ПРОЛОГ
К седьмому часу жара отпустила Крым. Душные оковы колеблющегося воздуха разжали свою хватку. Палящее солнце скрылось за кучерявыми облаками. Небольшой городок на берегу Черного моря выдохнул и с наслаждением окунулся в спасительную прохладу. Зеленая мошкара вылезла из под камней и начала заполнять собой воздух. Комары и стрекозы разлетелись из камышовых зарослей – каждый за своей добычей. Внизу, в стеблистой воде, заизвивались хвостики водяных ужиков. Деловитые пауки забегали по узорчатым сетям – кому чинить порванную паутину, кому обрабатывать вечерний обед.
В окнах седьмого дома по Нагатинской улице горел свет. На кухне, силуэт женщины колдовал что-то над плитой. Две синицы пихались на крыльце, пытаясь вырвать друг у друга из клювов мертвого майского жука.
Входная дверь распахнулась, заставив синиц испуганно вспорхнуть прочь. На крыльце появилась девочка, лет четырнадцати, в ярком платье, расшитом тропическими цветами. Ее белые волосы были аккуратно расчесаны, собраны в два тугих хвостика и бережно перетянуты разноцветными резинками. Звали девочку Криста.
Насвистывая себе под нос какую-то веселую песенку, Криста вприпрыжку побежала к пляжу. К их пляжу.
Пляж находился совсем рядом, в двух шагах от дома. Надо было лишь перейти улицу, и просочиться по узкой тропинке между двумя густыми кустами. Девочка уже и не помнила, сколько раз проделывала этот путь раньше.
За кустами расстилалась безбрежная гладь Черного моря. Отсюда уже было слышно шипение волн, накатывавших на песчаный берег. Одна за другой. Иногда, в особо ветреные ночи, шум моря долетал до спальни.
Сейчас пляж был пуст. Только одинокая черная фигурка слонялась туда-сюда в отдалении, у груды огромных камней.
Сложив ладони рупором, Криста закричала на все побережье:
- Ноооораааа! Еееесть!
Фигурка на мгновение вскинула крохотное лицо и тут же опустила его вниз.
«Вот вредная! Не хочет разговаривать.»
Хватаясь за выступы, Криста стала спускаться. Руки девочки то и дело соскальзывали, но упасть она не боялась. Обрыв был неопасен. Однажды, Криста свалилась с него, но ни капельки не ударилась. Только колени поцарапала о выступающие камни.
- Нора! Ты что опять в свою дурацкую игру играешь?
Весь пляж был расчерчен чем-то наподобие карты. Справа тянулись ряды палочных деревьев, перемешивающихся с улыбающимися рожицами. Центр карты рассекали три широкие реки, с островами и мостами. Повсюду точками стояли города с подписями. А у груды камней стояла Нора.
Норе, младшей сестре Кристы, было девять. Ее черные короткие волосы лежали в легком беспорядке, простое черное платье слегка шевелилось на ветру. Держа в одной руке палку, а в другой – раскрытую книжку, она ходила по карте туда-сюда, мелкими усталыми шажками, ставя стопы вплотную друг к другу. Стираемые босыми ногами рисунки, она тут же тщательно восстанавливала за собой палочкой.
Криста подошла к карте и остановилась рядом со снятыми сандалиями сестры.
- Нора. Мама же запрещала тебе в это играть. Ты что забыла, как чуть не утонула.
- Я не виновата – тихо сказала Нора, поворачиваясь вокруг своей оси и что-то считая. – Буквы попадались плохие. Пришлось все дальше и дальше уходить в море. Не выдавай меня маме, пожалуйста. Я не хочу, чтобы она меня ругала.
- Не бойся, не выдам – Криста присела на корточки, с интересом разглядывая линии на песке. – И сколько ты это все рисовала?
- Час.
- Час?! Надо же – столько времени убить на ерунду – фыркнула Криста, но в голосе ее послышалось уважение.
Нора развернулась, и снова отошла к камням. Облокотившись на самый большой, она тяжело вздохнула.
- Это нечестно. Почему большинство букв ведет направо. Я почти всегда упираюсь в Олимпийские Горы. Так неинтересно играть.
- Не понимаю о чем ты. Можешь объяснить правила?
Нора посмотрела Кристе в глаза и улыбнулась. Криста заулыбалась в ответ. Она радовалась, когда ей удавалось найти общий язык с сестрой.
- Это Волшебный мир. Я в нем застряла и должна выбраться обратно, домой. Там Лес Улыбающихся Деревьев, посередине Трезубец Рек, справа от него Столица, море – Лазурный Океан, а там где я стою – Олимпийские Горы. Через них перейти невозможно.
