Перемотка
Пока пишу новый сборник по соулмейтам, так что наслаждайтесь данной работой. (Ну, я надеюсь, что вы будете).
–Привет, ты мне нравишься. Пойдём на свидание?
Перемотка.
–Мне кажется, (В/И), я люблю тебя. Может, сходим поесть рамена?
Перемотка.
–Мы можем обняться? Спасибо. Твои объятья всегда помогают поднять настроение.
Перемотка.
И вот Какаши уже в четвёртый раз стоит перед куноичи. Вы вопросительно поглядываете на мнущегося шиноби. Перемотка. Джонин делает глухой вдох и приветствует вас своей привычной улыбкой. Вы киваете и махаете рукой стоящим сзади ученикам. Почему-то на щеках румянец.
Наверное, никто не понял, что тут произошло и до сих пор происходит. Ну, давайте же по порядку.
Какаши был на очередной миссии со своими учениками. Ничего интересного, просто нужно было немного убрать старый храм и привести его в порядок. Хатаке честно оттирал грязь с одной из стен, попутно читая книгу, а вот Наруто решил побездельничать. Таким образом он получил удар от Сакуры, из-за чего упал на пол. Когда Узумаки поднимался, ноги подкосились, шиноби упал на алтарь, какой-то механизм порезал его руку, позволяя крови расплескаться на несколько уровней конструкции.
Хатаке отвлёкся на крик и уже хотел пойти спасать ученика, как стена, на которую облокотился рукой шиноби, отъехала, заставляя джонина упасть в недры храма. Искупавшись в отвратительной жиже и испортив книгу, Какаши кое-как выбрался на поверхность, чувствуя невероятную слабость. Хранитель храма, что и вызвал команду на помощь, поспешил помочь джонину. Но тот уже скатился по стене, теряя сознание.
–Ч-что это было? – прохрипел Хатаке, когда пришёл в себя.
–Раньше там находились священные воды, что давали способности достойным. Похоже, ключ иссяк, так что бассейн превратился в болото. Уверен, воды уже не «работают», но всё равно лучше проверить. Можно вашу ладонь?
Шиноби кивнул и протянул конечность хранителю. Тот некоторое время задумчиво прислушивался к себе и ощущениям, испытываемым от прикосновения к руке Какаши, а потом в удивлении раскрыл глаза.
–Не хочу вас пугать или сильно радовать, но воды поделились с вами своей силой. Мне понадобится несколько дней, чтобы понять, что за способность вы получили. Позволите взять немного вашей крови?
Какаши не особо верил в это всё, но послушно протянул палец.
Прошла неделя, и Хатаке обнаружил невероятное: он может перематывать время назад, не более двух суток, но это тоже неплохо. Его тело при этом никак не изменяется, разве что человеческие потребности истощаются. Но это всё равно было невероятно, замечательно и прекрасно.
–Обладатели кулонов, что когда-то носили остальные хранители храма, когда тот ещё был более популярным, могут видеть способности и почти не поддаются им. Таким образом я буду помнить то, что вы сделали перед перемоткой, – хранитель поклонился Какаши, который собирался с командой отправиться домой. – Я дарю вам эту книгу, она расскажет о вашей способности побольше моего. И прошу вас, используйте эту способность во благо.
–Конечно, – Хатаке тоже склонился в поклоне.
И это возвращает нас к нынешней ситуации. Повеселившись немного со своей новой способностью, Хатаке наткнулся на вас. И в его голову пришла гениальная, насколько это возможно, идея. Вы давно нравились Какаши, но шиноби, как и любой другой человек, боялся получить отказ. (Тем более он не видел каких-либо намёков с вашей стороны). И тогда джонин решил воспользоваться своей способностью, просто сказав слова признания. А потом сразу перемотал назад.
Так продолжалось несколько дней. Дело дальше совершенно не двигалось.
–Как твои дела, Какаши? – спросили вы, когда вдоволь наслушались рассказов Наруто о страшном храме и падении его сенсея в жижу. – Слышала, ты работаешь над... особыми техниками.
–Я и правда собирался улучшить своё Чидори, хотя никому об этом и не говорил, – джонин пожал плечами. – А что?
–Просто интересуюсь твоей жизнью, – вы развели руки в стороны. Затем взглянули на генинов. – Может, ты расскажешь, что произошло у вас в храме? У тебя, Наруто, невероятно интересные истории, но Какаши я как-то больше доверяю, – и вы неловко потрепали блондинистую голову.
–Спасибо, – Хатаке поцеловал вас в макушку. Перемотка.
–Тогда пошли? Наруто, не смотри на меня такими голодными глазами!
