Глава 6
Проснулась я как никогда рано. Приятный шлейф ночного свидания все ещё преследовал меня. Всю обратную дорогу Хироми держал мою руку в своей и убаюкивающе поглаживал пальцы. Мое молчаливое согласие служило знаком доверия к этому человеку. Ко всему прочему, меня задобрили внушительным пакетом сладостей с нашего неформального свидания, к которым никто из нас даже не притронулся.
Но не обошлось без довольно странных нюансов. Перед отъездом Хиро предупредил меня о том, что поклонником телефонных разговоров и переписок он не является, и горячо поддерживает живое общение. Поэтому писать и звонить ему стоит лишь по делу. Такая новость не очень обрадовала меня и оборвала все мои надежды и мечты соблазнять и дразнить его в письменной форме.
Будучи на работе, я получила от Хиро короткое сообщение с пожеланием удачного дня, и следом предупреждение о его возможном приезде вечером, чему я очень обрадовалась. Полностью согласна с его словами о взаимном притяжении, и даже не стану отрицать мою откровенную симпатию. Я млею как и от его притягательного своенравного «я», так и от привлекательных благородных черт. Но не стоит так быстро попадать под его чары. Как бы красиво и складно он не говорил, все же стоит быть более аккуратной, и, как сказал Хироми Нисида, постепенной.
К моему большому огорчению, в ателье сегодня никто не заходил. Я стараюсь не удивляться такому «потоку» клиентов, так как сезон подходит к концу. Однако смирится с этим тоже не выйдет, поэтому мое настроение стремительно опустилось вниз.
Покачиваясь на рабочем кресле, я бездумно грызла яблоко, уставившись на только законченный костюм. Удлинённый бежевый шерстяной пиджак в голубю шотландскую клетку отлично гармонировал с темно-синими зауженными брюками. Один из тех заказов, когда вы с клиентом на одной волне и понимаете мысли друг друга с полуслова.
Любимый и многообещающий звонок китайского колокольчика привёл меня в чувства. Я подскочила с кресла и поспешила к пришедшему гостю.
- А, доставка, - раздосадовано пробубнела я.
- Рея Аддерли, верно? - Невысокий парень двадцати лет небрежно держал в руке огромный букет полевых ромашек. Я сразу же подумала о Хироми и его крайне подозрительному проявлению заботы.
- Да, это я. - Моя довольная, исколотая иголками рука быстро черканула подпись на протянутой парнем планшетке.
Проводив взглядом курьера, я принялась нетерпеливо искать записку между тысячи белых лепестков, и наткнулась на крошечную открытку в виде красного сердца.
- Черт меня за язык дёрнул, что ли? - Разочаровано цыкнув, я запихнула отнюдь не желанный кусок бумаги обратно в ромашки, казавшиеся теперь самыми обычными полевыми цветами, безрадостными и напрасно срезанными.
Над подписью Остина, небрежным почерком, белой, немного смазанной ручкой, было написано следующее:
«Не забудь про своё обещание. Заеду за тобой к девяти»
Как же это некстати. Я отчётливо понимала, что Остин будет стоять на своём, пытаться добиться меня, заполучить мое внимание. Но он ещё не знает о Хироми. Сказать ему об этом - значит подтвердить свою ложь и низко пасть в его глазах. Совсем недавно я огорчённо твердила ему о том, как болит моя душа, поэтому о новых отношениях речи и быть не может.
Нет, я не должна чувствовать себя виноватой ни перед кем. Остин всего-навсего мой арендодатель, которому я исправно плачу каждый месяц. Да, он оказал мне помощь в самом начале, и настаивал на ее безвозмездности. Тогда почему я должна волноваться сейчас о том, как подумает обо мне человек, который, откровенно говоря, часто нарушал мои просьбы о дистанции, и при этом ни разу не был мною осуждён? Я всегда четко оговаривала свои позиции и желания, и вопросов с его стороны особо не возникало.
Но все же я решила позвонить ему и предупредить, чтобы он не заезжал за мной из-за неожиданно возникших планов. Остин с пониманием отнесся к моей очередной лжи и назвал мне адрес ресторана.
Вероятность того, что Хиро выполнит своё утреннее обещание и приедет, была все ещё велика. Больше всего я не хотела находится между их напряжённых тел, излучающих чистокровный мужской дух соперничества.
Ближе к восьми от Хиро пришло сообщение о том, что он задержится, и, вероятнее всего, будет к половине девятого. Отличная новость. Он будет в полном восторге, когда услышит о незначительной просьбе подвезти девушку, к которой он далеко неравнодушен, на свидание с другим мужчиной. Иногда я задаюсь вопросом, а стоило ли мне прощаться со старым и привычным устройством жизни, где спокойствие и неизменный комфорт действенно оберегали меня от подобных всплесков и встрясок?
