Достать из-под земли

Убедившись, что полиция не собирается возвращаться домой к родителям с новым обыском, Хейли незаметно для остальных переместила тело Ноя в подвал. Обычно там хранились полуфабрикаты в двух больших морозильниках, наполненных льдом, которые были забыты не только родителями Хейли, но и самим Богом. Хейли пришлось выгрести из одного почти весь лед, чтобы поместить туда Ноя. Безвольное тело брата оказалось невероятно тяжелым. Под конец у Хейли болели руки, спина, и она пережила несколько подступающих нервных срывов из-за вначале безуспешных попыток перенести Ноя. Однако она не могла позволить себе сдаться.

На приготовление детального плана убийства Эшера ушло два месяца. Наткнувшись на препятствие в виде поставленных после пропажи Ноя камер видеонаблюдения у выходов больницы, Хейли помрачнела. Она собиралась избавиться от Эшера любой ценой, но надеялась, что не понадобится садиться в тюрьму. Рейчел, видя ее решимость, предложила подключить к их плану мать. Та работала медсестрой в больнице, и, только услышав о просьбе дочери и перспективе отомстить ее обидчику, без вопросов воспользовалась своими связями, чтобы сделать дубликат ключа от кабинета с компьютером, контролирующим камеры. Понадобилось две недели, чтобы разобраться, как зациклить на экране конкретное изображение.

Они не забыли об Арише, ставшей правой рукой убийцы. Хейли долго разыскивала документы, касавшиеся покушения на Рейчел, которые Эшер выкупил у больницы и полиции. В итоге она обнаружила их в его сейфе в мэрии. Не стоило ставить в качестве пароля дату своего рождения.

Единственное, что требовало гигантских усилий — применение актерских навыков.

Хейли боялась, что выйдет из себя при первой же встрече с Эшером. Как только он посмотрит на нее с нежностью в глазах и улыбнется, она накинется на него и задушит. Однако все прошло намного лучше, чем можно было желать. Хейли заглянула ему в глаза и увидела то же, что и раньше — отражение Ноя в зеленой радужке, его улыбку, смех, слезы. Эшер был огромной частью их жизни, хоть, оказывается, и не считал их важнее своего благополучия. Хейли все так же любила его, пусть и ненавидела каплю сильнее. Ной одобрил Эшера для нее, а она привыкла доверять выбору брата, поэтому позволила оставшейся нежности царить в их отношениях, которые в скором времени должны были закончиться. Это помогало играть ту роль, которую она приняла на себя ради достижения цели.

Хейли еле давила в себе упоение в моменты, когда заставляла душевное равновесие Эшера пошатнуться. Он тоже носил маску, держался отстраненно и приберегал свои настоящие эмоции на момент, когда окажется наедине с самим собой. Однако Хейли слишком много провела времени с ним, слишком хорошо его изучила, поэтому знала, куда смотреть. Она видела его панику в сужающихся зрачках, видела испарину, выступающую на лбу и нервное поджатие губ. Крылья его носа раздувались, когда он сдерживал гнев и желания рушить все вокруг, кромсать собственными руками. За последний месяц она стала свидетелем того, как он душит в себе истинную сущность, чтобы она осталась рядом с ним, не испугавшись и не убежав. Однако не Хейли была тем человеком, которому стоило бояться.

Когда Эшер обнимал ее, оставаясь в ночи, когда тоска по Ною становилась практически нестерпимой и посылала колючую боль в брюшные стенки, Хейли позволяла своей памяти и мыслям стать неподвижными. Она растворялась в чужих нежных руках, напрочь забывая о том, что убийца брата убаюкивает ее после очередного кошмара. Хейли была на самом деле слаба к Эшеру и к чувствам, которое тот вызвал в ней. Она могла бы его простить за связь с Рейчел, если бы он пришел и рассказал все ей. Но вместо этого тот предпочел похоронить сначала последствие своей выходки, а потом и секрет с человеком, который смог его разгадать. С человеком, который считал его почти братом.

Спустя два месяца горечь от поступка Эшера постепенно притупилась, но Хейли бы никогда не отступилась от своих планов. Он ведь предал не только ее, но и Ноя, любившего его всем сердцем. Такого она простить не могла.

В ночь перед исполнением плана Хейли не могла уснуть. Она мысленно пробегалась по пунктам плана, который держала в своей голове, чтобы ни одной душе не стало известно, какое разъедающее чувство поселилось внутри нее.

Пункт номер один: записка и ключ.

На лице Эшера застыла невозмутимость, но Хейли видела сквозь показную эмоцию, как отчаянно он пытается угадать, кто мог знать о том, что он сделал с Ноем. Она была готова, что он первым делом подумает на нее. Она бы сама так подумала. Поэтому ей пришлось давить в себе зарождающуюся ухмылку и отыгрывать непонимание и тревогу.

