён старался, блин.
Тогда он впервые остался у Чона с ночёвкой. Не переживал, просто не хотел ехать домой — вот и всё. Три дня не хотел, с кем не бывает. Чонгук же хитро улыбался и, выгнав Хосока из дома на время болезни, день и ночь посвящал Тэхёну одному.
Именно тот момент Ким считает переломным.
Именно тогда, когда полуголый Чонгук, ещё не принявший утренний душ, готовил им завтрак — именно в этот момент Ким впервые почувствовал что-то совершенно новое. Это было не возбуждение или животное желание трахаться — что-то гораздо выше. Что-то гораздо прекраснее. Впервые.
Впервые влюблялся — как потом подтвердил Чимин.
То, что вызывало радость рядом с нужным душе альфой и то, что не давало уснуть ночью.
Последнее заметили и родители вчера вечером. Старший Ким спускался на кухню за водой и заметил Тэхёна, выпивавшего уже пятую кружку чая в три часа ночи. Коробка шоколада, ещё три чашки горячего чая и сбор семейного совета.
Папа и отец поддержали, как, впрочем, делали это всегда. Всю ночь и ещё несколько часов разговоров по душам. В конце добавили, что если влюбился, то Тэхён должен сказать напрямую, быть честным с альфой. Потому что только на честности строятся хорошие, настоящие отношения. Но не упомянули, где набраться смелости для вышеупомянутого действия.
А Киму мир не мил теперь.
Он идёт по коридору в сторону корпуса архитекторов и подбирает слова для разговора. Впервые в жизни шёл признаваться в любви. Чистой и искренней.
У Чонгука была пара по начертательной геометрии в левом крыле. Три поворота, подъём по лестнице на четвёртый этаж и поход к левому крылу.
Губы уже невольно болели от укусов, а руки всё сминали край бомбера. Сколько слов — и ни одни не казалось верными.
Тэхён прошёл мимо зоны отдыха, вдруг останавливаясь. До боли в груди знакомый запах. Оглянулся. Среди диванчиков, столов и разных кресел раскинулась компания архитекторов-второкурсников. Чонгук опёрся о стену, сложив руки на груди. Не один.
Не один, блять.
Рядом с ним что-то весело говорил низкий черноволосый омега, иногда подкрепляя свои слова тем, что показывал что-то в телефоне. Чонгук улыбался, кивая в ответ. Ему было весело.
Напоминание: не с Тэхёном.
С другим. Омегой.
Ревность.
Чон вдруг поднял голову, похоже, тоже ощущая знакомый запах. Нашёл глазами Кима и заулыбался ещё шире. Быстрыми шагами подошёл к парню и затащил его в объятия, совсем не замечая, как омега недовольно хмурит брови.
— Тэхён, малыш, как же ты вовремя, — почти промурлыкал альфа, шепча тому в самые волосы. — Я уже думал, с ума сойду от того, как давно тебя видел.
Сегодня утром, Чон.
Ким же обвёл его руками в ответ, прижимаясь сильнее, словно надеясь, что так навсегда заклеймит свои лёгкие волшебным запахом. Сразу стало спокойно и уютно.
Чонгук только его.
— Мне нужно тебе кое-что сказать, — с плохо скрываемой тревогой произнёс младший. Отстранился, заглядывая в чужие глаза и невольно закусывая губу. — Наедине. Немедленно, Гуки.
— Да, конечно. Только можешь подождать буквально пять минут? Мне нужно договорить с Лимом насчёт нашего проекта, — произнёс это с такой теплотой и трепетом, что омега просто не смог отказать, медленно кивая.
Увидев одобрение, Чон поднёс чужую ладонь к губам и оставил лёгкий поцелуй в знак благодарности. Как и делал это уже две недели.
Не словами, а делом.
После чего взял за руку и повёл к столику, где уже сидел тот самый Лим. Черноволосый омега, минуту назад подкатывавший к его альфе.
Чонгук представил Тэхёна как своего парня и усадил напротив себя, сам же подсев к Лиму, внимательно созерцая, что же тот показывает ему в телефоне. Архитектурное проектирование, макетирование и прочая неинтересная для Кима ерунда.
— Мы можем убрать эту структуру, Чон. Она уже устарела и всем приелась. Давай лучше заменим её на более новую и современную. Тем более что и сочетаются они лучше. И сама она смотрится проще. Вот, смотри.
