4. Hundred Broken Hearts
Запись в дневнике, 24 сентября 2023 года
«Метка на руке не даёт мне покоя, она ведёт меня куда-то, но я не понимаю куда. Чем больше я пытаюсь забыть, тем сильнее она напоминает о себе — как огонь, что всегда горит, даже если я его не вижу.»
***
На минувших выходных мне всё-таки удалось получить разрешение покинуть территорию школы. Я направилась в церковь, хотя этот поход не был чем-то особенным, но для меня — это был необходимый шаг. В тишине храма я освятила воду, взяв её совсем немного, чтобы не привлекать лишнее внимание. Я решила, что теперь буду носить бутылёк с собой, и знала, что это станет напоминанием — я не просто ученица этой школы. В моих руках была сила, с которой мне придётся научиться бороться, или же взять её под контроль.
***
Утро прошло как обычно. Вышла из общежития, направляясь к своему классу, и по дороге встретила пару знакомых лиц. Сегодня я пришла достаточно поздно и почти все ученики уже собрались. Я села на своё место, как всегда, обдумывая что-то. События последних дней не отпускали.
Пока я листала ленту соцсетей, ожидая начало урока, кто-то подошёл и встал прям перед моей партой. Это был Рики Нишимура, который держал в руке коробочку с шоколадным молоком.
— Эм, извини за тот инцидент, — слегка смущённо начал парень, — Я тогда даже не помог. Сейчас всё в порядке? Вот, это тебе, — он протянул мне молоко.
Я хотела кое-что проверить, и сейчас, наверное, был лучший момент. Я взяла упаковку, положив свою ладонь поверх его. Холодное ощущение пробежало по моим пальцам, и я на секунду застыла. Он почти сразу же отдёрнул руку, как будто осознал, что что-то не так. Слишком быстрая реакция.
Неужели я всё-таки не ошибаюсь? Почему его рука была настолько холодной? Это тоже могло быть просто случайностью, но всё в нём — от его странного поведения до этого касания — заставляло сомневаться.
— Всё в порядке, — ответила я, пытаясь сгладить неловкость и спрятать свои мысли, — Просто будь осторожнее в следующий раз.
Рики слегка покраснел и отступил, а я ощущала, как внутри растёт подозрение к его персоне. Он точно что-то скрывает. И я, похоже, теперь не всегда могу доверять метке.
Неожиданно я почувствовала взгляд. Я повернула голову и увидела Чонвона. Его глаза были тёмными, почти скрытыми, но я ясно увидела, что он наблюдал за мной. Он просто бесцеремонно продолжал смотреть, я, почувствовав себя неуютно, оторвала взгляд, стараясь скрыть волнение.
После урока мне захотелось чем-нибудь перекусить. Я шла к автомату с разными снеками, который находился на первом этаже. Удивительно, но там на пуфике, в самом конце коридора сидел Хисын, с угрюмым выражением лица, погружённый в чтение какой-то книги. Он заметил меня почти сразу, подняв взгляд. Ничего не сказал, просто кивнула, и я решила пройти мимо. Но что-то остановило меня, и я, не совсем понимая почему, остановилась перед ним.
— Что-то случилось? — произнёс он, слегка подняв бровь.
Я пожалела, что остановилась, так как не особо хотела с ним беседовать, но уже было поздно. Просто хотелось немного отвлечься от мыслей. Я попыталась улыбнуться, но как-то не очень убедительно.
— Нет, просто... — произнесла я, оглядывая его, — Ты что, тут один сидишь?
— Угу, — ответил он односложно, — Обычно здесь мало кто проходит, так что у меня есть время насладиться одиночеством.
Я покачала головой, снова чувствуя, как тяжело с ним разговаривать.
— Ты сегодня выглядишь не так плохо, как обычно, — внезапно продолжил парень.
Мои глаза чуть расширились от неожиданности. Я не сразу поняла, что он сказал, и в этот момент мы оба молчали, в ожидании, пока я осознаю сказанное.
— Что? — выдавила я, с трудом сдерживая смех, — Ты что, пытался сделать комплимент? Или как это понимать?
Он выглядел совершенно спокойным, даже чуть недоумевающим, и продолжал сидеть, не двигаясь:
— Ну да. Просто у меня не так часто получается говорить что-то... хорошее. Я не привык к таким вещам.
Я буквально ощутила, как внутри меня что-то взорвалось. К чему он вообще это сказал. Мне стало немного неловко и я искала правильные слова.
— Ты... это... так сказал, будто мне вообще не стоит выходить на свет, — проговорила я, с вопросительной улыбкой.