- То есть тебе нужно выбраться с карты?
- Ага. Хожу я по книжке. Беру первую букву и считаю. А, Б, В, Г, - она начала крутиться вокруг своей оси, в такт алфавиту. – Г. Гарпия. Шесть букв. Шесть шагов.
Нора осторожно начала отходить от камней в сторону рек.
- Ну не знаю. По-моему игра скучная. Ты просто ходишь по карте.
- Мне и самой она начала надоедать. Уже три часа выйти домой не могу.
Криста встала и отряхнула песок с платья.
- Ладно. Мама зовет обедать. Запоминай, где ты остановилась, и пошли. После еды доиграешь.
- Нельзя – Нора грустно покачала головой. – В этом смысл игры. Я же заперта в Волшебной стране.
- Нор, мама разозлиться. Нам обоим влетит. – Криста решительно наступила на карту, но Нора испуганно вскинула руки вверх.
- Нет, нет! Не наступай! Ты испортишь рисунки! Я же не смогу подойти и починить.
Старшая сестра замерла за линией и сердито развела руки в стороны.
- Ну и что нам тогда делать?
- Не знаю... Может мне сейчас повезет и я через минутку уже выйду? – Нора начала быстрее считать буквы и делать шажки. Сначала ей удавалось приближаться к краю Волшебной страны, но затем длинное слово оттянуло девочку обратно к камням.
- Слушай, это никогда не закончится.
- Раньше-то у меня получалось.
- Это всего лишь игра! Подумай о маме. Она старалась, готовила этот суп. Тебе ее не жалко?
Норе было жалко. Она подняла виноватое и совершенно беспомощное лицо. Казалось, будто она действительно не может покинуть песок. Глядя на то, как сестренка семенит по рисункам туда-сюда, Криста почувствовала что-то зловещее. Словно Нору на самом деле заколдовали. Нора часто казалась ей заколдованной. Когда Криста спрашивала у матери об этом, мама лишь коротко отвечала, что ее сестра болеет, и подробней не объясняла.
Растерянная старшая сестра еще раз осмотрела рисунки. Только сейчас она вдруг заметила, что большинство улыбок справа довольно зловещие. С искривленными губами и торчащими зубами, они смотрели презрительно и насмешливо.
Вдруг одна из рож высунула язык. Толстый и противный, извивающийся. Показала, и тут же спрятала.
Ужас пронзил Кристу. Медленно она подняла тяжелые кисти и протерла глаза. Никакого языка и в помине не было.
«Померещилось, что ли? Да нет же, я только что ясно видела этот язык. Нарисованная рожица показала мне язык! Да она и сейчас смотрит на меня! Скалится!!
Неестественно вскрикнув, Криста метнулась вперед и стала яростно топтать рисунки.
- Стой! Так нельзя! Так нельзя! Это не по правилам!
Нора отчаянно дернулась, чтобы остановить сестру. Но невидимые цепи не отпустили ног девочки, и она застыла на одном месте, схватившись за волосы и с ужасом наблюдая, как Волшебная страна пропадает с лица земли.
- Вот тебе твои правила – кричала Криста, пересекая носком сандалии последнюю черту. Нора выронила палку, прижала книгу к груди и опустошенно опустилась на песок. Взгляд девочки ушел в пустоту.
Тяжело дыша, и стараясь забыть пережитый ужас, Криста встала рядом с сестрой и уперла руки в бока.
- Все. Я тебя спасла. Теперь мы можем идти.
Нора не ответила. Она была похожа на брошенную куклу, и, как брошенная кукла, не шевелилась.
Криста потянула сестренку за рукав.
- Ну Норочка, ну пожалуйста, пойдем. Ты меня пугаешь. Пойдем домой!
Никакой реакции.
В отчаянии Криста посмотрела на палку, валявшуюся у ног. Вдруг ее осенило. Схватив палку, она что было силы треснула ею девочку по голове.
Транс раскололся. Нора вскочила и схватилась за макушку.
- Ай! Ты чего дерешься? Больно ведь!
- Попробуй догони! – Криста отбросила палку в сторону и побежала.
- Ну я тебе сейчас задам! – Ожившая Нора подхватила палку и кинулась в погоню за сестрой.
Хохоча и размахивая руками, девочки убегали прочь, в сторону дома. За их спинами продолжало неторопливо шуметь море. Заходящее солнце неспешно кровоточило в темной воде.
Одна из улыбок уцелела. По сравнению с прочими, она была даже милой. Но через час наступил прилив. Волны накатывались на рожицу – одна за другой. И каждой следующее прикосновение искажало улыбку, делало ее все кривей, уродливей, безумней.