глава 1.
Эли.
Как всегда, на кухне роздались крики. Я даже не вздрогнула.
- Ты опять с кем-то шлялся! Я права? Почему от тебя несёт алкоголем и женскими духами?
Затем, тарелки разбились со звоном.
- Брось, хочешь сказать, что ты послушно ждала меня дома?
Грубый, холодный голос окатил кухню.
- Я видел, как несколько минут назад от нашего дома отъехал "Chevrolet" чёрного цвета. И я более чем уверен в том, что тот, кто вёл эту машину ублажнял тебя, пока меня не было. Перестань строить из себя белую овечку.
Мой отец, как всегда, оставался спокоен, в отличие от матери. Они снова ссорились на кухне — та же сцена, тот же сценарий.
Отец изменяет. Мать мстит ему тем же. Ему всё равно. Она злится, но, кажется, уже по привычке. В конце концов, он просто отталкивает её, проходя в комнату, а она идёт на кухню, наливает бокал красного полусладкого и, закрывшись в ванной, тихо напевает под глотки вина. Всё это повторяется день за днём, год за годом — сколько я себя помню.
Несколько минут назад я вернулась домой и сразу же оказалась в эпицентре очередного скандала.
Я слышала обрывки их ссоры, но и без того знала, чем всё закончится. Сначала крики, потом — разбитая тарелка, а в финале мать уйдёт пить вино. Этот спектакль я уже выучила наизусть.
Закрывая дверь в спальню, я попутно отвечала на звонок в телефоне. Это Эмма. Моя подруга.
- Эли, почему ты мне не написала? Твои родители, они снова спорят? - донёсся голос с телефона.
- Ты же знаешь моих родителей, и дня не пройдёт, если они не будут выяснять отношения. Я к этому привыкла, уже и внимания на такое не обращаю.
- Ужас, может ко мне прийдёшь? Пока не так поздно. Я переживаю о тебе...- Эмма всегда так волнуется обо мне, но я считаю это лишним. Со мной всё впорядке, родители не когда меня не трогают, и не вмешивают в свои споры.
- Не думаю, что твоя сестра будет рада моему появлению в вашем доме. Ты же знаешь, что твоя семья меня не долюбливает. Да и со мной всё будет хорошо, не волнуйся обо мне.
- Всё ровно на мою семью, они меня слишком сильно любят, чтобы сказать что-то против тебя.
- Ты уже готова к учебному году? - я решила по скорее перевести тему разговора. Как бы то ни было, мне не приятно говорить о теме моих родителей.
- Шутишь? Конечно нет! Я не понимаю, как можно к этому подготовится? Опять рано просыпаться, и сидеть на лекциях Донован. Не хочу слушать о том, что биология самый важный предмет, и без него мы будем тупыми как пробка.
Донован — учительница биологии. Самый злой и требовательный учитель в нашей школе. Она всегда задерживает учеников после уроков, и принуждает учить параграфы, пока те не смогут идеально ответить на её вопросы. Особенно она привзята к выпускникам, промывает им мозг, чтобы все сдавали её предмет, и задерживает всех. Ещё устраивает дополнительныйе уроки после школы. В этом году нам будет не легко, ведь мы с Эммой в выпускном классе, уже представляю, как она будет кричать о том, что наш класс самый тупой, она каждый год это делает.
- Мне кажется, были бы у неё дети, они бы знали всё о биологии с рождения.
- Даа, может она бы тогда не отыгрывалась бы на нас.
- Ладно, Эмма, я спать пойду. Предлагаю завтра встретится где-то в 18:30, погулять в парке.
- Отлично, тогда созвонимся завтра.
Закончив розговор я поняла, что родителей не слышно, что очень странно, их соры идут где-то час или полтора. Я спустилась на первый этаж. Осмотрев всё, я никого не нашла. У меня начала биться тревога. Раньше такого не было. Максимум кто-то из родителей мог уйти, но чтобы обое одновременно исчезли, впервые.
Я решила выйти и посмотреть на улице, и тогда всё поняла. Машини отца не было, это значило, что он уехал к любовнице или в какой-то хостел. Он редко так делал. Предпочитал обычно послушать крики своей жены, а после идти на диван в гостиной.
А Мать, она сидела на качели во дворе, с кем-то разговаривая и громко, беззаботно смеясь. Так, как буд-то это не она буквально несколько минут назад орала на весь дом.
Мне было тошно от этого, поэтому взяв тонкую ковточку на змейке я покинула двор, и пошла вдоль улиц.
Мать с отцом не когда не удаляли мне много внимания. Им было всё ровно где я, и с кем. В приоретете у них сначала была робота, затем шли их отношения, и лишь потом я. Я не когда не обижалась из за этого. Я была благодарна за от, что они не утруждали не себя не меня устраивать клоунаду, расспрашивая о том, кто и как провёл день за обеденным столом. Большее количество времени я об этом не думала, только в маленькой возрасте мне было неприятно из за этого.
Пока все дети играли с мамами на площадке, моя мать предпочитала отдавать меня няне, а сама с подругами гуляла по клубам или барам, до познего вечера. Ей легче было отдать меня кому-то, чтобы я ей недокучала, нежели играть со мной. Со временем я перестала грустить по этому поводу. Я могу сделать всё сама, и мне никто не нужен. В этом, я уже убедилась не однократно.
Что на счёт отца, то там ещё хуже. Он не хотел детей вообще, считал, что дети, это противные существа, которые высасывают из тебя деньги, силы и нервы. Он не был особо рад моему появлению, скорее ему было всё ровно на меня. Он не обращал на меня внимания с самого моего рождения. Помню, мама часто бесилась из за того, что ночи он проводил в отеле, что бы не слышать мой плач, хотя я была спокойным ребёнком, плакала я крайне редко. Это, наверное, единсвенное чем я им угодила. В школе преподаватели никогда не жаловались на меня, я никуда не влезала, в отличие от моих сверстников. И поэтому никому не было до меня дела.
Мама всегда говорила: < Зачем переживать о том, что просто существует, не принося своим существованием не хорошего, не плохого для меня.>
Именно так она говорила, и относилась ко мне.
Бабушек и дедушек у меня не было, они умерли ещё до моего появления.
Поэтому мне не было куда пойти, чтобы почувствовать себя нужной для кого-то.
Единственный человек которым я дорожила, была Эмма. Я знаю её со второго класса, она перевелись к нам, и тогда не отлепала от меня, ходила везде по пятам, садилась рядом на урок и в столовой. Она не бросала попытки сдружиться со мной, и в скоре ей это удалось.
Пока все дети меня сторонились и боялись, из за моего характера и манеры общения, она ходила рядом и улыбалась.
Общения с кем-то помимо Эммы мне досаждало. Дети во круг не сильно отличались интеллектом, или развитием. В отличии от них, мы с Эмми предпочитали читать книги в жанре романтики, или создавать свои сюжеты, развития тех, или иных событий.
Вот каков был мой мир. Мир Элис Хатчерс. И я не собираюсь его менять. Покрайней мере, не собиралась. Я привыкла к своему миру. Он был прост, понятен. До тех пор, пока не появился он... и не перевернул всё с ног на голову.