Горы черепов между нами
Леона стояла на пороге жуткого манора, теперь — своего нового дома. Настороженно оглядевшись по сторонам, она наконец-таки открыла дверь, и ей в объятья прыгнул серый клуб пыли. Внутри: зал, камин, чёрная мебель и адский холод. Ничего необычного. Здешняя архитектура не ограничивалась одним только направлением, но и беспорядочной безвкусицей это назвать было сложно.
Лео подошла к камину и вытащила из кармана зиппо. Здесь стояли чрезмерно аккуратные стопки почти сухой бумаги и дров. Она достала самокрутку и закурила.
Через несколько минут в камине уже полыхало яркое пламя. Леона затушила папиросу о мраморную плиту и пошла осматривать свои новые владения.
На первом этаже располагался огромный пыльный зал с одиноким камином и эклектичной мебелью, далее — кухня, ванная и что-то по типу подсобки запертой на ключ.
Поднявшись на этаж выше, Леона оказалась среди спален и одной особенно выделяющейся комнаты, которая тут же развеяла все сомнения по поводу того, что Люция жила здесь не одна. Огромный стол у окна, невысокие стеллажи и бумажный беспорядок построили этот кабинет, а чудные ещё живые растения и плакаты на стенах с изображениями анатомических структур человеческого тела давали понять, что здесь обосновался однажды некто очень образованный.
Побродив ещё, девушка наткнулась на последнюю комнату — просторный будуар с большой кроватью, туалетным столиком и открытой террасой. У Лео в голове всё никак не укладывался тот факт, что в этом чудном поместье когда-либо могла бродить тёмная сущность её матери. И почему именно Леона стоит сейчас здесь с бумагами в кармане? И что случилось с владельцем того самого кабинета?
Вскоре, сумерки подкрались к окнам.
Последний и, пожалуй, единственный живой помещик манора готовился ко сну, ожидая встретить самую тревожную ночь.
Лео обосновалась в небольшой комнатке с приятными темно-синими обоями и разукрашенным под звёздное небо потолком.
Сон пришёл к ней быстро, но так же быстро и рассеялся где-то извне. Девушка резко открыла глаза, перевернулась на спину и уставилась в потолок. Близ кровати что-то зашуршало и уселось на покрывало, присоединившись к Леоне в мире живых. Девушка тут же подскочила и приготовилась к обороне тела, как от увиденного у неё чуть не разорвалось сердце. На кровати, прямо у её ног, сидела Люция. Она просто сидела с невозмутимым видом в голубоватой дымке, которая отделяла её от окружающего мрака. Ни запаха, ни эктоплазмы при себе она не имела, но это было нечто явно не физическое. Женщина в длинном платье однородного с ней цвета наблюдала Леону, как та с нескрываемым ужасом таращиться на неё.
— Привет, — просто сказал призрак.
Лео не припоминала ни в одном справочнике главу про общение с призраками, поэтому просто выдавила из себя такое же аскетичное:
— Привет.
— Ты помнишь меня, Леона?
— Такое не забудешь.
Возникла небольшая заминка, которая смутила обеих.
— Чего тебе? — собравшись, наконец, нормально заговорила девушка. — Неймется?
— Это удивительно, что ты можешь видеть меня, знаешь, — по мимике и жестам женщины несложно было определить, как ей сейчас неловко. — Я пришла извинится... Мне правда жаль, что ты столького не понимаешь, но я могу всё объяснить...
— Лучше объясни где ты была последние восемь лет. Как ты узнала где я живу? И живу ли вообще?
— Лео, я искала тебя повсюду! — женщина повысила голос, но все попытки достучатся до разума дочери она уже сейчас видела тщетными.
— Я ничего не знала и узнать мне было неоткуда, но надежда умирает там, где начинаются реальные факты. Я отдала тебе всё, что у меня было, а ты — решай сама.
— Что это значит? — Леона недоверчиво скрестила руки на груди. — И, насколько мне известно, это всё не могло принадлежать одной только тебе. Где реальный владелец этого дома, имущества? Что ты с ним сделала?!
— Ничего, — просто сказала Люция. — Я любила этого человека, потому что он дал мне второй шанс, — её реплика оборвалась так, будто она о чём-то задумалась. — При желании, а оно у тебя есть колоссальное, ты всё сама сможешь узнать. Я только пришла сказать... Направить тебя, так сказать, остерегаться.
— Чего остерегаться? Злых родственников?
— Возможно, — предположила Люция. — Я не знаю. Я не помню как умерла, потому как ты видишь, что виной всему не старость, — она многозначно посмотрела на Леону, и девушка поняла, что мать имела в виду собственное убийство.
Память накрыла пелена смутных событий. Злость от обиды не знает пощады. И Леона продемонстрировала это всем своим существованием. Но сейчас было не лучшее время раскисать в прошлом, а убрать все косяки вовремя, чтобы не напороться на них в будущем.
За окном светало.
— Мне пора, — женщина поднялась, глядя в окно. — Найди моего убийцу, Лео. Потому что если он до сих пор ходит, ты, с вероятностью в девяносто один процент, можешь попасть под его адски горячую руку.
— Даже если и так, ты умерла не вчера, — сказала девушка. — Психа давно выловили и заперли, я уверена.
— А я... Так не думаю, — призрак Люции начал постепенно исчезать. — И ещё, Леона, — она склонилась над дочкой и прошептала ей: — Найди, пожалуйста, моё тело. Оно рядом, я чувствую. Оно где-то здесь, — фигура женщины полностью растворилась в пространстве, оставив Леону наедине с собой.