Откровение: Вера

Перед серо-голубыми глазами пустая дорога. Сердце бешено колотилось. Дыхание тяжёлое, сбивчивое. Длинные пальцы крепко сжимали руль серебристого седана «шевроле круз». Стрелка спидометра стремительно подбиралась к отметке «сто сорок». Русые волосы то и дело раздувал ветерок. Он просачивался сквозь чуть опущенное окно в дверце с водительской стороны. Сто сорок километров в час. Обычно осторожный водитель Стэн Боуман не позволял себе таких скоростей. Сегодня был совсем не тот случай. Сегодня он крупно облажался. Это могло стоить невинной жизни. Его трясло от ярости и почти животного ужаса.

– Прошу, позволь мне объяснить! – уже в который раз взволнованно повторял его друг Кристиан.

– Заткнись, – сухо отрезал Стэн.

– Да послушай же ты!

– Ещё одно слово – вышвырну, нахер, из тачки.

Кристиан с раздражением выдохнул. В груди – тягучая тяжесть. Он запустил пальцы в светлые, почти белые, волосы и вздохнул ещё раз. Их друг Джеймс, сидевший в пассажирском кресле впереди, бросил ободряющий взгляд карих глаз в зеркало заднего вида. Этот обычно разговорчивый и очень улыбчивый афроамериканец молчал. Нечего было сказать. Он глядел в окно с подавленным видом. Его тоже душило чувство вины. В момент, когда был нужен, он находился далеко, был занят своими делами. Они тогда казались ему действительно важными.

Каждый ощущал себя паршиво. Их терзала вина. Непонятно, кто из парней в эти секунды ненавидел себя больше.

– Не дай Бог с ней что-то случится – не дай Бог! – я тебя живьём закопаю. – Стэн замолчал на несколько секунд.

В глубине души Стэн понимал, что спускать всех собак на Криса было неправильно. Крис не знал всего того, что знал он, и не был готов к тому, что Сэм, гулявшая со своим другом Фрэнки, исчезнет прямо у него из-под носа. В буквальном смысле.

Было слышно громкое сопение, а в следующий момент Стэн со злостью ударил ладонью по рулю и выкрикнул крепкое словцо на чистом русском:

– Блять!

Парни вздрогнули от неожиданности. Они оба понимали, что происходившее для него значило, поэтому молчали.

Стэн чувствовал, как кипел. Ещё немного и он взорвался бы, если бы мог. Ему срочно нужно было выплеснуть гнев на что-то. Кому-то врезать. Или даже сломать пару костей. Пальцы ещё крепче вцепились в руль так, что костяшки побелели. Ему было плевать и на знаки ограничения скорости, и на светофоры, которые проносились мимо. Все мысли были лишь об одном.

«Только бы успеть, Господи. Только бы успеть».

Они её потеряли. Потеряли Сэм Холлоуэй – их задание. Важнее жизни и смерти по словам тех, кто им давным-давно его поручил. Всё предельно просто. Она – похититель важной демонической реликвии. Невольно стала её хранителем, а по совместительству – магнитом для этих тварей. Им всего-то нужно было не упускать её из виду и защищать. Почти всегда этим занимался Стэн, но именно в этот день ему пришлось обратиться к Кристиану. Это был не первый раз, когда парни его подменяли, но точно последний. Крис её потерял. Казалось бы, что плохого могло случиться? Она ведь была не одна.

Парни потратили уйму времени на то, чтобы найти их. Исколесили весь город. Ничего.

Первой в списке оказалась библиотека. Сэм подрабатывала там на полставки время от времени, а в свободные дни часами могла пропадать среди бесконечных полок с книгами.

Затем – городской склад. Там у неё была своя ячейка. И один Господь знает, что она в ней хранила.

После этого парни поехали к крошечному домику на окраине, который она арендовала у одной пожилой дамы.

Проверили заброшенные постройки в черте городка. Спасибо, что их было всего три.

Даже в школу съездили. Да, Сэм уже давно её окончила. Но чем чёрт не шутит?

Ну не могла же она направиться прямиком домой?

Её родной дом. Ещё не время. На календаре середина июня. Она навещала мать с отчимом осенью, в то время как обычно предпочитала отсиживаться у себя. Но раз уж её нигде не было, дом оставался их единственной надеждой. Без вариантов.

А вдруг она просто уехала? Тогда куда? Обо всех отъездах и любом другом её шаге они знали заранее. Поэтому одна она никогда не уезжала, хотя и вряд ли подозревала об этом.

