Глава 8
- Уже решила, какой пейзаж будешь рисовать? - спрашивает Ванесса, как только мы выходим с занятия по живописи.
- Да, думаю, что морской. Хочу нарисовать пляж в Эдмондсе.
- На закате? - с улыбкой спрашивает она.
- Естественно, - улыбаюсь в ответ. - Нужно съездить и сделать парочку фотографий, там же и куплю краски.
- А я буду писать акварелью. Никак не могу выбрать между горами и проселочной дорогой.
- Акварелью? Я с ней не дружу, потому что невозможно исправить ошибки, а я очень неаккуратная, как и мой брат. Кстати, как прошло свидание с Лиамом? - пихаю Ванессу в бок. - Он вернулся домой расстроенным.
- Он всё время лезет целоваться, Кайла! - я смеюсь, а девушка в притворном возмущении бьет меня по плечу. - Я серьезно. Стоит такой, разговаривает и на середине фразы наклоняется, типа обманный маневр, - Несс начинает изображать моего брата. - Блин, это надо видеть! И так весь вечер.
Я не могу перестать смеяться, и Ванесса тоже поддается смеху.
- Это ты виновата.
- Я?
- Ну да, ты сказала: «Сходи с ним, иначе он не отстанет». Теперь мне нужно поцеловать его, а потом переспать с ним, чтобы точно отстал, да?
Я прыскаю со смеху.
- Ну, это уже крайние меры. Он до такой степени тебе не нравится, да? - спрашиваю я, когда мы выходим из дверей университета. - Когда ты произносишь его имя, у тебя дергается глаз.
- Да не то, чтобы не нравится, - Несс пожимает плечами, - просто мне нравятся более серьезные парни. А у Лиама ветер в голове и детство в заднице.
- Эй, горячие первокурсницы! - оборачиваюсь на оклик Гарри.
Стайлс сидит на бортике фонтана рядом с Лиамом, а напротив них стоит Луи. Гарри подзывает нас жестом, и я слышу, как недовольно стонет Ванесса. Мы подходим к ребятам, Лиам улыбается Несс, а та закатывает глаза.
- Несс, - окликает её Стайлс, - поделись грязными подробностями свидания. Лиам нам не рассказывает, но по его настроению сразу понятно, что вечер не удался. Он что-то натворил, да? - Гарри и Луи переглядываются, а затем начинают смеяться.
- Заткнись, - бросает мой брат.
- Лимо, ты не отвезешь меня в Эдмондс сегодня? - решаю переменить тему, чтобы спасти брата от неловкости.
- Зачем тебе туда?
- Сфотографировать пляж, я буду его рисовать. Ну и купить краски в том маленьком магазинчике у пристани.
- Туда же тащиться два часа, купи краски здесь и скачай фотки из интернета, - грубо бросает он. Капец, сам всё испортил на свидании, а срывается на мне. Как всегда.
- Мне нужны фотографии не обработанные миллионами фильтров. И хорошие жидкие акриловые краски есть только там.
- Ты блин, долбанная Рапунцель, что ли? - нервно спрашивает он. Все посылают Лиаму немые вопросительные взгляды. - Ну, помните, в мультике ей нужны были краски из каких-то ракушек, а за ними идти три дня пешком? - брат заглядывает всем по очереди в глаза. - Ну мамка её злобная за ними ходила, не помните, что ли? Кстати, Кайла, ты копия мамки Рапунцель.
- Это была ненастоящая мамка, она же украла Рапунцель, когда та была совсем маленькая, - задумчиво произносит Луи.
- Да-да, она украла её, потому что волосы светились или что-то такое, - поддерживает Гарри. - Матушка Готель! Вот как её звали.
Мы с Ванессой переглядываемся и издаем смешки, всегда интересно наблюдать за тем, как парни с третьего курса, которые работают в автосервисе, со всей серьезностью обсуждают диснеевские мультики.
- Так ты отвезешь меня? - спрашиваю брата, пока он не вспомнил еще какой-нибудь мультик и не пустился сравнивать меня с Урсулой или Малефисентой.
- На мое счастье, я работаю сегодня.
