Важная тайна
Добравшись с горем пополам до плывущего корабля, мы немного "промахнулись". Дело в том, что я долго спорила с Аладдином, каким курсом пошло судно из Денеба, но в результате мы оба только признали тот факт, что заблудились. А потом, после пары часов бесцельной траты магой, сил и ругательств, увидели ближайший корабль на горизонте и без сил рухнули на него, не особо заботясь, чей он… А зря… - Это что ещё за дети? – брезгливо глядя на нашу живописную кучку, спросил полный низкорослый дядька с приличным багажом золотых украшений. Как к палубе ещё не приложило, ей-богу.
- Они свалились с неба, господин! – просто ответил один из матросов, за что получил пощечину от "позолоченного" жирдяя. Видимо, никак иначе тот не мог показать, что он тут самый главный. - Дурище, думаешь, я поверю в подобный треп? – недовольно вытирая руку платочком, сказал нехороший господин. - Мы всего-то летели из Денеба, пытаясь догнать корабль, идущий в Синдрию! – ответил Аладдин прежде, чем я успела придумать более нормальный ответ. Хотя, что тут вообще можно придумать? Может так даже и лучше: меня как особу слабого пола не особо серьезно воспринимают взрослые, плюс ещё и мелкая. Привычно теребя серьгу, размышляю, просчитывая варианты «КАК» выкрутится из столь невыгодного положения. - На ковре-самолёте? Летели? Мальчик - маг? – задавали вопросы Аладдину подошедшие матросы. В качестве доказательства послужил сам ковёр-самолёт. Беззаботность Аладдина в начале нашего знакомства, меня удивила, затем разозлила, в конце я чуть не утопила юного маги в море, а теперь нахожусь попросту в тупике. Он ничего не сделал (разве что упал с неба), ничего толком ещё не сказал, а не прошло и пары минут, как команда моряков уже весело болтала с ним! Поразительно. Ведь даже сейчас я не уверена, что могу положиться на Аладдина, его силу, или рассчитывать на его помощь, хоть мы и отправились в это путешествие вместе. Всё же, хоть мы и похожи во многом, но так же сильно и отличаемся друг от друга. Чего уж говорить о других. Нас оставили только благодаря золоту - в качестве оплаты послужил старый, ржавый кусочек металла, найденный рядом с бочками, добросовестно мною облапаный. Расплатившись втихаря с господином Кандилем - хозяином этого корабля -чистым золотом, я смогла выпросить для нас местечко в трюме. Не первый класс, конечно, но, ради всего святого, нас же могли просто выкинуть обратно в море, а добираться вплавь до Синдрии хотелось как-то не очень сильно. Хотя, через пару дней плавания, я уж грешным делом думала, что это всё-таки неплохая идея. Судя по полному имени того полного дядьки, он происходил из какого-то знатного рода Партевии и очень сильно этим гордился, презирая окружающих бедняков и простолюдинов, присутствие которых "омрачает мой досуг на борту корабля". И всё бы ничего, если бы он не считал своим долгом ежечасно напоминать об этом каждому. Что, определённо, омрачало досуг всех остальных. Сначала мне показалось, что Аладдин не заметил мои манипуляции с превращением золота, однако… - Я же тебя предупреждал, - сурово начали меня отчитывать, - Ати-чан, ты и так овита цепями, так еще и силой Барита ослабляешь себя! - Э.. О чем ты? – хлопая ресницами, спросила я, честно не понимая, о чем говорит маги. - Взгляни сама… В следующий момент я больше всего хотела, чтобы он не заметил, как покраснели мои щёки. Аладдин изрядно, хоть и невольно смутил меня, когда аккуратно взял мои руки в свои. В ту же секунду сотни, а может и тысячи звенящих белых рух потянулись к нам. И эту картину можно было бы назвать идеальной, если бы не цепи. Тёмные, матово поблескивающие магические цепи опутывали мои руки, ноги, даже шею. - Видишь? Теперь понимаешь, в каком опасном положении находишься? - Почему? Что это? За что?! - Ати-чан расскажи мне, - мягко, Аладдин крепче сжал мои руки в своих. - Это… сложно, так сразу… «Рассказать?! Но поверит ли он в мою историю? Ведь до сих пор все считали это моей фантазией, выдумкой или хуже, сумасшествием. Не хочу, чтобы и он подумал также...» - Она из «Закрытого мира», господин маги. - Барит! – от неожиданности, я чуть не упала за борт, увидев своего джинна, окутавшего синей дымкой мои руки. - Имеешь в виду ту самую тюрьму? - словно понимая, о чём идет речь, сказал Аладдин. - Да, господин. По каким-то причинам, её душа смогла вырваться из заключения. - Но… Но я ничего не сделала… - о, ну все требую антракт, занавес или другую паузу. Зашибись просто: помимо каких-то цепей на моём теле, меня, значит, ещё и чём-то обвиняют, как какого-то преступника, а я даже не знаю за что! Испоганили в край настроение, вдобавок, несколько предательских слез всё же скатилось по щеке. Заставляя себя успокоится, я до боли сжала кулаки. - Всё в порядке, Ати-чан, думаю, что ты просто не помнишь. «Закрытый мир» сокрыт за множеством замков и покрыт изрядным слоем неразгаданных тайн, – попытался подбодрить маги, добродушно заглядывая в глаза, словно ища путь к моей душе. И знаете, мне кажется, что у него это получилось. - Знаешь, Аладдин… я никогда раньше и «ещё раньше» не встречала таких добрых людей, как ты. - У тебя ещё вся жизнь впереди! - Господин Соломон, вы неправильно поняли - ей, по идее, за полтинник перевалило, - вредно вставил свое веское слово угадайте-чей-джинн с непроницаемым лицом, после чего тут же испарился, видимо, уже неплохо разбираясь в колебаниях моего настроении. - Ась? - Перестань делать такое глупое лицо, Аладдин! Он имел ввиду, что я помню свою прошлую жизнь… Вплоть до моей смерти, - пояснила, глядя на спокойные волны, привычно теребя от волнения серьгу. Сейчас он примет меня за чокнутую. - Ты… - Блин… - Ати-чан, ты тоже помнишь свою прошлую жизнь? - Ась? Теперь настала моя очередь выпадать в астральное измерение… Ту ночь мы много говорили о мире Соломона, о Земле, и о других вещах, связанных с нашим прошлым. Впервые в жизни я открыла свой самый страшный секрет, выговорилась, и, вместо привычной жалости, получила поддержку. Хотя и не только мне, судя по сбивчивому пересказу, Аладдину тоже нелегко пришлось. - Эта тайна… - Это наш секрет… - Точно, - улыбнулись мы, потянувшись друг к другу. Как же это волнительно! Когда слишком близко, когда слишком открыто, когда так непривычно иметь друга.