Психология юмора

ГЛАВА 1

Введение в психологию юмора

Мы все знаем, что значит чувствовать юмор. Кто-то шутит, рассказывает о забавном случае из своей жизни, делает остроумный комментарий или случайную оговорку, и мы внезапно поражаемся тому, насколько это смешно. В зависимости от того, насколько забавным мы воспринимаем стимул, он может вызвать у нас улыбку, хихиканье или взрыв конвульсивного смеха. Наша реакция сопровождается приятным чувством эмоционального благополучия и радости. Большинство из нас много раз испытывают подобного рода переживания в течение обычного дня.

Поскольку юмор - это всем знакомая, приятная и веселая форма поведения, многие люди могут думать, что они уже понимают его и не нуждаются в психологических исследованиях для его объяснения. Однако эмпирические исследования юмора преподносят много интересных сюрпризов. Хотя, по существу, юмор - это тип умственной игры, предполагающей беспечное, несерьезное отношение к мыслям и событиям, он выполняет множество «серьезных» социальных, эмоциональных и когнитивных функций, и это делает его приятной и важной темой научного исследования.

Тема юмора поднимает множество интригующих вопросов, касающихся всех областей психологии. Какие психические процессы участвуют в понимании шутки или в восприятии чего-то смешного? Как юмор обрабатывается в мозге и как это влияет на организм человека? Что такое смех и почему мы смеемся в ответ на проявления юмора? Почему юмор настолько приятен? Какую роль юмор играет в наших взаимодействиях с другими людьми? Что такое чувство юмора и как оно развивается у детей? Действительно ли хорошее чувство юмора полезно для психического и физического здоровья?

Как очевидно из этих и других связанных с ними вопросов, юмор затрагивает все отрасли академической психологии (Martin, 2000). Исследователи в области когнитивной психологии могут интересоваться психическими процессами, участвующими в восприятии, понимании, оценке и генерации юмора. Межличностными функциями юмора в диадических взаимодействиях и групповой динамике занимается социальная психология. Специалисты в области психологии развития могут сосредоточиться на том, как юмор и смех развиваются в младенчестве, в детстве и в течение всей жизни. Исследователи психологии личности могли бы изучать индивидуальные различия в чувстве юмора и их связь с другими чертами и Формами поведения. Биологическая психология может пролить свет на физиологические основания смеха и на те области мозга, которые обеспечивают понимание и оценку юмора. Роль юмора в психическом и физическом здоровье, а также его потенциальные приложения в психотерапии, образовании и на работе представляют интерес для прикладных отраслей психологии, таких как клиническая, педагогическая и организационная психология, а также психология здоровья. Таким образом, представители каждой отрасли этой дисциплины потенциально могут внести интересный вклад в изучение юмора. Несомненно, полное понимание психологии юмора требует объединения результатов исследований из всех этих областей.

Несмотря на очевидную важность юмора в различных областях человеческой жизни и его связь со всеми отраслями психологии, в психологии до сих пор уделялось удивительно мало внимания этой теме. Исследования юмора обычно редко упоминаются, если вообще упоминаются, во вводных курсах психологии или научных работах. Тем не менее за прошедшие годы постоянно накапливались исследования на эту тему, что позволило получить массу новой информации. Таким образом, основная цель этой книги - представить студентам и ученым-психоло- гам, а также теоретикам и практикам из других областей обзор современной научной литературы по психологии юмора и указать им интересные направления дальнейших исследований в этой интереснейшей области.

В начале этой главы я приведу обзор доказательств универсальности и эволюционного происхождения юмора и смеха у людей. Затем будет исследован вопрос о том, что такое юмор: мы обсудим четыре существенных элемента юмора и связь каждого из них с интегративной психологией юмора. Далее последуют обзор различных форм юмора, с которыми мы сталкиваемся в повседневной жизни, и анализ психологических функций юмора и смеха. Затем мы рассмотрим исторический обзор понятия юмора и увидим, насколько впечатляюще в течение столетий изменялись популярные концепции и взгляды на юмор и смех. Наконец, будет приведено обсуждение психологического подхода к изучению юмора и представлен краткий обзор остальных частей этой книги.

Универсальность юмора и смеха

Юмор и смех - универсальный аспект человеческой жизни, присутствующий во всех культурах и свойственный буквально каждому человеку во всем мире (.Apte, 1985; Lefcourt, 2001). Смех - характерный, стереотипный паттерн вокализации, который легко узнаваем и весьма заметен (Provine & Yong, 1991). Хотя в различных культурах есть свои собственные нормы, касающиеся подходящих тем для юмора и типов ситуаций, в которых смех считают уместным, звучание смеха неразличимо во всех культурах. С точки зрения возрастного развития смех - одна из первых форм социальной вокализации (после плача) у младенцев (McGhee,

. Младенцы начинают смеяться в ответ на действия других людей приблизительно в возрасте четырех месяцев, и случаи геластической (т. е. вызывающей смех) эпилепсии у новорожденных указывают на то, что мозговые механизмы смеха уже присутствуют при рождении (Sher & Brown, 1976). Доказательством врожденного характера смеха также служит тот факт, что даже дети с врожден

ной глухотой и слепотой, как сообщают, адекватно смеялись, никогда ранее не воспринимая смех других (Provine, 2000). Действительно, есть свидетельства наличия у людей специализированных мозговых контуров, отвечающих за юмор и смех, которые были выявлены исследователями с помощью сканирования мозга. Таким образом, способность наслаждаться юмором и выражать его через смех, по- видимому, является важной частью человеческой сущности.

Однако интересно отметить, что люди - не единственные животные, способные смеяться. Специалисты по приматам довольно подробно изучили форму смеха у молодых шимпанзе, которая впервые была описана Чарльзом Дарвином (Darwin, 1872). Подобного рода смех также наблюдался у других человекообразных обезьян, включая карликовых шимпанзе, орангутанов и горилл (Preuschoft & van Hooff, 1997; van Hooff & Preuschoft, 2003). Смех обезьян описан как отрывистая, гортанная, свистящая вокализация, которая сопровождается расслабленным открытым ртом или «игровым лицом» и издается во время веселой возни между животными, такой как борьба, щекотание и преследование (рис. 1). Хотя этот смех звучит несколько иначе, чем человеческий, он также весьма узнаваемый, встречается в таких же социальных контекстах, что и смех младенцев и маленьких детей. Действительно, есть веские основания полагать, что смех человека и шимпанзе имеет одно и то же эволюционное происхождение и многие функции смеха у них совпадают.

Есть доказательства, что помимо смеха приматы демонстрируют даже элементарное чувство юмора. Было замечено, что шимпанзе и гориллы, которых учили общаться при помощи языка жестов, общались игривыми способами, очень напоминающими юмор, например применяя игру слов, шуточные оскорбления и несоответствующее использование понятий (Gamble, 2001). Интересно, что это юмористическое использование лингвистических знаков иногда также сопровождается смехом и «игровым лицом», указывая на близкую связь между юмором, игрой и смехом даже у обезьян.

Все эти доказательства указывают на то, что юмор и смех у людей - продукт естественного отбора (Gervais & Wilson, 2005). Смех, по-видимому, берет начало в социальной игре и происходит от игровых сигналов приматов. Специалисты по теории эволюции считают его частью невербальной системы «жест - крик», которая имеет длинную эволюционную историю, предшествуя развитию языка (Burling, 1993). С развитием интеллектуальных и лингвистических способностей люди приспособили вызывающие смех игровые действия своих предков-прима- тов к интеллектуальной игре со словами и идеями, которую мы теперь называем юмором (Caron, 2002). Таким образом, хотя взрослые люди обычно не преследуют и не щекочут друг друга в ходе игривой возни, они при помощи юмора участвуют в обычной социальной игре. Эволюционные истоки юмора и смеха указывают на то, что они, вероятно, выполняют важные социально-эмоциональные функции, которые внесли вклад в выживание человека как вида.

Хотя у юмора есть биологическая основа, коренящаяся в наших генах, также очевидно, что культурные нормы и научение играют важную роль в определении того, как он используется в социальных взаимодействиях и какие темы считаются уместными для него. Кроме того, хотя все формы юмора, по-видимому, берут начало в базовой структуре игры, сложность человеческого языка и воображения позволяет нам генерировать юмор в практически бесконечном разнообразии форм. Когда развились человеческий язык, культура и технология, мы создали новые способы и стили выражения юмора от спонтанных шуток в межличностном общении до традиций устных рассказов, театральных комедий и юмористической литературы, комедийных фильмов, радио- и телепостановок, а также шуток и мультфильмов, распространяемых по Интернету.

Кроме того что юмор является формой веселой забавы и развлечения, он также выполняет широкий круг социальных функций в ходе биологического и культурного развития человека. Многие из этих межличностных функций противоречивы и парадоксальны. Юмор может быть способом усиления социального единства между лицами определенного круга, но он также может быть способом исключения индивидуумов из группы. Он может как ослаблять, так и укреплять статусные различия между людьми, выражать согласие и коммуникабельность, но также и разногласия и агрессию, облегчать сотрудничество, а также сопротивление и укреплять солидарность и связи или подрывать власть и статус. Таким образом, возникнув в социальной игре, юмор развился у людей как универсальный способ коммуникации и социального влияния, выполняющий разнообразные функции.

Что такое юмор?

«Оксфордский словарь английского языка» так определяет юмор: «Это такое качество действия, речи или литературного произведения, которое вызывает веселье; причуда, шутка, курьез, комизм, забава». Далее в словарной статье говорится, что юмор - это также «способность воспринимать смешное или забавное или выражать это в речи, а также в письменной или другой форме; шутливый образ или трактовка объекта» {Simpson & Weiner, 1989). Из этих определений очевидно, что юмор - это широкое понятие, которое относится ко всем словам и действиям людей, воспринимающимся как забавные и обычно вызывающие смех у других, а также к психическим процессам, которые участвуют в генерации и восприятии такого забавного стимула, и к эмоциональной реакции, связанной с получением удовольствия от него.

С психологической точки зрения процесс юмора может быть разделен на четыре основных компонента.

Социальный контекст.

Когнитивно-перцептивный процесс.

Эмоциональная реакция.

Вокально-поведенческое выражение смеха.

Социальный контекст юмора

Юмор - по существу социальное явление. Мы смеемся и шутим намного чаще, когда находимся с другими людьми, чем когда мы одни (Martin & Kuiper, 1999; Provine & Fischer, 1989). Люди действительно иногда смеются в одиночестве, например когда смотрят комедию по телевизору, читают юмористические книги или вспоминают забавный личный опыт. Однако эти случаи смеха обычно могут рассматриваться как «псевдосоциальные» по своему характеру, потому что человек все равно реагирует на поведение персонажей телевизионной программы или книги или вновь переживает в памяти случай, в котором участвовали другие люди.

