Глава 2. Кошки-Мышки (Скэриал)
С приглушенным стуком на стол упала куча учебников. Я провожал готье взглядом, почему-то не в силах отвернуться.
-я пойду?
Рука потянулась к ручке двери, достигнув её...
-нет. Останься..
Рука крепче сжала ручку двери. Секунда колебания, и она, наверное, исчезнет.
-Мне нужно, чтобы ты остался,- прозвучало хрипло. Не объяснение, а скорее констатация факта. Эгоистичная, но честная.
в "кошки - мышки" со мной играть вздумал?
только учти, что "кошка" это я.
Запястье неприятно заболело от напряжения. Он молчал, прожигал меня взглядом. В голубых глазах плескалось нечто, похожее на вызов, смешанный с отчаянием. Неужели я действительно заставляю его страдать? Но я страдаю не меньше.
-Ты сам начал эту игру, - выдохнула я, чувствуя, как дрожит голос. - Сам поставил все на кон.
Пальцы разжались, ручка двери с тихим щелчком вернулась в исходное положение. Я почувствовала, как воздух сгустился, наэлектризованный невысказанными словами. Он сделал шаг, другой. Расстояние между нами сокращалось, заполняя собой все пространство.
Я почувствовал его дыхание на своей коже..
просто сменил тактику. Кошки ведь тоже умеют быть терпеливыми.- невозмутимо ответил Хитклиф.
Мы оба играем с огнём.
Я молча наблюдал как готье возвращается к столу, погружаюсь в работу.
Готье вздрогнул, словно от удара. Взгляд его метнулся от двери к Скэриалу, затем обратно, с нечитаемым выражением на лице. Он попытался отвернуться к книгам, но движения были резкими, выдающими смятение. Снова и снова перечитывал одну и ту же строчку, бессмысленно водя пальцем по странице.
Прошло несколько часов. Готье, склонившись над учебником, медленно клевал носом. Ресницы дрожали, борясь со сном, но тщетно. Голова упала на раскрытую книгу, и дыхание выровнялось.
.. А пока было время, юркнул прочь из комнаты, тихо прикрыл дверь, стараясь не разбудить Готье. В голове все еще пульсировали обрывки разговоров и недосказанности; спустился на кухню, машинально заварил крепкий кофе, не обращая внимания на удивленные лица прислуги. Им не стоило угрожать - готье все уладит. .
... Мысли метались, ища опору, цепляясь за детали. Что он имел в виду, говоря о смене тактики? И почему его слова, произнесенные с таким ледяным спокойствием, заставили меня почувствовать себя загнанным в угол?
Я отхлебнул обжигающий напиток, чувствуя, как горечь растекается по языку. Нужно было собраться. Готье, спящий в комнате наверху, был лишь пешкой в этой сложной игре. И Хитклиф, безусловно, знал, как расставлять фигуры на шахматной доске.
Взгляд упал на отражение в темном стекле окна. Усталое, настороженное лицо. Я больше не узнавал себя. Когда я стал таким? Когда позволил втянуть себя в этот водоворот интриг и лжи?
Нужно было найти выход. И как можно скорее. Пока эта игра не поглотила меня целиком.