–Но вы точно оценили моё искусство рассказчика, (В/И)-сан! Может, всё же купите мне раме-ен? – Узумаки приклеился к вашей ноге. – Хотите, я вам ещё что-нибудь расскажу?
–Ладно, вымогатель, – и сделали ему шпуньк. – Пошли, Какаши. Жду не дождусь услышать, как ты тонул в болоте, – и вы привычно взяли джонина под локоток, шествуя впереди генинов.
Вы болтали ногами, как делали в детстве, сидя на высоком стуле, и смотрели на пепельноволосого шиноби. Три генина на другой стороне пожирали тканевую маску взглядами. Хатаке схватился за неё и некоторое время смотрел по сторонам. Потом снял её и прижался к вашей щеке губами.
–Отвлекающий манёвр, – Какаши улыбнулся, родинка подпрыгнула, перемотка.
Вы почему-то задыхались. Хатаке обеспокоенно взглянул на вас.
–Всё хорошо? – шиноби внимательно осмотрел ваше лицо.
–П-просто рамен слишком острый, – вы начали обдувать лицо ладонью и тяжело дышать, попросили воды. Пока вы пили, а генины убеждались, что вы будете жить, джонин успел быстренько съесть свою порцию.
–Да что такое! – Наруто возвёл руки к небу, а Сакура ударила стойку кулаком. Саске лишь помассировал виски. Все вопросительно посмотрели на грустных и чуть ли не угнетённых генинов. Какаши невинно улыбнулся.
Вы пожали плечами и стали есть свой рамен. В какой-то момент лапша приклеилась к щеке, и Хатаке взял салфетку, заботливо убрав ту. Вы покраснели и подавились. Перемотка. Шиноби вручил вам салфетку, показав на щеку.
Когда настало время прощаться, вы снова обнялись с джонином. Какаши долгое время держал вас в своих объятиях, пока генина на заднем плане пытались понять, что тут происходит. Хатаке одарил вас доброй улыбкой.
–Я правда люблю тебя.
Перемотка.
–Увидимся, (В/И), – джонин махнул куноичи на прощание. Затем повернулся к детям, испепеляющим его взглядом. – Хорошо, миссия так миссия.
*+*
Видеть, как твоя любовь умирает, ужасно. А смотреть на это снова, снова и снова и при этом не иметь возможности спасти ту ещё хуже. Сердце Какаши, кажется, не выдержит ещё одного раза. Джонин вновь смотрит, как вас живьём закапывает под землю.
Шиноби хотел бы перемотать хотя бы на день назад, когда угрозы вашей жизни не было. Тогда он бы просто обнял и прижал к себе маленькое тело, даже не перемотав после этого назад. И тогда Хатаке точно бы никуда вас не отпустил. Он бы по-настоящему признался, и всё равно, если услышит отказ. Ему просто нужно сказать вам слова признания.
Но он не может. Его вырубили, когда вас похитили, а перематывать можно только на момент, когда он в сознании. Время уже истекло, он не может вернуться в «безопасную зону». Какаши в очередной раз бросается вперёд, отчаянно желая вас спасти. Но он пробовал. Он пробовал всё. И ни один из вариантов не позволял вам выжить.
Из глаз Хатаке текут слёзы. Это ужасно, ваш крик и вытянутая рука, будто бы просящая помощи, запомнятся надолго. Земля поглощает вас, смыкается, крик заглушают комья грязи, попавшие в рот и, наверное, уже не позволяющие вам дышать. Или же медленно убивающие, заставляющие пятна перед глазами плясать ровно до тех пор, пока ваше тело не будет придавлено слоями земли.
Если это поле боя станет вашей могилой, то навсегда.
Джонин пытается прийти в себя, перемотать назад, но сил уже нет. За столько битв они иссякли. Хатаке падает на колени и смотрит мутным взглядом на землю.
–И это тот самый Копирующий Ниндзя? М-да, даже та куноичи была более сильным противником, – шиноби цокает.
–(В/И)... нет. Я-я не смог... – слёз становится больше, земля под руками размазывается, остаётся только коричневое пятно. Грудь болит, но ранения не связаны с этим.
–Ну-ну, тебе не стоит волноваться, дружище! – кунай с размаху оказывается в плече Какаши, будто дружеское похлопывание, заставляя хриплый стон-крик вырваться наружу. – Ты скоро к ней отправишься! Хочешь, закопаю вас в одной могиле?!
Второй кунай оказывается в руке шиноби. Джонин чувствует подступающую тошноту. Он правда пытается вернуться назад, но он не может. Он готов умереть здесь и сейчас. Только бы снова не видеть смертей, только бы всё это закончилось.
