Глава 14. Шоколадный торт и буря потерь
На столе были разбросаны книги, они же лежали на полу, на кровати и подоконнике, даже плотные шторы не могли скрыть их обилие. Чуть в стороне от остальных лежали свитки по магическим существам, атласы обитания, техники рунического начертания и исторические справочники, а по окну расползся цветущий осторотус.
За всё это время Аллари так и не удалось отыскать ни единого упоминания об амулете, подобном её медальону, и она пересматривала все учебники по монументальной артефакторике, На некоторых из них ещё лежал вековой слой пыли.
Аллари как раз открыла глаза и потянулась к стакану с водой, попутно свалив небольшую книжную башенку возле кровати. Пить хотелось адски, в груди что-то давило.
«Неужели это из-за вчерашнего обучения. Кристалл растет?».
На полу, среди книгопада лежал лист, он был аккуратно сложен вчетверо и, видимо использовался прошлым владельцем, как закладка. Ари прищурилась и развернула. Любопытство взяло верх. Жалобное бумажное похрустывание венчало церемонию пробуждения. Внутри были конспекты по артефакторике, очень древние, ведь это предмет уже лет пятьдесят нуждался в преподавателе, по словам профессора Ригоны. Весь лист был исписан довольно мелким подчерком.
«Классификация артефактов:
Артефакты защиты (родовые, подаренные, сотворенные),
Артефакты интеграции – совмещение дара (проводники),
Артефакты сокрытия – маскировочные, обычно краткого действия,
Артефакты боевые – усиление навыков, краткое приумножение.
Артефакты связи – переговорные кристаллы, раковины.
Артефакты подчинения – используются в основном на нежити или джинах (находятся у владельца, но заключают в себе часть подчиненного, достаточно капли крови, тумана или другие составляющие)
Артефакты расс – запрещены к использованию, побочные явления!
Осознанные артефакты – вмещают в себя добровольную жертву или часть души, могут иметь отголоски дара носителя, иногда самостоятельно могут действовать и говорить, совмещают все вышеперечисленные, уничтожаются при обнаружении.»
– Ого. Разве носителем души может быть не только оружие? Уничтожаются? Стоит спросить у лорда Никса. – Аллари окончательно проснулась.
Окно было открыто. Наполняющий комнату свежий морской воздух бодрил. Сегодня предстояла поездка в город, поэтому Ари спрыгнула с кровати и отправилась приводить себя в порядок. На улице стоял день, но вот погода портилась с каждой минутой, ветер крепчал. Аллари тяжело вздохнула, надела простое серое платье соктари из комплекта формы и поверх накинула на себя свой же потрепанный плащ, вместо ученического. Один из карманов от чего-то сильно тянуло вниз. Черная коробка, перевязанная алой лентой озадачила.
Аллари медленно потянула за ленту, та без усилий поддалась и упала на пол красной змейкой. Девушка подняла черную крышку и взглянула внутрь. Небольшой браслет-наруч с аккуратными часами покоился на дне коробки, внутри часового стекла двигались стрелки, покрытые черным песком, который красиво переливался при свете. Сердце забилось чаще.
«Подарок? Дядя всегда дарил мне что-то волшебное на день рождения, неужели это от него?»
Вот только записка внутри гласила:
«Можешь выбросить, если же нет, то всегда держи при себе. Для твоего же блага, Лайрин»
«Это не Эвасет.»
Ари положила коробку на стол и озадаченно зашагала по комнате, сжимая медальон. Она раз за разом кидала взгляд на наручи с часами, невольно любуясь их сиянием. Сам таинственный некто подписи не оставил и Ари даже предположить не могла кто бы это мог быть.
«Чтож, мои часы всё равно сломаны. Так что это же ничего, если я их возьму» – она надела подарок на запястье и посмотрела в зеркало. В его рамке отражалась девушка - обычная, ничем непримечательная с серыми выцветшими глазами и часы на ней совсем не сияли, словно обычная безделушка.
«Скоро даже я сама, забуду, как выгляжу».
