Глава 11
«Это нелепо – разделять людей на хороших и плохих. Люди бывают либо обаятельны, либо скучны.»
Оскар Уайльд
* * *
- Знаешь, мне кажется, что я нравлюсь Гарри, - задумчиво сказала Джинни, вертя в руке зеленый листик.
Девушки сидели на лавочке возле хижины Хагрида и наблюдали за тем, как полувеликан возился с раненым единорогом. Оторвав взгляд от сей невероятно познавательной картины Грейнджер рассеяно посмотрела на Джинни.
- Извини, я прослушала. Ты что-то говорила? – переспросила Гермиона, виновато посмотрев на подругу.
- Герм, ты в последнее время вообще ничего не слышишь! – укоризненно воскликнула рыжая Уизли. – Что с тобой? То сидишь целыми днями одна в библиотеке, то смотришь перед собой ничего не замечая, то улыбаешься кому-то и что-то шепчешь себе под нос. Невил вон уже побаиваться тебя начал.
- Невил?
- Невил! – подтвердила гриффиндорка. – Представляешь, прибежал как-то в гостиную Гриффиндор и говорит, мол, встретил Гермиону на пятом этаже. А она, увидев меня, бросилась ко мне, схватила за руку и куда-то потащила. Попутно, что-то рассказывала о Почти Безголовом Нике, который застрял в стене и которого нужно срочно оттуда вытащить. И это притом, что сэр Николас - приведение, которое по правилам вообще нигде не может застрять!
- Ну, это было исключение из правил, - не растерявшись, ответила Гермиона. – Так что там с Гарри?
- А что с Гарри? С ним все хорошо. Я бы сказала отлично! – Широко улыбнулась Джинни. – В последнее время, я стала часто ловить на себе его заинтересованные взгляды. Хотя, они скорее жадные, ревнивые.
- Но ведь это же замечательно! Разве не этого ты хотела?
- Да, Гермиона, именно этого. Гарри временами бывает таким забавным. И робким! Мне кажется, что с каждым днем я его все больше и больше люблю. Но он такой медлительный! Неужели он не видит, что не безразличен мне?
- Видит, Джинни, видит. Просто Гарри многое потерял в своей жизни. Ему сложно поверить в то, что он может быть счастливым, - сказала гриффиндорка.
- Наверное, ты права. Ему сейчас очень сложно. А тут еще и я на что-то претендую, - задумчиво проговорила младшая Уизли.
- Джинни! Сколько раз я тебе уже говорила: не зацикливайся ты так на всех этих мелочах! Просто находись рядом с Гарри и …
- … и будь сама собой, - закончила девушка фразу. Немного помолчав, Уизли добавила:
- Спасибо тебе за поддержку, Гермиона. Что бы я без тебя делала! – с этими словами Джинни крепко обняла подругу. Слегка отстранившись, Уизли лукаво посмотрела на Гермиону. Разомкнув объятия, гриффиндорка спросила:
- А как там твои отношения с Роном?
- Все также. Они объелись мороженного и отказываются двигаться с мертвой точки, - скучающим голосом ответила Гермиона.
- Герм, я уверенна, что у вас все будет хорошо! Мой братец, конечно же, не гений, но и до Гойла ему еще далеко. Вот увидишь: он сам бросит Лаванду и первым прибежит к тебе мириться!
- Да, конечно, - рассеяно пробормотала девушка. А про себя подумала, что Рональд Уизли ей и даром не нужен. Но вслух этого не сказала.
* * *
С той памятной встречи в комнате для размышлений прошло уже две недели. Кто-то может сказать, что это очень много. Гермиона Грейнджер ответила б, что это безумно мало. Каждый вечер, встречаясь с Томом Риддлом, гриффиндорка испытывала радость. Радость оттого, что вновь его видела, слышала его властный, чарующий голос, ощущала его теплое дыхание на своей коже. Странно. Эта зависимость от слизеринца ее пугала и в то же время приносила какое-то извращенное удовольствие. Ей нравилось зависеть от Тома. Эта потребность наложила отпечаток на жизнь девушки. Гермиона начала все больше отдалятся от друзей. Гарри, Рон, Джинни – все это, казалось, было так давно. Пытаясь проанализировать произошедшие с ней события, Гермиона все больше убеждалась в том, что разговор в комнате для размышлений был переломным моментом в ее жизни. После него реальность гриффиндорки поделилась на два периода: до и после. В реальности «до» существовала Гермиона Грейнджер: отличница, староста, умная, рассудительная девушка, которая всегда знала что делать. Реальность «после» принадлежала Мии: наивной, милой, доверчивой девчонке, которая отчаянно нуждалась в Риддле.
