Все вышло далеко не спокойно и мирно
А утро как оказалось, принесло свои сюрпризы. Я завтракала в одиночестве. На часах половина десятого, Гук все еще спал без задних ног (конечно, утомился небось). Сегодня было четырнадцатое февраля. Конец этой долбанной истории любви. И слава богу. Уж не знаю, как Чон, а я давно готова к тому, чтобы все вернулось на прежние места.
Стрелка часов неспешна подбиралась к одиннадцати. Чонгук все еще спал. Хм, странно. Обычно это он у нас ранняя пташка, а я наоборот сова, которая спит до полудня.
- Гукки,- я постучалась в дверь спальни,- ты там умер?
- Если бы...- донеслось с той стороны мрачное.
Ясно, он не в духе. Какая неожиданность.
- И почему же ты, красавица, не спускаешься завтракать? - полюбопытствовала.
- Венера,- дверь распахнулась, на пороге замер он, и я с изумлением уставилась на свое лицо (было на что посмотреть),- о чем именно ты забыла меня предупредить относительно своего тела? Мм?
Я не сразу нашла, что ответить, изумленно разглядывая красные пятна, покрывающие мое лицо. Оу... кажется, догадываюсь, в чем может быть дело. Было такое уже пару раз.
- Ээ...
- Венера,- Чонгук грозно шагнул ко мне.
- Ты ел мандарины?
- Да,- кивнул он и почесал щеку. - Ай! - возмутился, когда я шлепнула его по ладони. Нечего тут ковырять лицо руками.- Но чешется же!
- Много?
Он неопределенно повел плечами. Так, ясно. Я как-то забыла упомянуть о своей "любви" к цитрусовым, но ничего страшного. Это не смертельно. Объяснила ему, что жить он будет, но из дома в таком виде лучше не выходить. На нарочно жалостливый вопрос "доктор, я умру,", я бодрым голосом ответила, что все мы рано или поздно попадем на тот свет. И уж если Гук скончается от передозировки мандаринами, то премия Дарвина ему будет обеспечена.
- Ты в своем репертуаре.
Гук сидел на кухне и с кислым выражением лица пил чай. Я же собиралась в аптеку, наказав своему пятнистому другу сидеть дома. Не потому что я о нем забочусь (вовсе нет), просто не хватало наткнуться на знакомых и порадовать их своим внешним видом.
- Я сбегаю в аптеку за мазью и вернусь,- я стояла в прихожей и наматывала на шею толстый шарф. В предпраздничные дни Сеула засыпало снегом.
Он замер на пороге, наблюдая за моими действиями.
- Ты надолго?
- Нет. Аптека в десяти минутах ходьбы, - обулась. И повернулась к Чону.- Так что веди себя хорошо, и я так уж и быть облегчу твои страдания, - он скорчил мне в ответ гримасу.- Даже не думай! - повысила я голос, стоило ему потянуться к щеке.- Иначе пеняй на себя.
Он подумал и опустил ладонь. Молодец. Послушный мальчик. Далеко пойдешь. И с чистой совестью я оставила это несчастье в квартире. Вот, только кто ж знал, что когда я вернусь, то все будет далеко не так спокойно и мирно?
************************************************
Хочу заметить, что я вернулась в самый подходящий момент. Именно, чтобы обнаружить мужика в костюме, который настойчиво выпихивал Гука из его собственной квартиры. Постояла пару минут на ступенях, любуясь на столь странную картину, а потом громко кашлянула, привлекая к себе внимание.
Мужчина обернулся, от неожиданности разжал пальцы. Чонгук же вывернулся, как угорь, из его хватки и скрылся в квартире.
- Наконец-то,- мужчина, так внезапно почтивший нас своим присутствием, был никем иным, отцом самого Чон Чонгука. Чон Джисон собственной персоной.- Есть серьезный разговор.
Для своих пятидесяти лет он выглядел очень даже хорошо: высокий и крепкосложенный мужчина с короткими темными волосами, в которых уже серебрятся седые пряди. У него узкое лицо с темными глазами под тяжелыми бровями и тонкими губами. Не очень располагающая к себе внешность, собственно, подходит под характер.