Юмор может иметь место (и часто так и происходит) буквально в любой ситуации общения. Комичная ситуация может возникнуть между супругами, которые прожили вместе 50 лет, или между незнакомыми людьми, ждущими автобуса на остановке. Юмор может иметь место во время беседы в группе близких друзей, сидящих за столиком в кафе, или во взаимодействиях группы деловых людей, участвующих в официальных переговорах. Он может использоваться ораторами, такими как политические деятели или религиозные лидеры, при обращении к большим аудиториям, или при личном общении, или через средства массовой информации.

Социальный контекст юмора - это контекст игры. Действительно, юмор по сУЩеству является способом взаимодействия людей в форме игры. Как я уже отметил, исследования смеха у шимпанзе и других человекообразных обезьян указывают на то, что смех берет начало в социальной игре (van Hooff & Preuschoft,

. у людей способность генерировать юмор, чтобы развлечь друг друга и вызвать смех, по-видимому, развивается как способ обеспечить нас расширенными

возможностями для игры. Игра, вероятнее всего, выполняет важные социальные, эмоциональные и когнитивные функции (Bateson, 2005). Действительно, все млекопитающие в подростковом возрасте играют, но в отличие от большинства других животных люди продолжают играть в течение всей жизни, что выражается прежде всего в юморе.

Когда люди участвуют в игре, они несерьезно относятся к тому, что они говорят или делают, и они выполняют эти действия ради них самих - для забавы - вместо того, чтобы иметь в виду более важную цель. Психолог Майкл Аптер (Apter, 1991) называет игривое настроение, связанное с юмором, парателическим состоянием, которое он отличает от более серьезного, целенаправленного тели- ческого состояния (от греч. telos - цель). По мнению Аптера, в течение обычного дня мы много раз переключаемся между серьезным и игривым состояниями сознания. Юмористический, игривый способ деятельности может иметь место в течение кратких моментов или длительных периодов времени. На деловой встрече, например, кто-то может сделать юмористический остроумный комментарий, который рассмешит группу и заставит ее ненадолго войти в игривое парателическое состояние сознания, перед тем как вернуться в более серьезное телическое состояние беседы. В более непринужденной обстановке, когда люди чувствуют себя расслабленными и свободными, они могут рассказывать веселые и смешные истории и обмениваться шутками в течение нескольких часов подряд.

Когнитивно-перцептивные процессы в юморе

Наряду с проявлениями в социальном контексте юмор характеризуется специфическими видами когнитивных процессов (или - видами когниций). Чтобы генерировать юмор, человек должен мысленно обработать информацию, поступающую из окружающей среды или из памяти, играя мыслями, словами или действуя творческим способом и таким образом производя остроумное высказывание или смешное невербальное действие, которое воспринимается другими как забавное. При восприятии юмора мы получаем информацию (то, что кто-то говорит или делает или что мы читаем) через наши глаза и уши, понимаем смысл этой информации и оцениваем ее как несерьезную, игривую и юмористическую.

Каковы характеристики стимула, которые заставляют нас воспринимать его забавным? Как мы увидим в следующих двух главах, этот вопрос был темой большого количества научных споров и исследований в течение многих столетий (см. также Roeckelein, 2002). Однако большинство исследователей соглашалось с тем, что юмор предполагает мысль, образ, текст или случай, в некотором смысле нелепый, странный, необычный, неожиданный, удивительный или неординарный. Кроме того, должен присутствовать некоторый аспект, который заставляет нас оценивать стимул как несерьезный или несущественный, по крайней мере на мгновение вводя нас в игривое состояние сознания. Таким образом, сущность юмора, по-видимому, заключается в несоответствии, неожиданности и игривости, что специалисты по теории эволюции Мэтью Джервэйс и Дэйвид Уилсон (Gervais & Wilson, 2005) называют «несерьезным социальным несоответствием». Эта совокупность когнитивных элементов, по-видимому, характеризует все формы юмора, включая шутки, поддразнивание и остроумное подшучивание, ненамеренные разновидности юмо

ра, такие как забавные оговорки или падение, поскользнувшись на банановой кожуре, вызывающая смех игра «ку-ку» с ребенком, веселая возня детей и даже юмор шимпанзе и горилл ( Wyer & Collins, 1992).

Артур Кестлер (Koestler, 1964) придумал термин «бисоциация», чтобы обозначать психический процесс, участвующий в восприятии юмористического несоответствия. По мнению Кестлера, бисоциация имеет место, когда ситуация, случай или идея одновременно воспринимаются с точки зрения двух логичных, но обычно несвязанных и даже несовместимых критериев. Таким образом, отдельное событие, «так сказать, вибрирует одновременно на двух различных длинах волны». Простой пример - игра слов, при которой два различных значения слова или фразы используются одновременно. По Кестлеру, этот процесс лежит в основе всех типов юмора.

Майкл Аптер (Apter; 1982) использовал понятие «синергия», чтобы описать когнитивный процесс, в котором два несовместимых образа или концепции одного и того же объекта одновременно удерживаются в сознании. По мнению Аптера, в игривом парателическом состоянии синергия доставляет удовольствие, вызывая приятное чувство колебания мыслей между двумя несовместимыми интерпретациями понятия. Таким образом, при юморе мы шутливо манипулируем мыслями и действиями так, чтобы они одновременно воспринимались противоположными способами, например как реальные и нереальные, важные и незначительные, угрожающие и безопасные. Как мы увидим в дальнейших главах, большое количество теоретических дискуссий и исследований в психологии юмора сосредоточены на детальном изучении когнитивных процессов, лежащих в основе восприятия и оценки юмора.

Эмоциональные аспекты юмора

Мы реагируем на юмор не только интеллектуально. Восприятие юмора также не- изменно вызывает приятную эмоциональную реакцию, по крайней мере до некоторой степени. Психологические исследования показали, что предъявление юмористических стимулов вызывает усиление положительных эмоций и повышение настроения (Szabo, 2003). Эмоциональный характер юмора также ясно демонстрируется недавними исследованиями с применением сканирования мозга, показывающими, что предъявление юмористических мультфильмов активизирует известную схему подкрепления в лимбической системе мозга (Mobbs et al., 2003). Чем более забавным считают участники конкретный мультфильм, тем сильнее активизируются эти части мозга. Из другого исследования мы знаем, что те же самые мозговые схемы лежат в основе радостных эмоциональных состояний, связанных с разнообразной приятной деятельностью, включая еду, прослушивание приятной музыки, сексуальную активность и даже употребление изменяющих настроение препаратов. Это объясняет, почему юмор настолько приятен и почему люди идут на все, чтобы испытывать его как можно чаще: всякий раз, когда мы смеемся над чем-то забавным, мы испытываем эмоциональный подъем, который °снован на биохимических процессах мозга.

Следовательно, можно утверждать, что юмор - это, по существу, эмоция, котрую вызывают конкретные типы когнитивных процессов, обсужденные в предыдущем подразделе. Подобно другим эмоциям, таким как радость, ревность или

страх, которые возникают в ответ на определенные типы оценок социального и физического окружения (Lazarus, 1991), юмор также предполагает эмоциональную реакцию, которую вызывает конкретный набор оценок, а именно восприятие события или ситуации как нелепо-смешных или забавных. С юмором связана всем знакомая приятная эмоция - специфическое чувство благополучия, которую описывают такими понятиями, как «забава», «радость», «веселье», «жизнерадостность» и «развлечение». Она тесно связана со счастьем и содержит элемент ликования и чувства непобедимости, ощущение душевного подъема, которое английский философ XVII в. Томас Гоббс назвал «внезапным триумфом».

Хотя это чувство знакомо каждому, как ни странно, ученые до сих пор не договорились о едином специальном термине для обозначения этой эмоции. У исследователей есть определенные термины, чтобы обозначать такие эмоции, как радость, любовь, страх, тревога, подавленность и т. д., но нет никакого общего названия для эмоции, вызываемой юмором. Это объясняется тем, что она так близка к смеху, что теоретики и исследователи до недавнего времени были склонны сосредоточивать внимание на смехе как более очевидном поведении, а не на эмоции, которая лежит в его основе. Некоторые исследователи использовали выражения «понимание юмора» (например, Weisfeld, 1993) или «приятное изумление» (например, Shiota et al.,

, чтобы обозначить эту эмоцию, но эти термины, по-видимому, слишком когнитивные и полностью не отражают ее эмоциональный характер. Психолог Уилли- болд Рач (Ruch, 1993) предложил понятие «приятное возбуждение» как специальный термин для этой эмоции. В то время как приятное возбуждение в обычном значении содержит ощущение волнения в дополнение к веселости, Рач предположил, что использование этого термина перенесет акцент с компонента волнения на эмоциональное качество жизнерадостности, развлечения и забавности. Однако этот термин, по-видимому, не пользуется популярностью у исследователей, которые, вероятно, с трудом отделяют подразумеваемое волнение.

Для обозначения этой эмоции нам нужен термин, который непосредственно связан с эмоцией, а также с юмором и смехом, но не является их синонимом и который может иметь различную интенсивность. На мой взгляд, слово «радость» очень хорошо подходит для этой цели. «Оксфордский словарь английского языка» определяет радость как «приятное чувство... веселье, счастье; веселое настроение, проявляющееся в шутках и смехе; веселость» {Simpson & Weiner; 1989). По-видимому, это именно то значение, которое нам требуется. Некоторые исследователи использовали слово «радость» для обозначения улыбки и смеха, но улыбка и смех являются мимическим и вокальным выражением этой эмоции, а не самой эмоцией, и поэтому должны называться иначе. Итак, в данной книге я буду называть эту эмоцию радостью.

Таким образом, радость - это особая эмоция, вызываемая восприятием юмора. Подобно другим эмоциям (например, счастью, любви, печали, страху), у радости могут быть различные степени интенсивности: от умеренной веселости до очень высокого уровня веселья (Ruch, 1993). Подобно другим эмоциям, радость также имеет как физиологические, так и эмпирические компоненты. Наряду с характерными субъективными чувствами удовольствия, развлечения и жизнерадостности эта эмоция сопровождается целым рядом биохимических изменений в мозге, вегетативной нервной системе и эндокринной системе, касающихся таких веществ, как

медиаторы, гормоны, опиоиды и нейропептиды (Panksepp, 1993). Этот нейрохимический коктейль влияет на многие части организма, включая сердечно-сосудистую, скелетно-мышечную, пищеварительную и иммунную системы (Fry, 1994). Биологические компоненты эмоции радости послужили основой для сделанных в последние годы заявлений о потенциальной пользе юмора и смеха для здоровья. Однако точный характер физиологических изменений, сопровождающих радость, еще не вполне понятен и необходимы дополнительные исследования, прежде чем мы с уверенностью сможем сказать, приносят ли юмор и смех существенную пользу здоровью (Martin, 2001, 2002).