Ким резко поднял голову, уловив подтекст в словах. Чонгук наклонился к смартфону, улыбаясь и кивая. Ему нравится эта идея.
Лим же как будто нарочно придвинулся ближе, пока Чон корчил из себя великого слепого, не замечая этого. Запах от чужого омеги на одежде альфы останется точно. Тэхён уже мысленно сжигает эту ткань, не видя смысла её больше стирать.
— Но мы также можем заменить её римским портиком с тосканской колонной. Я думаю, это будет лучше сочетаться с этим стилем и не будет так выделяться напротив других домов на этой улице, — Чонгук указывал пальцем на что-то в экране, пока Лим увлечённо мотал на ус.
Да, это его альфа такой умный.
В конце концов, Лим согласился:
— Чон, это просто гениально. Это даст нам балл за урбанистику. Спасибо тебе за работу, я обязательно угощу тебя как-то куксу, договорились?
С этими словами омега встал, пожимая руку и похлопывая Чона по спине в знак прощания. Альфа же мельком взглянул на Кима, замечая усилившийся запах жасмина и гневный, пылающий взгляд. Тэхён сложил руки на груди, стараясь даже не смотреть в их сторону. Но глаза всё равно вели туда.
Лим наконец-то распрощался, вежливо кивнув Тэхёну и поспешил удалиться, попутно набирая кому-то по телефону. Ушёл, как ни в чём не бывало.
Сначала подкатывает свои яйца к чужим альфам, а теперь пошёл и не посмотрел вслед.
Хотя хорошо, что не посмотрел.
Тэхён буквально пыхтел недовольством, даже не думая скрывать это или контролировать феромоны. Всё его нутро кричало: моё. Это моё, и все должны знать, что трогать моё — это копать себе яму на похороны.
— О Чон, это же так гениально, какой ты умный и сасный. Теку от тебя, — пародировал Тэхён, закатывая глаза. — Я обязательно угощу тебя куксу и своим очком, ведь ты же так любишь, когда тебе дают умные люди. У тебя же член встаёт исключительно только на умных. Все мы это знаем.
Чонгук схватил омегу за руку, выводя из зоны отдыха и шагая с ним в самый дальний угол коридора.
— А поебаться ему не завернуть? — не унимался парень, чувствуя, как его ладонь сжимают сильнее. — Или он хочет в рай въехать на чужом хую?
У Кима терпение было на износе, как и, собственно, у Чонгука.
Альфа подошёл к последней двери в коридоре, толкнул её и та открылась. Маленькая аудитория для черчения с большим учительским столом посередине. Чонгук затащил Кима внутрь, параллельно доставая ключи из кармана брюк и запирая дверь на замок. Эту аудиторию Чон снял на сегодняшний вечер чтобы закончить все свои домашки по черчению, но, кажется, планам не суждено сбыться.
Альфа бросил ключи куда-то на пол и взглянул из-под чёлки на младшего.
— Честно, я не понимаю таких людей. Как можно... — договорить ему не дали.
Чонгук прильнул к чужим губам, голодно и жадно целуя их. Сминал под собой, едва потягивая и закусывая. Руки тут же подхватили бёдра, приподнимая и усаживаясь на учительский стол. Все движения были какими-то рваными и грубыми. Как будто альфа сдерживал себя, чтобы не сделать Киму больно.
Тэхён же почти задыхался, не в состоянии ухватить и глоток свежего воздуха. Рёбра сдавливали сильные руки, а ноги стали ватными от такого поведения. Возбуждал. Альфа его возбуждал до предела.
— Успокоился? — тихо прошептал Чон, оставляя влажную дорожку из поцелуев. На шее уже красовались новые засосы, а внизу живота всё больше и больше разгорается жар. Тэхён больше этого не выдержит. Не сейчас.
— Пожалуйста.... — жалобно заныл парень, потянувшись пальцами к ширинке чужих штанов. — Я уже не могу, блять, это терпеть...
Возбуждение ударило в голову, а вместе с невероятным влечением к этому альфе всё, о чём мог думать сейчас Ким — только о сексе с Чонгуком.
— Малыш, всему своё время, – нежно произнёс, забирая руки парня от своих штанов и снова трепетно целуя. Тэхён недовольно застонал, не понимая, за что же ему в жизни такое несчастье. Кожа пылала под чужими прикосновениями, а сам Чон медленно опустился на колени, разводя ноги омеги в стороны.