***
Ожидая на чёрных мраморных ступенях ателье моего пока-ещё-в-хорошем-расположении-духа шофёра, я вдумчиво перебирала свисающие крестики серебряной цепочки на запястье, повсеместно организовывая встревоженные мысли:
Первое. Для поддержания Хироми в тонусе, я сочла подобную ситуацию весьма полезной. Никаких извинений ни перед ним, ни перед Остином не должны прозвучать из моих уст.
Второе. Объясниться все же придётся. А именно расставить все точки над «и» без недопониманий и разбитых сердец.
Третье. Хиро должен увидеть во мне стойкую и не безнравственную личность, в полной мере владеющей своей свободой и желаниями.
И, наконец, четвертое. Остин обязан осознать невозможность фамильярного поведения со мной, навсегда прекратить свои попытки перейти мои личные границы и наладить исключительно профессионально-дружественный контакт.
Наводя мысленный порядок, я совсем не заметила, как к ателье подъехало уже знакомое мне авто. Хиро был явно в чудесном расположении духа, а завидев меня, одиноко сидящую на холодном безжизненном камне, ускорил свой шаг чуть ли не до бега.
- Ну здравствуй, моя прелесть, - его тёплая рука приветственно коснулась моего подбородка, но все же в этом простом жесте чувствовалось огромное желание совершить нечто большее и не такое короткое.
- Рада видеть тебя.
- Ты выглядишь встревожено. С тобой все в порядке? - В бежевых льняных брюках, Хиро не побоялся сесть рядом со мной. Расслаблено вытянув ноги вперёд, он со вздохами размял шею.
- Конечно, просто устала. Как и ты, не так ли? - Решено. Поставлю его перед фактом по приезде.
- Ещё как, Рея. - Хиро устало выдохнул. - Освободился минут двадцать назад, и сразу к тебе. Я скучал. - Тело пронзило приятной истомой, когда кончик его носа уткнулся мне в висок.
- Мне нужно, чтобы ты отвёз меня кое-куда. - Развязка близилась к финалу.
- Куда скажешь, Рея. - Он заметно взбодрился и повеселел. К сожалению, менее, чем через час, от этих эмоций не останется и следа.
***
Авто остановилось в десяти метрах от ресторана «Пиза».
- Спасибо, что подвёз меня. А вот и твоя благодарность за роль чудесного шофёра, - обхватив ладонью его точёное лицо, я подарила ему мягкий поцелуй в твердую, слегка напряженную скулу.
- Ты сейчас о чем? - Хиро раздраженно насупил брови. Кожаная обивка руля терпко заскрипела от сжатых, яростно побелевших костяшек.
- У меня здесь встреча с моим арендодателем. Вон там, - я с полным спокойствием кивнула в сторону милого итальянского ресторанчика, где меня уже ожидал довольный своей напористостью Остин.
- Какого черта, Рея? Уставший, я мчался к тебе на всех порах, а ты попросила подбросить тебя на романтический ужин? - Под его скулами яростно взыграли желваки.
- Это деловая встреча, первая и последняя. - Брошенные слова утешения даже не долетели до него. Просто шмякнулись под ноги и прилипли к подошвам. Меньше всего я хотела оправдываться.
- В одном из самых дорогих заведений города? - Неестественно тихий, зловещий голос предвещал беду.
- Хиро, мне пора. Я опаздываю, - открыв дверцу авто, я попыталась поскорее покинуть сердце разраставшейся бури, но его цепкие пальцы острым, пронизывающим до дрожжи холодом легли мне на колено.
- Конечно, ты можешь идти, - все так же спокойно продолжал он. Его голова медленно опустилась на спинку сиденья, а затем небрежно повернулась ко мне. Безучастный, глубокого проникающий взгляд прямо-таки кричал поскорее убираться прочь. - Только учти, Рея. После этого я вряд ли захочу снова видеться с тобой.
- Я всего лишь позволила себе чуточку больше, Хироми. Не ты ли показал мне, какого это? Манипулировать и играть людьми, словно плохо налаженными струнами?
Все-таки покинув авто, я нарочито громко хлопнула дверью, от чего тонированные стёкла раздраженно задребезжали. Через долю секунды двигатель оглушительно заревел, словно перенимая весь гнев Хиро на себя, и машина с яростным визгом тронулась с места.
Неужели он думал, что его разнузданное поведение, все эти манипулятивные действия, можно так спокойно оправдать и забыть после чудесно продуманного свидания?
Я не хочу его надолго потерять из виду, но побыть несколько дней в изоляции друг от друга, обдумав некоторые спорные вещи, нам не помешает.
***
- Остин, рада видеть, - я протянула ему руку в знак приветствия и села напротив.
Интерьер ресторана не просто намекал о своём статусе претенциозной обстановкой, он буквально слепил золотыми тонами роскоши итальянского барокко в каждой детали, вплоть до тематически разодетых официантов в пастельно-розовых бархатных жилетах и высоко посаженных брюках.
Особое внимание привлекало сложное архитектурное решение: выбеленные своды ресторана украшали божественные фрески, изображающие нагих, идеально сложённых ангелов, находящихся так близко друг к другу, но не прикасающихся даже кончиками своих белоснежных перьев, навеки застывшие в мягких облаках.