Многие ученые до недавно времени не могли признать главным образом эмоциональную природу юмора. В прошлом большинство теоретиков и исследователей рассматривали его прежде всего как когнитивный процесс, а не эмоциональный. Велось много философских споров, и исследователи прилагали огромные усилия в попытке определить точные когнитивно-перцептивные элементы, которые необходимы и достаточны для юмора, при этом не вполне осознавался тот факт, что когнитивные оценки вызывают эмоции. Исследователи, которые изучают депрессию или тревогу, могли тратить все свое время на обсуждение определенных типов событий и когнитивных оценок, которые вызывают эти настроения, не обращая внимания на их эмоциональный характер. Хотя было получено много данных о когнитивных аспектах юмора (и в этой области предстоит еще многое сделать), но лишь недавно начались исследования эмоционального компонента юмора и появились соответствующие теории. Недавние научные усилия на пересечении социальной и биологической психологии обещают дать новые интересные результаты в этой области.

Смех как выражение эмоции радости

Подобно другим эмоциям, радостное удовольствие, сопровождающее юмор, так- же имеет экспрессивный компонент, а именно смех и улыбку. На низких уровнях интенсивности эта эмоция выражается слабой улыбкой, которая превращается в более широкую усмешку, а затем слышимое хихиканье и смех по мере увеличения интенсивности эмоции. При очень высокой интенсивности радость выражается громким хохотом, часто сопровождающимся покраснением лица, а также такими движениями тела, как наклон головы назад, раскачивание тела, хлопки себя по бедрам и т. д. Таким образом, смех - по существу, способ выразить или сообщить другим тот факт, что человек испытывает эмоцию радости, так же как сдвинутые брови, нахмуренность, пронзительный крик и сжатые кулаки передают эмоцию гнева. Следовательно, смех - это, по сути, социальное поведение: если бы не было общения с другими людьми, то мы не нуждались бы в смехе. Конечно, именно поэтому он такой громкий, поэтому включает такой характерный и легко Узнаваемый набор звуков, редко проявляющийся, когда человек находится в одиночестве.

Как мы уже видели, смех шимпанзе и других человекообразных обезьян обыч- Но сопровождается характерным выражением лица: демонстрацией расслабленного открытого рта или «игровым лицом», что также отмечается у других прима- т°в и проявляется во время игры. Многие теоретики предположили, что основная

функция смеха у людей, а также у человекообразных обезьян состоит в том, чтобы сигнализировать другим, что человек играет, а не ведет себя серьезно (например, van Hooff, 1972). Когда шимпанзе игриво борются и преследуют друг друга, для них важно иметь возможность сообщить друг другу, что они просто веселятся и не намереваются всерьез причинять вред друг другу. У людей смех также может быть сигналом дружелюбия и игривых намерений, указывая, что человек находится в несерьезном настроении. Смех, сопровождающий дружественное поддразнивание, например, сигнализирует о том, что к кажущимся оскорбительными словам нельзя относиться серьезно.

Недавно исследователи предположили, что цель смеха - не просто сообщать о том, что человек находится в игривом состоянии, а также вызывать это состояние у других (Owren & Bachorowski, 2003; Russell, Bachorowski, & Femandez-Dols, 2003). Согласно этой точке зрения, специфические звуки смеха оказывают прямое влияние на слушателя, вызывая положительное эмоциональное возбуждение, отражающее эмоциональное состояние смеющегося и, возможно, активизирующее определенные специализированные структуры мозга (Gervais & Wilson, 2005; Provine,

. Таким образом, смех может выполнять важную биосоциальную функцию соединения положительных эмоций членов группы, помогать координировать их действия. Это могло бы объяснить, почему смех настолько заразителен: когда мы слышим, как кто-то смеется, почти невозможно не чувствовать веселье и тоже не начать смеяться. Еще одна потенциальная социальная функция смеха - побуждать других вести себя определенным способом (Shiota et al., 2004). Например, смех может быть способом положительного подкрепления желаемого поведения других («смеяться с кем-то»), а также мощной формой наказания, направленного на нежелательное поведение («смеяться над кем-то»).

Итак, психологический процесс, связанный с юмором, включает социальный контекст, процесс когнитивной оценки, состоящий в восприятии забавной несовместимости, эмоциональную реакцию радости и вокально-поведенческое выражение смеха. Неврологические исследования указывают на то, что эти различные компоненты процесса юмора включают различные, но связанные между собой области мозга ( Wild et аі, 2003). Слово «юмор» часто используется в узком смысле для обозначения когнитивно-перцептивного компонента - психических процессов, которые участвуют в создании или восприятии чего-либо смешного или забавного. Я также иногда буду использовать это слово в узком смысле, поскольку, очевидно, не существует другого слова для обозначения этого когнитивного процесса. Тем не менее важно помнить, что в более широком смысле юмор относится ко всем четырем компонентам, и все они должны быть исследованы в интегративной психологии юмора.

Различные формы юмора

Мы видели, что юмор - это, по существу, эмоциональная реакция радости в социальном контексте, которая вызвана восприятием забавной несовместимости и выражается через улыбку и смех. Хотя эти основные элементы обычно присутствуют во всех примерах юмора, диапазон социальных ситуаций и событий, которые могут

вызывать реакцию юмора, удивительно разнообразен. В течение обычного дня мы сталкиваемся со многими формами юмора, выражаемого различными средствами и с различными целями. Отчасти этот юмор поступает к нам через средства массовой информации. Ведущие программ на радио часто шутят и делают остроумные комментарии; телевидение постоянно держит нас на юмористической диете в форме комедий положений, шоу с комичными ситуациями, выступлений эстрадных артистов-сатириков, политической сатиры и юмористических рекламных объявлений; мы также сталкиваемся с юмором в газетных комиксах и мультфильмах, кинокомедиях и юмористических книгах. Юмор также часто используется политическими деятелями, религиозными лидерами, пропагандистами и преподавателями в речах, проповедях и выступлениях.

Однако по большей части юмор и смех, с которым мы сталкиваемся в повседневной жизни, возникают спонтанно в ходе наших обычных отношений с другими людьми (.Martin &Kuiper, 1999). Этот вид межличностного юмора имеет место почти в каждом типе неофициальных и официальных взаимодействий, включая беседы между влюбленными, близкими друзьями, студентами, коллегами, деловыми партнерами, продавцами и покупателями, врачами и пациентами, преподавателями и студентами и даже совершенно незнакомыми людьми, стоящими в очереди в банке.

Люди различаются между собой по степени шутливости в повседневных взаимодействиях с другими. Большинству из нас так нравится положительная эмоция радости, что мы высоко ценим людей, которые особенно хорошо умеют нас рассмешить. Про этих людей мы говорим, что у них «хорошее чувство юмора», и обычно все хотят видеть их в качестве друзей и партнеров в романтических отношениях. У некоторых людей настолько развита способность веселить других и вызывать смех, что они становятся профессиональными юмористами, пополняя ряды писателей-юмористов, мультипликаторов, эстрадных артистов-сатириков, авторов комедий и актеров. Миллиарды долларов, ежегодно расходуемых на различные формы юмора, еще раз подтверждают высокую ценность эмоционального удовольствия, связанного с юмором.

Юмор, имеющий место в повседневных социальных взаимодействиях, можно разделить на три категории.

Заранее заготовленные юмористические анекдоты, которые люди запоминают и рассказывают друг другу.

Спонтанный юмор в разговоре, который преднамеренно используется людьми в ходе социальных взаимодействий и может быть вербальным или невербальным.

Случайный или ненамеренный юмор.

Шутки

время обычных бесед некоторые люди любят развлекать других, рассказывая шУтки, которые представляют собой короткие забавные истории, заканчивающиеся в кульминационном пункте. Их также иногда называют «консервированными шутками», чтобы отличать от непринужденных шуток и остроумных тонких

замечаний, к которым также можно применять слова «шутка» и «шуточный». Вот пример такого рода шутки (из Long & Graesser, 1988):

Человек идет к психиатру, который дает ему батарею тестов. Затем он объявляет пациенту результаты: «К сожалению, я должен сказать вам, что вы безнадежно сумасшедший». «Черт, - с негодованием говорит клиент, - я хотел бы услышать еще одно мнение». «Ну, - говорит врач, - вы к тому же УРОДЛИВЫ».

Эта шутка состоит из положения и кульминационного пункта. Положение, которое включает все, кроме последнего предложения, создает у слушателя специфический набор ожиданий относительно того, как следует интерпретировать ситуацию. Кульминационный пункт внезапно изменяет смысл неожиданным и веселым способом, таким образом создавая впечатление смешного несоответствия, которое необходимо для комичности. В кульминационном пункте этой шутки имеет место игра на значении фразы «еще одно мнение», смещающая акцент с серьезных, профессиональных отношений между пациентом и врачом на абсурдную ситуацию, в которой один человек оскорбляет другого. История эта очевидно шуточная и несерьезная, предполагающая, что все это должно восприниматься как шутка. Однако обратите внимание, что в этой шутке также есть агрессивный элемент («Вы к тому же уродливы»). Как мы увидим, есть много споров о том, до какой степени агрессия является существенным аспектом всех шуток (и, возможно, даже всего юмора).

В повседневных разговорах шутки обычно предваряются вербальными или невербальными репликами (например, «Ты слышал анекдот про...») или соответствует определенному формату (например, «Один человек зашел в бар... »), которые указывают слушателям, что история будет юмористической и ожидается, что слушатели будут смеяться ( Cashion, Cody, & Erickson, 1986). Хотя шутники обычно стараются, чтобы их шутки были связаны с темой беседы, шутка - это свободная от контекста и отдельная единица юмора, который несет в себе всю информацию, необходимую для того, чтобы быть понятной и приятной. Следовательно, ее можно рассказывать в контексте различных разговоров (Long & Graesser, 1988). Загадки - еще одна форма готового юмора, тесно связанная с шутками. Они часто включают игру слов, и их особенно любят маленькие дети (например, Why did the cookie cry? Because his mother was a wafer so long.)}

Спонтанный разговорный юмор

«Консервированные шутки» - это лишь небольшая доля юмора, с которым мы сталкиваемся в повседневных социальных взаимодействиях. В исследовании дневников, в котором мы просили взрослых людей в течение трех дней отмечать каждый раз, когда они смеялись, я и мой коллега Николя Куипер обнаружили, что лишь приблизительно в 11% случаев люди смеялись в ответ на шутки. Другие

Игра слов. Слово cookie переводится как «печенье» либо как «парень». A wafer («вафля») звучит так же, как away for («отсутствовала в течение»). В результате эти предложения на слух можно понять по-разному: «Почему печенье плакало? Потому что его мать так долго была вафлей» и «Почему этот парень плакал? Потому что его матери долго не было дома». - Примеч. перев.

17% смеха были вызваны средствами массовой информации, а в 72% случаев смех возникал спонтанно во время социальных взаимодействий или в ответ на веселые комментарии, которые делали люди, или на рассказы о забавных случаях, произошедших с ними (Martin &Kuiper, 1999). Этот вид спонтанного разговорного юмора зависит от контекста в большей степени, чем шутки, и поэтому он часто не так забавен при пересказе впоследствии («Вам нужно было это видеть»). В таком разговорном юморе невербальные сигналы, указывающие на юмористические намерения, такие как подмигивание или особенная интонация, часто более неоднозначны, чем при шутках, поэтому слушатель нередко не вполне уверен, говорит ли человек в шутку или всерьез.