Хисын, не моргнув, ответил:
— На самом деле, ты не выглядишь так плохо. Просто я всегда говорю то, что думаю. Так что это, наверное, и есть комплимент.
— Конечно я буду выглядеть лучше, мне уже несколько дней приходиться краситься и замазывать синяк на носу. Но спасибо.
Он изогнул бровь, но на лице мелькнуло что-то вроде лёгкой усмешки. Секунду он посмотрел на меня, потом снова отвёл взгляд, но я заметила, что в его обычной строгости вдруг появилась нотка чего-то мягкого.
— Хорошо красишься, синяка даже не видно, — ответил брюнет, чуть склонив голову.
— Быстро учишься. Ладно, не буду тебя больше мучить. Ты такой... загадочный, — сказала я, поворачиваясь, чтобы уйти, совершенно забыв про снеки.
***
Я шла по коридору, механически поправляя пиджак, и почти не замечала, как блуждают мои мысли. Понедельник, в этот день мне было особенно тяжело сосредоточиться на учёбе. Сдерживая глубокий вдох, я потянула руки в карман пиджака, чтобы поправить складки ткани. Но вместо привычного ощущения трикотажа на пальцах, я наткнулась на что-то иное.
Немного удивлённая, я вытащила руку и обнаружила сложенную записку. Снова. Без особого желания развернула её, но как только прочитала слова, стало немного не по себе.
«Будь осторожнее, не лей крови»
Секунда ушла на осознание того, что это точно не случайность. Мозг застыл, а сердце начало колотиться. Сразу вспомнился тот момент, когда мяч прилетел прямо в лицо, и кровь хлынула с носа. Похоже, кто-то это увидел и запомнил. Может, этот кто-то наблюдал за мной в тот момент.
Я выдохнула, сжав записку в руке, и огляделась по сторонам, словно ожидая, что кто-нибудь прямо сейчас выйдет из-за угла. Но коридор был пуст.
— Потянул же чёрт именно в этот карман подложить, — произнесла я вслух, раздражённо сжимая бутылочку с ранее освящённой водой. Она холодила мою ладонь, и это добавляло ощущение странной тревоги. Почему именно пиджак? Почему именно этот карман? Я буду просто надеяться, что этот человек ни о чём не догадается.
Внезапно ко мне пришла мысль — я снимала этот пиджак в классе. На мгновение вспомнила, как вешала его на спинку стула, а потом снова надела, как раз перед тем, как выйти из класса.
— Интересно однако, — я пробормотала, осознав, что это мог сделать кто-то из моих одноклассников. Ведь никто посторонний в кабинет не заходил.
Был урок литературы. Я уставилась в учебник, но слова перед глазами расплывались, складываясь в бессмысленный набор букв. Мысли упорно возвращались к новой записке и тому, что случилось утром. Кто бы не подложил её, он явно наблюдает за мной. Я оглядела класс. Все были заняты своими делами — кто-то лениво записывал лекцию, а кто-то пялился в телефон под партой. Кто из них мог это написать?
Я сжимала записку в ладони. Очень странное предостережение. Означает ли это, что человек заботится обо мне? Или это угроза?
Сейчас больше всего меня беспокоил Нишимура. Его реакция на кровь, холодная рука, поведение... Я знала, что вампиры не могут поддерживать тепло, но ведь мало ли причин, почему у человека могут быть холодные руки? Может, он просто замёрз? Или у него плохое кровообращение?
Я поджала губы. Нет, мне нужно доказательство получше. Я скользнула взглядом по рукам. Кровь. Желательно много крови. Вот что наверняка выдаст вампира. Им сложно сопротивляться её запаху. По крайней мере, тем, кого я встречала раньше. Если я пролью хоть каплю рядом с ним, я увижу его реакцию. Тогда я точно буду знать.
Моё сердце гулко стукнуло в груди. Это был риск. В записке прямо говорилось мне не делать этого. Но с чего бы мне слушаться какого-то анонимного советчика? Если Рики — человек, он просто спросит, всё ли в порядке. Если он вампир...
Я тяжело вздохнула, сделав вид, что записываю что-то в тетрадь. Мне нужен план.
После урока, когда все начали расходиться по коридору, я подошла к Унчи. Она стояла у своей парты, и кажется не заметила моего приближения. Я подумала, что она точно должна знать кто такой Джиун, которого упоминала погибшая Сонён в своём дневнике.
— Унчи, можно спросить?
Она подняла голову, чуть удивлённо моргнула, но быстро кивнула:
— Конечно.
Я ненадолго задумалась, как лучше сформулировать вопрос, чтобы он не прозвучал подозрительно.