Общая гостиная этажа была наполнена людьми, кто-то играл на лире весёлую мелодию, адепты факультета искусств устроили театр огня. Затейливые птицы вылетали прямо из камина и плясали вокруг черноволосой девочки. Академический совет адептов, в который в прочем входили и бывшие участники охоты на соктари, устраивал праздники и разные мероприятия для первого курса. Так они старались загладить вину за инцидент, а также вернуть расположение и влияние. Так как именно совет должен был отвечать за академическую дисцеплину, теперь доверие к ним в этом вопросе было потеряно. А лорд Нарай неожиданно для всех покинул должность Главы совета адептов.
Тем не менее теперь Аллари опасалась одна ходить тем коротким путем от библиотеки до женского этажа и спускалась лишь через главную лестницу. Статуи, которыми был вымощен путь в главный холл Академии Страха, недовольно замирали при появлении людей, а некоторые норовили приподнять край ковра, уронить меч или закричать, чтобы неудачливые ученики спотыкались или бежали к выходу со всех ног. Белые вредины злобно смеялись соктари вслед. Ибо работали эти уловки только на новых учениках. Один незадачливый всадник на двухголовом коне так попытался пошутить над Соналией, она же в ответ оторвала его коню каменный хвост и прицепила всаднику, так что теперь он отворачивал коня каждый раз, как видел молодых адептов и нервно бил коня его же хвостом.
Молнии разрывали небосвод и свергались фиолетовыми линиями прямиком на голову фурий, венчающих ректорскую башню. Казалось, тот, кто сейчас внутри, явно чем-то прогневал богов. Академия Страха и пространство вокруг неё было окружено тёмными тучами. Промозглый ливень накрыл не успевших добраться до грота или входа в жилой корпус адептов. Аллари поспешила. Несмотря на дождь, внутри турина оказалось полно людей.
Подводная карета мерно опустилась в воду и поплыла, руки мерзли, Аллари неожиданно для себя самой чихнула. Море, как и небо над академией было неспокойным, рыбы очень странно себя вели, будто не зная куда плыть, постоянно теряли ориентир, иногда и просто вертелись на месте. Неожиданно мимо окон Турина медленно проплыл саблезубый актар, один из морских волков охраняющих академию.
Кто-то озвучил её мысли:
– Странно. Неужели это из-за погоды?
– И кто только тебя такую в академию пустил? Конечно, это из-за Грани. Что-то в мире грядёт. – адепт в конце фразы даже завыл, для пущей убедительности. Девочка с косой , задавшая вопрос, не стала с ним спорить, а лишь отвернулась и фыркнула.
Погода в городе разительно отличалась от академической, здесь было солнечно. Ресторация «Цветок Нахарриса» сияла оплотом тепла и уюта посреди бушующего людского потока. Парящий храм также переливался обилием огней. Ари сильнее втянулась в капюшон плаща, размышляя:
«Это то, о чём говорили адепты в столовой... Грань исчезла, храмы пытаются открыть...»
Проворный мальчишка у подножья лестницы запевно вещал:
– В день исчезновения Богов все Великие храмы Еисхара были запечатаны, их ворота, покрылись знаками и древними рунами, а двери превратились в монолиты. Храм в Альтере, коей землёй на тот момент уже никто не владел, исключением не стал. Многие умельцы до и после пытались открыть его двери. В народе ходит поверье: тот, кто сможет открыть врата хотя бы одного из легендарных храмов, сможет выполнить три самых заветных желания. А желающих во все времена было немало. Вот только всегда ли он был Парящим? О нет. Парящим он стал не так давно. Каждый из храмов осаждался ежедневно, каждую минуту, разными способами, у зельеваров не было отбоя на варево силы и храбрости, но врата храма не сдавались. Пока однажды один мальчик не направил тысячи Теней в сторону храма, но даже тогда врата и стены не дрогнули, но вот сам храм оторвался от земли и воспарил. И парит он по сей день. Попробуй и ты, если силен душой и телом. Проход по лестнице всего 3 золотых тьмы!
– Крахоборы! 3 тьмы за попытку?
– И сколько тебе нужно попыток?
– Хотя бы две.
– Хаха. Ты думаешь, что-то изменится, али ты сам не веришь в себя? Тогда тебе уж точно нечего там делать.