Спонтанный разговорный юмор принимает различные формы, и для их описания есть много слов (например, «шутка», «насмешка», «острота», «хохма»). Нил Норрик (Norrick, 2003), лингвист, изучавший юмор в повседневных разговорах, предположил, что помимо «консервированных шуток» разговорный юмор можно классифицировать на:

анекдоты (забавные истории о себе или ком-то еще);

игру слов (каламбуры, остроумные ответы или колкости с игрой на значении слов);

иронию (утверждение, в котором буквальное значение отличается от подразумеваемого).

Более подробная система классификации спонтанного разговорного юмора (который они называют остроумием) была разработана психологами Деброй Лонг и Артуром Грассером (Long & Graesser, 1988). Чтобы получить широкую выборку типов юмора, встречающегося в непринужденных беседах, эти авторы записали множество эпизодов телевизионных ток-шоу (например, «Сегодня вечером») и затем проанализировали различные типы юмора, имевшего место во взаимодействиях между ведущими и их гостями. Смех аудитории использовался как индикатор юмора. На основе проведенного исследования эти авторы выделили следующие 11 категорий, которые различаются между целями или способами применения юмора.

Ирония - говорящий высказывает утверждение, в котором буквальное значение противоположно подразумеваемому (например, говоря: «Какой замечательный день!», когда погода холодная и ненастная).

Сатира - агрессивный юмор, высмеивающий социальные институты или социальную политику.

Сарказм - агрессивный юмор, который направлен на индивидуума, а не на учреждение (например, на светском обеде одна благородная дама упрекнула Уинстона Черчилля: «Сэр, вы пьяны». «Да, - ответил Черчилль, - а вы уродливы. Но завтра я буду трезвым, а вы и завтра все равно останетесь уродливой»).

Преувеличение и преуменьшение - изменение значения сказанного другим человеком путем повторения того же самого, но с другим смысловым акцентом. (Например, гость спрашивает ведущего Джонни Карсона, который был женат несколько раз: «Вы вообще были женаты?» Второй гость говорит: «Он вообще не был не женат!»).

Самоирония - юмористические замечания, направленные на себя как объект юмора. Это можно делать, чтобы продемонстрировать свою скромность, избавить слушателя от смущения или снискать его расположение.

Поддразнивание - юмористические замечания по поводу внешнего вида или недостатков слушателя. В отличие от сарказма здесь нет цели всерьез оскорбить или обидеть.

Ответы на риторические вопросы - поскольку риторические вопросы задают, не ожидая ответа, когда мы отвечаем на такой вопрос, это нарушает ожидания и удивляет человека, который задал этот вопрос. Поэтому ответ может восприниматься как забавный, и обычно цель состоит в том, чтобы просто развлечь собеседника.

Умные ответы на серьезные высказывания - умные, неуместные или бессмысленные ответы на утверждение или вопрос, который подразумевался как серьезный. Высказывание преднамеренно неверно истолковывается так, чтобы говорящий отвечал на значение, иное чем подразумеваемое.

Двусмысленность - утверждение или слово, преднамеренно неверно воспринятое или истолкованное, чтобы появился двойной смысл, который часто носит сексуальный характер.

Трансформация устойчивых выражений - превращение известных высказываний, клише или пословиц в новые утверждения. (Например, лысый человек жалуется: Hair today, gone tomorrow})

Игра слов - юмористическое использование слова, при котором появляется второе значение, обычно основанное на одинаковом звучании слов с разным значением.

Хотя эти категории не исключают друг друга и могут быть другие формы спонтанных шуток, которые имеют место в непринужденной беседе, но не наблюдаются в телевизионных ток-шоу ( Wyer & Collins, 1992), этот список является полезной отправной точкой для размышлений о различных способах выражения юмора. Нил Норрик (Norrick, 1984) также обсуждал то, что он назвал стандартными разговорными шутками, - юмористические высказывания или выражения, которые периодически используются в беседе (например, bring that up again and we'll vote on it1 в ответ на чью-либо отрыжку). Помимо этих вербальных форм юмора в социальных взаимодействиях люди также часто преднамеренно шутят невербальными средствами, такими как смешное выражение лица, необычная походка, жесты или манеры.

Непреднамеренный юмор

В дополнение к тому, что говорят и делают люди во время социальных взаимодействий с целью развеселить других, во многих случаях радость и смех также являются результатом высказываний или действий, которые не подразумевались как смешные ( Wyer & Collins, 1992). Английские преподаватели литературы Ол- лин Нильсен и Дон Нильсен (Nilsen &Nilsen, 2000) назвали их «случайным юмором» и выделили две формы этого юмора - физическую и лингвистическую. Случайный физический юмор включает незначительные неудачи и оплошности, например когда человек поскользнулся на банановой кожуре или пролил напиток на рубашку. Такого рода события смешны, когда они происходят в необычной и нелепой манере и когда человек, с которым они происходят, не получает серьезных травм и не слишком смущен. Этот тип юмора также лежит в основе фарса и эксцентрической комедии.

Случайный лингвистический юмор является результатом неправильного написания, неправильного произношения, ошибок в логике и таких оплошностей, как оговорки по Фрейду, неправильное употребление слов и случайная перестановка звуков. Этот тип неумышленного юмора имеет место, например, в газетных заголовках, в которых двусмысленность создает альтернативный юмористический смысл. (Например, Prostitutes appeal to pope; Dr. Ruth talks about sex with newspaper editors1.) Случайная перестановка звуков - ошибка речи, в которой начальные звуки двух или более слов переставлены, непреднамеренно создавая новое юмористическое значение. В английском языке эти ошибки называются «спунеризмами» в честь жившего в XIX в. британского священника Уильяма Спунера, который часто делал такие ошибки в своих проповедях и речах. (Например, предлагая тост в честь королевы Виктории, он сказал: Three cheers for our queer old dean («За здоровье нашего старого гомосексуального декана» вместо «За здоровье нашей дорогой королевы»).)

Таким образом, юмор - это распространенный тип социального взаимодействия, который принимает различные формы. Для психологов особенно интересны разговорные виды юмора, включая шутки, остроты и спонтанный юмор. Однако до последнего времени большинство психологических исследований юмора в значительной степени были сосредоточены на шутках и мультфильмах (которые по существу являются визуальными шутками) и вообще не касались других типов юмора. Это в значительной степени объясняется самодостаточным и независимым от контекста характером шуток и мультфильмов, который очень облегчает их перенос в лабораторные условия. За эти годы было проведено очень много исследований, в которых Участникам (обычно находящимся в лаборатории) предъявляли различные типы шУток и мультфильмов в разнообразных экспериментальных условиях и просили оценить, насколько они смешные. Таким образом, в исследованиях юмора шутки и мультфильмы долго служили аналогом Г-образных лабиринтов или бессмыслен

ных слогов в других областях, обеспечивая экспериментаторов независимой переменной, которая может помочь контролировать исходные данные при изучении этого довольно неясного понятия.

Однако юмор в такого рода исследованиях отделен от своего естественного социального контекста, и хотя эти методы позволили ученым сделать много интересных открытий, для изучения форм и функций юмора, для социальных взаимодействий они не так полезны. По сравнению с изучением реакций испытуемых на шутки в лаборатории намного труднее исследовать непосредственные формы юмора, которые имеют место в повседневных беседах и зависят от социального контекста. Для такого рода исследований ученые, возможно, должны выйти из лабораторий и изучать юмор, когда он спонтанно проявляется в естественных условиях, или по крайней мере предлагать парам или группам людей взаимодействовать друг с другом в лаборатории.

Шутки не только находились в центре внимания большинства исследований, но также служили моделью юмора во многих теориях, которые были сосредоточены прежде всего на когнитивных процессах, лежащих в основе понимания этих типов юмора. Поскольку понимание шуток может несколько отличаться от когнитивных процессов, участвующих в других формах юмора, эти теории часто были непригодны для объяснения всех типов юмора. В последнее время исследователи начинают разрабатывать теории, которые объясняют другие виды юмора, встречающиеся в социальных взаимодействиях наряду с шутками (например, Wyer & Collins, 1992). Эти теории часто включают эмоциональные и социальные аспекты юмора, а также когнитивные элементы.

Психологические функции юмора

Хотя, по существу, юмор - это форма социальной игры, позволяющей нам веселиться и получать эмоциональное удовольствие от забавных несоответствий, он выполняет ряд важных и «серьезных» психологических функций, которые, вероятно, внесли большой вклад в выживание человека как вида. Некоторые из преимуществ юмора обусловлены связанными с ним положительными эмоциями, и многие из них, вероятно, уже присутствовали в вызывающей смех веселой возне («протоюморе») наших древних человекоподобных предков еще до появления речи. Другие функции, по-видимому, добавлялись в ходе процесса, известного как кооптация ( Gervais & Wilson, 2005). Когда у людей развились когнитивные и лингвистические способности, сложные паттерны группового взаимодействия и способность делать выводы о намерениях и психических состояниях других, юмор и смех, берущие начало в веселой возне животных, стали использоваться для новых целей, связанных с социальной коммуникацией и влиянием, снятием напряжения и совладанием с неприятностями.

Психологические функции юмора можно разделить на три категории.

Когнитивные и социальные выгоды положительной эмоции радости.

Использование юмора для социальной коммуникации и влияния.

Снятие напряжения и совладание с неприятностями.

Когнитивные и социальные функции положительной эмоции радости

Человеческие эмоции выполняют важные адаптивные функции. Например, такие эмоции, как страх и гнев, заставляют людей сосредоточивать внимание на внешних угрозах, мобилизуют силы и побуждают предпринимать действия для устранения этих угроз (Levenson, 1994). Однако функции таких положительных эмоций, как радость и восторг менее очевидны, поскольку они, по-видимому, не вызывают определенных паттернов действия. В прошлом психологи были склонны прежде всего сосредоточиваться на отрицательных эмоциях, таких как подавленность, страх и враждебность, и уделяли мало внимания таким положительным эмоциям, как радость, восторг, счастье и любовь. Однако в последнее время психологи начали изучать положительные эмоции, и эти исследования начинают проливать свет на их функции.

Элис Изен (Ъеп, 2003) обобщила большое количество экспериментальных исследований, где говорилось, что у людей развиваются когнитивные способности и формы социального поведения в тот момент, когда они испытывают положительные эмоции (включая вызванную комизмом радость), по сравнению с нейтральными или отрицательными эмоциями. Например, они демонстрируют более высокую когнитивную гибкость, которая позволяет им более творчески решать проблемы, более эффективную организацию и интеграцию памяти; более эффективное мышление, планирование и суждения, а также более высокий уровень социальной ответственности и таких просоциальных форм поведения, как услужливость и великодушие (см. также Lyubomirsky, King, &Diener, 2005). Эксперимент, проведенный Барбарой Фредриксон и Робертом Левенсоном {Fredrickson & Levenson, 1998), также продемонстрировал, что стимулирование положительных эмоций, включая радость, помогает уменьшить физиологическое возбуждение, вызванное отрицательными эмоциями.