«Может, я наконец смогу увидеть Обито и попросить у него прощения. Он, наверное, счастлив с Рин. Надо будет рассказать Минато-сенсею и Кушине-сан, что Наруто делает огромные успехи», – пробегает мысль, а потом тело падает на землю, голова спешит за ним.
Какаши не знает, жив он или мёртв. Он всё ещё смотрит в землю, слёзы катятся из глаз, но он не может пошевелиться. Внезапно его лицо бережно поднимают, он видит хранителя храма. Бледного, как и его одежда, он словно призрак, что проведёт Хатаке в мир мёртвых. Может, даже сразу к (В/И).
Кровь, оставшаяся на ладони, пачкает маску. Отвратительный запах бросается в ноздри. Но это хотя бы не кровь (В/И). Какаши пытается что-то сказать, но не может. Горло пересохло, слишком много слёз было пролито.
–С вами всё в порядке? – спрашивает призрак. – Вы не пострадали? – мужчина замечает рану и грустно вздыхает. Кладёт туда руку и начинает лечить.
–(В-В/И)... она мертва, – Хатаке всхлипывает. – Её закопало заживо... – начинает рыдать, словно ребёнок. Он хватается за полу похожей на платье одежды, сжимает её пальцами, от слёз, скатывающихся по щекам, становится больно, кожа горит. Мужчина гладит шиноби по голове, пытаясь успокоить.
Но ничего уже не поможет. Человек, о котором он пообещал себе заботиться, мёртв. Снова. Опять. Его нужно было назвать не Другоубийца, нет. «Несущий смерть» – вот его настоящее имя.
–Пожалуйста, прекратите плакать, – хранитель продолжает гладить Какаши по мокрым волосам. Пошёл дождь. – Всё будет хорошо.
–П-почему вы спасли меня? П-просто позвольте мне наконец уйти на тот свет. Ибо все дорогие люди, кого я мог бы назвать даже семьёй, там, – слёзы кончились, остались лишь всхлипы и хриплые выдохи, будто шиноби пытается избавиться от боли, что сдавила ему грудь.
–Не будьте таким пессимистом. Уверен, всё будет хорошо. Просто пойдёмте со мной.
Какаши поднимают, ведь ноги не слушаются. Мужчина ведёт его под дерево, чьи большие ветки закрывают от дождя. Пока хранитель зажигает костёр и готовит чай, достав чуть ли не из воздуха рюкзак с вещами, Хатаке разглядывает то место, где вы похоронены. Может, он сможет откопать ваше тело и доставить в Коноху? Одного близкого для него человека он уже оставил под камнями, чьё тело в последствии исчезло. Джонин хотел бы приносить цветы не пустой могиле.
Какаши вручают чай. Шиноби всё равно, он просто стягивает маску и делает большой глоток. Жидкость обжигает, но позволяет забыть о душевной боли. Когда Хатаке допил третий стакан, хранитель уже что-то варил в котелке. Джонина укутали в плед и приказали поспать. Но шиноби не может. Образы близких людей, чьи лица искажены, покрыты их собственной кровью, не выходят из головы, заставляя человека просыпаться с громким криком.
Когда Какаши окончательно сдаётся, ему в руки вручают чашку с супом. Целительное тепло разливается теперь уже по всему организму, джонин действительно чувствует себя лучше.
–Почему вы здесь? – спрашивает он слабым и даже каким-то пустым голосом. Будто от Какаши Хатаке осталась только оболочка.
–Я почувствовал много перемещений во времени на определённый отрезок. Хранители могут отыскать друг друга с помощью амулетов, а хранящих силу, то есть вас, мы просто чувствуем. Я подумал, что у вас случилось что-то плохое, и поспешил помочь.
–Но вы не успели, – джонин хмыкает и допивает суп. Ему вручают ещё одну порцию. – Даже если я смогу восстановиться для перемотки, я слишком слаб, чтобы победить противника. Вероятно, в следующий раз я умру вместе с (В/И).
–Всё ещё настроены пессимистично? Не будьте таким. Обещаю, мы спасём защищающую. Просто обязаны, это мой долг, хоть я и всего лишь хранитель. А сейчас просто поспите, вам нужно хотя бы немного восстановиться и отдохнуть. Вот, возьмите это снотворное. Уверяю, с утра вам будет лучше.
Какаши молча выпивает весь стакан. Когда он начинает проваливаться в очередной кошмарный сон, то слабо интересуется:
–Защищающую?..
–Да. А теперь спите, – и хранитель пальцами окончательно закрывает глаза шиноби.
