20. Я твоя мать.
Сегодня именно тот день, который проверит мои способности и обучение за первый курс института. И даже я сегодня пойму достойна ли идти дальше учиться на капитана или не смогу я ничего.
Хочу увидеть Надю. Мне её не хватает. Да даже зануду Эрина хочу увидеть!
- Анечка, можно тебя на пол часика примерно? Поговорить нужно, - Юнона Астафьевна улыбается широко, но нервно и я встаю с кровати.
- Да, конечно. Но у меня там практика просто, вызвать в любой момент могут... - стою в замешательстве, не имея возможности отказаться от чего-либо.
- На практику вызываю я людей, - она закусывает губу, будто пытается унять какую-то нервозность.
- Извините пожалуйста, - извиняюсь из-за своей глупости и надеваю толстовку на футболку, которая лежала на стуле, - Можно идти.
Выходим из каюты и прикрываем дверь за собой. Идём в полной тишине, никто не смеет её нарушить. Время около двенадцати дня. Многие группы сидят в каютах, хоть и погода сегодня, на удивление, замечательная. Я, наверное, ни разу за девять месяцев обучения не пожалела, что выбрала именно этот путь.
Но если сегодняшний день всё сломает к чертям собачьим, будет невыносимо обидно и больно. К чему такие мысли у меня сейчас? Да просто потому, что я иду непонятно куда с преподавателем в день практики, которую сдают в конце каждого курса.
- Ань, ну ты чего такая серьезная? - прерывает тишину проподаватель, обращаясь ко мне.
- Просто немного переживаю на счёт практики, но не берите в голову, всё в порядке, - не смею поднять на неё глаза. Возможно это из-за страха, возможно это из-за дискомфорта, который проявляется когда она рядом со мной.
- Ну слушай, - она затихает, подбирая, видимо, нужные слова, - Ты девочка у нас умная. Присмотрись, кто ещё так хорошо всё знает, как ты? Нет, я конечно не говорю, что ты всё лучше всех знаешь, но всё же. Без обид, - дальше она резко замолкла, будто что-то лишнее сказала.
- Спасибо вам большое, - улыбаюсь тёплой улыбкой, хоть даже она и натянутая.
Тётя Юнона, что же вы такое задумали, что так возитесь со мной... Давайте с миром разойдёмся и всем будет хорошо. Никто не пострадает.
- Проходи, - она указывает рукой на открытую дверь в одну из главных кают, приглашая.
И что будет? Она уже заставит практику сдавать? Или, может, она меня на расстрел привела? Труп скинут в море, никто и не заметит.
Я неуверенно топчусь около дверь, но всё же соизволила зайти в указанное место. Пугающе и устращающе на меня смотрят все вещи, находящиеся здесь. Будто все меня хотят извлечь из этого мира, дабы не мешалась я под ногами со своими хоть и не сильными, но хорошими знаниями в морской сфере.
Мутно всё... Очень мутно...
- И чего ты встала? Проходи-проходи, расстеряшка, - её уголки губ начинают ползти вверх, как при самом хорошем и приятном воспоминании из прошлого.
- Что? - я встрепенулась на месте, приходя в себя от потока мыслей и загадок, - Я просто задумалась, извините.
- С кем не бывает, - своей тёплой улыбкой меня снова озаряет. Только вот не уверена я, что она правдива, а не фальшива.
- Ну так зачем я здесь? Вы хотите поговорить на счёт той ситуации, где меня виноватой выставили? - закидываю вопросами женщину, как только усаживаюсь на диване перед иллюминатором.
- Нет, - мотает недовольно головой, отрицая мои мысли, - Я тебе расскажу одну историю, а дальше твоё право. Верить мне, не верить. Ненавидеть меня, ну или... В общем, не важно, - она опускает голову, пытаясь не смотреть в мои заинтересованные от её слов глаза.
- А какая хоть тема? - с интересом и с небольшим испугом спрашиваю, складывая руки на ногах в замочек.
- Только прошу тебя, выслушай меня и не перебивай. Сначала выслушай, потом можешь задавать вопросы, - нагло игнорирует мой вопрос и с мольбой просит меня.
- Я вас слушаю, - сдаюсь, поудобнее усаживаясь для рассказа.
- Я твоя мать. Родная, - она это проговорила тихо, но уверенно, пока мои глаза становились по пять копеек.
- Да не может такого быть! - вырывается изо рта в слух и я прикладываю тут же руку ко рту, вскакивая с уже ставшим неудобным дивана.
- Ну сядь ты, не мельтиши! - бурчит недовольно женщина, наконец-то подняв на меня полные слёз глаза. Но я не чувствую к ней жалости. Никакой.
Послушно сажусь на своё место для интересной чуши, которую она сейчас будет нести мне. Я не верю. Она точно не может быть моей матерью. К тому же у меня есть родной брат. Нас двоих забрали в очень раннем возрасте из детского дома. Я даже жизни там практически не помню.
- Ты же в курсе, что ты не родная дочь для твоих нынешних родителей? Я знаю, что в курсе. И Эрин не родной им. Вы мои дети. Я была молода тогда. Вышла за муж за вашего отца, всё было прекрасно. Я была на девятом месяце беременности, когда произошла автокотострафа, и он разбился. В ту же ночь у меня начались схватки. Узнав о том, что я осталась одна с двумя детьми на руках мама не выдержала из-за слабого здоровья. На следующий день у неё оторвался тромп. Врачи спасти не успели, слишком поздно её одну обнаружили в её доме, - медленная слезинка скатывается с её глаза, но я лишь от этого морщусь. Что за цирк?
- Ну и? Это повод сдать нас в дом малютки, после чего мы попадаем в детский дом? Ну и логика... - морщусь от неправдивости и ужасной логики « мамочки нашей ».
- Я была молода, глупа, в самом рассвете сил. Бабушка болела на тот момент, нужны были средства на лечение. Я, к сожалению, в отчаянии выбрала такой подлый поступок. Ты можешь меня ненавидеть, я пойму твой выбор. Просто знай, что когда я уже осознала всё, было слишком поздно. Ни в коем случае не повторяй мои ошибки, - она, кажется, уже сейчас разревется, но сдерживает слёзы.
- Извините, но я вам не верю. Это действительно очень подлый поступок, если эта вся история правдива. Мои родители - это люди, которые меня воспитали с Эрином. Вы не имеете права рушить нашу семью. Я никогда не приму вас и ваш поступок, - пожимаю плечами и выбегаю из каюты, наконец-то глотнув свежий воздух.