–Вот-вот, трусу точно врата не подчинятся. Только избранный врата отворит. – господин в расписном кителе, под руку с девицей, осклабился и осмеял недовольного торговца мехами.
– Кого ты трусом назвал? Иш чего, разорался, смотри. Чтобы тебе пусто было. Тебе шкуры с моего прилавка только втридорога достанутся впредь! Понял?
– Та больно шкуры мне твои те нужны. Шуба у тебя уже второго месяца кряду, как облезлый тулуп кошачий. Лучше всего у Камора брать, там тебе и гарантия, и цена хорошая. И -поди за шубы натурой-то не берет !
По толпе прокатился смех. Проход к лестнице защищали двое одноглазых амбалов. Аллари была уверенна, что уже видела их, только в этот раз их лица выглядели поприличнее и не были обезображены шрамами и рунами.
«Иллюзия» – подумала Ари.
Юноша, как ни в чём небывало, продолжил вещать. Она бы ещё послушала, но пора было идти.
Ресторацию пришлось обогнуть, её путь вёл через черный ход. Дверь засветилась голубым, узнавая ауру вошедшего, и пропустила Ари. В просторной кухне, свет бликовал на идеально отполированных поварешках и ножах, напоминая солнечных зайчиков. У Торо на кухне было не так чисто, но по-домашнему уютно. Здесь же было ощущение «учёного уголка по кулинарии», нежели , чем кухни ресторации.
На Ари озадачено уставились сразу три пары глаз.
– Заблудилась? – Дона умела нагнать страху, казалось, она магически усилила голос.
Ари неловко переступила с ноги на ногу.
– Госпожа Дона, это я, Лайрин.
–Что ещё за ...? А, Лайрин! Матушка всех утонувших! Это что с тобой произошло? Элра, ты только посмотри! Даже глаза поседели! – Дона явно разозлилась, Элра взволновано схватилась за голову. Казалось, даже рыбы из стеклянной бочки обернулись посмотреть на неё. – Ни стыда, ни совести у этих магов. Отправили им ладную девку, а вернулся призрак, чистое умертвие.
Аллари стало не по себе от этих слов. Да, её нельзя было сейчас назвать красавицей, обычная девушка, родом откуда-то с северных потоков, но чтобы «умертвие».
– А мне нравится. Не такое уж я и умертвие. – Ари дернула бровью и сняла артефакт, вновь чувствуя себя собой.
– О, богиня. Артефакт перемен? – Элра взяла в руки браслет и покрутила, вглядываясь в него через золотую оправу очков. – А сделано недурно, на скорую руку правда, но недурно. Я бы, пожалуй, доработала. Но зачем тебе скрывать своё прелестное личико, дитя?
Ари взглянула на кошку, что тоже была на кухне и неожиданно внимательно слушала её. Элра махнула рукой.
– За неё не стоит волноваться, она своя.
Аллари смутилась, но продолжила. От этих людей не веяло ничем плохим, им хотелось доверять.
– Я кое-что натворила.
– В Академии?
– Нет, не беспокойтесь, не в Академии. Хотя и там кое-что произошло, но об этом потом. Всё случилось задолго до, до того, как я попала сюда. А браслет, кое-кто одолжил мне его, чтобы я перестала пить зелье.
– «Зелье мутного глаза», как я понимаю? Да, та ещё дрянь. Я однажды облысела от него. – Дона участливо покачала головой.
Элра перебила её.
– Дитя, не стоит доверять каждому, особенно если тебя ищут. Все люди падки на золотые, особенно, если они уплачены за твою голову. Запомни это правило.
– Всё в порядке. Никаких золотых за мою голову не назначено, да и удача на моей стороне, и неприкосновенность. Я теперь в Академии Страха учусь. – Ари гордо вскинула голову, обе женщины переглянулись.
– Что? – Дона кашлянула.
– Оказалось, что у меня есть дар к магии.
–Вот как. – задумчиво сказала Элранин. – и когда же начнётся инициация? Когда день твоего рождения?
– Сегодня... – неловко заметила Ари.
– Ох. Удивила, так удивила.Поздравляю. Ты уже прошла все этапы отбора?– Дона и Элра переглянулись.