- Ты просто кошмарный брат, - говорит Несс, на что Лиам краснеет. Мой брат покраснел! Он краснеет только в одном случае - когда обгорит на солнце. А тут такой сюрприз!
- Гарри, - поворачиваюсь к нему, - будешь моим Флинном Райдером?
- Прости, детка, я сегодня тоже работаю, - Стайлс трет щеку и, вскинув брови, смотрит на Томлинсона. - У Луи сегодня выходной, он будет твоим Флинном.
- У меня? - как-то потерянно спрашивает Томлинсон, приложив ладонь к груди. - Да я без проблем могу подменить тебя в Севен.
- Ага, конечно, хрен тебе. Сегодня Фендер обещал пригнать свой мазератти, я с него столько бабок сдеру.
- Ну, - Луи трет шею, - я отдам тебе всю выручку с Фендера.
Гарри с Лиамом удивленно переглядываются.
- С чего бы это тебе отдавать мне всю выручку с него? - прищурившись, спрашивает Стайлс. Луи поджимает губы, придумывая ответ. - Погоди, кажется, я понял. Ты принципиально не хочешь везти Кайлу. Она тебя бесит, да?
- Что? - Томлинсон смеется, покачивая головой. - Что за бред?
- Ты готов подменить меня, так еще и навар с Фендера отдать, лишь бы не тусоваться с Кайлой лишние пару часов. Она тебя точно бесит.
- Да, - поддерживает Лиам, - она слегка туповата, согласен, это утомляет.
- Ну спасибо, придурки! - обиженно говорю я, и Ванесса меня приобнимает.
- Да не бесит меня твоя девушка, - говорит он Стайлсу, а затем поворачивается к моему брату, - да, иногда она тупит, но меня это не утомляет.
- Продолжайте разговаривать так, будто меня тут нет! - вставляю я, и Луи наконец обращает на меня свое внимание.
- Ты не бесишь меня, Кайлер, честное слово, - впервые за долгое время Томлинсон дарит мне широкую улыбку, и я улыбаюсь ему в ответ. Я и не сомневалась в том, что не бешу его. Только Гарри с Лиамом могли перевернуть всё с ног на голову.
- Так если она тебя всё-таки не бесит, может, отвезешь мою Рапунцель в этот несчастный Эдмондс? - спрашивает Стайлс.
- Ты, наверное, хотел сказать «мамку Рапунцель», - подсказывает брат.
Луи тяжело вздыхает и, поджав губы, кивает головой.
- Отвезу.
***
Кайла: Мне нужна твоя помощь.
Зейн: Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети.
Кайла: Малик, я серьезно.
Зейн: Блин, ну нафиг я ввязался в это дело, а? Ну кто меня просил?
Кайла: Мне нужен твой совет.
Зейн: Я раздаю советы только за бабки.
Кайла: Луи везет меня в Эдмондс.
Зейн: Какой же он милашка.
Кайла: Перестань. Как мне себя вести? Я хочу сказать ему о том, что собираюсь расстаться с Гарри.
Зейн: Это бесполезно, Кайла, он вряд ли обрадуется и побежит с тобой в закат. Ему от этого не будет легче принять решение. Кстати, красный или синий?
Кайла: Хочу, чтобы он знал. Ты там бомбу что ли обезвреживаешь?
Зейн: Типа того, не могу выбрать бомбер. Черт, потом расскажи хоть, чем дело кончится. Теперь мне даже интересно.
Кайла: Бери красный, этот цвет тебе больше идет.
Зейн: Консультантка сказала то же самое. Послушай женщину и сделай наоборот. Беру синий.
Зейн: Взял красный.
***
Я представляла другую поездку. Наполненную весельем и разговорами, как это бывало всегда, когда мы с Лу оставались наедине. Но в этот раз всё было по-другому: Томлинсон общается односложными предложениями, неестественно напряжен, и не отрывает взгляда от дороги.
Из радио доносится заунывный рок, подаюсь вперед и переключаю волну. Добрая песенка Эда Ширана устраивает меня как никогда. Как только я откидываюсь на кожаную спинку сиденья, Луи переключает волну обратно на рок.