*+*
Боль. Вы не раз чувствовали её за свою карьеру шиноби. Вас даже пару раз попытали. Не самый приятный опыт, но вы бы лучше повторили его снова и снова, чем то, что чувствовали до этого.
На языке всё ещё остаётся вкус грязи и земли, может, даже червей. Вы вздрагиваете от отвращения, а потом болезненно стонете. Всё тело болит, оно онемело, огонь распространяется по телу, желая добраться до души и сжечь её. Но у него ничего не выйдет. Во всяком случае пока вы живы.
Вы открываете глаза, яркий свет, что на самом деле невероятно туск, ослепляет, заставляет маленькие слезинки скатиться по щекам. Вы несколько секунд моргаете и щуритесь, пока полностью не открываете глаза. И тут же натыкаетесь взглядом на Какаши.
Шиноби бледен, хоть на нём и не видно ранений. Руки дрожат, вы чувствуете это, ведь тёплая ладонь сжимает вашу. Вы хотите что-то сказать, но отвратительное ощущение мокрой, сырой земли, от которого вы не скоро избавитесь, заставляет вас закрыть рот.
–(В-В/И)... – ваше имя звучит то ли мягко, то ли болезненно. Вы не можете сказать точно, ведь Какаши мягко обнимает вас, зарываясь носом в волосы. – П-прошу, прости меня. Я не хотел. Пожалуйста...
–Ч... – вы пытаетесь представить, что до этого съели какой-нибудь фрукт, а не мелкие камушки, попадающие вместе с землёй и песком. – Что такое, Какаши? Что случилось?
–Этого больше не повторится, обещаю, – в голосе слышится боль, Хатаке говорит шёпотом, но голос всё равно срывается. – Всё будет хорошо, клянусь.
Шиноби снова начал плакать. Вы можете лишь молча наблюдать за этим, ведь горло жутко болит, а руки вдруг становятся невероятно тяжёлыми. Вы способны лишь прижаться щекой к щеке Какаши, что продолжает бормотать извинения.
*+*
Вы сидели на скале с лицами Хокаге и рассматривали заходящее солнце. Внезапно сзади на глаза легли ладони. Вы начали неуверенно щупать перчатки, а потом получили лёгкий поцелуй в щеку.
–К-Какаши? – пробормотали вы. Получили довольное мурлыканье. – Ч-что случилось?
–Отсюда хороший вид, – шиноби убрал от ваших глаз руки и обвил конечностями тело. – Устроим свидание?
Перемотка.
–Эй, (В/И)! – вы вздрогнули, услышав знакомый голос. Повернули голову и увидели Хатаке с корзиной. – Я могу присесть здесь?
–Конечно, – вы неловко улыбнулись. – Я не выкупала эту территорию для личного пользования. Кстати, с каких пор ты любишь пикники?
–Просто решил поесть на природе, – шиноби поставил корзину. – Присоединишься? – вы активно закивали. Подскочили и стали помогать джонину разложить плед.
Когда всё было готово, вы приземлились на ткань и вытянули ноги, довольно улыбаясь. Какаши открыл корзину.
Разговоры были в основном про работу. Вы планировали в скором времени сдавать экзамен на джонина, так что нуждались в некоторых советах. Какаши с удовольствием готов был вам помочь. Хотя бы советом.
Когда вы в очередной раз потянулись к корзине, то поняли, что Какаши сидит очень близко к вам. Вы подняли на него глаза и вопросительно изогнули бровь. Подул холодный ветер, вы поёжились. Хатаке неловко кашлянул и приобнял вас одной рукой. Оба человека покраснели.
Некоторое время посидев в тишине, вы наслаждались теплом и солнцем, опускающимся за горизонт. В какой-то момент вторая рука обвила вас, голова шиноби оказалась на плече. Было достаточно уютно, вы уже хотели потянуться за очередной порцией еды, как услышали какой-то шорох. Не обратили внимание, продолжая тянуться к вкусному кусочку.
Дрожь пробежала по вашему телу, когда Хатаке без маски уткнулся в вашу шею. Точнее он сделал это не сразу, сначала прижавшись щекой, а потом медленно повернув голову. Вы поняли, что утыкается вам в шею, только когда джонин выдохнул поток горячего воздуха.
Теперь молчание заставляло вас нервничать. Что дальше? Что задумал этот странный человек, что так часто перематывает время назад?