Ким откинулся на локти, уже предчувствуя, что сейчас будет происходить.
Ему наконец-то должно полегчать.
Чонгук задрал мягкую кофту, расстегивая ширинку омеги и чуть снимая с него штаны, чтобы было удобнее делать то, что он собирается. Бельё уже немного промокло от естественной смазки и альфа снял его, освобождая набухший член. Аккуратно взял в руки и провёл языком по головке, вызывая тем самым чуть ли не крик у омеги. Тот впился одной рукой в поверхность стола, а другой закрывал себе рот, чтобы вдруг не вызвать слишком громких звуков.
Чонгук начал медленно проводить языком по члену, специально растягивая процесс и вылизывая Кима с особой внимательностью. После себя оставлял влажные дорожки из поцелуев и естественной смазки самого омеги. Какая красота.
Тэхён стонал, безуспешно умоляя о большем. Просил, вымаливал хоть немного солидарности к себе и своему телу. И, наконец, её получил. Альфа ускорил темп, вылизывая дырочку и параллельно надрачивая парню руками. Ким погрузился пальцами в чужие волосы, задавая подходящую скорость и уже совсем не контролируя себя в голосе.
— Блять, как же хорошо... — вскрикнул омега, чувствуя что подходит к пику.
В следующее мгновение всё тело сжалось, покрываясь мелкой дрожью и лёгкими конвульсиями. Тэхён не смог произнести и слова, лишь больно извиваясь в спине и хватая ртом воздух. Аромат разнёсся по аудитории, и Чонгук был уверен, что на целое крыло был ощутим этот сладковатый запах жасмина.
Вкусный, как и сам Тэхён.
Ким ещё некоторое время просто лежал с закрытыми глазами, не в состоянии даже пошевелиться. Чон опёрся рядом, созерцая плоды своей работы и невольно улыбаясь. Стоило Тэхёну на время отказаться от секса — его основного источника удовольствия, как все чувства обострились и он стал получать оргазм просто от обычного отлиза.
Как интересно работает его тело.
Наконец омега начал приходить в себя. Чон достал со стола салфетки и вытер младшего от смазки и спермы, параллельно приводя его назад в нормальный вид.
— А ты? — кивнул Тэхён на возбуждение в штанах альфы. Голос был хриплым и Ким не сразу узнал в нём свой. — Давай я тебе помогу.
— Нет, Тэ, не надо, — снова убрал его руки от себя. — Я сам. Иначе больше не сдержусь. Не здесь и не сейчас, — альфа поправил непослушную челку парня, аккуратно целуя в лоб.
— Зачем тебе сдерживаться? Не хочешь меня? — хрипотца в голосе добавляла какой-то милоты Киму, от чего Чонгук не удержал улыбки.
— Просто потерпи ещё немного, малыш. Мы же никуда не спешим. Дай нам время привыкнуть.
— Блять, вот только потом не называй меня нимфоманом, когда я буду просить о сексе два раза в день.
Чон засмеялся, поглаживая младшего по спине.
— Ты не представляешь как мило выглядишь, когда злишься. И когда ревнуешь.
— Я не ревную, — заявил Тэхён, пальцами проводя по чужому лицу. — Просто мне не приятно видеть тебя веселым с другим омегой, который точно в твоем вкусе.
— В моем вкусе? Не доверяешь мне, Ким?
Тэхён минуту молчал, раздумывая.
— Пожалуй, да. Я думаю ты променяешь меня на кого-то получше, как только такой появится на горизонте.
— Тэхён, — тихо начал Чонгук, глядя на него с нежной усмешкой, — ты правда думаешь, что есть кто-то лучше тебя?
Парень почувствовал как жар подкатывает к его лицу и невольно прищурился, пытаясь скрыть смущение.
— Ты даже не понимаешь, насколько ты уникальный, — шепнул он, проводя пальцами по линии подбородка Тэхёна. — Твой характер, твои принципы, твоя милая необоснованная ревность и весь ты...
— Лестью меня не купишь.
— Это не лесть, — Чонгук поднял его руку, прижимая ладонь Тэхёна к своей груди: к своему сердцу. — Это правда. Твое место здесь. И никто, слышишь? Никто не сможет занять его. Никогда.
И Ким Тэхён поверил.