На основе полученных результатов Барбара Фредриксон (Fredrickson, 1998, 2001) предложила модель «расширяй и создавай», описывающую психологические функции таких положительных эмоций, как радость. В отличие от отрицательных эмоций, которые имеют тенденцию сужать фокус внимания и мотивировать человека участвовать в определенных действиях, она предположила, что положительные эмоции расширяют границы фокуса внимания индивидуума, позволяя более творчески решать проблемы и расширять диапазон вариантов поведенческих реакций, и также создают физические, интеллектуальные и социальные ресурсы, которые человек может использовать для преодоления жизненных трудностей. Она утверждала, что такие положительные эмоции, как радость, являются адаптационными механизмами, укрепляющими психическое и физическое здоровье. Недавнее исследование радости и других положительных эмоций, проведенное Фредриксон с коллегами, позволило подтвердить эти гипотезы (см. например, Fredrickson & Branigan, 2005; Fredrickson et al., 2000).

Мишель Шиота с коллегами (Shiota et al., 2004) также предположили, что положительные эмоции могут играть важную роль в регулировании межличностных отношений. Эти авторы исходили из того, что люди - это социальные животные, Которым для выживания требуются близкие отношения. Они предположили, что

положительные эмоции играют важную роль в решении трех фундаментальных для межличностных отношений задач.

Определение потенциального партнера для отношений.

Установление, развитие и поддержание ключевых отношений.

Совместная деятельность (т. е. работа вместе с другими для достижения целей, которые не могли бы быть достигнуты в одиночку).

Они предположили, что связанная с юмором положительная эмоция радости эффективна для решения всех этих трех задач при различных типах отношений, включая романтическую связь, дружбу и отношения в группе. Например, радость, связанная с общим смехом, может помочь определить людей с общими интересами, выбрать и привлечь партнеров, вознаградить совместные усилия и укрепить межличностные связи и сплоченность группы.

Таким образом, юмор может принести важные психологические выгоды, вызывая положительное эмоциональное состояние одновременно у двух или более людей. Приятные субъективные чувства, сопровождающие это эмоциональное состояние, побуждают искать возможности для юмора и смеха, которые, в свою очередь выполняют целый ряд важных когнитивных и социальных функций. Многими из этих полезных качеств юмора, вероятно, уже отличался «протоюмор» наших пред- ков-гоминид, что обеспечивало им эволюционное преимущество в процессе выживания.

Социальная коммуникация и влияние

Как мы видели, юмористические взаимодействия между людьми принимают самые разнообразные формы. Когда люди участвуют в юмористических контактах в повседневной жизни, они часто руководствуются определенным (возможно, неосознанным) намерением или преследуют социальную цель, выходящую за рамки простой забавы и развлечения. Даже когда люди шутят или рассказывают что-нибудь потешное, чтобы рассмешить других, они нередко также стремятся произвести впечатление на окружающих своим остроумием и привлечь к себе внимание, завоевать авторитет или получить одобрение. Социолог Майкл Малкей (Mulkay, 1988) предположил, что юмор можно рассматривать как способ межличностной коммуникации, который часто используется для непрямой передачи подразумеваемых сообщений и оказания влияния на других людей. Поскольку юмор предполагает игру с несоответствиями и противоречивыми идеями, а также одновременно передает различные значения, он является особенно полезной формой коммуникации в ситуациях, где более серьезный и прямой способ общения рискует быть слишком конфронтационным, потенциально смущающим или иным образом опасным.

Например, если два друга пытаются серьезно обсуждать различия во мнениях, они могут запутаться в бесконечных аргументах и контраргументах, что сопровождается усилением чувства фрустрации и раздражения. Однако, используя юмор, чтобы пошутить по поводу точек зрения друг друга, они могут создать атмосферу принятия и понимания, все же придерживаясь различных точек зрения и допуская их (Капе, Suls, & Tedeschi, 1977). Точно так же, если конфликт между двумя людьми нарастает до точки, в которой он угрожает их отношениям, шуточный комментарий одного из них может быть способом ослабить конфликт, предоставляя им обоим возможность не уронить достоинство. Таким образом, юмор может быть средством смягчения конфликтов и напряженности между людьми.

С другой стороны, юмор также часто используется для передачи критических ИЛИ неодобрительных сообщений, которые МОГЛИ бы не встретить хороший прием, если бы их передали в более серьезной манере. При дружеском поддразнивании, например, мягкое неодобрение или осуждение выражается с помощью юмора (KeltneretaL, 2001). Это позволяет говорящему взять назад свои слова, если они плохо восприняты, сказав: «Я просто пошутил». Действительно, поскольку каждый понимает двусмысленный характер юмора, такой отказ от своих слов обычно даже не требуется. Таким образом, юмор часто служит для людей способом не уронить свое и чужое достоинство, смягчив воздействие сообщения или «прощупав почву», чтобы увидеть, как отреагируют другие.

Некоторые из социальных функций юмора могут быть тесно связаны с агрессией, принуждением и манипуляцией. Хотя юмор - это форма игры, он не всегда про- социальный и доброжелательный, и во многих случаях юмор предполагает смех над поведением и чертами людей, которые воспринимаются как в некотором отношении необычные и поэтому нелепые. В процессе эволюции человека (большая часть которой предполагала проживание в небольших группах охотников и собирателей) юмор и смех, по-видимому, стали использоваться для укрепления групповой идентичности путем введения в группе социальных норм и исключения членов других групп, и эта функция юмора все еще очень заметна сегодня (.Alexander, 1986).

Принимая во внимание, что использование юмора в общении для «спасения престижа» часто включает только двух человек, эти более агрессивные и даже враждебные способы использования обычно включают трех человек или группы людей: говорящий, который передает юмористическое сообщение, слушатель (слушатели), который смеется над ним, и люди, являющиеся «мишенью» юмора. Мишень, которая может физически присутствовать или не присутствовать, может быть отдельным человеком или неопределенным членом дискредитируемой группы, например конкретной гендерной, этнической или религиозной группы. Юмор может быть спонтанным юмористическим комментарием или «консервированной» этнической или сексистской шуткой. Этот тип юмора позволяет членам группы укреплять чувство групповой идентичности и общности, подчеркивая их отличие от членов другой группы. Такие агрессивные разновидности юмора часто воспринимаются людьми как чрезвычайно забавные и вызывают истинную радость и смех, даже если это происходит в ущерб другим.

Таким образом, приятную эмоцию радости, сопровождающую юмор и смех, можно испытывать за счет других людей, либо пассивно радуясь их неудачам (что называется злорадством^), либо активно стремясь унизить, смутить или высмеять их некоторым способом и при этом повысить собственный статус относительно их статуса. Таким образом, юмор может включать «смех над» и «смех вместе с». Как мы увидим, многие традиционные теории постулируют, что агрессия - это, по сути, важный элемент всего юмора и смеха. Хотя большинство ученых сегодня не занимает такую крайнюю позицию, едва ли кто-то не согласится с тем, что юмор может использоваться агрессивным и даже враждебным способом.

Поскольку неприятно быть объектом насмешек и большинство людей стремится избегать этого, агрессивные формы юмора могут также использоваться как метод принуждения людей к желаемым действиям. В социальных группах юмор часто используется, чтобы навязывать групповые нормы, или высмеивать отличающиеся действия и черты людей, которые не принадлежат группе, или дразнить членов группы, когда они демонстрируют ненормативное поведение. Таким образом, в случае агрессивных типов шуток, поддразнивания, насмешек или сарказма юмор может использоваться для исключения людей из группы, усиления власти и закрепления статусных различий, подавления поведения, которое не соответствует групповым нормам, и для оказания принуждающего влияния на других.

Итак, юмор как социальная игра может использоваться для передачи разнообразных сообщений и достижения любых социальных целей, некоторые из которых могут быть одобряемыми и просоциальными, тогда как другие могут быть более агрессивными или принуждающими. Следовательно, юмор в своей основе не является ни дружественным, ни агрессивным: это средство получения эмоционального удовольствия, которое может использоваться и с благими, и с враждебными намерениями. В этом состоит парадокс юмора. Если цель состоит в том, чтобы укрепить отношения, смягчить конфликты и добиться сплоченности, юмор может быть полезен для этих целей. С другой стороны, если цель - подвергнуть остракизму, унизить, манипулировать кем-либо или поднять собственный статус за счет других, юмор также может быть полезен и для этого. В любом случае, он может вызывать искреннюю радость.

Снятие напряжения и преодоление неприятностей

Часто отмечается еще одна функция юмора - его роль в преодолении стрессов и неприятностей {Lefcourt, 2001; Lefcourt & Martin, 1986). В ходе эволюции люди, по-видимому, стали использовать игровой юмор как средство когнитивного управления многими из событий и ситуаций, которые угрожают их благополучию, превращая их в нечто несерьезное и смешное {Dixon, 1980). Поскольку юмор строится на рассмотрении несоответствий и различных интерпретаций, он может помочь человеку изменить свой взгляд на стрессовую ситуацию, переоценив ее с новой и менее угрожающей точки зрения. В результате этой юмористической переоценки ситуация становится менее стрессовой и более управляемой (Kuiper, Martin, & Olinger, 1993; Martin et al., 1993).

Положительная эмоция радости, сопровождающая юмор, замещает чувство тревоги, депрессии или гнева, которое возникло бы в противном случае. Это позволяет человеку мыслить более широко и гибко и творчески решать проблемы {Fredrickson,

. Кроме того, эта положительная эмоция может приносить физиологическую пользу, ускоряя восстановление от сердечно-сосудистых последствий любых отрицательных эмоций, которые могли быть вызваны стрессом {Fredrickson &Levenson, 1998). Таким образом, юмор можно рассматривать как важный механизм регулирования эмоций, который может способствовать укреплению психического здоровья {Gross & Munoz, 1995).

Исследования выживших в таких экстремальных условиях, как концентрационные лагеря, показывают, что юмор в форме шуток по поводу угнетателей и пе

реносимых мук часто является важным средством генерации положительных эмоций, поддержания групповой сплоченности и морального духа, сохранения ощущения своего превосходства, надежды и чувства собственного достоинства, дающих возможность выжить в казалось бы безнадежной ситуации (Ford & Spaulding, 1973; Frankiy 1984; Henman, 2001). Менее экстремальные примеры возможностей юмора как средства победы над трудностями и преодоления ударов судьбы можно обнаружить в повседневной жизни многих людей. Юмор и смех помогают больным раком легче относиться к своей болезни и поддерживать оптимистическое настроение, шутки о смерти - это способ эмоционально дистанцироваться от мыслей о смерти. Таким образом, смеясь над абсурдностью жизни и преуменьшая угрозы, превращая их в объекты шутливой игры, юмор позволяет не поддаться давлению людей и ситуаций (и сложных, и простых), которые угрожают нашему благополучию.