Каждая их встреча, каждый поцелуй, ласка складывались в сложную мозаику, рисунок, на котором было изображено «их счастье». Такое нереальное и хрупкое, словно снежинка, танцующая во время вьюги.
А еще «их счастье» было украдено у времени. Каждый раз, когда Гермиона задумывалась об этом, ее сердечко судорожно сжималось от тревожного предчувствия беды. Девушка осознавала, что так долго продолжаться не может. Ведь судьба – дама капризная, своенравная. Однажды ей надоест играть в любовь с двумя волшебниками. Она заскучает, найдет другую забаву, а старую игрушку выбросит. И тогда, скорее всего, исчезнет излом и «Дорога снега», которые связывают две реальности. А потом … Девушка не хотела думать о том, что будет потом. Эти мысли приносили с собой острую боль, чувство безысходности.
Именно поэтому, выпросив у Тома книгу об изломах во времени, Гермиона пообещала себе, что отыщет ключ, который поможет ей найти выход из сложившейся ситуации. Ведь она не может, не имеет права потерять Тома Риддла.
* * *
- Браво, мистер Поттер, браво! – издевательски протянул профессор Снейп. – Ваш идиотизм воистину безграничен.
- Сэр, это вышло случайно, - попытался оправдаться Гарри.
- Ну, разуметься случайно, - подтвердил мужчина тихим, приятным голосом, в котором проскальзывали презрительные нотки. – Все открытия происходят случайно, Поттер. Вот вы, например, вместо того, что бы невебрально обезвредить мистера Уизли с помощью заклинания «Експелеармус», решили упростить себе задание и попросту выколоть ему глаз своей палочкой. Очень необычный подход к решению проблемы, а главное творческий! Минус двадцать балов с факультета Гриффиндор, мистер Поттер.
Окинув Гарри уничтожающим взглядом, профессор повернулся Гермионе и сказал:
- Мисс Грейнджер, отведите мистера Уизли в медицинское крыло. Надеюсь, вы сумеете найти дорогу?
- Да, сэр, - ответила девушка, взяв друга за руку.
* * *
- Вот змея! Как он еще не захлебнулся своим ядом, - возмущался Рон по дороге к мадам Помфри.
- Рон, прекрати! Профессор Снейп наш преподаватель нравиться тебе это или нет. И ты должен проявить хотя бы элементарную вежливость. Я уже не говорю об уважении! – сделала замечание другу Гермиона. Юноша в ответ фыркнул и пробормотал что-то нелицеприятное в адрес профессора.
Открыв дверь, Гермиона первой вошла в помещение. Мадам Помфри сидела за столом и что-то быстро писала пером на пергамене. Услышав скрип двери, она подняла голову и воскликнула:
- Мистер Уизли!
Переведя взгляд на гриффиндорку, женщина требовательно спросила:
- Мисс Грейнджер, что произошло с мистером Уизли?
- О, понимаете, ему палочка в глаз попала.
- Палочка? – удивленно переспросила волшебница.
- Да, палочка, - подтвердила девушка и, заметив озадаченный взгляд волшебницы, объяснила:
- На уроке ЗОТИ мы практиковались в невебральном исполнении заклинания «Експелеармус». Так вышло, что Гарри, который был в паре с Роном, очень сильно взмахнув волшебной палочкой. Ну и не удержал ее. Палочка, вырвавшись с руки Гарри, полетела в сторону Рона и попала ему в глаз. Вот. – Сказала она, указывая рукой на лицо друга, которое украшал яркий, продолговатый, лиловый синяк.
Вздохнув, мадам Помфри занялась лечением юноши. Гермионе же она дала поручение передать профессору Снейпу, что с мистером Уизли все будет в порядке. Грейнджер заверила волшебницу в том, что профессор будет безумно рад услышать сию добрую весть. Попрощавшись с мадам Помфри, девушка направилась на урок ЗОТИ.
* * *
- Занятие окончено. Свободны! – рявкнул Снейп.
Ученики, услышав заветное слово, стали поспешно собирать вещи и покидать аудиторию.
- Гарри, иди. Я тебя позже догоню, - вполголоса сказала Гермиона.
- Так ведь обед же! – воскликнул парень, удивленно посмотрев на подругу.
Девушка невольно улыбнулась.
- Иди. Мадам Помфри попросила меня передать кое-что профессору.
- А, ну тогда ладно, - ответил грифиндорец. Взяв свою сумку, юноша направился к выходу из класса.
Гермиона, дождавшись, когда классную комнату оставят все ученики, подошла к преподавателю.
- Сэр, - сказала гриффиндорка, пытаясь привлечь внимание профессора.
Снейп, оторвав взгляд от каких-то записей, вопросительно посмотрел на девушку.