- Да я понял,- что тут не понять, когда папаня пытается выпихнуть из квартиры "любовницу" сынули.
Мы зашли в квартиру, я осторожно прикрыла за собой дверь. Чон младший обнаружился в гостиной, где сидел у окна, нервно покусывая губы. Я бросила ему пакет из аптеки - тот поймал его и кивнул мне. Старший Чон замер у порога, хмуро глядя сначала на меня, потом на Венеру.
Да уж, чувствую, ждет нас непростой разговор.
- И как мне все это понимать? - строго поинтересовался господин Чон, опускаясь в кресло. Гук бросил на меня умоляющий взгляд, который мог означать только одно "не зли его". Я ему незаметно подмигнула. Мол, не бойся, солдат, прорвемся.
- Что именно?
- Ее, - он кивнул в "мою" сторону.
Он невзлюбил меня с самого первого раза нашей встречи. Не знаю почему. Просто невзлюбил и все тут. А я невзлюбила его в ответ. Не люблю подобных людей. Чонгук рассказывал, что его отец довольно жесткий человек. И в бизнесе, и в семейных делах. Порой мне казалось, что он его даже побаивается слегка.
- А что не так? - продолжала я ломать комедию.
Мне давно хотелось поговорить по душам с ним. И вот такой случай предоставился. Грех его будет упустить.
- Не надо делать вид, что ты не понимаешь, - присутствие Венеры никак не смущало Его Величество.- Мне сегодня позвонил Ли Сангвон и сказал, что вы с Боной расстались. Ты ее бросил. Разбил сердце бедной девочке.
Я вас умоляю... еще больше пафосных фраз, и мне действительно станет ее жаль. Где-то в глубине души.
Между тем он продолжил.
- И я решил приехать к своему сыну, поговорить с ним по душам, узнать, что же пошло не так у столь славной пары... и застаю в твоей квартире девушку, которой здесь вообще быть не должно. Теперь тебе ясно, что не так?
Я кивнула.
- Мне все ясно. Абсолютно. Ты хочешь, чтобы я вернул Бону и избавился от Венеры, я все верно понял? - он кивнул, и я повернулась к сидящему Гуку. Тот жадно наблюдал за нашей беседой.- А чего хочу я, не хочешь спросить? Хочу ли я встречаться с Боной? Хочу ли я прогонять Венеру? Хочу ли я того, что хочешь ты?
Чонгук удивленно посмотрел на меня. Я смотрела на него. Ну, давай, у тебя есть шанс дать ему отпор. Хватит папе все решать за тебя. Жизнь-то дается только один раз. Пора уже жить самому.
- Как ты смеешь мне такое говорить? - господин Чон вперил в меня злобный взгляд.- Я все для тебя делал. И это твоя благодарность?
Чонгук молчал, предпочитая разглядывать пол под ногами. Ясно. Значит, я с твоим папочкой один на один.
- БонА это не та девушка, с которой мне бы хотелось встречаться, - произнесла я мягко, пытаясь как-то сгладить накалившуюся ситуацию. Раз помощи от Чона младшего ждать не придется, то надо хотя бы выйти из боя живой.
Сгладить ситуацию не получилось. Эта фраза вывела его из себя еще больше. Нет, он определенно точно меня не любит, знать бы еще за что.
- А кто тебе больше подходит? Она,- "она" вздрогнула, подняла испуганный взгляд на отца.- Девчонка, которой от тебя нужны только деньги? Как можно быть таким наивный идиотом? Я же говорил тебе, не раз, она просто использует тебя. Таким, как она, нужны лишь твои деньги. А ты как последний ...
- Хватит!
От неожиданности господин Чон действительно замолчал, а я прикусила язык, на котором вертелся достойный этой тираде ответ. Чонгук поднялся со своего места, прошел к нам, замершим от удивления. Его отца, думаю, поразила наглость "Венеры", мне же было интересно, что на все это скажет Чон младший. Он повернулся к отцу.