Я снова подаюсь вперед, чтобы вернуть Ширана. Краем глаза замечаю, как уголок губ Луи дергается в улыбке. В машине снова играет рок. Да чтоб меня! Несколько раз жму на кнопку, убегая подальше от станции с рок исполнителями. Хм, Джастин Бибер - мне подходит.
- Ну уж нет, этого в моей машине точно не будет, - говорит Луи, переключая волну.
- Да ладно тебе, классная же песня, - возвращаю Бибера и делаю погромче. - My mama don't like you and she likes everyone, - громко пою я, покачивая головой, на что Томлинсон смеется. - And I never like to admit that I was wrong, - начинаю помогать себе руками в незатейливом танце. Опускаю стекло, чтобы ветер развевал мои волосы словно в клипе, и начинаю кривляться, строя из себя голливудскую диву. Луи поглядывает на меня и качает головой с широкой улыбкой на губах.
- Должен ли я говорить, что меня пугает то, что ты знаешь наизусть все слова этой песни? - спрашивает он, когда Бибера сменяет Тейлор Свифт.
- Я уверена, что когда ты сегодня ночью будешь ложиться спать, эта песня будет играть в твоей голове.
Луи поворачивается ко мне и в притворном испуге раскрывает рот.
- Главное, чтобы сам исполнитель не приснился, - говорит он, на что я смеюсь.
- Обещай, что расскажешь мне об этом сне, если вдруг приснится. Помнишь, как тебе приснилось, что ты играешь в покер с Ди Каприо, он тебя обдурил, но ты стеснялся ему что-либо предъявить, потому что тебе слишком нравится его роль в фильме «Начало».
- Да, это был конченный сон, - с усмешкой вспоминает он. - А помнишь твой, где к тебе клеился Мэттью МакКонахи, и ты стеснялась ему отказать, потому что он звезда мирового уровня. Что ты ему там ответила, чтобы отмазаться?
- Что сплю с Кристианом Бейлом, - покраснев, быстро отвечаю я.
- Точно, - Луи издает смешок. - Эта отмазка и в реальности подойдет: «Девушка, можно пригласить вас на танец?». «Нет, я сплю с Кристианом Бейлом». Или «Что делаешь сегодня вечером?». «Сплю с Кристианом Бейлом, разумеется».
Я смеюсь, и усаживаюсь поудобнее, поджав под себя ногу.
- Или, - предлагаю я, - «Ты мне нравишься». «А мне пофиг, я сплю с Бейлом».
- В любой неловкой ситуации просто говори: «Тише, Кристиан спит, вы его разбудите!», и уходи.
- Ты можешь использовать эту же отмазку для девушек.
- Я подумаю над этим.
***
Купив краски, мы с Луи отправляемся гулять по пристани, поджидая закат. Едим мороженое, следя за солнцем. Когда оно начинает заходить, окрашивая небо во все оттенки розового и оранжевого, мы идем на пляж.
Конверсы тонут в зыбучем мягком песке, приятный шелест волн ласкает слух. Вдали летают чайки, истошно вопя, словно передают друг другу какую-то важную новость. Блики на воде переливаются розовыми отблесками неба, а пушистые барашки на волнах торопятся вперед, чтобы скорее удариться о мягкий берег. Легкий ветерок приятно ласкает кожу, напоминая мне нежные прикосновения пальцев Луи к моим щекам и волосам.
Фотографирую этот пейзаж, мысленно представляя, как буду рисовать картину. Подхожу к кромке воды и присаживаюсь, пытаясь уместить в кадр и заходящее солнце и длинную пристань вдали.
Мы с Луи стоим совсем рядом, наши руки почти соприкасаются. Я исследую глазами воду и небо, пытаясь запомнить каждую мелочь и ощущения. Мне жаль, что я не сильна в акварели, с ней получаются просто удивительные переходы цветов.
- Здесь красиво, - говорит Луи, пряча ладони в передних карманах джинсов. - Сколько времени уйдет на этот рисунок?