Неважно. Стэн проклинал и ненавидел всем сердцем себя и ту секунду, когда доверил Крису свою работу. Не просто работу. Жизнь девчонки, за которой нужен был глаз да глаз. За которую он, не раздумывая, отдал бы свою. Он о многом жалел. Особенно сильно – о том, что не послал к чертям двух часто хамоватых Сынов Михаила, которые и поручили ему охранять Сэм. Зря не послал их запреты не влезать в её жизнь. Зря не сказал, что это был он. Каждый Божий день, рискуя жизнью, именно он защищал и спасал её, принимая все удары на себя. Четыре года. Он же мог быть с ней рядом двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю, если бы сказал, что она за это время стала для него не просто поручением.

Богатое воображение в багровых тонах, как назло, рисовало ему то, чего он боялся увидеть вживую.

– Хорош сопли жевать. Ходу! – Джим хлопнул ладонью по приборной панели. – Найдём мы твою Сэм.

Слова друга совсем немного смягчили гнетущие мысли. Стало чуточку легче.

«Найдём».

Он решительно вдавил педаль газа в пол, и машина понеслась ещё быстрее.

«Больше никаких, мать вашу, пряток. Я ни на шаг от тебя не отойду».

Крутой поворот по довольно узкой дороге. Скрежет покрышек по асфальту. Резкая остановка у небольшого двухэтажного дома с ухоженной лужайкой. Свет в помещении выключен. Или так казалось из-за штор? Хозяева, насколько Стэну известно, находились в другом городе по работе отчима Сэм Джейсона Холлоуэя. К слову, он всегда удивлялся тому, как Сэм с её бесчисленным количеством загонов уболтали взять его фамилию. В общем, там никого по определению не должно быть.

В салоне авто застыла тишина. Трое молодых мужчин всматривались в чёрные окна дома матери Сэм. Стэн на ощупь достал из бардачка пистолет. Вдруг пригодится. Снял его с предохранителя и передёрнул ствол. Эти несколько щелчков показались очень громкими.

Интересно, что могло быть хуже в данный момент? То, что Сэм в доме нет, а значит, её придётся искать дальше? Вот только где? Или то, что она всё-таки сейчас там. В этом самом доме. Оставалось надеяться, что, если это так, то она в безопасности. Стэн напрочь забыл о Фрэнки. Если они вдвоём, то всё должно быть нормально. Они же друзья. Вряд ли он навредит ей.

– Старик, ты уверен, что она здесь? – тихо спросил Джим, покосившись на Стэна.

– Да.

– Ну, не знаю... – выдохнул Джим.

На этот раз Стэн просто промолчал. Нервничал. Не хотел ляпнуть лишнего и обидеть. Оно того не стоило. Джим опять шумно вздохнул и продолжил:

– Сам подумай; зачем ей заваливаться домой к матери с «хвостом» наперевес? Она умная девочка. Знает, что ничем хорошим это не кончится. И есть ли вообще этот «хвост»? Может, мы и вовсе зря переполошились. Почему, если она куда-то делась, то всё обязательно должно быть плохо? Вдруг она просто гуляет где-то с этим Фрэнки?

Стэн по-прежнему молча вглядывался в черноту окон. Джим выдержал ещё одну паузу и устало выпалил:

– Ну и хрен с тобой.

– А если они сами её сюда привели? – неожиданно встрял Кристиан.

Стэн на секунду прикрыл глаза и раздражённо выдохнул.

«Лучше заткнись».

– Чувак! – возмутился Джим.

Все его старания хоть как-то разгрузить ситуацию, пошли коту под хвост.

Стэн снова уставился на окна. Внезапно в одном из них появился красный свет.

Красный.

Кому, как не ему, молодому экзорцисту, пошедшему по стопам отца, знать что это значило.

– Вот чёрт! – выпалил Джим.

Его и без того большие карие глаза округлились от осознания. За доли секунды он успел пожалеть о том, что сомневался в дурных предчувствиях друга.

Стэн подорвался с места, выскочил из машины и побежал к дому. Следом за ним – и Крис с Джимом.

По пути к дому парни услышали приглушённый истошный женский крик.

– Твою мать! – опять выругавшись по-русски, Стэн ускорился и рванул ко входной двери прямо по аккуратно стриженному газону.

Джим и Кристиан остались позади. Один свернул направо, другой – налево, чтобы обогнуть дом с обеих сторон, убедиться, что снаружи никого нет, заодно и обеспечить подстраховку с тыла, чтобы никто не вошёл или не вышел. Они знали, что за домом был небольшой дворик, с которого можно было попасть в кухню. В погожие деньки на своих выходных мистер Холлоуэй устраивал там барбекю на радость соседей.

Стэн буквально налетел на входную дверь и стал лихорадочно дёргать за ручку. Заперто. Он сделал шаг назад, а после со всей силы ударил по двери ногой поближе к замочной системе. Раздался грохот. У петель и ручки по деревянной белой поверхности пошли мелкие трещины. Сама дверь так и осталась закрытой. Стэн на грани безумия. Зол. В ужасе. В ушах – тот крик. Он очень хотел выстрелить. Одного раза хватило бы. Но несмотря ни на что, он прекрасно понимал, что делать этого не стоило. К чему будить соседей посреди ночи? А если те вызовут копов? На стук вряд ли станут обращать внимание. Хотя, кто их знает? Так что, никакой стрельбы. Вместо этого он ударил ещё раз.

