Мечта

Утром 30 декабря Виталик завороженно смотрел в окно на снег. Мохнатые снежинки кружили белой стаей и мягко укрывали истерзанную непогодой землю. Спокойно и тихо. Красиво-то как!

Вчерашний день казался выдумкой или странным сном. Ну не может быть, чтобы он гулял по городу с говорящим фонарем! Просто очень яркий и интересный сон на фоне ушибленной головы. Вот в то, что он свалился с лестницы и приложился затылком о брусчатку — в это Виталик верил охотно. И чувствовал всем телом.

Убедив себя, что ему все почудилось, парень пошел к старому дубовому шкафу за елочными игрушками. Немного пузатый, старчески поскрипывающий дверями, солидный шкаф выглядел как настоящий хозяин дома, в отличие от тонкого и нервного Виталия. Последний стоял перед ним и пытался вспомнить в какой из десятков коробок хранится новогодняя мишура. Доставать все решительно не хотелось, потому что обратно эти коробки никогда не влезали. Взгляд упал на небольшой деревянный ящик с потемневшей и уже едва заметной резьбой. Пожалуй, с него и начнем.

Ящик или, скорее, большая шкатулка, оказался одним из бабушкиных "сундучков", в которых она хранила дорогие сердцу вещи. Они редко имели практическую ценность, да и системы тут не было никакой, но выцветшая фотография, пожелтевшее от времени письмо, тяжелый ключ, покрывшийся благородной патиной, или старинный медальон несли в себе память об особенных моментах, и печальных и радостных. В детстве Виталик обожал перебирать бабушкины сокровища, по-лягушачьи сидя на ковре. Он брал в руку интересную вещицу, поднимал горящий любопытством взгляд на бабушку, и она неспешно рассказывала очередную историю. Всегда интересную и полную удивительных случайностей.

С легкой и немного грустной улыбкой Виталик погладил кончиками пальцев россыпь знакомых с детства предметов. Взгляд зацепился за что-то зеленое, сверкнувшее в утреннем свете. На ладонь легла странная и довольно крупная подвеска, размером с две фаланги пальца, на плотном кожаном шнурке: четырехгранный фонарь, бронзовый, с толстыми зелеными стеклышками, похожими на витражные. Виталик перекатил украшение на ладони и фонарик слегка, будто стесняясь, отразил лучи зимнего солнца, хотя казалось, что наконец-то вытащенный из темноты, он сейчас больше вбирал в себя света, нежели отдавал.

Историй об этой вещи в голове не водилось, зато память тот час услужливо напомнила о причудливом фонаре со странной мечтой о полетах и об уговоре на сегодня. А что если?.. Замявшись на мгновение, Баранников быстро оделся и помчался на площадь, сжимая в кулаке свою находку. Нужно разобраться раз и навсегда, привиделось ему или сказке все-таки быть.

Левый ряд, крайний фонарь с медной короной на плафоне. Бублик, запыхавшись, подбежал и остановился, задрав голову. Фонарь выглядел обычным, хоть и до боли знакомым. Обошел вокруг, пнул ногой по столбику. Ничего. Значит, сон. Парень развернулся чтобы уйти и тут же услышал сверху:

— Пришел таки. А я уж думал, позабыл про меня.

Подняв голову Виталий увидел вполне живой Фонарь. Значит, не сон. Его сказка реальна.

— Пришел. Я думал, ты мне приснился, — решил быть честным Бублик.
— И все равно ты тут. Смелый фантазер и сказочник. Лучший напарник для полета, — с улыбкой в голосе произнёс Фонарь. — Принес? Ты выбрал что-то стоящее для моей новой жизни?
— Вот. — Бублик протянул на ладони подвеску.

Феликс склонился и внимательно посмотрел на маленький фонарик.

— Идеально! — просиял Фонарь. — Новый я прекрасен. Осталось только закончить со старым.

Виталик вздрогнул да так и застыл с подвеской на вытянутой руке.

— Не бойся. Никто не заметит разницы. Моя суть — Свет, уйдет с тобой, а старый фонарь на площади останется светить.
Лампочку заменишь и все. Даже прежних проблем с "характером" больше не будет. Неживой ведь, какой уж тут характер. — Феликс выпрямился, оглядел площадь и поднял голову к небу. — Я готовился, поспрашивал, собрался с силами. Дело непростое, не каждый день живые фонари такое делают, но мне невмоготу. Пришло время полетать. Сейчас начну, а ты стой вот так, как стоишь.

Бублик замер, стараясь не упустить ничего и помочь по мере сил. Шутка ли — свет поймать да в новую жизнь унести!

Фонарь встал ровно и замер. Равномерный, едва слышный поначалу гул, возник где-то в недрах стеклянного плафона и постепенно нарастал. "Похоже на шмеля",— подумал Виталий. Тонкий черный столбик задрожал, лампа за матовым стеклом плафона мигала и трещала, а потом с резким хлопком потухла, и пространство вокруг фонаря заволокло темной дымкой. Фонарик на руке дернулся и потяжелел. Баранников уставился на свою ладонь, не зная, чего ожидать: то ли фейерверка, то ли лазерного луча из самих небес. Подвеска еще раз вздрогнула и вдруг засияла знакомым мягким светом. Дымка рассеялась, а маленький фонарик светился и слегка согревал ладонь.

— Привет. Ты как там?— Виталик счастливо заулыбался и поднес фонарик поближе.
— Обустраиваюсь, — знакомым, но более тихим голосом ответил Фонарь. — Полетели?