- Не так много, на самом деле. Я схалявила и обошла мимо городской пейзаж, вот там бы понадобилось много времени, чтобы прорисовать сотни мелочей, - убираю телефон в карман кофты и делаю глубокий вдох, чтобы набраться смелости. Нужно сказать ему сейчас или я вообще не осмелюсь на это сегодня. - Я собираюсь расстаться с Гарри, - на выдохе говорю я.
Я не смотрю на Томлинсона, мне страшно. Натянув рукава кофты на пальцы, смотрю вперед, следя за волнами, но боковым зрением вижу, как парень напрягается, а затем со вздохом опускает голову.
- Это ничего не изменит, Кайлер, - тихо говорит он. Он имеет в виду нас. Ничего не изменится, он не будет со мной. Хотя бы не притворяется, что не понимает, к чему я клоню.
- Слушай, - поворачиваюсь к нему, но Томлинсон на меня даже не смотрит, его взгляд устремлен вниз, где он носком своих черных вансов роет маленькую ямку в светлом песке, - нужно просто немного подождать. Гарри когда-нибудь начнет встречаться с другой девушкой, а мы...
- Нет никаких «нас», Кайла, - перебивает он, а я до боли прикусываю губу от режущих слов. Луи наконец смотрит на меня, его взгляд смягчается, ему жаль, что он так резко разговаривает со мной, я это вижу. - Ничего не выйдет.
Тяжело сглотнув слезы, я несколько раз киваю головой и отвожу взгляд. Томлинсон вздыхает и проводит ладонью по лицу. Мой мир разрушен на части. Луи только что рыл ямку, может раскопать побольше и лечь там умирать? Если бы я промолчала, тогда всё было бы нормально. А теперь, будем ли мы вообще когда-либо общаться? Но я не собираюсь сдаваться.
- Я уверена, что мы могли бы быть счастливы вместе, - говорю я, - ты боишься обидеть его, я тоже, но уверена, что он бы понял нас, Лу.
- Ты не понимаешь, - он качает головой.
- Да, может я чего-то не понимаю. Я глупая, наивная, младше тебя, ты часто называешь меня ребенком. В самом начале я думала, что между нами просто страсть, но как же все наши разговоры? Мы понимаем друг друга с полуслова, Лу. Скажи мне, что для тебя всё это ничего не значит. Скажи, что песни, которые мы писали, были просто набором слов, наложенных на красивую музыку, а не тем, что мы чувствуем на самом деле. Скажи, что ничего не чувствуешь, когда находишься рядом со мной. Скажи, что ничего не чувствуешь, когда я прикасаюсь к тебе.
Провожу пальцами по волосам и делаю глубокий вдох. Мне нужно выговорится, иначе я потону в своих же чувствах.
- Я не могу без тебя, слышишь?
- Кайлер, остановись.
- Ты поцеловал меня, а на следующее утро исчез, - продолжаю, несмотря на его просьбу, - сделал вид, что ничего не было, а я потихоньку умирала с каждым днем без твоего общения. Потом говоришь, что был пьян, хотя это не так. Затем приходишь весь такой великолепный и пьянющий и предлагаешь быть друзьями. Ты хоть знал, что я готова была разрыдаться в твоих ногах в тот момент? - всхлипываю, но продолжаю: - Потом эти песни, эти смс. Только не говори мне, что это не было нашим способом сказать о чувствах друг другу, потому что вслух такое не говорят! Затем ты отдаляешься от меня, игнорируешь. Я совсем одна в этом, и ты никак не хочешь поговорить со мной. Я измучена, знаю, ты тоже. И Гарри... Боже мой, мне так стыдно перед ним, он такой хороший... Но я никак не могу выбросить из головы наш поцелуй на Рождество, всё время вспоминаю слова, которые ты говорил мне. Это всё было ложью? Если да, то для чего? Просто ответь мне, потому что я с ума схожу день за днем. И это манит меня не потому, что это запретно или что-то еще. Я без тебя дышать не могу. Я просто...
- Кайла, пожалуйста, только не произноси этого вслух.
- Я просто до безумия влюблена в тебя, Луи Томлинсон.