– Твою мать! Давай же! – гаркнул Стэн.

Ещё раз. Сильнее. Дверь, наконец, с треском распахнулась и врезалась в стену. Кругом разлетелись щепки от сломанного косяка со стороны замка. Стэн забежал внутрь.

Гостиная. Тускло светила настольная лампа откуда-то из дальнего угла комнаты. В нос сразу ударил запах тухлятины. Перед Стэном – мужчина. Стоял в центре. Кожа светилась красным. Ярче, чем Стэн привык видеть. Глаза горели лавовым. Долбанный демон. Он не замечал Стэна и увлеченно копошился над хрупкой женской фигурой, безвольно обмякшей на стуле. Её голова запрокинута назад. Лица во мраке не было видно. Это всё было похоже на кошмар. Ощущалось нереальным.

– Нет-нет-нет...

Стэн быстрым движением засунул пистолет во внутренний карман джинсовки и зашагал к демону. Экзорцист не видел ничего и никого вокруг кроме его пылающих глаз. Вместо звуков – глухой вакуум.

«Разорву, нахрен! Мразь!»

Наконец, демон заметил Стэна. Красный ореол погас.

– Ты, к чёрту, такой? – с брезгливостью спросил он.

Одной рукой он всё ещё сжимал шею темноволосой девушки. Другую, испачканную в чём-то тёмном и вязком почти до локтя, вскинул и направил на него. Чего бы он ни ожидал от своего действия, этого не случилось. Демон выглядел сбитым с толку. На незваного гостя не действовала его магия.

Стэн стремительно приблизился к нему и с рёвом отбил поднятую руку демона тыльной стороной своей. Другой двинул в челюсть. Демон со стоном отшатнулся. Стэн продолжил бить со всей силы снова и снова. Даже если это был несчастный человек, одержимый этой сущностью, Стэну было впервые за всё время наплевать. Его разум был затуманен слепой яростью и ужасом. Он не давал противнику даже секундной передышки. Бил снова и снова. Чистая рука демона успела отразить очередной удар Стэна. Другая, грязная, крепко вцепилась в горло экзорциста. Её прикосновение было скользким холодным и мокрым. Глаза чудовища вспыхнули лавовым с новой силой. Кожа снова засияла красным. Очевидно, он опять попытался использовать магию. Но как и в прошлый раз, не сработало.

– Что за... – он ошарашенно смотрел на Стэна.

Экзорцист ухмыльнулся. Хоть и дышать было тяжело, он хрипло ответил:

– Выкуси.

После этого Стэн стал что-то нашёптывать. Пары слов хватило, чтобы демон разжал свои грязные пальцы и с ужасом отступил. Глаза погасли. Свет от тела стал ярче. Запах тухлятины – резче. Стэн рухнул на колени и сквозь кашель, потирая скользкую кожу на шее, продолжил читать.

Молитва.

Стэн не помнил, где её раздобыл. Да и сейчас это не имело значения. Главное, что она всегда работала и ещё ни разу его не подвела.

Каждое её слово причиняло демону нестерпимую боль, лишало сил и способности пошевелиться. Свет стал ещё ярче. Демон корчился. Хрипел. Стэн встал с колен и направился к демону. Тот схватился за грудную клетку и попятился назад. Стэн продолжал читать всё громче и громче. Демон окончательно обессилел. Стэн припёр его к стене. Подошёл ещё ближе. Смотрел в глаза. Стэн испытывал удовольствие от каждой секунды.

– Имя, – процедил сквозь зубы Стэн.

Демон, словно зачарованный, через силу выдавил едва различимый ответ:

– Асмодей.

Ещё один неоспоримый плюс этой молитвы был в том, что она заставляла демона открыть своё имя. Хотел он того или нет. Как бы хорош ни был экзорцист, он не смог бы изгнать эту мерзость, не зная его истинного имени.

– Как оно, паскуда? – оскалился Стэн. – Нравится?

Демон лишь хрипел.

Стэн продолжил читать. Грубо схватил его за редкие волосы на темени и заставил упасть на колени. Другая ладонь легла на лоб. Кожа демона под ней задымилась. Запах тухлятины в воздухе стал ещё резче. Стэн так привык к нему за время своей работы, что попросту не обращал на него внимания. Красный свет, которым всё это время сиял демон, стал ярче. Ещё ярче. Демон закричал. Стэн закончил читать. Он победоносно склонился над демоном и прошипел у его уха:

– Гори в аду, сука.