Хейли позволила Эшеру забрать ключ и записку, ведь на них не было отпечатков пальцев. Она предвидела, что тот будет ездить во все знакомые Ною места и пытаться вставить в каждую скважину подаренный ключ. То, как он вмиг лишился покоя, стоило того. Его синяки под глазами и частые зевки служили подтверждением того, что план Хейли работает.

Пункт номер два: фотография.

Фотография Ариши стала первым и самым ярким намеком на то, что все секреты Эшера, скрытые в потайных отсеках, дребезжали, желая, чтобы о них поведали всему миру.

Хейли вслушивалась в сбившийся ритм его дыхания, всматривалась в суженные зрачки. Эшер отчаянно боялся, не осознавая, что причина его паники сидит рядом с ним, невинная и не понимающая, что происходит. Хейли впервые почувствовала себя охотником. Чтобы нанести сокрушающий удар, нужно было дождаться, пока жертва перестанет уделять внимание одному фактору, указывающему на приближение ее смерти, и не заметит твое приближение.

Пункт номер три: тренировки.

Хейли до сих пор помнила панику, которая дикими волнами разошлась от Эшера, как только они вошли в спортивный комплекс и встретились с Аришей. Неудивительно, что Эшер захотел встретиться со спортсменкой вместе с Хейли. Он наверняка собирался напомнить о том, что стоит держать язык за зубами.

Эшер и Ариша обожгли друг друга взглядами, в которых царило недоумение, раздражение и страх раскрытия обмана. Хейли толкала их в пропасть, и в тот момент они уловили только первый легкий толчок.

То, как жалко Эшер пытался отговорить ее от бесполезных занятий, веселило Хейли. Она хихикала, лежа ночью без сна и прокручивая варианты их будущих диалогов. Происходящее вновь наполнило ее огнем, будто за плечом присутствовал Ной, который потешался над своим убийцей и строил планы вместе с ней, совсем как в детстве. Хейли зажила по-новому.

Пункт номер четыре: видео.

Она еле сдержала смех, когда напугала Эшера в ночь, когда тот остался, чтобы присматривать за ней. Видео с голосом Ноя, зовущим его по имени, шокировало его почти до сердечного приступа. Хейли никогда прежде не видела у него таких огромных глаз. Она испытывала почти нежность, смотря, как тот пытается успокоить подскочивший пульс, прижавшись к ней всем телом. Он искал спасения в своем будущем убийце. Как иронично.

Пункт номер пять: Рейчел.

Изобразить панику в голосе после встречи с Рейчел в больнице, где они с ней обговорили последний пункт плана, включающий сюрприз в доме у озера, оказалось несложно.

Хейли впервые пришла в ярость, слушая, как Эшер проявляет свое притворное сочувствие и озабоченность по поводу ее безопасности. Скрывая истинное намерение, он выпытывал у Хейли, как много ей рассказала Рейчел. Он впервые нашел брешь в своей надуманной неуязвимости, ведь не ожидал, что Хейли с Рейчел когда-либо заговорят.

У Эшера должны были зашевелиться волоски на шее от осознания, насколько Хейли была близка к разгадке его тайны, которая бы разбила их совместное будущее на осколки. Он не подозревал, что оно давно превратилось в крошку и развеялось по ветру.

Пункт номер шесть (дополнительный): солдатик.

Случай с тенью от фигурки солдата Ноя был абсолютно случайным, но тогда что-то щелкнуло в Хейли. Тот вечер она просидела перед холодильником, держа покрытую инеем руку Ноя в своей и тихо делясь с ним своими успехами. Потом, поднимаясь наверх, испытала такую нехватку и тоску по брату, что завернула не в свою комнату, а в его. Проваливаясь в беспокойную дрему, она пожелала, чтобы брат был рядом и помогал ей в реализации ее задумки. А потом мужская тень заставила Эшера обливаться холодным потом.

Она не верила в духов, но что это было, если не знак свыше. Ей хотелось верить, что брат одобряет ее побуждения.

Пункт номер семь: конфликт с Аришей.

Эшер предсказуемо поднял панику, когда Хейли вывела Аришу из себя. Хейли видела в глазах спортсменки искрящийся гнев, который заставлял ее мышцы сокращаться. Она была словно дикая кошка, готовая напасть на свою добычу.

Арише даже не пришла в голову идея забить Хейли до смерти прилюдно. Очень зря. Попытки избежать разрушения репутации в чужих глазах были ничем по сравнению с полным уничтожением, какое готовила для нее Хейли. Ариша чертовски боялась открытия правды. Немудрено, учитывая, что дорога в спорт ей будет навсегда закрыта, а любовь отца-копа окажется перечеркнутой. Хейли позволила себе посочувствовать ей несколько минут, прежде чем приступить к следующему пункту своего плана.

Пункт номер восемь: кукла в сейфе.

