Предел

Я всегда думала, что настоящая неловкость - это когда кто-то заходит в туалет, который ты только что заняла.

Но нет. Настоящая неловкость - это жить с Марком Харрисом.

Он умеет создавать тишину, которая заполняет всё пространство.
Словно даже воздух становится напряжённым, когда он рядом.

Утро началось банально - я опоздала.

Рюкзак был не там, ботинок не мог найти второго собрата, кофе не заваривался. И вишенка на торте - чашка выскользнула из рук и с грохотом разбилась о пол.

- Серьёзно? - выдохнула я, поднимая осколки.

Из спальни вышел Марк. В серой худи, волосы слегка растрёпаны, глаза ещё со сном. Выглядел... слишком живым для семи утра.

- Ты устраиваешь погромы или тренируешься в разрушении? - буркнул он, опираясь плечом о дверной косяк.
- Просто утро. Просто жизнь.
- Впечатляющая комбинация.

Я резко вдохнула, но промолчала.

Он медленно подошёл к шкафчику, достал кружку и без слов поставил её рядом со мной на стол.

Синяя, с надписью "Trust no one".
Я подняла брови:

- Символично.
- Лучше, чем пить из ладоней.
- Тоже верно.

Он не стал улыбаться. Просто развернулся и ушёл обратно.
Без комментариев. Без пафоса.
Но как будто сказал больше, чем любой другой.

Университет сегодня был шумным и липким - от разговоров, фастфуда и ожиданий. Я отработала в кафе, выслушала Питера, который снова пожаловался на "клиентов с претензией к маффинам", и вылетела на лекцию почти бегом.

Лиа перехватила меня у входа в аудиторию.

- С тобой всё нормально? Ты выглядишь так, будто сбила человека и прячешься от копов.
- Почти. Только вместо копов - Марк.
- А, тогда всё ясно.

Я бросила на неё взгляд, но она только фыркнула.
- Я просто сказала "Марк", и ты изменилась в лице. Классика.

Вечером я пришла домой с больной спиной и желанием исчезнуть хотя бы на день.

Кухня была пуста. Свет - приглушённый.
На столе - контейнер. Ещё тёплый. Рядом - записка.

"Осторожно. Острый соус. Не ори потом."

Я узнала его почерк. Чёткий, угловатый.
Нахмурилась.
Села.
Поела.
И почти прослезилась - не от остроты. От внезапной, тихой заботы.

Позже, когда я уже принимала душ, сквозь шум воды услышала, как он говорит по телефону.
Низкий голос, отрывистый:

- Нет, слушай... если он опять облажается - я его не вытяну.
...
- Да. Я знаю, что риски. Не дави.

Я застыла.
Почти перестала дышать.

Он не знал, что слышно. Или знал - и ему было всё равно.

Когда я вышла, он уже сидел в кухне, скрестив руки, уткнувшись в телефон.
Я стояла в дверях, наблюдая за ним. Он выглядел... замкнутым. Напряжённым.
Как будто мир наваливается на него со всех сторон, а он держит равновесие одной рукой.

- Ты ел? - спросила я.
Он поднял глаза:
- Нет. Не голоден.
- Тогда спасибо за еду.
- Пожалуйста.

Молчание. Ни капли улыбки. Но что-то в голосе было мягче, чем обычно.

Я сделала шаг ближе:

- Всё в порядке?
- У меня всё под контролем.

Он посмотрел прямо в меня, и в его взгляде было... всё. И страх, и злоба, и пустота, и слабость.

Но самое страшное - я ему поверила.
И это звучало как контрольный выстрел.

А потом он быстро отвернулся. Встал.
- Спокойной ночи.
- Спокойной, Марк.

Он ушёл в свою комнату и закрыл дверь.

И вот я лежала в своей.
С чашкой чая. С книгой, которую не читала.
И с мыслью, которая сверлила голову:

Почему он так заботится обо мне, если пытается держать такую дистанцию?

Половина меня хотела спросить. Другая - боялась узнать.