— Ты знаешь некого Джиуна?
Ручка, которой секундой ранее она заполняла неизвестные мне бланки, замерла в её пальцах на полуслове.
— Джиун? — переспросила она, нахмурившись, — Почему ты спрашиваешь?
— Просто любопытно, — я пожала плечами.
Глаза Унчи сузились, и она едва заметно сжала лямку рюкзака.
— Кто тебе о нём рассказал? — в её голосе звучало напряжение, которого я не ожидала. Она что-то подозревает.
— Никто, — я постаралась сделать голос равнодушным, — Просто услышала имя.
— Правда? — она явно мне не поверила. Меня начинало забавлять, что обычный вопрос вызвал у неё такую реакцию. Значит, что-то действительно было.
Унчи всё ещё смотрела на меня с напряжением, будто пыталась понять, насколько я осведомлена. Затем она вздохнула и, немного поколебавшись, сказала:
— Джиун — мой брат близнец. Он учится в параллельном классе.
Я кивнула, делая вид, что это обычная информация.
— Ясно, — пробормотала я.
— Ты у других спрашивала про Пак Сонён? — вдруг спросила староста, внимательно следя за моей реакцией. Вопрос прозвучал так, будто она проверяла меня. Вот оно.
— Сонён? — я подняла бровь, сделав вид, что слышу это имя впервые. Главное уметь во время притвориться дурочкой.
— Просто спросила... Мне нужно идти, — быстро ответила Унчи, словно пожалела, что вообще произнесла это, и ушла, явно не желая продолжать разговор.
Но теперь у меня был новый кусочек пазла. Она прямо не сказала, что её брат и Сонён были знакомы, но то, как она упомянула их в одном разговоре, уже говорило о многом. Поздравляю, Джиа, у тебя на один вопрос из тысячи меньше.
***
Я уже часа полтора сидела в библиотеке, пытаясь написать доклад по истории про Имдинскую войну. Было сложно сосредоточиться. Рики, записки, сплошные загадки... всё смешалось в голове как калейдоскоп. Глаза опустились к стоящей под ногами сумке, и я решила продолжить исследование загадочного дневника.
Я открыла страницу на которой остановилась в прошлый раз. Её текст казался таким простым и прямым, почти успокаивающим. Она писала лишь про счастливые школьные будни. Странное ощущение, будто я вернулась в совсем другой мир — мир, где не было вампиров, убийств и секретов. Поняв, что ничего толкового здесь не прочитаю, я перелистнула куда-то в середину дневника. Поводив глазами по написанному, я наткнулась на запись, которая заставила насторожиться:
«Я узнала, что умирают только переведённые ученики. Теперь всё стало ясно. Я поняла, что значит проклятие, о котором все говорили. Но если это правда... значит, я следующая»
Я нахмурилась, пытаясь осмыслить написанное. Переведённые? Она была переведённой ученицей... Это просто совпадение или в этом действительно что-то есть? Только я хотела начать читать дальше, как услышала шаги позади себя. Я резко закрыла дневник и накрыла руками, как будто скрывая что-то нелегальное. Вдруг услышала голос Сону.
— Приветик, что это там у тебя? — он стоял рядом за спиной, говоря с любопытством в голосе.
— Ничего, — соврала я, пытаясь скрыть нервозность, — Просто старые записи, не важно.
Блондин прищурился и кинул на меня взгляд, полный недоумения.
— Старое? Серьёзно? Ты собираешься скрывать? Ну дай посмотреть, — он улыбался, но было видно, что его интерес только усиливался.
Я почувствовала, как сердце отыгрывало кульбиты. Дневник был у меня в руках, а Сону продолжал на меня смотреть. Не зная, что ответить, я попыталась отвлечь его.
— Это не важно. Просто, ну... не моё, ладно? — я подняла взгляд на его лицо, но он был настойчивым.
— Ладно-ладно, мисс скрытность, не хочешь — не говори. Только вот... я точно видел такой же у Чонвона, — он вбил эти слова в мою голову, словно пистолетный выстрел, — Он таскал его с собой последние две недели.
Меня как током ударило. Чонвон? Он? Я замерла резко затаив дыхание. Это он подкладывал мне записки и, вероятно, этот дневник тоже был его работой. Сону, приметив мою реакцию, наклонился вперёд, как будто разгадывал загадку всей его жизни.
— Ты чего такая странная? — спросил он, немного ухмыляясь, — Это что, правда? Он тебе его дал?
Я хотела вернуть равновесие и улыбнулась, с трудом сдерживая дрожь в голосе.
— Я не знаю о чём ты говоришь.
