«История»
«В законе нет любви».
Так говорили с поколения в поколение в клане Ли — мафиозной династии, чей след тянется с начала 1900-х. Их организация, «Ночная звезда», правит улицами Кореи уже более века. Каждый сын становился следующим главой, без выбора, без права на другую жизнь.
Минхо — наследник. Холодный, бездушный, с глазами, в которых не осталось ни света, ни тепла. Его детство нельзя назвать детством: мать умерла, когда он был ещё слишком мал, чтобы помнить её лицо, а отец — человек, для которого кровь была частью бизнеса — появлялся раз в несколько дней. И даже тогда ему вечно было мало того, что делал Минхо. Он избегал сына, словно тот был обузой, а не будущим мафии. В восемнадцать Минхо остался один. Отец погиб в перестрелке. С тех пор он стал главой и самой влиятельной фигурой во всей Азии.
Семья Хван — древняя династия наёмных убийц, чья история тесно переплеталась с Ли враждой и кровью. Их ненависть друг к другу жила дольше, чем сами фамилии. Хёнджин — последний из Хван. Родители погибли при враждебной атаке, и с тех пор он остался один, чтобы нести на себе весь груз традиций.
Хёнджин — не убийца по духу. Он любил людей, искренне. Каждое задание разрушало его изнутри, но выбора у него не было. Он должен был продолжать. Он был машиной смерти с сердцем, которое всё ещё чувствовало.
А его злейший враг — Минхо. Человек, который будто был рождён для того, чтобы проливать кровь. Хёнджин ненавидел его… и влюбился в него. Безответно, мучительно, вопреки всему.
Правила крови
Двадцатидвухлетний Ли Минхо всегда жил по правилам. Без чувств. Без сожалений.
«Эмоции делают слабым», — твердил он себе с детства.
Когда-то он был добрым мальчиком — с мягкими глазами и теплом в голосе. Но мафия не прощает доброты. Из него вылепили машину: точную, хладнокровную, смертоносную. И теперь, стоило кому-то увидеть его лицо или даже символ «Ночной звезды», как страх сковывал людей прежде, чем они успевали заговорить.
И всё же… Иногда в нём просыпалось что-то человеческое. Незаметный, редкий взгляд, полуприкрытое сочувствие в голосе. Мгновения, в которых он сам себе казался чужим.
А где-то совсем рядом, но будто в другом мире, жил девятнадцатилетний Хван Хёнджин — последний наследник династии киллеров. Внешне он был неприметен: тихий, вежливый, будто случайный прохожий. И в этом его сила. Каждое дело он выполнял скрытно, незаметно, точно. Его имя было легендой, но лицо — тайной. Настолько, что большинство даже не знали, что он существует.
Он жил спокойно. Учился в университете, рисовал, мечтал. И только редкие, холодные вечера напоминали ему, кто он есть. И что однажды он вновь станет тенью на чьей-то шее.
Если Хёнджин появлялся на каком-либо мероприятии, это всегда означало одно — кто-то не доживёт до утра. Он почти не ошибался. Почти не мазал.
___________
Детство, которого не вернёшь
Всё началось с обычной драки в песочнице.
Маленький мальчик ударил другого лопаткой. Тот заплакал, и, казалось бы, сейчас всё закончится слезами и криками… но тут подошёл другой — защитил, встал между ними, поднял пострадавшего с земли.
Так началась их дружба.
Хёнджин и Минхо.
— Минхо, ну дай списать, — шептал Хёнджин, склонившись над тетрадью.
— Нет. Мне потом влетит.
— Хм. Ещё друг называется.
— Ладно… Давай быстрее.
— Спасибо, люблю тебя!
— Ха. Если бы не дал — ты бы со мной и не заговорил.
— Это другое!
— Нет.
— Да!
— Нет!
— Да-да-да! — дразнился Хёнджин, пока не вошёл учитель.
— Сдаём деньги на выпускной! — объявил тот.
Минхо уже давно вынашивал одну мысль. Сердце билось сильно, руки вспотели.
— Хёнджин… хочешь пойти со мной на бал?
— Чего?! Да! Да, конечно!
— Спасибо…
— Это тебе спасибо! — Хёнджин подбежал, обнял его и, не сдержавшись, поцеловал в губы. — Минхо, ты мне давно нравишься.
— И ты мне… Хёнджин.
Класс притих.
— Ли и Хван! Не целуйтесь тут! — буркнула учительница, не поднимая глаз.
— Хорошо… — тихо ответили они.
Прошло два месяца.
Выпускной.
Хёнджин пошёл в один из лучших бутиков города. Купил самый дорогой костюм, сиял от счастья. В тот вечер он ждал Минхо под входом в зал, переминаясь с ноги на ногу.
Подъехала машина. Дверь открылась. Но вышел не Минхо. Кто-то другой.
Хёнджин растерянно посмотрел на экран телефона и набрал. Минхо ответил — голос чужой, отстранённый, как будто закованный в лёд.
— Хёнджин… ты до сих пор не понял?
— Что?..
— Я тебя обманул. Ты так глупо всему веришь. Мне ты никогда не нравился. Ты урод.
— Что? Нет… скажи, что это шутка…
— Нет, Хёнджин. Это правда. Мы из разных миров. Перестань меня преследовать и докупать.
— Но я…
— Что "но ты"? Мир не вертится вокруг тебя.
Гудки.
Хёнджин стоял, как вкопанный. Ветер поднимал полы его идеально выглаженного пиджака.
Внутри что-то оборвалось.
Минхо сбросил звонок и закрыл лицо руками.
Это было самое болезненное решение за все девять лет учёбы. Но он знал — ему нельзя иначе. Он должен был это сделать. Должен был оттолкнуть. Ради него же.
С того вечера прошло несколько лет.
Минхо окончил школу и исчез из жизни Хёнджина, будто вырванная страница из книги. Теперь ему двадцать два. За это время он превратился в того самого мужчину, о котором шептались на улицах, — холодного, непоколебимого, опасного. Наследника мафиозной империи.
А Хёнджину — девятнадцать. Он еле-еле дотянул до конца школы. Без Минхо всё казалось бессмысленным. Улыбка больше не появлялась так легко, а в глазах поселилась та самая тень — тоска, смешанная с неразделённой любовью и предательством.
Он научился жить с этой болью. Научился не надеяться.
Но забыть — не смог.