Демон с гримасой боли, застывшей на лице, превратился в полупрозрачное сероватое облако и растворился в воздухе.

Всё закончилось.

Наступила могильная тишина. Лишь с улицы доносились звуки возни. А Стэн замер. Гнев утих. Он уставился на стену перед собой. Ощутил прохладу на ладони. Поднял её. Тёмная влага. Липко. Мужчина попытался сглотнуть ком в горле. Коснулся шеи и понял, что снова испачкался. Вспомнил, как демон душил его грязной рукой.

Он был готов на что угодно. Пусть грязь. Да хоть дерьмо.

Тело Стэна била мелкая дрожь. Он снова посмотрел на ладонь.

За его спиной – вся комната. А посередине – стул.

Стэн прикрыл глаза, пытаясь успокоить мысли. Дышать не мог. Поджал губы. Снова нервно сглотнул. Открыл глаза – стена. Экзорцист осторожно повернулся лицом к комнате. Он видел только этот чёртов стул. Подходить ближе боялся. Было страшно разглядеть ту, что там сидела.

Под четырьмя деревянными ножками на ковре расползлось пятно, казавшееся чёрным в полумраке. Вокруг стула на примятом ворсе – тёмные следы.

Стэн сделал несколько шагов к стулу. Под подошвой кроссовок что-то захрустело. Он посмотрел под ноги и увидел россыпь осколков. Поднял голову к потолку и понял, что это остатки лампочки. Свет не включить. Стэн громко сглотнул. В ушах стучало. Сердце колотилось.

– Это не ты. Не ты... – как мантру шептал мужчина себе под нос и не моргая смотрел на девушку.

С каждым осторожным шагом надежда растворялась. Он с ужасом узнал в темноволосой обезображенной девушке Саманту Холлоуэй.

Стэн не мог дышать. Не мог пошевелиться. Возможно, не до конца осознавал реальность того, что видел, но точно навсегда это запомнил.

Это была она.

Руки заведены за спину. Связаны. От них крест-накрест – туго натянута верёвка. Она проходила снизу и опоясывала две передние ножки стула, к которым икрами были прижаты, также опоясанные вокруг голени, ноги. Стеклянный взгляд карих глаз был направлен в потолок. Рассечения на брови, виске и лбу. Из чуть приоткрытого рта, поблёскивая, ещё лилась тёмная густая жидкость. Она медленно стекала по щекам, подбородку и шее.

Кровь.

Футболка насквозь от неё промокла. Казалась покрытой чёрными пятнами и подтёками. Была порвана на груди. В грудной клетке зияла дыра величиной с кулак. Она тоже сочилась кровью. На секунду Стэну показалось, что он разглядел сломанные рёбра.

Кровь. Повсюду кровь.

Стэн покачнулся. Глаза защипало. Подбородок задрожал.

– С-сэм? – шёпотом позвал он.

Ноги казались ватными. Стэн подошёл ближе.

Подкатил приступ тошноты. Всё нутро похолодело. Закружилась голова. Стэн бросился её развязывать. Руки дрожали. Онемевшие пальцы не слушались.

– Давай же!

Он присел на одно колено за спинкой стула и стал возиться с основным узлом вокруг её запястий, а тот никак не поддавался.

– Сука!– рявкнул на русском Стэн.

Остановился. Нечем дышать. Он опустил голову, крепко сжал веки и шумно выдохнул, изо всех сил сдерживая удушающие слёзы. Снова открыл глаза. Шмыгнул носом и мысленно обругал себя за то, что не сразу догадался, что развязывать узел необязательно. Стэн быстро вынул из кармана джинсовой куртки складной нож и перерезал тугую верёвку. Она упала на пол. Руки Сэм безвольно повисли. На тонких запястьях – тёмные следы. Стэн поднялся с колен и обежал стул. Склонился над девушкой, осторожно завёл одну руку под колени, другую – за спину и поднял податливое тело, бережно прижимая к себе. Её голова упала ему на плечо.

– Я держу тебя. Держу. Всё хорошо, – шептал он.

Такая хрупкая. Казалось, если взять чуть грубее, она сломалась бы. Ещё тёплая.

Стэн ведь мечтал носить Сэм на руках, обнимать, быть как можно ближе. Молился, чтобы это когда-нибудь стало правдой. Но не так. Он имел ввиду совсем не это.

– Всё хорошо. Всё будет хорошо, – повторял он.

Он бережно уложил её на ковёр, перед этим взглядом проверив, нет ли рядом осколков. Сам сел рядом на колени и снова над ней склонился. Осторожно коснулся гематомы на щеке кончиками дрожащих пальцев. Снова заглянул ей в глаза. В них блестели слёзы. Ещё не успели высохнуть. Она не дышала. Стэн шмыгнул носом, чуть приподнял девушку, придерживая голову под затылком, и осторожно прижал к себе. Принялся убирать пряди влажных волос с липкого от крови и пота лица. Стал разговаривать с ней:

– Сэмми, эй, всё позади. Я рядом. Слышишь? – послышался ещё один всхлип. – Я здесь, – он бережно прижал её к груди. Слёзы покатились по щекам, – Сэм, пожалуйста, вернись, – приник губами к её виску. – Пожалуйста. Умоляю.