- Черт, Кайла! - прижав ладони к затылку, он поворачивается ко мне спиной.
- Посмотри на меня, Луи, - прошу я, смотря на спину парня. Он прячет ладони в карманы джинсовой куртки, но так и не поворачивается. - Посмотри на меня! - ветер уносит мой дрожащий голос, а злость потихоньку нарастает. - Я признаюсь тебе в любви, а всё что ты можешь сделать, это повернуться ко мне спиной и сказать «черт»?! Посмотри на меня!
Он не поворачивается, и я толкаю его в спину, всё с той же просьбой. Гнев и обида охватывают меня, лишая разумности. Мне стыдно, больно, противно от самой себя. Я жалкая. Делаю шаг вперед и пинаю волну, орошая холодными брызгами спину парня. Томлинсон наконец поворачивается, и я снова бью ногой по воде.
- Только ноги зря намочила, - говорит он, глядя на промокшие насквозь белые конверсы.
Бреду назад и обессиленно сажусь на песок, принимаясь снимать кед с ноги. Шмыгнув носом, сгибаю ноги в коленях и снимаю промокший белый носок, чтобы выжать его. Луи присаживается на корточки рядом со мной и, сцепив пальцы между собой, кладет их на свои колени. Не могу на него смотреть, потому что тут же разревусь, а я хочу хоть каким-то образом показать ему, что я не ребенок, я взрослая девушка.
- Помнишь, как ты спрашивала про мою девушку? - тихо спрашивает он. Я только киваю, продолжая вертеть мокрый носок в руке. - Мы с Наоми встречались два года. Когда я поступил в этот университет, то на несколько дней приезжал сюда в начале лета, чтобы всё здесь посмотреть. А когда вернулся домой то, моя девушка и мой лучший друг признались в том, что любят друг друга и что спят вместе около полугода, - я удивленно поднимаю на него свой взгляд. В голубых глазах Томлинсона плескается неприкрытая боль. - Я был на месте Гарри, Кайла. Это как минимум хреново, - он невесело усмехается, опустив взгляд вниз. - Самое главное, что я так и не смог простить их. Я не простил их до сих пор. И если мы будем вместе, то как же я прощу сам себя, зная, какую боль мы причинили Гарри? Зная, что когда-то со мной поступили точно так же. Я уже не могу простить себя за одну только мысль о нас с тобой.
- Боже, - провожу пальцами по волосам, пытаясь осознать всё сказанное, - почему ты не сказал мне об этом раньше?
Он пожимает плечами.
- Не видел смысла, говорить об этих людях.
- Вот же дерьмо! - выпаливаю я, на что парень усмехается. - Мне так жаль, Лу.
Не могу поверить, что Луи предали. Боюсь представить то, что он пережил и каково ему было, когда он оказался по другую сторону медали вместе со мной. Я мучилась каждый божий день, а он вдвойне. Двойное, даже тройное чувство вины, и всё это внутри, не показывая эмоций снаружи. Скорее всего, он метался в своем сознании, как тигр в клетке. Мы с ним хотя бы не переспали. Это бы убило всех троих.
- Когда я понял, что влюбляюсь в тебя, то практически начал сходить с ума, - он сказал влюбляюсь?! - Но я не мог перестать общаться с тобой, хоть и понимал, что это чертовски неправильно. Ненавидел сам себя, но просто не мог ничего с собой поделать. Тогда на Рождество всё изменилось, я подумал... - он трет переносицу и покачивает головой. - Это всё уже неважно. Потом ты поступила сюда, и я решил проверить, смогу ли держаться рядом с тобой. В тот вечер я пришел к тебе в гости.
- Когда я соврала про вечеринку, - тихо вспоминаю я.
- Да, оказалось, что вместе нам лучше не находиться, потому что еще пару минут, и в тот вечер я снова перешел бы черту. Всё то, что я говорил, все слова, сказанные мной в ту ночь были правдой. Мне тяжело контролировать себя рядом с тобой. Раньше мы говорили по телефону, было легче, но сейчас я вижу тебя каждый день, и это оказалось намного тяжелее, чем я думал. А еще меня просто разрывает от ревности, когда он целует тебя, когда берет за руку, когда ты смеешься рядом с ним. Но у меня нет права на эту ревность, потому что ты не моя девочка, понимаешь? И я вообще не должен был говорить тебе все эти вещи... Господи, Кайлер, только не реви, потому что я совсем не умею успокаивать плачущих девушек. Я худший в мире успокаивальщик, если, конечно, есть такое слово.