Аллари повернула руку, демонстрируя академический проводник. Кошка, а может и кот, запрыгнула Аллари на коленки и замурчала.
– Обычно магов я за версту чую. Лира!? Да эта кошка даже ко мне не подходит. –Дона передернула плечами.
– Не переживай, везде бывают исключения. – Элра улыбнулась. – Скоро будет готов пирог.
– Дар проснулся так поздно, значит. – Дона задумалась.
– Чтож, такое иногда бывает, даже среди высшего двора, то есть там, где в семьях исключительно носители магии и смешения крови с перлами не было. Хотя, этого точно мы не знаем. – Элра продолжила её мысль, продолжая совершать манипуляции с тарелками и вилками.
– Я всё ещё не до конца верю во всё это, словно в моё совершеннолетие кто-то открыл портал с загадками и тайнами.
– Лайрин, слушай меня сюда, сейчас уж точно не время хандрить. У тебя есть дар! А значит ты – особенная. Как думаешь сколько народу хотело бы на твоё место в Академии? А жизнь вовсе не сладкая штука, так что будь собой, ты ведь справилась со всем этим дерьмом?
– Доная! Ты не с гоблинами своими общаешься! Будь вежливее.
– А я и не нанималась в няньки. – она взглянула на Ари и подмигнула. – Ты меня поняла.
– Теперь у меня ещё больше вопросов к тому человеку, которого я ищу. – робко произнесла Ари. – Что-то удалось узнать об Эвасете Вирго?
Женщины вновь переглянулись. Доная снова покачала головой.
– У меня плохие новости. Единственный Эвасет Вирго, которого мне удалось отыскать, погиб. – госпожа Дона договорила, а Аллари сглотнула комок, подступивший к горлу. Казалось, комната поплыла. Кот уткнулся в руку, требуя продолжения ласки.
– Не ревёшь? Вот и не надо. Послушай сюда, меня смутило вот что. Эвасет Вирго, сын Яраны Эмани Вирго, почтенной дайны королевского двора Альборна. – Аллари прищурилась, услышав родное имя.
«Стоп, Альборна? Его же давно не существует.»
Дона продолжила:
– Он был доблестным воином и погиб незадолго до войны с безликими. Он храбрый воин и миссия была спасти детей империи, но флот не успел на помощь, команда и корабль попали в водоворот от использования неизвестного артефакта.
Пара десятков детей всё же была найдена позже, их обнаружили вдали от места крушения. Что именно тогда произошло никто так никогда и не узнает.
Ари поднесла ладонь ко рту:
– Госпожа Дона, я ничего не понимаю, я ведь тогда не могла его знать лично. – хаос в мыслях заставлял её глаза бегать по комнате.
«Возможно ли, что он явился сейчас, также, как и саргой? Нет, чушь какая.»
– Конечно, и я бы не поверила, поэтому...! – она неизвестно откуда достала книгу. – Я нашла портрет Эвасета Вирго с матерью.
Аллари лишь взглянула на рисунок и сразу же узнала бабушку. Но вот юноша рядом с ней и близко не походил на дядю. Даже года не могли так изменить человека, ни сотня, ни тысяча, ни десяток тысяч. Это был не он.
«У Эвасета прекрасные золотые глаза и вороные волосы, да и борода у него не растет вовсе...это не он».
Комната закружилась, Ари взглянула Доне в глаза и произнесла, задыхаясь:
– Это не он. Бабушку я узнаю, но не дядю. К тому же Дайна Альборна? Не может быть! Альборн давным-давно не существует. Я, действительно, ничего не понимаю...
Зрачки Доны резко расширились, заполняя весь глаз, словно пропасть разверзлась, она медленно подняла подбородок вверх и тихо, без угрозы, произнесла.
– Что ты сказала?
Аллари зажмурилась и укусила себя за язык, но кто бы в момент отчаяния смог удержаться на краю пропасти?
Стук ложек стих, Элра подошла и присела рядом. Она прикоснулась к девушке.
– Лайрин, –новое имя служило неплохим щитом, если бы не это, она наверняка бы затопила эту кухню слезами. – Дорогая, чтобы мы могли помочь тебе, нам нужно больше информации.