Он положил голову Сэм себе на плечо, обнял девушку и тихо заплакал.

– Прости... Прости меня, родная.

Ему было страшно думать, что это первый и последний раз, когда он видит и чувствует её так близко. Держать её в руках для него было настоящим чудом, но он молился не об этом. Не о таком чуде. Сэм Холлоуэй должна была прожить с ним долгую тихую и спокойную жизнь. Когда-нибудь Стэн же наверняка решился бы сказать ей о том, как сильно её любит? А уж он-то сделал бы всё возможное и невозможное ради её «долго и счастливо».

Не успел. Он не успел.

Стэн просидел так пару минут. Забыл о Джиме и Крисе. Даже не заметил тело Фрэнки на полу. Сейчас для него не было ничего и никого важнее, чем она. Он аккуратно поглаживал её по голове. Всё ещё всхлипывал. Ладонь с её щеки скользнула чуть ниже, к шее. Пальцы застыли на тёплой коже над сонной артерией. Экзорцистская профдеформация, привычка, издержки недо-профессии. Называйте, как хотите. Под подушечками пальцев – слабый удар.

Стэн застыл.

Ещё один.

– Сэм?!

Стэн отстранился от неё и осторожно положил обратно на ковёр,

– Ты слышишь меня? – обхватил ладонями её лицо и жадно всматривался в пустые глаза, в надежде увидеть там хоть какой-то проблеск.

Ничего.

– Нет. Мне не показалось. Не показалось, – забормотал он.

Разумом он понимал, что это было далеко за гранью реального. Как можно привести в чувство человека с проломленной грудной клеткой? К тому же она потеряла огромное количество крови. Ну и что, что тело ещё теплое? Трупы не остывают сразу. Его любимая мертва, а он сам, наверное, начал сходить с ума. Его душа разрывалась на части от одной мысли о наличии пульса. Там, за сломанными рёбрами билось сердце.

Он нащупал пульс. Плевать на всё остальное.

– Сэм! Сэм! – не унимался Стэн. – Посмотри на меня, слышишь? Сэм?

Никакой реакции. Всё тот же пустой взгляд.

Он не мог себе позволить упустить единственный шанс не потерять её навсегда.

– Крис!

Всего несколько секунд. Они показались вечностью. Крис и Джим с шумом ворвались в комнату и тут же замерли на пороге. Как будто ударились о невидимую стену. Кристиан оцепенел. Уставился на Сэм. Никого другого он не замечал.

– Вот дерьмо... – невольно выпалил Джим.

Остальные слова застряли где-то в горле. Он прикрыл ладонью рот. Едва сдержал рвотный позыв то ли от чудовищного запаха сероводорода, то ли от зрелища, которое предстало перед ним. С ужасом смотрел на Сэм. Потом заметил второе тело. Мужчина лежал на полу у окна лицом вниз. Джим сразу узнал его и бросился на помощь. Под его ногами так же похрустывали осколки от лампочки, разлетевшейся по всей гостиной.

– Фрэнки? Эй, приятель? – Джим сел рядом и взялся осторожно и медленно переворачивать бездыханное, но ещё тёплое тело Фрэнки на спину.

На него тут же уставились глаза. У уголка приоткрытых губ Фрэнки блестела кровь. Голова на свёрнутой шее податливо повисла и ударилась о пол. Джим с воплем отскочил в сторону. Тело осталось лежать на боку в неестественной позе.

– Чёрт! – Джим схватился за грудную клетку и тяжело дышал, не моргая смотрел на труп. – Г-господи...

Он впервые увидел покойника настолько близко.

Внезапный шум вывел Стэна, который всё также сидел рядом с Сэм, из состояния шока. Он взглянул на Джима, на бедного Фрэнки, потом на Кристиана. Последний так и не сдвинулся с места.

– Вылечи её, – хрипло сказал Стэн.

Крис всё также стоял в полном оцепенении.

Ярость и боль, которые Стэн сдерживал в данную секунду, выплеснулась. Он вскочил с места. Окровавленные пальцы вцепились в ворот светло-голубой толстовки Криса. Стэн со злостью прижал напуганного друга к дверному косяку:

– Это ты, слышишь? Ты во всём виноват! – процедил экзорцист сквозь зубы дрожащим голосом.

– Стэн, не надо, – раздался тихий хриплый голос Джима за его спиной.

Крис молча смотрел на друга, впервые в жизни видя слёзы в его глазах.