Когда Какаши наконец оторвался от вас, вы облегчённо выдохнули, ведь паника начала покрывать волнами тело. Но на этом всё не закончилось. Шиноби взял вас за руку и, смотря в сторону, начал говорить:
–Знаешь, (В/И), я на самом деле давно хочу тебе кое-что сказать. Я думаю, что ты очень милая. Ты целеустремлённая, я буду рад больше работать в одной команде с тобой, когда ты станешь джонином. Наверное, так можно сказать про многих людей. Но даже при этом к тебе у меня особое отношение, – шиноби развернулся к вам, на губах была грустная улыбка. – Я люблю тебя, (В/И).
Секунды текли, а Хатаке всё не решался вернуться назад во времени. Куноичи напротив него стала очень серьёзной. Она нахмурилась и открыла рот, чтобы что-то сказать, но... перемотка.
Какаши сидел на своём прежнем месте, а не рядом с вами. Хатаке уже хотел продолжить ненавязчивую беседу, как:
–Я тоже люблю тебя.
Джонин окаменел. Вы, поняв, что сказали, закрыли рот руками. Какаши медленно повернулся к вам, в глазах был шок и страх.
–Ч-что? – риторический вопрос. Но вы всё равно хотели ответить на него, чтобы как-то разрядить обстановку, однако никто вам этого права не дал. – «Т-тоже»?.. – секундная пауза. – Ты всё это время знала о перемотке?!
Вы неловко захихикали, опуская взгляд в пол. «Не-ет...» «(В/И)!» Джонин тут же стал нагреваться, румянец быстро распространялся по лицу.
–Т-то есть ты помнишь все те разы, когда я целовал тебя, обнимал, признавался в любви и приглашал на свидания? – из ушей Какаши чуть ли не пар шёл. Вы могли лишь кивнуть и спрятать лицо в коленях. – Почему ты не сказала мне о том, что на тебя не влияет перемотка?! – вдруг лицо шиноби искажается от ужаса. – То есть ты умирала все те сотни раз и чувствовала это?!
Вы киваете и вздрагиваете при мысли об этом. Хатаке всё равно, он просто притягивает вас в свои объятия. Вас укачивают, словно маленького ребёнка, Какаши болезненно всхлипывает. Но теперь вы можете успокоить его, погладить по голове, прошептать, что всё в порядке. Но ничего из этого не работает. Вы чувствуете, как боль разливается по телу джонина.
Вы подняли голову и обхватили лицо Какаши, как это когда-то делал хранитель. Затем осторожно прижались к закрытым губам. Хатаке издал измученный всхлип, сорвал маску и втянул вас в поцелуй. Он просто хотел успокоиться, он просто хотел в очередной раз убедиться, что те события – всего лишь страшный сон. Пусть и наяву.
Когда Какаши оторвался от ваших губ, то просто прижал ближе и уткнулся в шею, наблюдая, как последние лучи солнца скрываются за горизонтом. Но зато хотя бы не чья-то жизнь.
Если кому интересно, каким образом вы можете чувствовать перемотку, а также узнать про первую «встречу» с ней, то прошу на коротенькую сцену после титров!
*Сцена после титров.*
–И что это? – вы смотрите на кулон в вашей руке. – Оригинальная... реликвия.
–Эта вещь передаётся из поколения в поколение, (В/И), – ваш отец вскочил и подошёл ближе. Надел кулон на вашу шею. – Когда-то наши предки пообещали защищать последователей одной религии, их веру и храмы. За столько лет религия исказилась, почти полностью исчезла. Многие отказались отдавать своих детей в ученики хранителям, что заботятся о храмах в любое время суток, так что последователей религии осталось ничтожно мало. И поэтому мы должны как можно лучше защищать таких людей.
–И что ты мне предлагаешь? Превратиться в фанатика и жить при каком-нибудь храме, чтобы защищать его двадцать четыре часа в сутки?
–Кулон сам призовёт тебя, (В/И). И ты сможешь телепортироваться к храму, когда хранителю или самому зданию угрожает опасностью. В свою очередь хранители тоже должны заботиться о защищающих, – вы вопросительно посмотрели на человека. – То есть нас.
Вздохнув и кивнув, вы спрятали кулон под одеждой. Поговорив ещё немного с отцом, вышли из дома и пошли гулять.
Возле ворот вы встретили Какаши. Широко улыбнулись ему и махнули рукой. Джонин подошёл к вам и лишь кивнул.
Но в следующий раз, когда вы в очередной раз встретили пришедшего с миссии Хатаке, шиноби не стал просто махать вам. Он буквально подбежал к вам, заключил в объятия и клюнул в губы, сказав:
–Ты даже не представляешь, как я по тебе скучал.
Перемотка.
–Кое-кто завис, – Какаши щёлкнул у вас перед лицом. – Всё нормально?
Вы могли лишь кивнуть и покраснеть, сжимая рукой кулон. Что это было?!.