Глава 6: Между строк
Мы вошли в библиотеку. Пахло всё тем же — пылью, старой бумагой и чем-то ещё… чем-то уютным. Или это мне так казалось.
— О, опять пришли, — Зоя Алексеевна даже не удивилась. — Ну что, доделывайте свои полки. Потом — карточный каталог. Поняли?
— Поняли... — протянули мы в унисон, переглянувшись.
Валера взял ведро с водой, подкинул мне тряпку.
— Лови, малиновая. — Его глаза хитро блеснули. — Ты у нас сегодня за главный швабродел.
— Хамло. — Я фыркнула, поймав тряпку. — Смотри, Турбо, я утоплю тебя в этом ведре.
— Попробуй, — ухмыльнулся он. — Мне плавать не впервой.
Мы начали разбирать оставшиеся полки. Работалось... странно легко. Где-то посмеялись, где-то перекинулись шутками. Валера иногда специально подавал мне самые тяжёлые книги. Я строила ему рожицы в ответ.
Иногда наши руки случайно соприкасались. На полсекунды. Может, меньше. Но каждый раз сердце будто спотыкалось о собственный ритм.
— Слышь, Малин... — вдруг сказал он, аккуратно ставя на место груду старых журналов. — А ты чё в свободное время делаешь? Ну, кроме баяна своего.
— Учусь. Музыка. Читаю. — Пожала плечами. — А что?
— Просто... — он потер шею, чуть смутившись. — Думаю... может... ну... не хочешь как-нибудь... в ДК сходить? Там завтра дискач вроде.
Я замираю. Медленно опускаю в руки книгу. Смотрю на него.
— Ты... меня зовёшь?
— Ну да. А кто ещё? — Валера усмехнулся, но в глазах — волнение, спрятанное за этой показной наглостью. — Я, чё, по-твоему, каждых по школам собираю?
— Ну... — я сделала вид, что задумалась. — Надо подумать...
Он вскинул брови, прищурился.
— Ты это, Малин... не борзей. Я тебя вообще-то спасаю. Если не пойдёшь со мной, пойду с Зимой. Он, конечно, норм, но с ним не потанцуешь.
Я не выдержала — прыснула от смеха.
— Ладно, ладно... — кивнула. — Идём.
Он на секунду растерялся, будто сам не верил, что я согласилась. А потом... просто улыбнулся. Той самой, своей, фирменной — дерзкой, но до ужаса тёплой.
— Всё, по рукам. — Протянул кулак для пунша. — Завтра. В семь. В ДК. Будь.
Я стукнулась кулачком.
— Буду.
Мы переглянулись. И вот в этот момент между нами стало так... громко. Без слов. Без движений. Просто... просто это было. Где-то в воздухе. Между полками, книгами и карточным каталогом.
— Эээй! — вдруг раздалось со стороны стойки. — А ротами будете работать до вечера?!
Мы одновременно прыснули, схватили тряпки и сделали вид, что усиленно начищаем полки.
— Слушай... — шепнул Валера, склонившись поближе, — ты заметила, что за эти два дня я не только научился отличать "Историю КПСС" от "Справочника по химии", но ещё и познакомился с самой дерзкой отличницей школы?
— Ну... ты вообще счастливчик, между прочим. — Улыбнулась я, не поднимая глаз. — Не каждому так везёт.
— Да уж. — Его голос стал вдруг ниже, почти серьёзным. — Сильно повезло...
На этих словах сердце снова сорвалось куда-то в пятки.
---
Когда мы закончили, Валера снял тряпку с плеча, бросил её в ведро и вытер руки о штаны.
— Ну чё, малиновая... — он посмотрел на меня. — До завтра?
— До завтра. — Сказала я чуть тише, чем хотела.
— И, слышь... — он шагнул ближе, понизив голос. — Не смей меня там продинамить, понятно? Я серьёзно.
— Я тоже. — Слишком быстро сорвалось с губ.
Он кивнул. Повернулся. Сделал пару шагов... И тут же обернулся.
— Кстати. Турбососина — это было сильно. Запомнил. — Подмигнул. — Но смотри, Малин, не привыкай к такой фамильярности. Я вообще-то серьёзный пацан.
— Серьёзный-серьёзный... — усмехнулась я, закатывая глаза. — Смотри, не опоздай, серьёзный ты мой.
И он ушёл.
А я... я осталась стоять в этом пыльном, старом, затхлом помещении. Одна. С огромным глупым счастливым лицом и сердцем, которое так и не научилось биться спокойно рядом с ним.