Агрессивные аспекты юмора, обсуждавшиеся ранее, также играют определенную роль в этой функции совладания. Многие из угроз благополучию, с которыми сталкиваются люди, исходят от других людей. Высмеивая глупость, некомпетентность, лень или другие недостатки людей, которые фрустрируют, возмущают и раздражают их и мешают продвижению к цели, люди способны минимизировать страдания, которые могут вызывать другие, и получать некоторое удовольствие в ущерб им. Это использование агрессивного юмора при совладании может быть направлено на конкретных людей, которые создают трудности, или на неопределенных представителей более широких социальных групп или властных структур, которые воспринимаются как источники раздражения. Но, хотя такое агрессивное использование юмора с целью совладания позволяет ненадолго усилить ощущение личного благополучия, оно также может оттолкнуть других людей и неблагоприятно повлиять на ценные отношения в более долгосрочной перспективе {Martin et al., 2003).

Юмор для преодоления неприятностей, как и все формы юмора, обычно используется в социальном контексте. Люди, как правило, не начинают смеяться и шутить по поводу своих проблем, когда находятся в полном одиночестве. Вместо этого при совладании юмор обычно принимает форму шуток и смеха с другими людьми либо во время неблагоприятной ситуации, либо вскоре после нее. Например, когда вечером в группе близких друзей обсуждаются события особенно напряженного дня, трудности, которые ранее казались мучительными и непомерными, могут восприниматься как комично нелепые и стать основанием для веселья и громкого смеха. Чем сильнее эмоциональное возбуждение и напряжение, вызванное стрессовыми событиями, тем впоследствии больше удовольствие и громче смех от шуток по поводу этих событий.

Эта функция юмора, связанная со снятием напряжения, за последние годы отмечалась многими теоретиками, и некоторые даже предположили, что снятие напряжения - определяющая характеристика всего юмора. Хотя это, возможно, преувеличение, все же данная точка зрения действительно отражает одну из важных Функций юмора и смеха. Таким образом, по-видимому, в ходе эволюции человека *°мор как когнитивная игра стал использоваться в качестве средства преодоления трудностей и невзгод, помогающего быстро восстанавливать физические и душевое силы, что способствовало выживанию и благоденствию людей.

Краткая история юмора

Сегодня слово «юмор» - это общее понятие, как правило, с позитивным, социально желательным оттенком, описывающее все слова и действия людей, которые воспринимаются как забавные и вызывают у других радость и смех. Интересно отметить, что в таком широком смысле слово «юмор» стало использоваться лишь недавно. Действительно, это понятие имеет очень интересную и сложную историю, начиная с совершенно различных значений и в течение столетий постепенно приобретая новые оттенки. Историк культуры Дэниел Викберг ( Wickberg, 1998) провел детальный и интереснейший анализ истории этого понятия, из которого взята большая часть тех сведений, что приводятся в этой главе (см. также Ruch, 1998а).

Этимология слова «юмор»

Слово «юмор» произошло от латинского слова китогет, означающего «текучий» или «жидкий». Оно все еще сохраняет это значение в физиологии, обозначая жидкости организма, такие как стекловидное тело (vitreous humor) глаза. Греческий врач Гиппократ (IV в. до н. э.), считающийся основателем медицины, полагал, что хорошее здоровье зависит от правильного баланса четырех жидкостей, или «гу- моров» организма, а именно крови, флегмы, черной желчи и желтой желчи. Позже греческий врач Гален (II в. н. э.), который жил в Риме, высказал мысль о том, что эти четыре жидкости обладали специфическими психологическими качествами, так что избыток любой из них у человека создавал определенный тип темперамента или характера. Преобладание крови приводит к формированию сангвинического или веселого характера, слишком много черной желчи приводит к формированию меланхоличной или депрессивной личности, и т. д.

Помимо того что соотношение этих жидкостей в организме считалось основой устойчивых черт характера, оно также стало рассматриваться как причина более изменчивых настроений. В английском языке это значение слова humor как устойчивой черты характера или временного настроения сегодня все еще присутствует, когда мы говорим о ком-то как о «добродушным человеке» {good-humored) или находящемся «в плохом настроении» {bad humor). Таким образом, первоначально обозначая телесную субстанцию, слово «юмор» постепенно приобрело психологические коннотации, касающиеся устойчивого темперамента и временного настроения. Однако до XVI в. оно все еще не имело никакого значения забавности и не ассоциировалось со смехом.

В английском языке слово humor (происходящее от французского humeur) продолжало развиваться. В XVI в. представление о юморе как о несбалансированном темпераменте или черте личности привело к тому, что это слово стали использовать для обозначения любого поведения, отклоняющегося от социальных норм. Таким образом, слово humor стало использоваться для описания странного, эксцентричного или экстравагантного человека (ср. Бена Джонсона «Все люди не в себе» (Ben Jonson s «Every Man Out of His Humour»), 1598, цит. no Wickberg, 1998). Поскольку такие люди часто считались смешными или служили объектами насмешек, это явилось маленьким шагом к установлению связи юмора с забавностью и смехом и введению этого понятия в сферу комизма {Ruch, 1998а).

В конце концов странного или экстравагантного человека, который был объектом насмешек, стали называть «юмористом», тогда как «человеком с чувством юмора» был тот, кому доставляло удовольствие подражать странностям юмориста (например, см. Корбин Моррис «Эссе об установлении истинного стандарта остроумия, юмора, шутки, сатиры и насмешки», 1744, цит. по Wickberg, 1998). Таким образом, юмор стал рассматриваться как талант, предполагающий наличие способности смешить других. Однако лишь в середине - конце XIX в. термин «юморист» приобрел современное значение человека, который создает продукт, называемый «юмором», чтобы развлечь других ( Wickberg,, 1998). Многие ученые считают Марка Твена одним из первых юмористов в этом современном смысле.

Изменение представлений о смехе

В то время, когда в английском языке эволюционировало значение слова «юмор», также изменялись популярные концепции смеха и смешного ( Wickberg, 1998). До XVIII в. большинство авторов рассматривало смех почти полностью в негативных терминах. Не проводилось никаких различий между «смехом с» и «смехом над», так как весь смех считался результатом высмеивания кого-то. Большинство ссылок на смех в Библии, например, связано с насмешками, осмеянием или презрением (Koestler, 1964). Философская концепция смеха как, по существу, формы агрессии восходит к Аристотелю, который полагал, что смех - это всегда реакция на уродство или недостаток другого человека, хотя считал, что смех не возникает, если его объект пробуждает другие сильные эмоции, такие как жалость или гнев. Следуя традиции, существующей со времен Аристотеля, английский философ XVII в. Томас Гоббс считал, что смех основан на чувстве превосходства, или «внезапного триумфа», являющегося результатом восприятия какого-нибудь недостатка другого человека.

В течение XVIII в. в английском языке слово ridicule («насмешка») (от лат. ridiculum - шутка и ridiculus - смехотворный) использовалось почти так же, как мы используем сегодня слово «юмор», т. е. как родовой термин для чего-либо, вызывающего смех и радость. Однако оно имело намного более негативный и агрессивный оттенок, чем сегодня слово «юмор». Тогда как смех был пассивной реакцией, насмешка рассматривалась как активная и агрессивная, т. е. как форма нападения. Во всей Европе в то время насмешка стала популярным способом ведения споров, используемым для того, чтобы перехитрить и унизить противников, Делая их смешными в глазах других. Она также превратилось в общепринятую форму искусства беседы, используемую для того, чтобы развлечь других людей. Человек, который был искусен в умении делать остроумные замечания, считался особенно желанным гостем к обеду. В это время наряду с насмешкой обычно использовались и другие слова, такие как «подшучивание» (raillery) и «подтрунивание» {banter). Хотя оба этих слова обозначают агрессивные формы остроумного ответа, используемого в беседе, подтрунивание рассматривалось как более грубый, оолее невежливый и низкопробный тип насмешки, тогда как подшучивание было °лее рафинированным и социально одобряемым.

По мере того как насмешка все более становилась социально приемлемой формой полемического искусства и желаемой частью дружеской беседы, взгляд на смех как на выражение презрения и пренебрежения постепенно уступил место представлению о смехе как о реакции на ум и искусство игры.2 Чувство превосходства, свойственное смеху, теперь рассматривалось как второстепенное, а интеллектуальные аспекты были поставлены над эмоциональными. Теперь смех ассоциировался с игрой ума и считался способом показать свой интеллект, удивляя новыми связями между идеями, а не выражением презрения, пренебрежения, превосходства и агрессии. К началу XIX в. на смену теории превосходства Гоббса пришли теории, в рамках которых несоответствие рассматривалось как сущность смеха. Эта теория была обобщена английским писателем начала XIX в. Уильямом Хейзлиттом, по мнению которого, «сущность смешного заключается в несоответствии» (цит. по Wickberg, 1998, р. 56).

Причиной этого отхода от объяснения смеха с точки зрения агрессии также послужила сентиментальность среднего класса британского общества в XVIII в., которая заставляла подчеркивать важность для воспитанных людей благожелательности, доброты, любезности и сострадания. Как отражено, например, в работах Адама Смита (например, «Теория нравственных чувств» («Theory of Moral Sentiments»)), 1759, цит. no Wickberg, 1998), новый набор гуманистических ценностей поставил эмоциональную чуткость выше холодной рациональной логики. В соответствии с этой общей точкой зрения социальные реформаторы начали приводить доводы в пользу более гуманной формы смеха, основанной на симпатии, а не агрессии. Это привело к потребности в новом слове для описания этой доброжелательной основы смеха, и для этой цели было взято слово «юмор». Напротив, слово «остроумие» (wit, от древнеанглийского witan - «знать») стали использовать для обозначения более агрессивных форм поведения, вызывающих смех, которые ранее описывались общим термином «насмешка» (ridicule). Таким образом, к началу XIX в. общие понятие «насмешка» было заменено двумя противоположными словами - «остроумие» и «юмор».

Остроумие и юмор

И остроумие, и юмор рассматривались как основанные на несовместимости и использовались, чтобы вызывать смех; но считалось, что они делали это принципиально разными способами. Различие между этими двумя понятиями сначала было проведено в теориях драматического комизма, где остроумие ассоциировалось с комизмом, основанным на интеллекте, тогда как юмор предполагал комизм, основанный на характере (Wickberg, 1998). Через какое-то время слово «остроумие» приобрело значение прежнего термина «насмешка» (ridicule), обозначающего агрессивный ум и игру слов, тогда как слово «юмор» подчеркивало симпатию и благожелательность, и рассматривалось как более позитивное и желательное основание для смеха. Понятие «остроумие» считалось интеллектуальным, саркастическим и было связано с антипатией, тогда как юмор был эмоциональным, благожелательным и ассоциировался с сочувствием.

