Голоса
Аэлия сидела на полу, спиной к холодной стене. Комната всё ещё была пуста, но внутри неё раздавалось многоголосие. Не крик, не шум — больше похоже на внутреннюю бурю, в которой каждый голос пытался сказать что-то важное.
— Ты не должна была возвращаться, — прозвучал один, низкий и тяжёлый, будто звук срывался с каменной глыбы.
— Зато ты здесь, — усмехнулся другой, язвительно. — Значит, и я вернулся. Все мы.
Аэлия зажала уши руками, но это не помогло. Они были внутри неё, как кровоток, как пульс.
— Я не понимаю, кто вы, — прошептала она. — Или... кто я?
На секунду наступила тишина. Затем — один голос выделился, спокойный, почти шепчущий:
— Ты — всё это. Мы — это ты.
— Или то, что от тебя осталось, — добавил кто-то резко.
Она поднялась, шатаясь, подошла к зеркалу в прихожей. Отражение было её, но... не до конца. Что-то неуловимое — в глазах, в чертах лица — чужое. Или, наоборот, слишком знакомое, чтобы быть нормальным.
— Я схожу с ума, — прошептала она, но внутри раздался смех. Один, женский. Горький.
— С ума сходят, когда не знают правды. А ты просто возвращаешься.
Аэлия резко обернулась — казалось, что тень в углу комнаты сдвинулась. Та же, что следила за ней из окна. Она не видела лица, только чёрную фигуру, будто вытканную из тумана. И вдруг... исчезла. Словно её и не было.
— Кто это? — спросила она вслух.
— Тот, кто пришёл за нами, — ответили голоса одновременно.
— Он охотник. Он знает, что ты собрала нас. Он хочет, чтобы ты исчезла. Совсем.
Мир закружился. Воздух сгустился, и в груди заныло — как перед бурей.
Аэлия сжала ладони в кулаки.
— Я не исчезну. Я найду остальных. Я соберу себя.
И где-то в глубине её разума один голос прошептал:
— Осталось шесть тел. Шесть теней. Шесть фрагментов.