По пути к загородному дому Хейли наслаждалась последними спокойными часами наедине с парнем, за которого когда-то мечтала выйти замуж. Она испытывала жалость к себе за то, что все важное в ее жизни вмиг исчезло, а также пустоту от осознания, что люди, с которыми она провела свое детство, больше никогда ее не обнимут. Она почти страдала от нехватки будущих прикосновений. Но все было решено.

Делая вид, что спит, и лежа на коленях Эшера, Хейли сдерживала слезы. Как бы не было правильно отправить того в ад, ей не хотелось терять его тепло. Последнюю частичку, связывающую ее с братом.

Ей пришлось выжечь теплые мысли, которые вынуждали ее ощущать к нему привязанность, чтобы действовать дальше. Поэтому когда она рассказала Эшеру о сейфе, ее переполняла только ненависть и холодное любопытство по поводу его реакции. Сохранит ли тот такое же каменное лицо, когда поймет, что его вот-вот выведут на чистую воду? Испугается? Разозлится?

Эшер был в ужасе. Хейли краем уха слышала, как у того сперло дыхание. Сыграть самой ужас, пропитавшись атмосферой и эмоциями, которые шли от Эшера, было легко. Она хотела вызвать в нем сожаление по поводу того, что он убил своего лучшего друга, и надеялась, что он хоть раз испытал его за ту роковую ночь.

Рейчел по сигналу позвонила ей на одноразовую симку, прокрутив запись с голосом Ноя, отчего Эшера чуть не схватил приступ. Хейли наслаждалась его реакцией, внутренне хохоча во все горло. Давай, бойся, рви волосы от замешательства и беспомощности, тони в последствиях собственных решений.

Хейли позвонила «полиции» в лице Рейчел, тем самым дав ей знак, где они находятся и когда свершится возмездие. Она хотела, чтобы у этой бедной девушки был шанс искупаться в блаженстве от осознания, что неподалеку в городе человеку, который сделал из нее сумасшедшую, втыкают нож в спину.

Хейли пырнула его без сомнений. Она старалась не моргать, чтобы не пропустить ни одного мгновения смерти Эшера. На лице того застыла поистине чудесная гримаса удивления. Хейли не понимала, как человек, убивший кого-то близкого, мог еще удивляться по поводу личности своего убийцы.

Она последний раз прикоснулась к брату, уверенная, что впредь увидит его только в гробу, перешагнула через лежащее грудой костей, обтянутых кожей, тело Эшера и скрылась, незамеченная.

Рейчел встретила запыхавшуюся от быстрой ходьбы Хейли у себя в палате, улыбаясь скромной, но полной радости улыбкой. Хейли подмигнула ей, проходя на дополнительный стул и присаживаясь по другую сторону от ее мамы, держащей ту за руку.

— Полиция уже на месте.

— Не волнуйся, мы подтвердим твое алиби.

Рейчел с весельем в глазах зыркнула на Хейли.

— Я изумляюсь тому, как близко ты подпускаешь полицию к себе. Как только они обнаружат Эшера у вас дома и узнают, что все это время ты якобы была со мной, то все будут подозревать тебя.

— У них не будет никаких доказательств, — Хейли пожала плечами.

Рейчел помолчала, прежде чем тихо поинтересоваться.

— Что будет с Ноем?

Хейли поморщилась, уставившись в окно, выходящее из палаты Рейчел. Улица утопала в сумерках и прорезающих их огнях фонарей.

— Я пришлю тебе приглашение на его похороны.

Рейчел впилась в край своего одеяла и кивнула. Хейли понимала боль ее потери.

До сегодняшнего дня она спускалась в подвал почти каждый вечер, не имея смелости пересилить свое желание еще хоть раз взглянуть на брата. Его глаза были закрыты, когда она поднимала крышку, и создавалось ощущение, что он спит. Она гладила его волосы-сосульки, покрытые изморозью, пока невидимое чудовище терзало ее внутренности, перемалывая их в пюре. Она даже ощущала себя сумасшедшей, когда осознание того, что Ноя придется похоронить, отзывалось в ней неприязнью.

Теперь все было кончено. Ноя готовили к похоронам, секреты Эшера распространились по всему городу, Ариша сидела в тюрьме предварительного заключения, готовясь к суду. На Хейли все косо поглядывали, но никто не пытался ее в чем-то обвинить. Сама же Хейли совершала свои ежедневные действия, разговаривала и училась, словно на автомате. Огонек, который стабильно горел в ее теле, потух. Однако оставалось еще одно дело, требующее ее сил и решительности.

Хейли взбежала по ступенькам, без стука отворив входную дверь. Она прошла на кухню, во многом отличающуюся по дизайну от той, в которой умер ее брат, но все также принадлежащую его убийце. Эйден, пьющий свой утренний кофе, поднял на нее взгляд. С тех пор, как Эшер умер, они с ним не разговаривали.

Его непроницаемое выражение лица не подействовало на Хейли должным образом. Она прошла к столу.

— Окажите мне услугу.