— Окей-окей, — он поднял руки в знак капитуляции, — Я просто подумал, что может, вы скрываете какой-то школьный роман. Ладно, не буду мешать.
Сону ушёл и я дальше сидела в тишине, ощущая, как мои пальцы крепче сжали дневник. Чонвон... Всё сходиться. Это точно был он. Мне предстояло узнать, зачем он так поступает. И главное, какова его цель.
Голова взрывалась от вопросов. Кто-то должен был мне объяснить, что происходит. Мне нужно было найти Чонвона. Я не знала точно, что именно хочу у него узнать, но одна мысль оставалась в голове: если он связан с записками, с этим дневником, если он подглядывает за мной и следит за каждым шагом, у него точно есть какие-то планы.
Я быстро покинула библиотеку, почти бегом направляясь в коридор. Не знаю, где его искать, и даже не знаю где он обычно находится. В школе учеников почти не было, поэтому я направилась во двор. Удача сегодня была на моей стороне, и обойдя школу я нашла его на заднем дворе. Он выглядел очень умиротворенно и смотрел в небо. Как жаль, что придется помешать его душевному моменту. Встав прямо перед ним, я начала:
— Чонвон, — похоже, он удивился и снял наушники.
— Что-то хотела? — его голос был тихим, с заметной настороженностью.
— Ты... знаешь, что происходит в этой школе? — сразу спросила я, не желая тянуть время.
Он слегка приподнял бровь, но не ответил сразу. Вместо этого его взгляд стал более пристальным.
— Это всё слишком абстрактно. Ты о чём конкретно, — его глаза скользнули по мне, пытаясь понять, что я имею в виду. Я подошла ближе, не давая возможности уйти от ответа.
— Я знаю, что дневник твоих рук дело. Я знаю, что ты оставляешь мне записки. Почему? — мой голос слегка дрогнул, но я пыталась говорить твёрдо.
— Всё-таки поняла. Ты много о чём знаешь, Джиа, — ответил он, едва улыбаясь, — Но не всё, слишком быстро начинаешь задавать вопросы.
Я не выдержала и заговорила быстрее.
— Нет! Ты... что-то скрываешь. Я хочу знать, что ты замышляешь. Зачем ты это всё делаешь? — грудь сжалась. Я чувствовала, как в ней поднимается тяжёлая волна, но не могла остановить её.
— Ты думаешь, всё так просто? Хочешь знать, что происходит? — он чуть прищурился, — Ты не готова.
— Не готова? — повторила я, почти в истерике, — Да я уже с ума схожу от всего этого! Сначала дневник, потом записки, а теперь ты говоришь, что я не готова? К чему? К тому, чтобы узнать правду?
Я стояла рядом с ним, а внутри всё рушилось. Я не могла больше держать это в себе. Всё, что мне хотелось — это понять, почему все эти вещи происходят со мной. Почему я оказалась в этой ситуации. И почему я чувствую, как будто всё вокруг меня — ложь.
У меня больше не было сил стоять, и я села рядом с ним. Всё, что я сейчас могла — это сидеть рядом, закрыв глаза, и пытаться унять боль внутри. Я так устала. По щекам потекли горячие слёзы. Это было неожиданно. Я уже давно не плакала. Попытавшись их сдержать, ничего не получилось. Я опустила взгляд, чувствуя себя слабачкой.
Через несколько минут я почувствовала, как он осторожно кладёт руку мне на плечо. Я не отстранилась, хотя внутри меня что-то протестовало. Его прикосновения были спокойными и нежными. Молча, он пытался что-то сказать без слов.
Я сжала кулаки, ощутила, как всё внутри меня трескается по швам. Эмоции были неуправляемыми.
— Ты не должна всё носить в себе, Джиа, — тихо произнёс он, его голос был мягким, но с тяжёлой правдой, — Тебе не нужно знать все эти ответы, чтобы быть сильной. Ты и так сильная. Просто позволь себе быть слабой.
Его слова затронули что-то глубоко внутри меня, и уже через секунду, слёзы полились более интенсивно. Сдерживать не было сил, да и не хотелось. Присутствие парня было твёрдой основой, на которую я могла немного облокотиться.
— Я не знаю, почему это всё случается со мной, — тихо сказала я, качнув головой, — Не понимаю, почему я не могу быть просто обычной девочкой, с обычными проблемами.
Он не ответил сразу, только вздохнул и потёр шею, смотря в небо, на яркой алый весенний закат. Затем сказал:
— Потому что ты не обычная. И ты это знаешь. Это не должно быть бременем, ты должна гордиться.
Я испытала странную благодарность за его поддержку и тёплые слова, которых мне правда так не хватало.