– Вылечи её, – не унимался Стэн. – Кому сказал!

– Брат, – снова голос Джима.

– Отвали! – выпалил Стэн, снова всхлипнув.

– Хватит. Уже всё. – голос Джима оставался таким же тихим.

– Ничего не всё, – Стэн покачнулся.

Его пальцы ослабили хватку. Он отстранился от Криса. Экзорцист отрешённо смотрел куда-то в сторону. Он и в самом деле стал верить тому, что всё действительно было кончено.

– Прошу тебя, – Джим приблизился к другу.

Его рука осторожно легла на его плечо.

– Ничего не всё, я сказал! – Стэн раздражённо стряхнул её и попятился назад.

– Послушай, братишка, я понимаю, что ты чувствуешь, – Джим вновь к нему приблизился.

– Нет, - произнёс Стэн одними губами.

– Мне очень жаль, брат. Ничего уже не поделать. Мы опоздали, – он пытался поймать его взгляд.

– Нет, – Стэн покачал головой. – Нет.

– Всё кончено..

– Ничего не кончено.

– Оглянись вокруг, – с горечью сказал Джим и снова положил ладонь на его плечо.

– У неё сердце бьётся, – шёпотом сказал Стэн.

– Эй! – Джеймс схватил его за плечи и рывком развернул лицом к себе. – Всё. Мне очень жаль, брат. Её больше нет.

В глазах Джима – слёзы.

– Я был в ответе за неё! – рявкнул Стэн.

– Не ты один, мать твою!

Джим сорвался. Слёзы градом покатились по щекам.

***

Четыре года назад

Парк. Лето. Солнечно. Дул свежий ветерок. Вокруг – люди. Семейная пара играла с забавным рыжим псом. Он резвился на траве, тёрся спиной о землю и с высунутым розовым языком тянул мохнатые лапы к своим хозяевам с требованием почесать ему пузико. Несколько школьников собрались вместе на пикнике под раскидистым деревом. Смеялись, что-то бурно обсуждали. Пожилая худенькая дама в лёгком белом платье в мелкий голубой цветочек, с аккуратным пучком на голове, кормила голубей хлебными крошками. По дорожке проехал велосипедист в полной экипировке. Как раз мимо лавочки, на которой сидели двое молодых мужчин. Они сильно выделялись на фоне этого праздника жизни.

Уже знакомый нам Стэн и его вечно хмурый приятель по имени Чак.

Широкоплечий красавец с длинными тёмно-русыми волнистыми волосами, крупными чертами гладко выбритового лица без острых углов, пухлыми бледно-розовыми губами и большими выразительными глубоко посаженными глазами неестественного ярко-синего цвета. Несложно догадаться, что шевелюра часто ему мешала, поэтому он собирал её в небрежный пучок на затылке. Прямо как сейчас. Сдвинув тёмные брови на переносице, Чак сосредоточенно кого-то высматривал. Даже рядом со Стэном, который регулярно занимался спортом и поддерживал себя в форме, он выглядел внушительным.

Стэн в сравнении с Чаком в принципе выглядел менее угрожающим. И был ниже него сантиметров на десять. Черты лица были более плавными и не такими крупными и грубыми. Узкий прямой нос с чуть заострённым кончиком. Высокий лоб с парой крохотных рубцов, оставшихся из-за ветрянки, которой он переболел ещё в детстве. Лёгкая небритость на самую малость пухлых щеках. Серо-голубые глаза с густыми ресницами, закручивающимися у внешних уголков, тоже были чуть меньше, чем у Чака. К слову, он плохо видел, но очки или линзы всё равно не носил. Упрямо уверял самого себя, что ему и так нормально. А ещё он имел привычку постоянно облизывать и кусать губы, когда нервничал или злился. Это его тоже злило, но он ничего не мог поделать.

Вот и сейчас он нервно постукивал носком кроссовка по заасфальтированной дорожке и, покусывая нижнюю губу, докуривал очередную сигарету. Третью? Четвёртую? Не считал. Поднёс ко рту и сделал затяжку. На левой скуле не было ещё никакого шрама.

Стэн покосился на Чака. Тут же поймал себя на мысли, что от взгляда друга ему часто становилось не по себе. В миллионный раз подумал о том, что никогда не сможет привыкнуть, к тому, что дружит с таким, как он. Окружавшие их люди даже не догадывались, что среди них был не человек. Ну, или не совсем человек.

Стэн отвлёкся от размышлений, выдохнул сероватый дымок куда-то вверх и протянул:

– Ску-у-учно-о-о.

Снова покосился на друга в надежде, что тот обратил на него внимание. Зря. Чак его, наверное, даже не слышал.

– Долго нам тут ещё торчать? – с нескрываемым раздражением в голосе спросил Стэн.

