4
Скучные выходные дни не приносили особой радости Чимину, а извечно угнетающая мысль о словах родного брата только усугубляла состояние и без того трясущегося брюнета. Да, Чимин понимал, что, возможно, сам накосячил, но принять сей факт так легко не мог. Юнги же наоборот стал более решительным по отношению к брату, и если раньше каждую дрочку он начинал и заканчивал под своим одеялом, то сейчас он мог с легкостью, откинув одеяло, дрочить, даже не стесняясь смущенных взглядов Чима.
Реклама:
Скрыть
Брюнет, конечно же, сгорал от стыда, абсолютно не зная, что в такой ситуации делать и куда себя девать от этих извращенных действий. Правда Юнги не останавливался на простом «пожирании взглядом». Когда в назначенные три дня течка так и не дала о себе знать, блондин заподозрил неладное, и был абсолютно прав. Чимин принимал всевозможные оттягивающие средства, которые не просто были способны перекрыть запах, а вообще убрать течку на пару тройку недель. Сказать, что Юнги это разозлило, значит просто не понять всю картину в целом.
— Какого хрена, а? — взъелся альфа, припечатывая сонного брата к его же кровати, буквально вдавливаясь всем телом. Чимин закряхтел, испуганно округлив сонные глаза, но кричать не стал, ведь на дворе ночь, а в соседней комнате родители как ни как.
— Ты чего? — прошептал омега, смотря на злое выражение лица брата.
— Я чего? Нет, милый, это ты чего?! — рыкнул Юнги, доставая из кармана своих шорт пачку чиминовых новеньких вскрытых таблеток. — Я смотрю, ты у нас в дилеры подался или в гинекологи? — злобно продолжил он, буквально швыряя пачки в лицо Чима.
— Это просто витаминки! — нашелся брюнет, стараясь скрыть подступающую волну страха и паники.
— Витаминки? Витаминки?! Я, что, похож на дурака? Или ты считаешь, что меня легко одурачить подобными словами? — не то, чтобы Шугу это задело, просто, да блять, его это чертовски задело, ибо он далеко не из глупцов, чтобы не пробить сразу же свои две находки в чиминовых шмотках.
— Я не считаю тебя дураком, — промямлил брюнет, упираясь в обнаженную грудь парня.
— А выходит наоборот, братик, — чуть громче произносит альфа, хватая запястья Кима младшего и заводя их над головой. Другая же рука с силой сжимается на подрагивающей челюсти, вырывая негромкий всхлип с пухлых губ. Больно.
— Зачем ты их пил, говори! — требует альфа, наклоняясь смертельно близко к многострадальным губам брюнета, но не предпринимая совершенно никаких попыток поцеловать или, как минимум, укусить тонкую манящую кожу.
— Я испугался! — вскрикнул Чим, теряя половину букв где-то между собственными зубами, ибо хватка Юнги ни черта не ослабляется, а даже наоборот усиливается с каким-то пугающим рвением.
— Чего же испугался, мой маленький извращенец? Договор есть договор, но на кухне я тебя сейчас оттрахать не могу, увы, — шипит альфа, — Да и вообще сейчас с «сухим» трахаться будет не в кайф, и это ужасно злит, знаешь ли!
Чимин не верит в происходящее, однако повернуть голову и посмотреть в глаза брата не может, слишком это все смущает до повышения температуры в крови и каждой клеточке тела отдельно.
— Прости, — только и может выдавить из себя омега, ерзая под тяжестью тела Шуги.
— Простить? Знаешь, прощение надо заслужить, — чеканит блондин в самое ухо омеге, скользя по подбородку вниз, по шее, огибая «адамово яблоко» подушечками пальцев, и дальше, к выступающим ключицам, задерживаясь на них.
Чимин шумно вздыхает, сглатывая набежавшую слюну, кося глаза на задумчивого блондина, что нежно касается его бархатной кожи, водя гладкими подушечками вдоль выпирающей кости.
— Как я могу его заслужить? — нервно выдыхает Чим, облизывая пересохшие губы и разворачивая голову лицом к брату. Глаза Юнги горят ярким огоньком, а губы растягиваются в манящей усмешке. Альфе нравится играться с таким милым омегой. Дико нравится.
— Ну, — Юнги делает вид, что задумался над поставленным вопросом, — Ты можешь сам придумать. Как изволит твое сердце, так сказать.
Шуга откровенно смеется над ним, но тем не менее старается сделать это мягко и без грубости и присущей ему колкости.
— Я не знаю, Юнги, — психует Чим, пытаясь вырвать руки из захвата, но блондин быстро перекрывает все возможные пути к отступлению, затягивая брата в долгий и глубокий поцелуй. Омега мычит в губы альфы, выгибаясь на столько, на сколько это позволяет сам блондин, когда умелый язычок брата проникает внутрь чиминова рта, сцепляясь с его и мягко обвивая вокруг.
— Не делай так, — фыркает Юнги прямо в губы, когда понимает, что Чимин старается как-то ответить брату на ласки, но делает только хуже, не позволяя альфе начать настоящий развязный поцелуй.
— Я постараюсь, — кивает брюнет, расслабляясь под натиском чужих губ. Пусть у Шуги губы были тоньше чиминовых, но от этого не менее сладкие и мягкие, что сводило с ума молодую омежку.
Юнги плавно сплетал языки, обучая своего неопытного братца всем премудростям, какие только ведал сам, а ведал он их достаточно много. Настолько «достаточно», чтобы возбудить брюнета и возбудиться следом самому.
