I
В глуши средь белых сосен,
Где в тишине своей таясь,
Стучит по камню своей тростью
Колдун, своей судьбе клонясь.
Седые волосы ослабли,
А руки стали тяжелеть:
«Не наступай на мои грабли,
Мой сын, моя родная деть».
Сильнейший маг прикрыл глаза,
В последний вздох закинул бóшку,
Его худая нагота
Сложилась в плотную гармошку.
Теперь остался сын один,
И бремя мага не под стать,
Он стал колдун своих лощин,
И будет честь им отдавать.
***
Прошло пол века со с тех пор,
И внятно знают все вокруг,
Что в глубине высоких гор
Живет сильнейший лесной дух.
Он знает магию отца,
И знает, что когда-нибудь
Родит и своего мальца,
Отдав земле худую грудь.
Не плакать, не любить он может,
Глаза черствы и сердце в лед.
Но что же мага сильно гложет?
Кому себя он бережёт?
Но будет буря, будет дождь,
И тогда придет на гóру,
Не скрывая любовную дрожь,
Он увидит свою Аврóру.
***
Обещанная солнцу и вояке,
Рожденная в стоячей синеве,
Сопящая в дремучем полумраке,
В высокой и покладистой траве.
Златые кудри светлой головы
Лежали на хрусталиках-плечах
Глаза как две холодные луны
Ночами умываются в слезах
Принцесса ненавидела насилие
Но как же подло обошлась судьба
Носить всю жизнь себе фамилию
Жестокого и властного врага
Но все закружится как чертов поршень,
И Бог так ангельски жесток.
Чем ближе судный день, тем больше
Желание упасть в холодный гроб.
***
Вояка примеряет свои брюки,
Зализывая в бошку сальный волос.
Отдать всего себя своей супруге?
Избавьте, ведь он холост.
«Ты женишься на молодой Авроре»-
В сердцах кричал отец, брызжа слюной.
Жениться? Бросьте, брак-есть горе!
Люблю войну, вино, покой.
Но слово воина против волюшки отца?
Да разве есть в нем столько дерзости и силы?
«Хлебни-ка ты сынок винца
И рой тогда себе могилу».
И чешется внутри от злобы сердце,
Дыхание сбивается от стона.
Сжимает больно тоненькое тельце,
Кричит несчастно бедная Аврора.
***
Колдун который день не видел солнца,
Болезненно пьет воду из реки,
И гладя верного ему питомца,
Он ждет свою Аврору вопреки.
Он знает о женитьбе и о детях,
Он знает, что рождаются кадавры,
И каждый раз ей шлет таинственный букетик,
При этом радостно танцуя ей макабры.
Он спутывает нить в тугой клубок,
Жжет письма, ковыряя краску.
Но есть ли в этих нитках толк?
Жесток сердечно и не в меру ласков.
В попытках оправдать всю злость во благо
Освободить любимую от цепи на груди
Он ненавидит яростно вояку
Шипит себе неистово: «терпи!»
***
И снова впрок в три гробика наплакав,
Не горевать себе пообещала,
Аврора мчалась вдаль среди оврагов,
Так, будто много раз их навещала.
Стирались ноги в кровь, горело сердце,
Но впереди виднелся каменистый лес,
С туманным разумом и будто без усердий
Достигла дорогих для сердца мест.
И вот пред ней восстал громадный,
Как будто нарисованный портрет
Колдун, и как бы не было банально,
Светился он, как самый теплый свет.
«Я ждал тебя, Аврора, очень долго»-
Сказал колдун и руку протянув,
Он с нежностью и до упора
Открыл принцессе все глубины чувств.
***
Шагами мерил комнату пустую
Вояка с грохотом ронялся на пол,
Жена умчалась в каменность густую,
Давно ведь надо было ее на кол.
Рекурсия дорог - из века в век,
На пустырях, сражаясь за медаль,
Он стал на половину человек,
На половину окровавленная сталь.
Рассужена и суждена вчерашне,
И не способная родить ему детей,
Повесить бы ее в трухлявой башне-
Так прок хоть будет, будет веселей.
Он ненавидел ее взгляд, как дикий,
Но втайне думал лишь о ней и как?
Ну как такой вояка вольный, сильный
Растаял в ее маленьких руках?
***
"Истомилась ты, догорела"-
Нежно гладит ее по плечу,
От чего же так сильно ревела?
Будто отдана жизнь палачу.
"Стала плоть-порошок, да зола"-
Говорил ей колдун перед сном,
Ее сердце, нутро, голова
Все шептали, что здесь ее дом.
"Я любую прощу вам ошибку,
Не дрожи, говорливость простит",-
Лишь бы видеть Авроры улыбку,
Показать, как он ей дорожит.
"Оставайся со мной, хоть навечно,
Ты найдешь во мне жизнь и покой,
Ты ведь знаешь, что жизнь скоротечна,
Так останься, останься со мной!"
***
В мягком запахе ночь-тубероза
Схоронила Авроры слова:
"Будь моим, коли это возможно,
Эту вечность, пока я жива".
Отпустило тревожное сердце,
Стали мысли чисты, как вода
Полюбилось ей быть с чужеземцем,
Незнакомо ей чувство стыда.
И ведь сколько ночей было соткано
Из мучений Авроры и слёз,
Даже лира веселыми нотками
Не избавит от потужных грёз.
Нужно спрятаться, да половчее-
Ненавистный вояка в пути,
Будь к принцессе он, кроху, нежнее-
Не решила б Аврора уйти.
***
Ковыляя стальными ступня́ми,
Вытирая со лба свой секрет,
Кровожадный вояка устáми
Проклинал свой семейный обет:
"Чтобы я по горам и по скалам,
Унижался, как слабый примат,
Да я ей за такие забавы
Сотворю быстро шах, быстро мат!"
Как посмел он холодное сердце
Отогреть для преступной Иуды?
Сколько было любовных усердий,
Сколько было разбитой посуды!
Становился и камнем на землю,
Он увидел ее вдалеке-
Ее кудри златой мягкой медью
Мирно замерли в хрупком плече.
***