4 глава
Двое следователей стояли над бездыханным телом, пока криминалисты склонились над жуткой находкой. **голая девушка**, подвешенная за шею на толстой ветке, безвольно раскачивалась в предрассветном ветерке. Ее черные волосы, еще недавно, наверное, шелковистые и живые, теперь слипались от крови и росы. На бледной коже выделялись **две рваные раны** – одна под ребрами, вторая прямо в сердце. **Аккуратные, точные**. Не хаос, а ритуал.
— **Вась, ты вообще башкой думаешь?!** — прошипел Александр, сжимая переносицу. Глаза его горели от бессонницы и ярости. — **Из Москвы следователя шлют! Ты понял, да? Значит, сверху уверены – убийства повторятся!**
Вася, лениво прикуривая, лишь хмыкнул:
— **Да ну, Саш, ну чё ты раздул… Видно же – самоубийство.**
— **ТЫ ЧЁ, ВАСЬ, ВООБЩЕ БЕЗ МОЗГОВ?!** — рявкнул Александр, так что криминалисты вздрогнули. — **ОНА СЕБЕ В СЕРДЦЕ НОЖ ВГОНЯЛА, А ПОТОМ, БЛЯТЬ, ВЗЯЛА И ПОВЕСИЛАСЬ, ДА?!**
Гнев клокотал в нем не только из-за абсурдности заявления Васи. **Шесть утра. Выходной. Жена опять орет, что он вечно пропадает.** А теперь вот это – **голая повешенная девушка с ножевыми**, и Москва уже в курсе.
**Значит, будет еще.**
— **Да ладно, Саш,** — вздохнул Василий, затягиваясь сигаретой до хруста. — **Щас езжай домой, я сам встречу этого московского «гения». Ты вечером в участок загляни – разберёмся.**
Он кивнул патологоанатомам: **— Упаковывайте тело.**
Александр даже не стал спорить. Просто развернулся и побрёл к машине, волоча за собой тень усталости. **— Видимо, опять без выходных…** — прошептал он, захлопывая дверь.
И это было **хуже, чем нож в сердце**.