– Что такое, малыш? – Чак, наконец, посмотрел на него. – Купить тебе мороженку, чтоб не грустил?

Стэн взглянул на него с хитрым прищуром. Пауза. Снова затянулся и, выпуская в сторону дым из приоткрытых губ, ответил:

– От тебя это звучит оскорбительно. Могу вмазать. Но от мороженки не отказался бы.

Чак усмехнулся, покачал головой и отвернулся от друга. Снова стал искать кого-то взглядом.

Стэн замолчал. Сделал на глубоком вдохе последнюю затяжку, задумчиво ненадолго задержал дыхание и выпустил перед собой сероватое облачко табачного дыма. Окурок потушил о металлический козырёк полупустой урны и закинул внутрь. В воздухе опять повисла пауза. Ненадолго, но всё же.

– Мы тут уже сколько? Часа два?

– Ещё столько же просидим, если понадобится. Не ной.

Стэн закатил глаза, надул щёки, шумно выдохнув, и откинулся на деревянную спинку лавочки.

– У меня уже зад онемел от этой штуки, – проворчал Стэн, пошевелив бёдрами, в попытках найти удобное положение.

– Вон они! – Чак оживился.

Стэн тоже встрепенулся, быстро сел прямо и стал смотреть по сторонам. Он помнил, что Чак говорил о двух ребятах, примерно, одного возраста. Сэм и Мэй. Воображение нарисовало ему образ долговязого сутулого и наверняка прыщавого парнишки на прогулке с пухленькой подружкой-хохотушкой.

– Где?

– Там, – Чак кивнул куда-то прямо.

Стэн посмотрел в нужном направлении, но никого похожего не разглядел.

– Где «там»?

– Да там! – недовольно зашипел Чак. – Мне что, пальцем ткнуть?

Там, куда так внимательно смотрел Чак, не было никого кроме двух девочек. Подростки. Обе темноволосые. Одна чуть ниже другой, в коротком платье нежно-персикового цвета. Изящная азиатка с фарфоровой белоснежной кожей. Прямо девочка с картинки. Она то и дело поправляла ремешок белой маленькой сумочки, накинутой на плечо, улыбалась и что-то рассказывала подруге. А та молча слушала, время от времени кивала. Иногда отвлекалась, озиралась по сторонам. Кого-то опасалась? Она сильно контрастировала рядом с подругой. И вовсе не потому, что вместо платья на ней были свободные джинсы и чёрная футболка на пару-тройку размеров больше. Не исключено, что и то, и другое было мужским. А за спиной – большой чёрный рюкзак. С виду тяжёлый. Она сама по себе казалась другой: серьёзнее, сосредоточеннее, жёстче, холоднее. Движения её были грубыми. Если у её подруги походка была от бедра, мягкой и плавной, то у неё – скованной и даже тяжёлой. А ещё она сутулилась. Но Стэн списал это на увесистый рюкзак. Да и вообще искренне надеялся, что посмотрел не туда.

– Смеёшься? – хмыкнул Стэн. – Ты же не про тех двоих? – он махнул рукой в сторону девчонок.

– Мэй Ли и Сэм Холлоуэй, – кивнул Чак.

– Две девочки, – Стэн выпучил глаза и уставился на него.

– А ты кого ожидал?

– Сэм Холлоуэй, – повторил Стэн. – Ты сказал, что Сэм – это пацан.

– Ничего подобного, – Чак покачал головой.

– Сказал, – настаивал Стэн.

– Значит, ты меня так услышал.

– Так, – Стэн шлёпнул себя ладонями по коленям и шумно выдохнул.

– Тебе нужна Сэм. В общем-то, ты не ошибся, потому что от пацана её не отличить.

– Погоди-погоди. Стоп, – Стэн поднял вверх указательный палец и поджал губы. – То есть, ты хочешь сказать, что та девочка украла у демонов «Малый Ключ Соломона»?

– Тебя смущает, что она – девочка? – вскинул брови Чак.

– Она ребёнок!

– Ну нет, – хмыкнул Чак. – У неё яйца побольше твоих. Чтоб ты знал.

– Да ты издеваешься, – шумно вздохнул Стэн и закатил глаза.

Чак снова хмыкнул.

Они оба замолчали.

– Сколько ей? Лет тринадцать? – заговорил Стэн, поморщившись.

– Пятнадцать-шестнадцать. Может, чуть старше. Какая разница? – Чак снова расслабленно пожал плечами.

– Постой-ка... А что за «тебе нужна Сэм»? А? Как это понимать?

– Твоя задача – присматривать за ней.

– Что?! – зашипел Стэн. – Ты шутишь?

Чак вздохнул.

– Нет, – Стэн энергично покачал головой.

Что бы там ни было он подготовился к тому, что будет отпираться до конца и не согласится на это ни при каких обстоятельствах.

– Стэн...