— Все еще хочешь заслужить мое прощение? — прерывает поцелуй альфа, смотря на разомлевшего донельзя брюнета. Чимин кивает, прикусывая пухлую губу, и плавно открывает свои глаза, не сразу фокусируя взгляд на черных глазах Шуги.
— Тогда, — блондин медлит, но все же выпускает одну чиминову руку и ведет ей вниз по его же телу, — Подрочи мне.
Омега охает, когда его пухлые пальчики касаются внушительного размера бугорка.
— Только это? — невинно интересуется Чим, хватаясь чуть сильнее, позволяя руке Юнги исчезнуть с покрасневшего запястья.
— Посмотрим на то, как ты это сделаешь, сладкий, — хмыкает Шуга, вновь увлекая парня в глубокий поцелуй. Чимин хмыкает еле слышно, а после скользит под резинку шорт Юнги, нащупывая плоть в полной ее готовности.
Блондин задыхается и гортанно стонет в губы брата, толкаясь бедрами чуть вперед, прикусывая губу брюнета. Омега понимает, что блондин реагирует весьма ярко и не менее приятно, чем тешит самолюбие Кима младшего.
Пальцы сильнее сжимают гладкую кожу, ощущая рельеф венок и повышение температуры самого органа раза в два, а то и больше. Чимину нравится это чувство, и он невольно ловит себя на мысли, что ощущать подобное желал бы вечность.
— Кххаах, — вырывается из Юнги, когда кислород заканчивается, а кулак Чимина сжимает пульсирующую плоть интенсивнее.
Реклама:
Скрыть
— Нравится? — омега улыбается, соблазнительно прикусывая нижнюю губу, смотря на блаженное лицо брата.
— Чертовски, блять, чертовски, — задыхается Шуга, толкаясь навстречу ласкам осмелевшего брюнета.
— Постони для меня еще, — просит Чимин, когда носик блондина падает в ямку ключиц, а горячее дыхание сильно жжет чувствительную кожу.
— Борзеешь? — хмыкает Шуга, сжимая волосы в кулак, слегка оттягивая их назад.
— Нет, но твой голос просто создан для этого, — хрипит Чим, хмурясь от неприятного ощущения.
— А как на счет тебя? — ухмыляется Шуга и в следующую секунду опускает руку с волос на грудь, выкручивая чувствительные соски и ведя рукой ниже, к члену.
— Ах…, — тихо скулит брюнет.
— Я хочу, чтобы ты стонал громче и развязней, — шепчет Юнги в самое ушко, не забыв прикусить мочку.
— Нельзя, родители, — отрезает Чим, разводя ноги чуть шире, прося брата отпустить вторую руку и дать ему полную волю действия.
— И то верно, — соглашается альфа, отпуская руку Чимина из своей.
— Ты чего творишь? — тут же стонет альфа, чувствуя как освобожденная из плена рука лезет под спущенные шорты, стягивая их еще ниже и хватаясь за мягкое полушарие.
— Всегда мечтал попробовать подобное, — ухмыляется Чим, сдавливая пальцы чуточку сильнее, наблюдая, как жмурится любимый брат.
— Ах, так, да? — повышает голос Шуга, отстраняясь от возбужденного Чимина.
— Эй, ты куда? — громким шепотом интересуется брюнет, но тут же замолкает, когда светлая макушка мелькает между все еще разведенных ног, а проворный язык обрушивается на колом стоящий член.
— Блять, — срывается с губ Чимы, когда возбужденная плоть теряется где-то в пространстве шугиного рта. Юнги сосет хаотично, иногда помогая рукой, правда через пару минут спускается к девственной дырочке брюнета, пробуя ту кончиком языка.
— Вкусно, — подытоживает Юнги и поднимает взгляд на брата. Омега красный до самых пяточек, а глаза смотрят пошлым и смущенным взглядом. Чертовски завораживает.
— Не делай так, — психует Чимин, притягивая альфу к себе, завлекая того в поцелуй.
— А я, может быть, мечтал об этом всю жизнь, — передразнивает его брат.
— Не делай, я сказал! — скулит Чимин.
— Почему? — улыбается Шуга, массируя отверстие пальчиком, не забывая про эрекцию Чимы.
— Я же так, ах, — задыхается он, выгибаясь красивой дугой и бурно кончая в руку блондина.
— Кончил? — хмыкает Юн, разглядывая вязкие капли на своей руке.
— Прости, — виновато улыбается Чимин, ища взглядом салфетки, но Юнги уже облизывает собственную ладонь, не позволяя брюнету даже возмутиться или воспротивиться.
— Странный вкус, но пойдет, — высказывается вслух блондин, опуская влажную от слюны руку на свой член. Юнги хватает буквально пару движений, чтобы кончить на обнаженные бедра омеги, размазывая свое семя по песочной коже.
Альфа ухмыляется, смотря на обескураженного парня, а затем наклоняется и мягко целует, как бы благодаря.
— Еще раз увижу, что ты пьешь такие таблетки — и простой дрочкой точно не отделаешься, — угрожает он Чимину, но тот мотает головой, удивляя Шугу.
— Они больше и не помогут, — выдыхает Чим, густо краснея.
— Что ты имеешь ввиду?
— Юнги, у меня, кажется, течка началась, — всхлипывает омега, поднимая сжатые ноги и указывая на ароматное пятно, разлитое по всей кровати.
Ванилька…