Ари тяжело вздохнула, мотая головой из стороны в сторону.
– Я не знаю кому я могу доверять. Всё во что я верю рано или поздно превращается в зыбучий песок под моими же ногами. Ведь «Чёрный бархат» тоже всего лишь детская сказка, которую бабушка читала мне на ночь. Всё, что я раньше считала ненастоящим превращается в реальность.
Дона подняла бровь.
– О, чём это ты? Что ещё за сказки? Тебе читали про Черный бархат?
–Не помню, кажется, эта книжка звалась «Тёмные Легенды» или «Легенды Ночи», сейчас я уже даже в этом не уверена. Всё детство бабушка читала мне сказки из него. Я было начала думать, что все это вправду. Но, ведь не каждый, кто просит помощи её получает.
– Постой. Ни в одном сборнике сказок никогда не было и не могло быть истории про Чёрный бархат. – Дона трепала странички.
– Но почему?
Элра улыбнулась, но от этой улыбки кровь в жилах стыла.
–Ты правда желаешь знать?
–Да.– Ари перешла на шёпот, Элра кивнула.
– Тогда слушай. Название нашего ордена, нашего клана и нашей семьи переводится, как Чёрный бархат. Язык этот давно забыт, но названия древних домов сплошь испещрены ими. Так и наш род древний, про перевод знают немногие посвященные. Сообщать посторонним нельзя, кровная клятва накажет за нарушение запрета. Страх смерти самый действенный, как известно. Это клятва, Лайрин. Именно поэтому мы обязаны помогать.
Ари побледнела.
– Но я ведь узнала, мне тоже нужно давать клятву?
– Ты всего лишь дитя. Но история эта запутана, как пути реки Бытия. Так что расскажи всё, что знаешь, и мы найдём разгадку.
Аллари неловко погладила кошку и кивнула.
– Хорошо, я попробую. – она начала загибать пальцы. – Ярана Вирго – это моя бабушка, Эвасет Вирго– мой дядя. Они меня воспитали. Всё что я знаю, бабушка была простой ведой, черпала свою силу из леса, собирала разные травы, варила снадобья, помогала людям и жила всегда тихо. Её очень уважали. А дядю Эвасета я видела недавно, он часто пропадает, у него много дел, но он точно был в добром здравии и это совсем не тот, кто запечатлен на этом рисунке. Как такое возможно?
Элра кивнула, поднимаясь с места. Она взяла в руки ложку и стала помешивать рагу в чане, не замечая, что брызги пачкают её белый китель.
– Я помню дайну Вирго, – эти слова приковали всё внимание к седовласой женщине, – её дар врачевания был вне всякой конкуренции, а множество тайн и интриг, в которых благородная дайна была замешана не могли запятнать её репутацию, уж очень многие высшие были обязаны ей жизнью. Но как и любая мать, после смерти Эвасета она изменилась, заметно состарилась, хоть и могла управлять этим процессом. Одни говорили, что она ищет какой-то сильный артефакт и скоро вновь взойдёт на пьедестал, но уже в другом королевстве. За закрытыми дверьми же обсуждалось её помешательство. Вот только больше пятидесяти лет назад всех поразила новость. Знаменитая Вирго погибла. Но если всё, что ты говоришь– правда, то ... она продолжила вести свою войну, но уже другими способами. – в голосе Элры звучало неподдельное восхищение вкупе с сожалением.
Дона щёлкнула пальцами, привлекая внимание.
– Лайрин, если Ярана твоя бабушка, а Эвасет дядя, тогда кто твои мать и отец? Назови их имена.
Аллари задумалась.
«Имя. Это ведь так просто. Я ведь знаю имя»
– Их двоих забрала болезнь. Поэтому бабушка и решила стать ведой, чтобы помогать другим. А имена ... – она хотела сказать, но все усилия вызывали лишь испарину на лбу. – Я не могу вспомнить.
Элра прикоснулась к своему кольцу и покрутила его на пальце.
– Эвасет был единственным сыном Яраны, она отдалилась от двора после его смерти. Я искала её какое-то время, но потом поверила, что она мертва. Историю её смерти переносили шёпотом из уст в уста. Кажется, она обманула самого императора, а затем сожгла себя. Хотя, темный двор слышал и не такие истории, в это вполне можно было поверить.