- Нет такого слова, - с легкой улыбкой говорю я, прикасаясь к своим влажным щекам. Я даже не заметила того, как слезы начали капать сами собой. Всё-таки разревелась. - Хорошо, - утерев рукавами слезы, говорю я, - но я всё равно собираюсь расстаться с Гарри, потому что больше не могу обманывать его. Представим, что пройдет время, он всё забудет, пусть год, два... И если мы с тобой будем чувствовать друг к другу хоть что-то, тогда мы сможем попробовать? - я смотрю в его глаза, и мне кажется, что от ответа Томлинсона зависит моя жизнь. Сердце сейчас остановится от страха. Во рту пересохло, губы немеют. Мне, как воздух, нужен утвердительный ответ. Мне просто нужна надежда, чтобы двигаться дальше.
Луи смотрит на меня, и я вижу, как он действительно раздумывает над ответом. Парень дарит мне легкую улыбку и кивает головой. Господи, спасибо!
- Что же, - шмыгнув носом, деловито откидываю волосы назад, вызывая тихую усмешку Томлинсона, - нам, наверное, пора? - снимаю второй кед, чтобы идти до машины босиком. - Мы же можем хотя бы попытаться общаться как друзья? К тому же, я ведь сплю с Кристианом Бейлом, тебе нужны друзья с такими связями.
- Ну, тут не поспоришь, - Томлинсон с улыбкой протягивает руку, чтобы помочь мне подняться. - Если ты больше не планируешь, соблазнять меня, то мы вполне смогли бы дружить.
- Соблазнять? Да я никогда в жизни!
- Ну-ну, малолетняя извращенка, - он с улыбкой закидывает руку на мое плечо, пока мы не спеша бредем по пляжу. Песок теплый, еще не успел остыть после палящего весь день солнца, а стопы приятно вязнут в крошечных песчинках.
- Я сейчас засуну свой мокрый носок тебе в рот.
Луи тихо смеется.
- Знаешь, это самая странная угроза, которую я когда-либо слышал от девушки. И, зная твое обильное слюноотделение, носок во рту нужен именно тебе. Боюсь, что даже сухой быстро станет мокрым у тебя-то во рту.
Со смехом пихаю его плечом и завожу руку назад, приобнимая парня со спины. Так ведь делают друзья?
- Называй меня слюнявой, только не называй малолетней.
Луи слегка наклоняется и заглядывает в мои глаза.
- Тебя так сильно это задевает? - ласково спрашивает он.
- Да, - честно отвечаю я. - Хочу, чтобы ты воспринимал меня как взрослую и равную себе.
- Как равную себе женщину?
- Ага. Как самодостаточную женщину.
Луи издает смешок.
- Хорошо, но ты ведь понимаешь, что взрослым женщинам не поют колыбельные перед сном и не покупают киндеры? Самодостаточную и властную женщину не хочется оберегать и защищать. Готова отказаться от этого? - с улыбкой спрашивает Томлинсон.
Я морщусь.
- Уже не уверена.
- Тогда, как настоящая взрослая женщина, ты просто обязана согласиться пробежаться наперегонки до машины. Кто последний, тому я куплю Хэппи Мил, потому что этот кто-то очень взрослый.
- Томмо?
- Да?
- Беги сейчас, ты уже достал, честное слово, - пытаюсь ущипнуть его одной рукой за бок, а второй ударить кедами, которые держу в руках, но парень ловко уворачивается и бежит вдоль берега. Я снова бью ногой по холодной воде, пытаясь как можно сильнее облить Томлинсона со спины. Его заразительный смех доносится до меня, а затем теряется в теплом ветре.
Хочется ударить этого дурака по голове, а затем крепко обнять