– Да не буду я ни за кем присматривать! – возмутился он. – Мне что, заняться нечем?

– Мне некого больше просить.

– Почему я? – Стэн всплеснул руками. – Попроси Уилла!

– Не могу.

– Нет, – Стэн ещё раз покачал головой и откинулся на спинку лавочки.

В воздухе ненадолго застыла пауза. Звуки вокруг стали нестерпимо раздражать. Стэн достал из заднего кармана джинсов чуть помятую пачку с сигаретами, открыл, вытащил одну и с грубостью, наверняка помяв ещё сильнее, сунул коробочку обратно. Пальцы немного дрожали из-за чего плохо слушались. Он чуть не уронил эту сигарету. Зажал между зубов на всякий случай.

– Чёрт, – тихо выругался он.

Вынул из переднего кармана зажигалку и поднёс к губам. Щелчок. Всполох маленького язычка пламени коснулся кончика сигареты. Вдох. Горький дым наполнил лёгкие. Стэн убрал сигарету и прикрыл глаза. Выдох.

– Мы больше не можем, – прервал паузу Чак.

– Чува-а-ак, – запрокинув голову назад, протянул Стэн.

Осознание смысла этих слов накрыло его почти сразу. Они уже за ней следили. А раз Чак – Чак! – обратился к нему, простому смертному, за помощью, что-то пошло не так.

– Ты серьёзно? – он повернулся к другу.

– Это правда очень важно, – Чак посмотрел на Стэна. – Я никогда ни о чём тебя не просил.

При виде его глаз Стэну опять стало неприятно. Внутри всё сжалось. Странное чувство. А сам взгляд был почти преступлением.

В эту секунду мимо них пробежал тот рыжий пёс, а за ним – его хозяин.

– Верни, кому сказал! – кричал тот четвероногому

Они принесли с собой внезапный поток ветра. Пепел, накопившийся на кончике сигареты, о которой Стэн совсем забыл, разлетелся в разные стороны. Он раздражённо фыркнул и красноречиво посмотрел им вслед. Стряхнул остатки, сделал короткую затяжку и снова обратился к Чаку.

– Включить кота из «Шрека»? Такой твой план?

– Чего? – Чак непонимающе склонил голову набок.

Стэн закатил глаза. Порой он забывал, что это дедуля, хоть с виду и не скажешь. И не самый простой. Куда ему снисходить до шедевров современной поп-культуры?

– Говорю, нечего так смотреть.

– Никто не знает об этом, – как ни в чём не бывало продолжил Чак. – И не должен – могут быть последствия.

– Кто о чём не знает? О слежке? Какие последствия?

Стэн, наверное, уже понимал, что вот-вот согласится. Придётся. Очевидное отсутствие выбора и чувство того, что что-то со всем этим было не так, выводили его из себя.

Чак тяжело вздохнул.

– Что за хрень вообще творится? – затараторил Стэн. – Во что ты меня втягиваешь?

– Я потом тебе всё объясню. Обещаю.

Искренность в его взгляде подкупала. За ней скрывалось что-то ещё, но Стэн не успел это уловить. Выражение лица Чака изменилось. Он нахмурился, смотрел сквозь. Стэн вздохнул, сделал ещё одну затяжку и выпустил дым перед собой. Он привык к тому, что Чак иногда в процессе разговора мог выпасть из реальности, ведя мысленные беседы с тем, кто «вызывал» его с другой стороны телепатического провода. Понадобилось несколько секунд, чтобы он пришёл в себя.

– С возвращением, – Стэн саркастично заулыбался.

Чак проигнорировал его слова и встал с места. Его лицо помрачнело.

– Эта девочка нуждается в защите. В постоянной. Всё очень серьёзно, Стэн.

– Эй, куда ты? Нет!

– Мне пора.

– У меня работа! Эй! Я ещё ничего не сказал!

– У тебя есть целых два помощника, – разведя руками, ответил тот.

– Чак...

– Всё, мне пора.

– Я не нанимался нянькой, ясно?

Эти слова ушли в пустоту. Чак по своему обыкновению просто исчез. Стэн оторопел. Не потому что удивился, а потому что это был первый раз, когда Чак сделал это на людях. Внутри всё сжалось в мольбе, чтобы никто этого не заметил. Стэн осторожно огляделся по сторонам. Все вокруг так же были заняты своими делами. Наверное, дуэт пса с хозяином привлекали больше внимания, чем человек, испарившийся у всех на глазах.

Стэн тяжело и шумно вздохнул и сразу же выругался себе под нос:

– Хитрожопый говнюк.

Саундтреки:

Blue in Tokio – Born in the North

Barns Courtney – Rather die

Apparat – Goodbye

polnalubvi – Сердце

Chord Overstreet – Hold on

забей, лерочка – каждый, кто сделал тебе больно, покойник

grandson – Oh No!!!