- Мадам Помфри просила меня передать вам, что глаз у Рона на месте. В смысле не пострадал.
- Замечательно, - чуть скривив губы, прокомментировал мужчина. Можете идти, мисс Грейнджер.
Слегка прикусив нижнюю губу, Гермиона сцепила руки в замок за спиной. Сделав глубокий вдох, что бы выровнять дыхание и унять дрожь, девушка начала говорить: медленно, с расстановкой, тщательно подбирая слова.
- Профессор, у меня есть к вам несколько вопросов.
- Вот как? Мисс Грейнджер, а не пошли бы вы … хм, в библиотеку. Я уверен, там найдутся книги, которые сумеют дать ответы на интересующие вас вопросы.
- Видите ли, сэр, у меня вопросы не по школьной программе.
Взглянув на Снейпа и убедившись в том, что он ее слушает, Гермиона продолжила:
- Меня интересуют путешествия во времени. Вернее их последствия для путешественников и людей, на чьи судьбы они влияют.
- Интересно, - протянул Снейп. – А с чего вы взяли, что я являюсь специалистом в данном вопросе.
«Да уж, он явно сегодня не в духе». - Мелькнула мысль в голове девушки.
- Я не утверждаю, что вы являетесь специалистом в этом вопросе. Но мне некому больше обратиться. – Конечно, Гермиона слегка покривила душой. Можно было спросить директора Дамблдора, но гриффиндорка с некоторых пор чувствовала к нему острую антипатию.
- Ну что ж, я вас слушаю, мисс Грейнджер. В чем состоит суть проблемы?
- В одной из книг я нашла некоторые сведенья об изломах во времени, - заметив заинтересованный взгляд мужчины, девушка продолжила:
- Там было написано: «Открыв излом волшебник, сумеет показать «Дорогу снега» иному волшебнику, что бы тот подсказал верный путь, который сумеет привести взывающего к желанному. И исполнив свой долг, уйдет советчик навсегда, закрыв излом».
- Ну и что здесь непонятного? – удивился Снейп. – Один человек открывает излом или, как написано, взывает к «Дороге снега». Второй, тот который советник, дает ответы на интересующие взывающего вопросы. После – уходит, предварительно закрыв за собой проход во времени.
- То есть тот волшебник, который открыл проход, не может самостоятельно его закрыть, - уточнила Грейнджер.
- Да. Это может сделать лишь советчик. Еще есть вопросы?
- Есть. Профессор, скажите, а как советчик влияет на прошлое и будущее взывающего?
- В смысле?
- Он может изменить ход истории?
- Нет. Будущее не измениться.
- Почему?
- Да потому, что оно уже изменено. Все что когда-то произошло в прошлом, уже повлияло на наше настоящее. Понимаете?
- Нет, - отрицательно покачала головой Гермиона.
- Мисс Грейнджер, изменения уже произошли! – раздраженно воскликнул Снейп. – Допустим, советчик дал совет взывающему. Но последствия мы наблюдаем в настоящем.
- То есть наше настоящее и есть результатом действий советчика в прошлом?
- Совершенно верно! А вы не столь безнадежны, как может показаться на первый взгляд, - иронично заметил Снейп.
- Спасибо, сэр, - поблагодарила Гермиона профессора.
- Не стоит. Мисс Грейнджер, позвольте полюбопытствовать: откуда у вас такой интерес к данному вопросу? – хмуро спросил мужчина.
- Да собственно ниоткуда. Просто любопытно. Ведь это такая интересная тема. Вы знаете, я читала …
- Грейнджер, мне совершенно неинтересно, что вы читали! – прошипел Снейп. – У вас, кажется сейчас обед? Замечательно! Идите, мисс Грейнджер, идите, а то опоздаете.
- Но, сэр …
- Идите уже, Грейнджер! – прорычал мужчина.
- Но …
- Вон! – воскликнул мужчина, резко встав из-за стола.
* * *
- Гермиона, что ж ты так долго? Обед уже почти закончился! – возмутился Гарри.
- Извини, - сказала девушка, рассеяно посмотрев на Поттера.
Юноша бросил укоризненный взгляд в сторону гриффиндорки, но больше не стал ничего говорить. Так они и ели: молча, совершенно не обращая друг на друга внимания.
А под конец обеда в Большой зал влетела темно-коричневая сова и сбросила небольшую бандероль на стол перед Гермионой. Взяв в руки посылку, девушка аккуратно развязала зеленую ленту, которая украшала ее. Открыв бандероль, гриффиндорка обнаружила в ней четыре булочки с корицей и маленькую записку. Развернув клочок бумаги, девушка прочла: «Миа Браун, ты совершенно не умеешь лгать».