Атмосфера вычурных излишеств давила на меня. Я предложила перейти на летнюю террасу, но Остин был в восторге от этого места и не хотел вдыхать пыльный воздух проезжей части.
Сделав первый глоток сухого кислого шампанского, я невольно сравнила этот ужин с двумя предыдущими встречами с Хиро: нашу уютную ругань под желтыми лампочками накаливания и волнительную тряску в прицепе с приторным детским шампанским. И ужасно пожалела, что предпочла этого поверхностного надоеду хотя бы молчанию рядом с ним. Тем, кому я сегодня безжалостно расцарапала сердце.
- О чем же ты хотел поговорить со мной? - Я подперла подбородок той самой рукой-терзающей-сердца и безразлично уставилась на Остина. Сегодня он превзошёл самого себя: чёрный смокинг с шалевыми атласными лацканами, белая рубашка, расстегнутая на две верхних пуговицы, и стильно свисающая по сторонам бабочка-самовяз. Мой же видок говорил лишь о том, что я сегодня много и упорно работала: уставшее лицо, несвежая прическа и крайне удрученное настроение. Ситуацию в целом спасало мое творение, чудесный твидовый черно-белый костюм, состоящий из укорочённого жакета с мужского плеча и прикрывающих обувь палаццо.
- Рея, - заметно нервничая, начал он, - я думаю, ты прекрасно знаешь о моем отношении к тебе. Я всегда проявлял искреннюю заботу. Старался делать все, лишь бы ты обратила на меня внимание. И сейчас, когда ты свободна... Нет, не думай, что я не понимаю твое состояние! - Он запнулся и промочил горло жадным глотком воды. - И сейчас я хочу прямо признаться тебе в чувствах. Я люблю тебя, Рея. Полюбил ещё с самого первого дня.
Езус, Мария и Йозеф. Этого ещё не хватало. От волнения бедняга побледнел до болезненной желтизны, а его нижняя губа неприятно подрагивала. Нужно как можно скорее объяснить ему, как все это выглядит с моей стороны, пока он не додумался встать на одно колено и окончательно поставить меня в неловкое положение.
- Остин, твоя забота всегда подкупала меня. Я глубоко уважаю тебя как хорошего, доброго, умного человека, способного на многое ради тех, кто тебе дорог. Ты мой единственный, во многом незаменимый друг. И я дорожу нашими отношениями. Прежде всего дружескими, а потом деловыми.
- Господи, Рея. Почему ты так жестока ко мне? - Всем своим несчастным видом Остин показывал, как я унизила и растоптала его.
- Не могу понять одного. Я всегда, каждый раз, когда ты пытался выйти за очерченные мною границы, и, позволь напомнить, одобренные тобою лично, останавливала тебя и доступных языком, прямо, без обиняков, говорила о том, что у нас с тобой ничего не выйдет. Но ты все равно продолжал добиваться меня. - Я протянула свою руку над столом и дружественно сжала его дрожащие пальцы. - Я чувствую к тебе лишь благодарность и уважение. И не хочу портить наши отношения темой, которую давно пора закрыть. Предлагаю забыть этот разговор и продолжить общение на тех условиях, о которых мы когда-то условились.
- Это все из-за того парня, да? - Остин отчаянно пытался разглядеть в моих глазах какой-то подвох. Он не мог принять тот факт, что я ему отказала.
Но я лишь молча опустила взгляд.
- Я тебя понял, - разбитое-сердце-номер-два разочарованно выдернул свою руку.
- Пожалуй, мне лучше уйти. - Я торопливо встала из-за стола и направилась к выходу.
Оказавшись на улице, я жадно сделала первый глоток свободы, которую получила после тяжёлого разговора с Остином. Эта неопределённость всегда тяготила меня, но с появлением Хиро она только усилилась. Случившаяся беседа была лишь вопросом времени.
Фланируя вечерним городом, я впервые насладилась чувством одиночества. Мне не хотелось упиваться горем, вливать в себя крепкий алкоголь до беспамятства. Любимые ушные антибиотики ласково переливали по ушной раковине расслабляющий эмбиент, бережно утрамбовывая все пережитые эмоции сегодняшнего дня.
Моя пустота постепенно заполнялась. Когда-то я думала, что вся ее суть состоит лишь в счастье, позитивных моментах и искренней любви. Но это не так. Ее наполнение разнообразно и нетипично: одинокие прогулки по вечерам, приносящие радость и умиротворение; принятые непростые решения, за которыми непременно следует облегчение; новые встречи и знакомства, особенно когда ты позволяешь станцевать чечётку на своём сердце и после оставить приятный беспорядок, убирая который непременно улыбнёшься; и, наконец, нежданный Хироми Нисида, с которым мне так нравится играть в кошки-мышки, где я - вечно убегающая, нарочно дразнящая вертлявая мышь, а он - хитрый ласковый кот, постоянно пытающийся всеми изощрёнными способами поймать меня, овладеть мною и больше никогда не отпускать.