Эти два слова также имели различные коннотации с точки зрения социальных классов. Остроумие ассоциировалось с аристократией и высокомерием, тогда как юмор был в большей степени буржуазным, относящимся к среднему классу понятием, связанным с универсальностью и демократичностью. Остроумие также считалось более искусственным качеством, которое могло быть приобретено через обучение и практику, тогда как юмор рассматривался как более естественный и врожденный талант человека. Таким образом, все признавали, что смех мог быть или агрессивным, или доброжелательным, и современное различие между «смехом над» и «смехом с» было отражено в понятиях «остроумие» и «юмор» соответственно.

Неудивительно, что юмор стал рассматриваться как более социально желательный, чем остроумие, и многие авторы описывали его в ярких красках. Например, один писатель XIX в. описывал юмор как «сочетание смешного с элементом любви, нежности, симпатии, сердечности или привязанности» (цит. по Wickberg, 1998, р. 65). Связь между юмором и демократическими ценностями (в противоположность высокомерию и снобизму остроумия) сделала понятие «юмор» очень популярным в эгалитарной культуре Соединенных Штатов, особенно после Гражданской войны. В своих работах на эту тему Зигмунд Фрейд, как и большинство его современников, также проводил различие между юмором как доброжелательным и в психологическом отношении здоровым явлением и остроумием как агрессивным и имеющим сомнительную психологическую ценность (Freud, 1960 [1905]).

Однако в течение XX в. различие между остроумием и юмором постепенно исчезло, и слово «юмор» стало преобладать как общий термин для всего смешного. Юмор больше не представлял только один (благожелательный) способ вызвать смех, но теперь обозначал все источники смеха, включая более агрессивные формы, которые ранее описывались как остроумие. Но в то же время осталась позитивная и социально желательная коннотация слова «юмор», и поэтому весь смех стал рассматриваться как чрезвычайно доброжелательный и благосклонный. Все положительные характеристики, которые ранее были приписаны юмору как разновидности смешного, отличавшейся от остроумия, теперь рассматривались как применимые ко всему, что вызывает смех, включая более агрессивные формы, когда-то определявшиеся как остроумие. Хотя сам смех когда-то считался чрезвычайно агрессивным, к началу XX в. многие теоретики начали предполагать, что он почти всегда содержит элемент симпатии. Даже те ученые, которые все еще придерживались теории превосходства, начали рассматривать агрессивные аспекты смеха как некоторым образом смягченные симпатией или игривостью, а не по- настоящему агрессивные и злорадные (ср. Gruner, 1997).

Таким образом, с XVII по XX в. популярные концепции смеха претерпели поразительные трансформации, смещаясь от агрессивной антипатии, предполагаемой в теории превосходства, к нейтральности теории несоответствия, далее к представлению о том, что смех иногда может благожелательным, и к понятию о том, что симпатия является необходимым условием для смеха (Wickberg, 1998). Эти изменяющиеся представления также отражались в преобладающих социальных нормах. Еще в 1860-е гг. в Соединенных Штатах считалось невежливым смеяться в общественных местах. Даже в начале XX в. в некоторых сферах общественной жизни (например, в религии, образовании и политике) юмор и смех считались неуместными. Конечно, сегодня юмор и смех не только считаются приемлемыми, но активно поощряются буквально во всех социальных условиях.

Эволюция понятия «чувство юмора»

Наряду с изменением значения слова «юмор» и отношения к смеху за последние два столетия также развивалось понятие «чувство юмора» ( Wickberg, 1998). В XVIII в. и начале XIX в. английские философы сформулировали понятие о различных эстетических и моральных «чувствах», которые рассматривались как тонкая чувствительность или способность понимать или оценивать качество определенных вещей. Так, они говорили о чувстве красоты, чувстве чести, чувстве приличия, моральном чувстве и здравом смысле. Выражение «чувство смешного» использовалось для описания чувствительности ко всему смешному. Однако к середине XIX в. оно было заменено выражением «чувство юмора».

Хотя сначала понятие «чувство юмора» использовалось просто как описательный термин, вскоре чувство юмора стало высоко ценимым качеством, приобретя положительные коннотации, которые в тот период были связаны с юмором (в противоположность остроумию). К 1870-м гг. понятие «чувство юмора» приобрело значение очень желательного качества, которое оно имеет сегодня, и стало обозначать главное достоинство. Сказать, что у человека есть чувство юмора, означало очень положительно охарактеризовать его. Фактически чувство юмора стало одним из важнейших качеств человека. С другой стороны, сказать, что у кого-то отсутствует чувство юмора, считалось одной из худших оценок человека. Никто не хотел признавать, что у него нет чувства юмора.

В XX в. чувство юмора продолжало оставаться очень желательным качеством, но это понятие также становилось все более неясным и неопределенным. Хотя оно всегда сохраняло некоторое значение способности смешить других или получать удовольствие от веселья и смеха, оно прибрело дополнительное значение более общего набора желательных характеристик личности. Желая пояснить, что означает «иметь чувство юмора», по большей части отталкивались от того, что означает «не иметь чувства юмора». Если говорили, что у кого-то нет чувства юмора, то имели в виду, что этот человек чрезмерно серьезный, фанатичный или эгоистичный, упрямый, ярый сторонник крайних взглядов. Отсутствие чувства юмора рассматривалось как характерная особенность некоторых форм психических заболеваний (особенно шизофрении), указывающая на неуравновешенность и паранойю (Wickberg,, 1998).

К 1930-м гг. чувство юмора рассматривалось многими психологами как важнейший компонент психического здоровья. Например, Гордон Олпорт (Allport, 1961) связывал чувство юмора с пониманием себя, проницательностью и терпимостью и считал его признаком зрелой или здоровой личности. Однако важно отметить, что он проводил различие между этим зрелым типом юмора, который считал весьма редким, и менее здоровым, более распространенным «чувством комичного», или смехом над нелепостью, игрой слов и ошибками других. Таким образом, обладание чувством юмора стало синонимом уравновешенности, способности адаптироваться к стрессу, умеренности, вежливости, невозмутимости и спокойствия.

В XX в. чувство юмора также приобрело социально-политические коннотации и использовалось в целях пропаганды. В Соединенных Штатах оно стало рассматриваться как характерное качество американцев, связанное с терпимостью и демократией, в отличие от людей, живущих в условиях диктатуры, как немцы при нацизме или русские во время коммунистической эры, которые, как считалось, были лишены чувства юмора. После трагических событий 11 сентября 2001 г. многие американские комментаторы выражали мнение, что террористы «Аль-Каиды» и, возможно, даже все мусульмане были лишены чувства юмора (несмотря на тот факт, что на видеозаписях Усама бен Ладен явно смеялся и шутил с товарищами).

Тогда как чрезмерная склонность к юмору в XIX в. рассматривалась как препятствие для желающих баллотироваться на какую-либо должность, к середине XX в. чувство юмора стало необходимой характеристикой политического деятеля, особенно стремящегося стать президентом. У либералов и консерваторов популярный способ дискредитации состоял в том, чтобы обвинять друг друга в отсутствии чувства юмора. У этого понятия также долго был сексистский аспект, поскольку чувство юмора рассматривалось как в значительной мере мужская характеристика. До последнего времени многие авторы допускали, что у женщин вообще нет чувства юмора (Wickberg, 1998).

Положительные качества, ассоциирующиеся с чувством юмора как чертой личности, в свою очередь, отразились на популярных коннотациях юмора и смеха. К концу XX в. юмор и смех рассматривались не только как чрезвычайно благожелательные формы поведения, но и как важные факторы укрепления психического и физического здоровья. Эта точка зрения стала более распространенной после публикации книги Нормана Казинса (Cousins, 1979), редактора известного журнала, в которой описывалось, как он предположительно вылечил себя от мучительной и изнурительной болезни с помощью искреннего смеха (и больших доз витамина С). Эта книга появилась во время растущего разочарования в традиционных западных подходах к медицине и привела к росту популярности альтернативных способов лечения или нетрадиционной медицины.

Представление о том, что юмор и смех полезны для здоровья, также поддерживалось психонейроиммунологическими исследованиями, указывающими на связь между эмоциями и иммунитетом. Оно привело к росту популярного движения «юмор и здоровье» среди многих работников здравоохранения, включая медсестер, врачей, гигиенистов, социальных работников и других. Больничные клоуны и комнаты смеха стали обычным явлением во многих клиниках, по мере того как юмор и смех все больше рассматривались как способ ускорения выздоровления пациентов, страдающих от хронической боли, рака и других заболеваний. Эти Успехи в здравоохранении также привели к росту интереса к применению юмора в других областях, включая бизнес, образование и психотерапию. Хотя это движение по использованию юмора всегда рассматривалось как несколько пограничное, а не как господствующая тенденция, оно привлекло значительное внимание популярных средств массовой информации, а также профессиональных журналов к потенциальной пользе юмора и смеха.

Сегодня в нашей культуре продолжает преобладать позитивное представление о юморе и смехе. Хотя есть определенное понимание того, что юмор иногда может быть агрессивным или неуместным, это воспринимается как отклонение; «нормальный» юмор считается благожелательным и благосклонным. Теории юмора, основанные на агрессии, как правило, не пользуются популярностью у современных исследователей юмора, и они заменены на более мягкие когнитивные теории несоответствия. Таким образом, за прошлое столетие понятие юмора приобрело общий позитивный оттенок. Оно больше не предполагает просто восприятие несоответствия, забавность, радость и смех, теперь юмор также воспринимается как очень полезный, желательный и улучшающий здоровье ( анализ юмора в современном американском обществе см. Lewis, 2006).

Этот краткий обзор изменений социальных установок и концепций юмора и смеха за прошлые несколько столетий помогает нам рассматривать наши текущие предположения и предубеждения в более широкой исторической перспективе. Хотя юмор и смех универсальны у всех людей и, вероятно, являются продуктом естественного отбора, на способ их использования и выражения у людей в данное время и в данном месте существенно влияют культурные нормы, убеждения, установки и ценности. Сегодня большинство людей рассматривает юмор как чрезвычайно позитивный, благожелательный и приятный и его настоятельно поощряют в большинстве областей жизни. Легко предположить, что эти установки и паттерны поведения универсальны и всегда присутствовали во всех культурах. Однако не так давно смех в нашей культуре считался чрезвычайно агрессивным, злорадным и нежелательным и чрезмерная склонность к смеху не одобрялась. Существование настолько разных представлений в течение относительно краткого исторического периода указывает на то, что каждой из этих двух крайних позиций присущ элемент истины. Важно понимать, что юмор может использоваться как агрессивными, так и благожелательными способами, которые могут предполагать и «смех над», и «смех с».

Если мы хотим использовать научный подход к изучению юмора, необходимо осознавать допущения и предубеждения, которые мы сами впитали из культуры и которые могут искажать наше мышление. Мы должны пытаться подходить к изучению этой темы насколько возможно объективно, используя эмпирические методы исследования для оценки популярных убеждений, а не просто принимать их на веру. В наших теориях и исследованиях мы также должны быть внимательны, чтобы проводить различия между теми аспектами, которые универсальны для человека как вида, и теми, которые характерны для определенных культур в определенное время.