- Чонгук не нуждается в Боне. Поверьте, ему очень жаль тебя... вас разочаровывать, но он с ней не пара. Эти отношения были полным идиотизмом. Она милая девочка, она нравилась вам, и Гук лишь хотел, чтобы вы наконец оставили его в покое, решая, что ему нужно, а что нет. Ему нужно было стоять на своем. Всегда. В том числе и три года. Но ... полагаться на других проще, чем на себя, - он оглянулся на меня, ища поддержки - я качнула головой. Молодец.- Однако рано или поздно приходится принимать решения самому. Он знает, что вы о нем заботитесь и хотите, как лучше... и очень благодарен за это, но ему пора самому делать выбор. Может быть, Венера с ним только из-за денег была,- ну спасибо, блин, - но лучше узнать об этом самому, чем наслушаться ваших доводов. Вы ведь не знаете ее, а он знает... Или надеется, что знает,- Чон накрутил прядь волос на палец.- Лишь хочу сказать, что он устал и запутался в чужих желаниях, и в своих. И ему чертовски не хватает девушки, с которой можно было чувствовать себя самим собой... все сказала... - и ушел, оставив меня и обескураженного папика наедине.
Вау. Честное слово, не ожидала от него такого. Думаю, господин Чон думал тоже самое.
- Я думаю,- я первая осмелилась нарушить хрупкое молчание, воцарившееся после ухода Гука.- Тебе стоит уйти. Достаточно выяснять отношения.
- Наш разговор еще не закончен,- пригрозил мне отец.
- Знаю. Но тебе все равно нужно уйти.
- Ты еще пожалеешь.
Он ничего не ответил. Молча собрался и ушел. И только тогда я решилась заглянуть в кабинет, где в кресле сидел Чонгук и разглядывая маленькие песочные часы в деревянной подставке.
- Ты молодец, что дал ему отпор.
Он поднял на меня усталый взгляд, вымученно улыбнулся.
- Это оказалось непросто.
- Так всегда и бывает,- я подошла к нему и облокотилась об край стола, скрестила на груди руки.- Просто порой родителям очень сложно смириться с тем, что их дети выросли.
- Твоим тоже было сложно?
-Моим родителям? Нет, моим-то как раз было проще...
- Ты мне никогда не говорила о своих родителях. Про бабушку да, про подруг, но не про них... - он перевернул часы - песочек лениво посыпался в пустую половинку.- Что с ними случилось?
- Ничего,- постаралась я ответить, как можно более равнодушно.- Они живут в Америке сейчас. Счастливы, наверное. Я давно их не видела.
Чон взглянул на меня с толикой изумления.
- Да, а ты наверное считал, что они погибли. Многие мои знакомые так думают, потому что я ничего не рассказываю про своих родителей. Но это неправда. Они не погибли. Когда мне было семь, они собрались в Америку. Отцу предложили неплохую работу. Мои мама и папа решили, что маленькой девочке не место в новой стране и оставили меня у бабушки. Пообещали скоро вернутся и забрать меня в другую жизнь, где текут молочные реки. Они не вернулись за мной. Сначала они хотя бы приезжали, привозили мне подарки... потом же их визиты стали реже, подарки сменились открытками, а потом и открыток не стало. Они перестали мне звонить больше четырех лет назад. Так что,- подвела я итог своего невеселого рассказа, - отчасти я даже тебе завидую. Моим родителям плевать на то, что со мной происходит. Я выросла, как сорняк без особо тщательного ухода и воспитания. Бабушка все время пропадала на работе, чтобы нас обеих прокормить. И потому я сама по себе...
- Ты мне никогда об этом не рассказывала.
- Я никому об этом не рассказывала. Знают, бабушка и моя лучшая подруга. Остальным это не столь важно.
- Мне важно ... - негромко произнес Чон и снова уставился на песочные часы. Я же сделала вид, что разглядывая картину на стене. Откровенная фигня, как по мне, но я человек бесконечно далекий от искусства.
- Надо найти банкомат,- подал голос он.
- Зачем?
- Деньги снять, еще есть немного времени. Отец скорее всего карточку заблокирует. Так просто отступать от своего он не привык,- и грустно усмехнулся.