– Я не понимаю, но ведь всему тому, что я знаю, обучили меня они. И если дочери у неё не было, значит она лгала мне. – эта мысль далась легко. – Элра, почему вы её искали?
Элра покачала головой.
– Она была моей близкой подругой, но мы поссорились из-за мужчины, как это бывает. Это и правда было так глупо.
Дона взяла слово:
– Всё может быть проще, но у этого пазла слишком мало деталей. Разыщи их и тогда нам удастся собрать картину, дитя. Эти детали могут крыться где угодно.
– Я не знаю где искать. – картинки в голове Ари менялись слишком быстро, чтобы их можно было понять или осмыслить.
– Что же могло сподвигнуть благородную дайну отречься от мира жемчугов и парчи? Вполне возможно, что ты дитя далеко не сирота. Вероятно, причина была веской, чтобы тебя спрятали в богами забытой глуши и не давали твоему дару проснуться. Лжеэвасет и Яра охраняли тебя, как величайшую ценность. – Элра говорила это, уже расставляя чашки и наливая в них чай. В этот раз в комнату никто не входил, а блюда сами перемещались на подносы и покидали это место через маленькое окошко в стене.
– Твоё настоящее имя, конечно, вовсе не Лайрин? – госпожа Дона говорила это без единого сомнения.
– Я бы не хотела, чтобы моё имя звучало даже здесь. Мне неловко, ведь вы правда отнеслись ко мне, как к члену семьи, но я думаю, сейчас с моим именем связано много плохого.
– Чтож, под такой маскировкой, тебя бы и родная мать не узнала. –Дона подмигнула, Аллари тяжело вздохнула в ответ.
– Я бы её тоже не узнала...
– Не переживай, дитя. Вот. Лучше попробуй этот вот этот восхитительный шоколадный торт.
Мне пришлось знатно похлопотать, чтобы знаменитый королевский повар двора Хидео доверил мне бесценный рецепт. Но мне кажется, тебе он уже знаком, повар знал твою бабушку лично. И раз сейчас время твоего праздника, а совершеннолетие и инициация дара наступает не каждый день, я думаю, справедливо будет, если ты задуешь свечу и загадаешь желание в нашем маленьком кругу. Тайны, знаешь ли объединяют. – Элра поставила перед Ари блюдо.
Этот торт и правда ей был знаком.
Госпожа Дона махнула рукой и в воздухе над тортом появились огненные цифры.
Аллари задула их и лишь тогда поняла, что с её подбородка давно капают слёзы и, наконец, она позволила себе от души зареветь. Точно такой же шоколадный торт готовила ей бабушка на каждый день рождения.
– Ну. Чего распустила нюни? И вот ещё это тебе. – Госпожа Дона протянула конверт. – Подарка у меня нет, но это ничего. Так даже лучше. Возьми это письмо и когда тебе понадобится помощь в академии, отдай его прямо в руки профессору Дарии Ригоне Альдегейд.
Аллари перестала напоминать водопад и посмотрела на Дону.
– Но это имя... В той газете, что я забрала у вас в прошлый раз было написано. Я ведь помню. Там был заголовок: «Ресторация «Цветок Нахарриса» знаменитого дома Альдегейд вновь произвела фурор на всю Империю Теней».
Чёрный Бархат– это дом Альдегейд, получается...
– О. А мы ведь и не представились. Я Доная Ригона Альдегейд и моя матушка Элранин Ригона Альдегейд. И да, Дариа Ригона – знаменитый профессор и управляющая академией Страха, вселяющая ужас в сердца адептов – моя родная сестра. – Дона улыбнулась и её клыки устрашающе сверкнули на солнце.
– Ох. Очень надеюсь, что за помощь она не заберет мою душу.
Говорят, смех лечит. Чтож, сегодня Аллари старалась не думать о том, что ждет впереди и насладиться маленьким затишьем. Но также известно, что после каждого затишья обязательно бывает Буря потерь.
___________________________________
Группа вк:
Таверна «Тёмные Легенды»
@tavernalegenda
Подписывайся ❤️