Юмор и психология

Психология часто определяется как научное исследование поведения. Понятие поведения в этом определении используется в широком смысле и охватывает все виды открытых действий, речь и социальные взаимодействия, а также менее заметные процессы, такие как мысли, чувства, установки и биологические механизмы нервной деятельности, лежащие в основе всего этого. Имея дело с таким разнородным предметом изучения, психология является довольно общей дисциплиной и делится на множество областей, исследующих конкретные аспекты поведения, включая когни-

ТИВНЫЙ, социальный, биологический, возрастной, клинический и т. д. Как я уже отметил, юмор затрагивает все эти области. Психологи считают себя учеными, использующими эмпирический и преимущественно количественный научный подход при проверке теорий и гипотез о поведении. Психологические методы исследования включают контролируемые лабораторные эксперименты, в ходе которых исследователи воздействуют на одну переменную, чтобы наблюдать ее влияние на другие переменные, а также корреляционные подходы, при которых операционально определяют и количественно измеряют различные переменные, а также оценивают их выраженность у разных людей.

Как отметил Джон Рокелин (Roeckelein, 2002), одна из любопытных особенностей психологии юмора состоит в том, что, хотя на эту тему имеется значительное количество научной литературы, до сих пор она оставалась в значительной степени незамеченной в психологии. При поиске в базе данных публикаций по психологии PsycINFO, используя в качестве ключевых слова «юмор», «смех», «ирония» и другие тесно связанные с ними термины, я нашел ссылки на более чем 3400 рецензированных журнальных статей, опубликованных с начала 2006 г. Однако, несмотря на большое количество научной литературы по этой теме, она редко упоминается во вводных курсах по психологии или обзорах психологической литературы. Рокелин (Roeckelein, 2002) исследовал 136 вводных курсов по психологии, изданных между 1885 и 1996 гг. и обнаружил только три - изданные до 1930 г., - в которых хоть как- нибудь упоминался юмор или связанные с ним темы. Хотя тема юмора иногда появляется в более продвинутых учебниках, посвященных отдельным областям психологии (например, социальной, возрастной), она обычно рассматривается лишь кратко и поверхностно. Рокелин также отметил, что эта тема редко и очень кратко упоминается в научных обзорных работах, таких как «Annual Review of Psychology». В последнем двухтомном издании «Руководства по социальной психологии» (Gilbert, Fiske, &Lindzey, 1998), большой обзорной работе для социальных психологов, содержащей более 2000 страниц, имеется лишь одно краткое упоминание о юморе, хотя в ранних изданиях была целая глава, посвященная юмору, смеху и игре (Berlyne, 1969; Ftugel, 1954).

Называют две главные причины этого общего игнорирования темы юмора в психологии. Во-первых, учитывая чрезвычайно несерьезный характер этой темы и ассоциации с весельем и радостью, некоторые исследователи, возможно, рассматривали ее как слишком фривольную и незначительную для серьезного научного исследования. Однако, как более 35 лет назад указывал Берлайн (Berlyne, 1969), кажущееся легкомыслие юмора - это серьезное основание для большего, а не меньшего внимания к нему, чем к другим формам поведения, адаптивные Функции которых легче понять. Тот факт, что в любом обществе люди тратят много времени и энергии на юмор и смех, хотя цель этой деятельности неочевидна, является загадкой, достойной тщательного и систематического изучения.

В результате нескольких десятилетий научных поисков, прошедших со времен еРлайна, в ходе которых эта тема изучалась с различных позиций, мы получили некоторые интригующие ответы на эту загадку. Например, в рамках недавних эволюционных моделей предполагается, что юмор и смех, возможно, играли важную Р°ль в формировании и сохранении социальных групп в ходе эволюционной истории, и поэтому имеют большое значение для понимания вербальной и невербальной коммуникации и социальной организации (Gervais & Wilson, 2005; Panksepp, 2000). Таким образом, представление о юморе как о слишком незначительном предмете для серьезного изучения становится все более и более несостоятельным.

К счастью, идея о том, что психологи должны сосредоточиваться только на «серьезных» темах, таких как психопатология и различные нарушения, по-видимому, в последние годы становится все менее популярной, что демонстрирует появление такого направления, как «позитивная психология», с ее акцентом на изучении сильных сторон и положительных эмоций человека (Aspinwall & Staudinger, 2003; Seligman & Csikszentmihalyi 2000). Можно было бы надеяться, что в психологии преодолена ситуация 30-летней давности, когда Уолтер О Коннелл (O'Connell, 1976) жаловался, что «любого, приступающего к исследованию происхождения и развития юмора, как правило, будут считать ненормальным и странным человеком, который недостаточно серьезно относится к психологии».

Вторая возможная причина для общего пренебрежения юмором, на которую указывал Диксон (Dixon, 1980), состоит в явной мимолетности рассматриваемого феномена. Разнообразие стимулов и ситуаций, которые вызывают радость, отсутствие точного определения данного понятия, многочисленность теорий, которые были предложены для его объяснения, и трудности при изучении его в управляемых экспериментах в лаборатории, возможно, заставили исследователей избегать его как предмета исследования.

Однако сложность и неуловимость этой темы тем более заставляет исследователей прилагать усилия и использовать все свои навыки и изобретательность для ее понимания. Кроме того, как я постараюсь показать в этой книге, совокупные усилия многих исследователей за прошлые несколько десятилетий привлекали все больше внимания к этой области, что привело к созданию нескольких довольно ограниченных теорий с доступными для опытной проверки гипотезами, а также практических и надежных научных методов для их исследования. Таким образом, хотя юмор продолжает ставить перед исследователями интересные вопросы, по-видимому, это уже не столь сложная для изучения тема.

Юмор исследуют не только в психологии, но и в ряде других дисциплин, включая антропологию, биологию, информатику, лингвистику, литературоведение и исследования культуры, неврологию, философию, религиозные исследования и социологию. Есть даже научные работы по математике юмора (Casadonte, 2003; Paulos,

. Международное общество изучения юмора (International Society for Humor Studies, ISHS) - междисциплинарная организация исследователей юмора, которая проводит ежегодные конференции и издает научный журнал «Юмор: международный журнал изучения юмора» (дополнительную информацию можно получить на сайте ISHS по адресу www.hnu.edu/ishs). В этой книге я вкратце опишу вклад этих дисциплин в исследования психологов.

Кроме того, юмор - это интересная тема для многих практикующих специалистов в здравоохранении (например, для врачей, медсестер, гигиенистов и физиотерапевтов), консультировании, социальной помощи, образовании и бизнесе. Ассоциация прикладного и терапевтического юмора (Association for Applied and Therapeutic Humor, AATH) - профессиональное общество представителей многих из этих профессий, которые интересуются применением юмора В соответствующих областях (см. www.aath.org). Эта книга предназначена не только для психологов, но и для всех интересующихся данным вопросом представителей других научных дисциплин и профессий, которые желают ознакомиться с методами, теориями и эмпирическими результатами психологических исследований юмора.

Заключение

Итак, юмор - это универсальная человеческая активность, у большинства людей неоднократно проявляющаяся в течение обычного дня и во всех видах социальных контекстов. Есть много фактов, указывающих на то, что юмор и смех имеют эволюционное происхождение и поэтому дают адаптивные преимущества. В то же время очевидно значительное влияние культуры на способ использования юмора и ситуации, в которых считается уместным смех. С психологической точки зрения юмор - это, по сути, положительная эмоция, называемая радостью, которую в социальных контекстах обычно вызывает когнитивный процесс оценки, включающий восприятие шутливого, несерьезного несоответствия, которая на поведенческом уровне выражается соответствующей мимикой и смехом. В социальных взаимодействиях юмор приобретает много различных форм, включая «консервированные шутки», спонтанные шутки и непреднамеренные забавные высказывания и действия.

Психологические функции юмора включают когнитивные и социальные преимущества положительной эмоции радости, ее использование как способа социальной коммуникации и влияния, а также как средство снятия напряжения, управления эмоциями и совладания со стрессом. За последние два-три столетия впечатляюще изменились популярные концепции смеха; сначала он рассматривался как по существу агрессивный и отчасти социально неуместный, чтобы считаться позитивным, психологически и физически здоровым и социально желательным. Значение слова «юмор» также изменялось от сфокусированного на благожелательных и приятных источниках радости, в отличие от более агрессивных типов остроумия, до использования его в качестве общего термина для обозначения всех источников смеха. Хотя юмор выполняет важные психологические функции и имеет отношение ко всем областям психологии и на эту тему появляется все больше научной литературы, в психологии до сих пор уделяли относительно мало внимания этой теме.

В следующих двух главах будет приведен краткий обзор ранних исследований по психологии юмора, проведенных до начала 1980-х гг. Основное внимание при этом будет направлено на рассмотрение пяти главных теоретических подходов, основанных на более ранних философских концепциях юмора и смеха и оказавших особенно сильное влияние на психологические исследования в эти годы. Данное обсуждение теорий и ранних исследований послужит отправной точкой Для остальных глав, в которых подробно будут изложены исследования последних Двух десятилетий.

В гл. 4-8 будут рассмотрены релевантные теории, научные подходы и эмпирические результаты изучения юмора с точки зрения каждой из основных областей психологии; отдельные главы будут посвящены когнитивной, социальной, биологической, возрастной психологии и психологии личности. Основное внимание в гл. 9 и 10 будет сосредоточено на исследованиях, в которых рассматривается значение юмора для психического и физического здоровья, в соответствии с областями клинической психологии и психологии здоровья. Наконец, в гл. И будут рассмотрены теории и исследования, имеющие отношение к возможному применению юмора в некоторых прикладных областях, включая психотерапию и консультирование, образование и организационную психологию. Я надеюсь, что к концу книги будет очевидно, что изучение юмора имеет отношение к каждой области психологии.

Часто отмечают, что научное исследование юмора само по себе не очень забавно и ничто не убивает шутку так, как ее изучение. Как заметил Маккомас (.McComas, 1923), «тот, кто рассматривает смех с научной точки зрения, обнаружит, что в нем нет ничего смешного». Журналисты, освещающие ежегодные конференции Международного общества изучения юмора, нередко с удовольствием указывают на очевидную иронию ученых, с которой они представляют объемные и неостроумные научные статьи на тему юмора. Однако нет причины, по которой изучение юмора должно быть забавным, так же как исследования человеческой сексуальности не должны возбуждать, а исследования депрессии не должны наводить тоску. По моему опыту, исследователи юмора, серьезно относясь к своей научной работе, в повседневной жизни обычно склонны к юмору в той же мере, что и все остальные люди, или, возможно, даже больше.

В соответствии с давнишней традицией научных работ на тему юмора я в начале предупреждаю читателя, что вы вряд ли найдете эту книгу особенно забавной. Однако я надеюсь, что она окажется для вас интересной и информативной, а также возбудит ваше любопытство и желание более глубоко исследовать эту увлекательную тему.